На следующий день.
Вечер пятницы.
Чжичунь Дунли, дом 1203.
Чэнь Синьи на удивление не растеклась бесформенной лужицей по дивану.
Она стояла посреди гостиной, зажав в руке распечатанный график, и от начала до конца сверяла план подготовки к завтрашнему открытию «Сича».
Рукава белой рубашки закатаны до локтей, конский хвост затянут туже обычного – в этом милом и задорном образе уже проступала хватка настоящего делового человека.
─ Серин завтра дежурит в точке в Тайгули, скорость выдачи заказов и клиентский сервис должны быть на высоте, если возникнут проблемы – сразу звони.
Ким Серин полулежала на диване, закинув ногу на ногу: ─ Есть, товарищ директор.
─ Сыянь отвечает за имидж бренда и соцсети. Первую партию снимков сдать самое позднее завтра к полудню, старшекурсница Ли уже договорилась с людьми, они будут дежурить на месте с камерами, цветокоррекция и шаблоны постов утверждены заранее.
Линь Сыянь сидела за обеденным столом, перед ней лежал раскрытый ноутбук, она даже не подняла головы в ответ.
Чэнь Синьи перелистнула страницу графика и перевела взгляд на Вэй И, устроившегося на диване: ─ Завтра поедешь со мной.
─ Я думал с утра сперва заглянуть в инкубатор, проверить новые данные по продвижению «Тагэ». Су Лай говорит, во всех пяти кампусах число регистраций пробило потолок.
─ Тогда после обеда чтоб как штык был на месте, ─ голос Чэнь Синьи не допускал возражений. ─ Точка в Тайгули – наш флагман, а ты главный консультант. Что за цирк, если на открытии не будет тебя?
─ Ладно, буду вовремя.
Ким Серин покачивала ногой и демонстративно вздохнула: ─ Еще до открытия нанервничалась так, что страшно подумать, что будет, когда «Сича» пойдет на биржу или начнет привлекать инвестиции. Ты же ночами спать перестанет.
Чэнь Синьи зыркнула на нее: ─ Тоже мне, нашла время для ехидства. Отчет по отзывам покупателей на новую линейку «Тяньбинбин» на эту неделю ты мне до сих пор не скинула.
Ким Серин тут же вскинула руки в знак капитуляции: ─ Сейчас скину, обязательно скину.
Линь Сыянь тихо и сосредоточенно вычитывала тексты и фотографии для завтрашней публикации в Weibo.
Каждый пост она перечитывала дважды, лишь изредка бросая вполголоса: «Этот тег ставить в начале или в конце?»
Спросив, снова утыкалась в экран, свет которого падал ей на лицо, придавая выражению сосредоточенности почти благоговейный оттенок.
Эта ее готовность молча сносить любые тяготы заставляла самого Вэй И чувствовать себя законченным негодяем.
С чего бы это вдруг?
Он ведь палец о палец не ударил, а уже получил самую заветную любовь Линь Сыянь.
Субботнее утро, Саньлитунь, Тайгули.
У входа в чайную выстроилась очередь из двухсот с лишним человек, хвост которой тянулся от дверей в коридор торгового центра, а оттуда – прямо на площадь.
Сентябрьское солнце припекало вовсю, но в очереди никто и не думал возмущаться – все поголовно щелкали вывеску на телефоны.
Дизайнерский проект старшекурсницы Ли при дневном свете заиграл во всей красе.
Минималистичный белый фасад с золотым тисненым логотипом, мягкий свет из панорамных витрин – все это делало заведение похожим скорее на элитную картинную галерею, чем на чайную лавку.
Покупатели тут же выкладывали снимки в Weibo или Moments, автоматически добавляя геолокацию и хештеги.
Парочка девушек зачастили позировать прямо под вывеской, нащелкав кадров на десять минут вперед, хотя их очередь делать заказ еще даже близко не подошла.
Чэнь Синьи стояла на улице рядом с Вэй И, держа его под руку. В ее голосе звучало сдержанное удовлетворение, хотя уголки рта все равно ползли вверх:
─ Среднее время ожидания в очереди – больше получаса, скорость выдачи стаканчиков не проседает. Первое, что делает человек, получая напиток, – фотографирует его. Наша визуальная стратегия сработала.
Вэй И посмотрел на строчку золотых букв, тисненых на белом картоне.
