День открытия «Сича», почти одиннадцать вечера.
Вэй И уже принял душ, облачился в пижаму и полулежал на диване, утвшись в смартфон.
Пока старшие сестры с полудня и до позднего вечера крутились на ногах,
он, как истинный директор-сибарит, завалился домой куда раньше всех – гонять кондиционер.
Разумеется,
он мог бы сказать, что, прохлаждаясь под кондиционером, на самом деле занимался работой.
Вот и сейчас Су Лай как раз скинула в рабочий чат «Тагэ» пачку свежих цифр.
Количество регистраций сервиса «Тагэ Чусин» во всех пяти кампусах Ляньда перевалило за четыре тысячи в каждом.
В сумме перевалило за два десятка тысяч.
Она прикрепила к сообщению три победных смайлика.
Вэй И тут же ответил короткое: «Вы молодцы».
Печатать это «молодцы» стоило ему страшных трудов.
И в этот самый момент
раздался скрип.
Входная дверь квартиры в Чжичунь Дунли отворилась.
Первой появилась Чэнь Синьи.
─ Ноги отваливаются! –
сбросив туфли, она рухнула плашмя на диван, устроив голову на коленях у Вэй И, и зажмурилась: ─ Малыш, срочно делай массаж!.
Ким Серин ввалилась следом, растрепанный хвост перекосило набок, а голос сел до шепота: ─ Завтра сплю до полудня, и чтоб никто не смел будить.
Линь Сыянь зашла последней, аккуратно прикрыла дверь, сменила обувь и привалилась спиной к обувной тумбе, переведя дыхание с пару минут, прежде чем сделать шаг вглубь комнаты.
Вэй И отложил телефон на журнальный столик: ─ Вы там открывали заведение или на каторгу ходили?.
─ На каторге так не устают, ─ Ким Серин плюхнулась в кресло и закинула ноги на пуфик. ─ Ты знаешь, сколько чеков пробила точка в Саньлитунь сегодня? Шестьсот. Тысяча шестьсот чеков. Я голос сорвала, зазывая покупателей.
Чэнь Синьи издала из недр коленей Вэй И скорбный стон: ─ Серин-цзе, не сыпь цифры на рану, у меня от них уже голова трещит.
Видя сестру в таком состоянии, Вэй И послушно положил руки ей на затылок, отыскав большими пальцами точки фэн-чи.
Чэнь Синьи испустила протяжный вздох облегчения, растекаясь по его ногам безвольной тряпичной куклой.
─ Вот сюда. Не останавливайся. Мистика какая-то, тетя Чжан из салона красоты – профессиональный массажист, а мнет хуже тебя.
Речь шла о тете Чжан, массажистке со стажем из того самого салона красоты.
Вэй И ее прекрасно знал.
Более того, когда в прошлой жизни он только учился делать массаж,
именно тетя Чжан обучала его основам.
Вэй И продолжил разминать шею, выверяя нажим с хирургической точностью.
Чэнь Синьи блаженствовала с закрытыми глазами, но руки ее тем временем начали жить своей жизнью.
Соскользнув с диванной подушки, ее пальцы сперва легли ему на колено, а затем принялись ползти вверх по бедру.
Большие пальцы Вэй И, массировавшие ее затылок, на секунду замерли.
Рука Чэнь Синьи ползла все выше, уголки рта изогнулись в улыбке, глаза оставались закрытыми, а на лице застыло невинное выраженьице – мол, эта рука вообще не моя.
Ким Серин со стороны наблюдала за этой сценой, пока наконец не выдержала:
─ Синьи, мы вообще-то тут сидим.
─ А вы делайте вид, что не замечаете.
─ Как тут не заметить таких громадин. Младший тебе массаж делает, так наслаждайся процессом, рукам-то покой нужен.
─ Только тронутаю, от меня же не убыло. Верно, братишка?.
Вэй И оставил выпад без ответа, продолжая разминать ей шею.
Не дождавшись отклика, Чэнь Синьи фыркнула, но руку убирать и не подумала,
принявшись выписывать пальцами замысловатые пассы в стиле «Уличного бойца» и «Короля бойцов».
