Сюй Саньдо склонил голову так низко, что едва не касался подбородком груди. Его голос был едва слышен, словно писк комара:
— Докладываю... я... я не он.
— Хм.
Гао Чэн не стал ничего добавлять. Его взгляд скользнул мимо Сюй Саньдо, словно того и вовсе не существовало, и командир роты стремительно зашагал прочь.
Почувствовав, что ротный ушел, Сюй Саньдо наконец осмелился поднять голову. Перед ним уже стоял Ши Цзинь. На его лице играла мягкая, теплая улыбка, от которой на душе становилось спокойнее. Сюй Саньдо невольно улыбнулся в ответ.
— Взводный...
Стоявший рядом офицер Бай неловко усмехнулся и потянул Ши Цзиня за рукав:
— Старшина Ши, забирай этого бойца к себе.
Сказав это, он поспешно ретировался, будто за ним кто-то гнался.
Ши Цзинь с улыбкой похлопал Сюй Саньдо по плечу. В его глазах читалась искренняя гордость:
— Сюй Саньдо, я всё знаю про дела в степном пятом отделении. Ты молодец, отлично справился.
Сверху донесся грохот и шум.
— Подожди меня здесь, — бросил Ши Цзинь и взбежал по лестнице.
В кабинете Гао Чэн яростно дымил сигаретой, окутанный клубами дыма. Его брови сошлись на переносице так плотно, что, казалось, могли раздавить муху.
Едва Ши Цзинь переступил порог, ротный ткнул в него пальцем:
— Этот боец мне не нужен! Отправь его туда, откуда он пришел. Проболтался где-то полгода и вернулся... Мне плевать, какие у него связи с полковником! Ворота Стальной седьмой роты навсегда закрыты для этого солдата!
— Но это распоряжение полковника...
— Полковник? И что с того, что полковник! В моей роте у него нет права голоса в таких вопросах! — проорал Гао Чэн так, что его голос разнесся по всему этажу.
Дежурный солдат невольно еще пару раз взглянул на Сюй Саньдо, и в его глазах промелькнуло сочувствие.
— Командир... — Ши Цзинь преградил путь Гао Чэну, собиравшемуся выйти.
В этот момент послышался голос Хун Синго:
— Издалека слышно, как вы орете. Это из-за того бойца, что стоит внизу?
— Из-за него! — вскипел Гао Чэн, тыча пальцем чуть ли не в нос Ши Цзиню и брызгая слюной. — Ты сам его притащил, ты лучше всех знаешь, что он за фрукт! Дай пройти, я сам ему всё выскажу!
— Командир! — Ши Цзинь стоял в дверях как вкопанный, не обращая внимания на подошедшего инструктора. В его голосе звучала непоколебимая решимость: — Он нужен мне!
— Причина!
— Я сделаю из него настоящего солдата. Обязательно.
— Это не причина, — Гао Чэн сверлил Ши Цзиня взглядом, готовый, казалось, живьем съесть своего лучшего командира отделения, лишь бы тот отступил.
— Я... я ему должен...
Услышав это, Гао Чэн едва не взорвался. Он разразился ругательствами:
— Что ты ему задолжал? Денег у него взял? Или он тебя поил-кормил на халяву?
— Нет, ничего такого. Это обещание.
— Да что за чушь ты там наобещал на стороне?!
Гао Чэн с досадой хлопнул себя ладонью по лбу.
— Нет, командир. Я давно принял это решение в душе. Я обещал его семье, что сделаю из него достойного бойца.
Хун Синго, наблюдавший за этой сценой, наконец понял, в чем дело, и вмешался:
— Ладно. Пусть этот боец идет в твое отделение!
Гао Чэн не успел даже возразить, как лицо Ши Цзиня озарилось радостью. Он вскинул руку к козырьку:
— Есть! Товарищ инструктор!
После чего он пулей вылетел из кабинета и помчался вниз по лестнице.
— Что за дела, зачем ты согласился? — недовольно проворчал Гао Чэн.
Хун Синго усмехнулся:
— Раз полковник так распорядился, в этом наверняка есть глубокий смысл. Мы оба знаем способности Ши Цзиня. Я верю, что он справится и вытянет парня.
— Да ну тебя, вечно ты всё красиво распишешь, — буркнул Гао Чэн и, нахлобучив фуражку, вышел вон.
Глядя ему в спину, Хун Синго лишь покачал головой.
— Протирайте всё до блеска! И не забывайте про смазку! Эти машины — гордость нашей седьмой роты, так что не отлынивать!
У Люи с тряпкой в руках обходил площадку. Вокруг стояли различные бронемашины, и солдаты, вооружившись инструментами, проводили техобслуживание.
Цзэн Сюнь закончила возиться с деталями, вытерла пот, выступивший на шее, и похлопала по броне БМП. Она аккуратно прошлась тряпкой по корпусу — эта техника ей искренне нравилась. Не стоит думать, что только мужчины любят возиться с железом; страсть к мощным машинам не имеет пола.