«Чаепитие – это всегда радость».
Эту фразу придумал он.
Но превратила ее в цельную концепцию бренда старшекурсница Ли, а воплотила в жизнь Чэнь Синьи.
Он задал направление, а старшие сестры довели дело до ума.
Разделение труда временами казалось ему даже чересчур безупречным.
Ким Серин внутри заведения крутилась так, что у нее растрепался хвост.
Голос после трех часов криков слегка охрип, но держалась она превосходно: руководила выдачей заказов, координировала подвоз ингредиентов, успокаивала ждущих в очереди клиентов – всё на одном дыхании.
Какой-то покупатель принялся возмущаться долгой возней и требовать администратора; Серин за тридцать секунд принесла ему стаканчик с новинкой на пробу и обронила: «Это лимитированная серия, которая поступит в продажу только в следующем месяце, оцените, пожалуйста, пришелся ли вам по вкусу такой вкус».
Недовольный тут же остыл и даже добровольно выложил пост в Moments, помогая с рекламой.
Линь Сыянь отвечала за поддержание имиджа бренда на площадке.
Она стояла возле барной стойки в сером платье миди, с мягкой улыбкой рассказывая новичкам о линейке напитков.
Парочка девчонок узнали ее по тем самым рекламным снимкам в Weibo и с восторгом подлетели с просьбой сфотографироваться.
Линь Сыянь послушно улыбнулась для трех или четырех кадров, но стоило затвору щелкнуть в последний раз, как дежурная улыбка мгновенно испарилась, сменившись привычным прохладным выражением лица.
Вэй И наблюдал за этой сценой со стороны, думая про себя, что эта девчонка меняет выражения быстрее, чем его старшая сестрица.
В тот же день.
Первая точка «Тяньбинбин» у Ляньда переживала пик популярности за всю свою историю.
Из-за акции «один напиток плюс второй в подарок» очередь растянулась от прилавка до самого тротуара, а затем витиевато изогнулась у дверей соседнего копицентра.
Хозяин этого копицентра вынес к порогу табуретку, устроился поглазеть на представление и заодно вывесил табличку: «Утомитесь в очереди? Минералка – три юаня за бутылку».
Запасы лимона закончились задолго до полудня.
Чо Мин принимала деньги за кассой и одновременно строчила голосовые в девчачий чат:
─ Неужели нельзя было завезти больше лимонов! У меня руки уже насквозь пропитались этим чертовым запахом, отмыть не могу! Остались еще лимоны? Пусть кто-нибудь срочно пришлет мне еще три ящика!
Ким Серин, разрываясь от забот в Саньлитунь, не преминула отписать ей: «Да ты сама ходячий лимон, какие тебе еще лимоны».
Чо Мин в ответ прислала емкое и звучное слово из трех букв.
Чжао Ган, Луо Сяофэн и Ли Цзюньцзе добровольно вызвались помочь.
Стоило Чжао Гану встать у входа, как его фигура курсанта-оборонщика ростом метр восемьдесят пять превратилась в живой указатель – покупатели выстроились в струнку без лишних напоминаний.
Луо Сяофэн с пачкой рекламных листовок наперевес зазывал прохожих: ─ «Тяньбинбин», новинки по акции «два по цене одного», подходим, не проходим мимо!.
Ли Цзюньцзе молча сканировал коды для заказа у каждого стоящего в очереди; слов он за всё время не произнес ни единого, но работал эффективнее всех.
Они и не заметили, как на противоположной стороне улицы, в чайной напротив,
сидела Цзян Вань. Устроившись у окна с чужим стаканчиком чая в руке, она сквозь стекло неотрывно смотрела на змеившуюся у «Тяньбинбин» очередь.
Ее взгляд задержался на Чжао Гане, потом на Луо Сяофэне, затем на Ли Цзюньцзе.
После этого она опустила глаза на собственный стакан, а затем снова перевела их на скалящихся ледяных кубиков с вывески конкурентов.
Поставив стакан на стол, она расплатилась и направилась к автобусной остановке.
После полудня, Саньлитунь.
Цзян Вань в одиночестве стояла на другой стороне дороги.
Никому ничего не сказав, она просто наткнулась в сети на новость об открытии «Сича» и решила взглянуть на всё своими глазами.
Толпа на этой улице оказалась куда больше, чем она себе представляла.