Туда-сюда, вверх-вниз...
Впрочем, перевернувшись на другой бок, она приподнялась с колен Вэй И и посмотрела на Ким Серин с Линь Сыянь:
─ Вы сегодня тоже вымотались не меньше. Пусть мой братишка и вам помнет спину. У него руки золотые, массаж просто потрясающий.
Линь Сыянь как раз поднесла к губам стакан с водой, застыв на полуслове.
Ким Серин замялась: ─ Не стоит, я просто приму душ и завалюсь спать.
─ Попробуй, Серин-цзе. Ты же видела, в каком я состоянии приползла, а теперь посмотри на меня.
Ким Серин перевела взгляд на Чэнь Синьи.
Та и правда вошла в квартиру бледно-зеленой, а сейчас щеки расцвели здоровым румянцем, да и голос обрел былую звонкость.
Взглянув затем на руки Вэй И и вспомнив уверенный ритм и силу, с которой он только что массировал шею подруги,
она сдалась: ─ Ладно. Только плечи. Я сегодня на ногах с самого утра, плечи задубели до состояния стального листа.
Линь Сыянь поднялась со словами «я в душ» и направилась к ванной.
Проходя мимо Вэй И, она на долю секунды задержала взгляд на его руках, после чего отвела глаза.
Ким Серин присела на краешек дивана спиной к Вэй И.
На ней была обтягивающая черная футболка, вырез которой аккуратно ложился по линии ключиц.
Вэй И встал позади, согрел ладони о ладони и опустил их ей на плечи.
─ Плечи у тебя и правда зажаты, Серин-цзе.
─ Ещё бы. Твоя сестра – начальник, только языком ворочает. А я сбегала марш-бросок от рассвета до заката, не присела ни разу!.
─ Трудяга, героический труд.
Вэй И приступил к делу.
Двигаясь от надплечий, большие пальцы поплыли вдоль трапециевидных мышц, нажим стал на треть сильнее, чем при массаже Чэнь Синьи.
Мышцы Ким Серин оказались жестче, чем у сестры – сказывались годы регулярных тренировок и плотная структура мышечных волокон.
─ Здесь ломит? – спросил он, надавливая на внутренний край лопатки.
─ Ай... Угу, тут. Полегче.
─ Смягчишь нажим – толку не будет. Терпи, сейчас пойдут плотные места.
Ким Серин стиснула зубы, молча снося боль.
Спустя десяток секунд ломота отступила,
сменившись обволакивающей, греющей негой, разливавшейся от плеч к шее и рукам.
Ее плечи заметно опали, а боевая поза растаяла.
─ Ну как? – подперев щеку рукой, сияла глазами Чэнь Синьи.
─ И правда мастерство, ─ Ким Серин прикрыла глаза, возвращаясь к привычному ленивому тону. ─ А я уж думала, Синьи преувеличивает.
─ С чего бы мне преувеличивать. Мой братишка во всем лучший.
Ушки Ким Серин слегка порозовели, но она сделала вид, что не расслышала концовку.
Вэй И продолжил сеанс.
Движения спустились с плеч и шеи к широчайшим мышцам спины, ладони давили ровно и уверенно.
Дыхание Ким Серин выровнялось и углубилось, голова безвольно качнулась вперед.
Она погружалась в полудремотное, расслабленное состояние.
Сам Вэй И тоже угодил в колею мышечной памяти.
Техника целиком и полностью перекочевала из его прошлой жизни.
Тогда, во время беременности Ким Серин, ее донимали жесточайшие боли в пояснице и спине, и он массировал ее каждую ночь.
Все три триместра напролет – каждый изгиб ее мышц, каждую фасцию он знал лучше собственных пальцев.
После рождения ребенка привычка никуда не делась.
Возвращаясь с работы уставшей, она валилась на кровать со словами: «Мни давай».
Поэтому, когда его руки скользнули по широчайшим мышцам вниз, к пояснице, а затем по привычке двинулись дальше вперед, заведенные сзади ладони легли на грудь,
он даже сообразить ничего не успел.