— Замком У, скоро обед?
— Еще целый час! Ах ты, прорва, только о еде и думаешь! Сколько ни ешь, а всё не растешь! — У Люи подошел ближе. Он искренне не понимал: Цзэн Сюнь ест за двоих, тренируется до седьмого пота, даже сама себе дополнительные нагрузки придумывает, а всё равно остается невысокой и щуплой. Разве что лицо стало еще симпатичнее.
— Замком У, как же тренироваться без еды? Я просто умираю с голоду, — хихикнула Цзэн Сюнь.
Гань Сяонин и Бай Тецзюнь подошли поближе. Гань Сяонин выудил из кармана конфету:
— На, держи. Знаем мы, что ты вечно голодная. Пока нет тренировок — ешь, а на плацу забудь об этом.
— Спасибо! — Цзэн Сюнь не стала церемониться. Почувствовав во рту сладость, она заулыбалась еще шире.
— Да уж, с таким лицом тебе только по свиданиям ходить, — подколол её Бай Тецзюнь, делая вид, что усердно протирает БМП. — Жаль, что в нашей казарме одни мужики, а то отбоя бы от кавалеров не было.
— Еще бы! Не то что ты — вылитая лягушка, кто на тебя посмотрит? — расхохотался Гань Сяонин.
— Разговорились тут! А ну, за дело! — прикрикнул У Люи.
Троица тут же разбежалась.
— Цзэн Сюнь! А ну, иди сюда! — раздался неподалеку зычный голос.
Солдаты подняли головы и с любопытством уставились на Гао Чэна, который выглядел крайне раздраженным.
— Командир, что-то случилось? — подбежал У Люи.
— Тьфу, одни проблемы! Давай, зови Цзэн Сюня, у меня к нему дело! — Гао Чэн нетерпеливо махнул рукой.
— Цзэн Сюнь! Живо сюда!
Цзэн Сюнь подбежала трусцой, отдала честь и молча последовала за хмурым Гао Чэном.
За их спинами Бай Тецзюнь и Гань Сяонин обменялись понимающими смешками.
— Я так погляжу, ротный к Цзэн Сюню особенно неровно дышит. Постоянно его вызывает.
— А ты не завидуй. Посмотри на показатели Цзэн Сюня. Кого ему еще звать — тебя, что ли? — поддел друга Гань Сяонин. — Ты хоть бы книжки почитывал в свободное время, как он, тогда бы и я тебя зауважал!
В кабинете командира роты Гао Чэн в сердцах хлопнул ладонью по столу и, не оборачиваясь, бросил:
— Дверь закрой!
Цзэн Сюнь вошла, вспоминая странный взгляд дежурного, и уже примерно догадывалась, в чем дело.
— Командир, вызывали?
— Слушай, я сейчас просто взорвусь от злости! — Гао Чэн отхлебнул воды, потянулся было за сигаретой, но, вспомнив о чем-то, отложил пачку.
— Командир, такая вспыльчивость вредна для здоровья.
Гао Чэн обернулся и сердито зыркнул на неё:
— Ты думаешь, я по своей воле бешусь? Ладно, к делу!
Он прислонился к стене и продолжил:
— Помнишь этого бойца, Сюй Саньдо? Что ты о нем думаешь? Есть в нем хоть какой-то прок?
— Командир... не мне об этом судить. Старшина Ши Цзинь общался с ним гораздо больше, лучше спросить его, — ответила Цзэн Сюнь, окончательно убедившись, что Сюй Саньдо прибыл в Стальную седьмую роту. Гао Чэн явно был не в восторге от этого пополнения.
— Ты мой боец, так что помогай решать проблемы! К тому же, ты с этим Сюй Саньдо провел немало времени. Мне нужно твое мнение. Боюсь, он утянет Ши Цзиня на дно! — недовольно проворчал Гао Чэн.
Несмотря на юный возраст Цзэн Сюня, Гао Чэн очень ценил его мнение. В учебном подразделении Цзэн Сюнь, помимо Чэн Цая, общался с Сюй Саньдо чаще других, и его оценка была самой объективной.
Раз уж не удалось помешать переводу Сюй Саньдо в третье отделение, Гао Чэн хотел прощупать почву. Если всё будет совсем плохо, он найдет способ избавиться от балласта. Но главное — он хотел, чтобы Цзэн Сюнь присматривал за новичком и не давал ему подвести Ши Цзиня. В конце концов, в роте новобранцев Цзэн Сюнь уже помогал Сюй Саньдо с тренировками.
— Как думаешь, из этого Сюй Саньдо выйдет толк? Станет он нормальным солдатом? — спросил Гао Чэн.
Цзэн Сюнь знала, что Сюй Саньдо — главный герой, и его путь — это путь преодоления. Несмотря на то, что она знала финал истории, она не стала отвечать формально. Она серьезно обдумала текущую ситуацию в роте, положение Ши Цзиня и то, чем сама может помочь.
