Кэбао промолчала, лишь сделав шаг в сторону Сюньфэн. Сюньфэн кивнула, её взгляд потемнел — теперь она видела перед собой лишь худощавую фигуру.
Сюньфэн решительно двинулась к Лю Юньлаю, а Кэбао, сжимая в руке красный талисман, неотступно следовала за ней. Сюньфэн думала только о том, чтобы пробиться вперед, но в тот же миг, едва она сделала первые шаги, неподвижный доселе воздух пришел в движение. Повеяло холодом, и в комнате, словно в кипящем котле, всё заходило ходуном.
Раздался сухой треск, и столы со стульями по обе стороны начали мелко дрожать.
Сюньфэн нахмурилась: скверно дело. Лю Юньлай оказался способен управлять окружающими предметами. Она резко метнулась в сторону и, рванув к операционному столу, с быстротой, на которую была способна лишь в этот критический момент, швырнула талисман обездвиживания на аккуратно разложенные хирургические инструменты.
Она выдохнула. Столы и стулья ей сейчас не подчинить, но эти скальпели — другое дело, ими можно убить одним ударом. Заметив краем глаза железную лопату, прислоненную к столу, она тут же выхватила еще один талисман и налепила его на готовую сорваться с места лопату. Оружие из неё выйдет так себе, но все же лучше, чем сражаться голыми руками.
Остался последний талисман. Она не имела права на ошибку.
Время утекало, и каждая минута приближала поражение. Уголки её губ дрогнули в улыбке: жизнь и смерть сошлись в одной точке, это было захватывающе. В конце концов, самое страшное, что может случиться, — смерть.
— Эй, вонючий даос, если я сдохну, будь добр, похорони меня, — сама не зная почему, Сюньфэн, до этого момента охваченная напряжением, вдруг почувствовала странное облегчение.
Она шагнула вперед. Лю Юньлай слегка поднял руку, и столы со стульями, словно обретя сознание, взмыли в воздух и полетели на неё. Сюньфэн, ухватившись обеими руками за черенок лопаты, изо всех сил принялась отбиваться. К счастью, мебель двигалась не слишком быстро, и Сюньфэн, имевшая кое-какие навыки в боевых искусствах, кое-как справлялась, продолжая прорываться вперед под градом ударов.
— Хм, если бы я не был ранен, ты бы до сих пор была жива?
Раздался низкий голос. Лю Юньлай развернулся. На его носу поблескивали старомодные очки в золотой оправе, а за стеклами горели зловещим темно-красным светом глаза, полные жестокости и ненависти. Он смотрел на Сюньфэн, не выражая никаких эмоций.
— А! — вскрикнула Кэбао.
Сюньфэн толкнула её под операционный стол, а сама, подобрав с пола обломок столешницы, прикрылась им от летящего мусора и на ходу бросила:
— Не бойся, пока держимся.
По сравнению с Хундоу, Лю Юньлай выглядел еще относительно нормально, но этот взгляд... для такой девушки, как Кэбао, он был поистине пугающим.
До Лю Юньлая оставалось шагов пятнадцать.
Она твердила про себя: всего пятнадцать шагов. Сюньфэн, в старшей школе ты была чемпионкой уезда по ушу среди учащихся, если сосредоточишься, у тебя всё получится.
Глубокий вдох.
— А! — Сюньфэн, выложившись без остатка, отшвырнула столешницу и рванула вперед. В левой руке — лопата, в правой — последний талисман. Она изо всех сил попыталась приклеить его на Лю Юньлая.
Почти дотянулась. Лицо Лю Юньлая было совсем близко. Сюньфэн сделала резкий рывок, но он слегка подался в сторону, уклоняясь. Сверкнул холодный блеск — и Сюньфэн почувствовала острую боль в правой руке.
— Нет!
Под действием инерции она рухнула на пол.
Она с ужасом смотрела, как Лю Юньлай полоснул скальпелем по её последнему талисману, превращая его в лоскуты. Из пальцев обильно текла кровь. В то же время летящие по комнате столы и стулья замерли, а на стенах начали вздуваться уродливые наросты. Они напоминали живые коконы, внутри которых вот-вот должно было что-то вылупиться.