В конце концов, это движение он за прошлую жизнь повторил несколько тысяч раз, и оно превратилось в чистый рефлекс.
Всё вышло само собой.
А затем он услышал, как Ким Серин судорожно втянула воздух.
Лицо Чэнь Синьи окаменело.
В гостиной повисла звенящая тишина – ровно на полсекунды.
А следом Ким Серин взвизгнула, подскочила на диване как ошпаренная, прижала руки к груди и уставилась на Вэй И осоловелым взглядом.
Краснота залила ее лицо от мочек ушей до самой шеи, глаза округлились, губы задрожали, но вымолвить она ничего не смогла.
Руки Вэй И так и зависли в воздухе в прежней позиции.
Он опустил глаза на собственные ладони, потом на Ким Серин и наконец сообразил, что именно только что вытворил.
Спешно отдернув руки, он открыл рот, собираясь выдать хоть какое-то объяснение.
Однако подбирать слова оказалось бесполезно.
─ Сестрица... – он повернулся к Чэнь Синьи, уповая на ее спасительное вмешательство.
Та взирала на него со сложносочиненным выражением лица. В нем читались и изумление, и неуловимый налет лукавства, но гнева вроде бы не наблюдалось.
Подперев щеку кулаком, она изучала его пару секунд, а затем неожиданно прыснула со смеху:
─ Вэй И, кажется, ты не того человека помассировал.
─ Я случайно.
─ Знаю я, что случайно, ─ хихикая, Чэнь Синьи поднялась и подошла к Ким Серин. ─ Серин-цзе, он правда не специально. Увлекся процессом, рука соскользнула. Или привык так делать, когда мне массаж делает.
─ Это докуда же надо «соскользнуть», чтобы угодить туда?! – щеки Ким Серин полыхали, а голос растерял всю привычную уверенность. ─ И вообще, что это у вас за семейные замашки такие!.
Чэнь Синьи стрельнула глазами на Вэй И – взгляд балансировал на грани укора и сдерживаемого хохота: ─ А ну извивайся перед Серин-цзе.
─ Серин-цзе, прости, честно, я без задней мысли.
Просто по привычке.
Ким Серин глубоко вздохнула, постепенно остужая пылающие щеки.
Злость отсутствовала напрочь, оставалось лишь неожиданное, острое смущение.
В конце концов, она ведь расслабилась под массажем, мысли блуждали далеко от всякой обороны, и тут рука Вэй И забрела куда не следует.
И если уж быть до конца честной, захват вышел на редкость точным.
Стоило этой мысли промелькнуть в голове, как щеки Ким Серин снова залились новой волной румянца.
Она поспешно отогнала крамолу: ─ С ума сойти, я скоро чокнусь с вашей семейкой... Пойду умоюсь!.
Метнувшись к раковине на кухню – ванная комната всё еще была занята Линь Сыянь, – она скрылась из виду.
В гостиной остались лишь Вэй И и Чэнь Синьи.
Вэй И растекался по дивану, в ладонях всё еще ощущая фантомное эпло недавно совершенного захвата.
Правда, ощущения отличались от того, к чему он привык.
В памяти-то его запечатлелось совсем другое – грудь женщины, выкормившей троих его малышей...
Тьфу, четверых.
Позже их младшему с Чэнь Синьи не хватало молока, и он какое-то время подкармливался у второй мамы.
А сейчас она цвела в расцвете юности.
Чэнь Синьи опустилась рядом на диван, склонив голову набок и вглядываясь в него.
─ Интересно, если я одолжу тебя Серин-цзе на денек, ей понравится? – с лукавой улыбкой протянула она.
─ Сестрица... –
Вэй И поспешил обозначить позицию: ─ Клянусь, я правда не со зла.
─ Верю, ─ кивнула Чэнь Синьи с видом человека, всецело доверяющего кристальной честности ближнего. ─ Ни капельки!.
Вэй И: «......»

Комментарии

Загрузка...