Люди в очереди снимали вывески на телефоны, счастливчики с заветными стаканчиками первым делом делали фото и лишь потом отпивали, а персонал в зале летал словно на крыльях.
Ким Серин о чем-то толковала у входа с человеком, похожим на поставщика; Линь Сыянь вышла из помещения, держа в руке стаканчик с новинкой для дегустации, и протянула его потерявшему терпение клиенту.
Тот сделал глоток, и нахмуренная физиономия мгновенно сменилась изумлением.
Там же Цзян Вань заметила и Чэнь Синьи, стоявшую у входа под руку с Вэй И.
Эта женщина... наведывалась в Ляньда уже несколько раз.
К тому же она водила тесную дружбу с главной красавицей и старшекурсницей Ляньда Ким Серин.
А главное, состояла в романтических отношениях с Вэй И – восходящей звездой студенческого бизнеса на первом курсе.
Вдобавок ко всему – писаная красавица с отменной фигурой, из-за чего в кругах Ляньда многие не ленились собирать на нее досье.
В университетской среде подобные поверхностные сведения добывались проще простого.
Так что теперь Цзян Вань прекрасно знала: перед ней студентка элитного Жэньда, зампредседаселя студсовета, гроссмейстер бизнеса, умудрившаяся запустить успешное дело еще на первом курсе.
И к тому же... поговаривали, будто эта девица – сводная сестра Вэй И!
Вэй И стоял рядом, позволяя ей держать себя под рукой, а на его лице читалось выражение ни то чтобы полного наслаждения, но и без тени отторжения.
Естественная, привычная близость, такая же легкая, как дыхание.
Всё это говорило Цзян Вань об одном.
Покупать чай она не стала, развернулась и пошла обратно.
Вернувшись в общежитие, она обнаружила, что всех трех соседок нет.
Раскрыв ноутбук, Цзян Вань заново вбила имя Вэй И в строку поиска.
На этот раз она скомбинировала ключевые слова: «Вэй И Тагэ Кэцзи Сича Тяньбинбин Сини Чаньинь», собрав всю доступную публичную информацию в единый документ.
Масштабы экспансии «Тагэ Чусин», точки «Тяньбинбин» вокруг Ляньда, Жэньда и Цинхуа, новость об открытии филиала «Сича» в Саньлитунь, данные о регистрации компании «Сини Чаньинь» – всё нанеслось на импровизированную карту.
Она долго вглядывалась в этот файл.
Затем закрыла его, потянулась за телефоном и открыла WeChat.
Тот самый чат с человеком, в друзья к которому она постучалась несколько дней назад, но так и не перекинулась ни единым словом,
по-прежнему хранил лишь системное уведомление: «Вы успешно добавили друг друга в друзья».
Цзян Вань набросала длинное сообщение, дважды переписывала, пока итоговый вариант не принял следующий вид:
«Вэй И, в понедельник будут официальные выборы старосты. Не факт, что я смогу удержаться на этой временной должности, к тому же мне кажется, что девушке тянуть такое в одиночку тяжеловато. Может, в понедельник я предложу твою кандидатуру?»
Ответ прилетел довольно быстро.
«Староста, назвался груздем – полезай в кузов. К тому же я человек занятой, так что лучше не надо».
Формулировка на вид вполне вежливая, все приличия соблюдены.
Но между строк читалось предельно четко: неинтересно.
Уголки губ Цзян Вань чуть дрогнули в усмешке. Подумав немного, она набила еще одно длинное сообщение:
«Но я всё равно считаю, что ты подошел бы лучше всех. У нас в группе девчонок много, если старостой останусь я, найдутся те, кто будет недоволен. А если ты так занят, я могу стать замстаросты – всю рутину возьму на себя, от тебя потребуется лишь изредка появляться, твоим делам это не помешает».
На сей раз собеседник ответил не сразу.
Цзян Вань не спешила и принялась перечитывать досье во второй раз.
Час спустя телефон наконец звякнул.
Вэй И: «Прости, староста, мне неинтересно. Поищи кого-нибудь другого».
Глядя на этот ответ, Цзян Вань положила телефон на стол и продолжила ковырять остывшую жареную лапшу, купленную на ужин.
Эта рыбешка оказалась не только куда крупнее, чем она предполагала изначально.
Да и поймать ее будет ох как непросто.

Комментарии

Загрузка...