— Ха-ха-ха! Видишь? Это всё мои люди, произведения искусства, созданные моими руками. Еще немного, и они появятся на свет! Ха-ха-ха! — Лю Юньлай торжествующе улыбался, проводя обухом скальпеля по лицу Сюньфэн. — За всё это время ты была ближе всех к тому, чтобы убить меня. Смелости тебе не занимать. Что ж, скоро ты сама станешь таким же произведением искусства, как и они.
Произведения искусства? Этот извращенец называет распотрошенных призраков искусством! От его фанатичного вида у Сюньфэн по коже поползли мурашки.
— У нас еще есть даос! Не забывай об этом.
— Даос? — Лю Юньлай расхохотался. — Посмотри вокруг, где ты видишь даоса? Он давно сбежал.
— Черт. — Сюньфэн оглянулась: Цинсюань, этот толстый увалень, действительно исчез. Она знала, что на него нельзя положиться, но чтобы настолько... Сердце сжалось, она крепче перехватила лопату. Холод металла, передавшийся ладони, придал ей решимости. У неё созрел план.
— Ты хочешь ранить меня этой жалкой лопатой? Не переоценивай себя. Ладно, пусть мои произведения искусства поиграют с тобой. — Лю Юньлай развернулся, раскинул руки и с нежностью обратился к стенам: — Дети мои, выходите! Ваши новые товарищи уже ждут вас.
Стены начали вибрировать всё сильнее, казалось, твари вот-вот прорвутся наружу. В то же время у двери послышался шорох — похоже, действие талисманов на призраков в коридоре заканчивалось.
— Ждут они тебя, ага, конечно! — Сюньфэн резко вскочила и сорвала талисман, который ранее наклеила на лопату.
Взмах — и бумажка прилипла к спине Лю Юньлая. В тот же миг мир погрузился в тишину. Стены замерли, у двери воцарилось спокойствие.
— Ха-ха-ха! — Сюньфэн, тяжело дыша, рассмеялась, в уголках глаз выступили слезы. Черт возьми, наконец-то очередь смеяться настала для неё. Опираясь на лопату, она проговорила: — Не бывает безвыходных ситуаций. Моя жизнь не должна была оборваться здесь. Готовься сам лечь в могилу рядом со своими шедеврами. Кэбао, скорее!
— Кэбао? — Не дождавшись ответа, Сюньфэн в недоумении обернулась и увидела Кэбао, у которой по щекам текли слезы. Что происходит?
— Почему это ты? — голос Кэбао дрожал, слезы лились ручьем.
Сюньфэн перевела взгляд с Лю Юньлая на Кэбао:
— Вы знакомы?
— Цин Фэн, почему это ты? — Кэбао словно не слышала её. Она шаткой походкой двинулась вперед, её хрупкое тело сотрясала дрожь, а в голосе слышались лишь отчаяние и растерянность.
Хлоп! В голове у Сюньфэн что-то оборвалось. Цин Фэн? Лю Юньлай? Это один и тот же человек? Она не понимала: зачем Лю Юньлаю притворяться Цин Фэном и зачем он рисковал собой, спасая Кэбао в женском общежитии?
— Обманщик... Ха-ха, обманщик... — Кэбао продолжала идти, не в силах поверить в происходящее.
— Кэбао! Уничтожь его! — крикнула Сюньфэн, но сил уже не было. Человек, дважды спасший Кэбао, оказался Лю Юньлаем — какая ирония. Она не была уверена, что Кэбао сможет поднять на него руку: женщины — существа крайне эмоциональные и романтичные, причем эта эмоциональность обратно пропорциональна возрасту. Чем моложе девушка, тем легче она попадает в ловушки собственных чувств.
— Ха-ха-ха! — Лю Юньлай, застывший в оцепенении, разразился безумным хохотом.
Бессилие Сюньфэн, горе Кэбао и безумие Лю Юньлая наполнили комнату еще более гнетущей и жуткой атмосферой.

Комментарии

Загрузка...