Спустя долгое время она уверенно кивнула:
— Я верю в способности старшины Ши. Сюй Саньдо — парень простой, упёртый, но это не значит, что из него ничего не выйдет. Командир, дайте ему время. Я верю, что он справится.
— К тому же, я ведь тоже в третьем отделении. Сюй Саньдо меня слушается, я могу взять его под крыло и тренироваться вместе с ним.
В этом Цзэн Сюнь была абсолютно уверена.
— И тебя не пугает, что он обрушит показатели отделения? Только не говори мне, что это неважно! Переходящий красный флаг вам больше не нужен? — Гао Чэн немного остыл и теперь просто вертел в руках пачку сигарет.
— Командир, третьему отделению уже скучно вечно быть первыми. У других отделений из-за этого падает энтузиазм. Думаю, небольшая встряска нам не повредит.
— ...У тебя что, голова перегрелась? — Гао Чэн вытаращил глаза, не зная, что и сказать этому парню, но в душе почувствовал облегчение. — Ладно, если тебе надоела спокойная жизнь и хочется проблем — дело твое!
В третьем отделении были такие зубры, как У Люи и Гань Сяонин, был опытнейший Ши Цзинь, да и остальные не пасли задних. А с учетом Цзэн Сюня, который уже сейчас показывал невероятные результаты и продолжал пахать, опасения Гао Чэна поутихли.
Он нетерпеливо махнул рукой:
— Свободен. И позови мне Чэн Цая!
— Есть!
Чэн Цай пробыл в кабинете ротного недолго. Неизвестно, о чем они говорили, но вышел он в прекрасном расположении духа.
Из-за прибытия Сюй Саньдо третье отделение вернулось в казарму раньше обычного. Вскоре вошел Ши Цзинь, ведя за собой новичка.
Сюй Саньдо, поставив вещи, расплылся в глуповатой улыбке и посмотрел на У Люи:
— Зам... замком, давно не виделись! Я так рад тебя видеть!
У Люи был его земляком, и Сюй Саньдо чувствовал к нему особую привязанность.
— Цзэн... Цзэн Сюнь, и ты здесь! Хе-хе, я так рад, кругом одни знакомые.
Цзэн Сюнь дружелюбно кивнула Сюй Саньдо, а затем перевела взгляд на У Люи, чье лицо после известия о пополнении напоминало грозовую тучу.
— Чему ты радуешься? Нечему тут радоваться! — отрезал У Люи. — Сюй Саньдо, раз уж ты попал в третье отделение, будешь пахать наравне со всеми! Ежедневный план тренировок должен выполняться беспрекословно. Даже не думай тянуть нас назад!
Несмотря на ворчание, У Люи всё же встал и начал объяснять новичку правила внутреннего распорядка. Из-за его скверного настроения остальные помалкивали, боясь попасть под горячую руку.
Какое-то время в казарме слышался только резкий голос У Люи и дурашливое хихиканье Сюй Саньдо.
— У Люи, надо вещи перетащить, помоги, — позвал Ши Цзинь, как только замком закончил инструктаж.
Атмосфера в комнате тут же разрядилась. Бай Тецзюнь и Гань Сяонин принялись налаживать контакт.
— П-привет всем, я Сюй Саньдо.
— Знаем, знаем, ты тот самый парень из армейской газеты! Мы читали. Сюй Саньдо, я считаю, что в плане выдержки ты дашь сто очков вперед нашему Бай Тецзюню! — не упустил случая подколоть товарища Гань Сяонин.
Бай Тецзюнь возмутился:
— Подумаешь! Пусть лучше в физо со мной потягается. Сюй Саньдо, как у тебя с физподготовкой?
— Физ... подготовкой? — Сюй Саньдо почесал затылок. — Ну... вроде нормально...
— Саньдо, третье отделение всегда было первым по физо. Если твоих показателей не хватит, будешь дополнительно тренироваться со мной в свободное время, — подала голос Цзэн Сюнь.
Сюй Саньдо снова заулыбался. В роте новобранцев именно Цзэн Сюнь натаскивала его, так что это предложение не было для него в новинку.
— О! Я... я обязательно буду стараться! Я трудностей не боюсь...
— Я в тебя верю, — улыбнулась Цзэн Сюнь. Она знала о невероятном упорстве Сюй Саньдо. История с дорогой в степном пятом отделении доказала, что у парня огромный потенциал, который просто нужно раскрыть.
— Ого, наш отличник боевой подготовки решил заняться только Сюй Саньдо? Какая предвзятость! — запричитал Бай Тецзюнь.
Гань Сяонин расхохотался:
— Да он и тебя бы взял, только ты же не потянешь его темп!
— Ах ты...
Два весельчака уже готовы были начать очередную перепалку, как в дверях раздался крик:
— Сюй Саньдо!
— Чэн Цай! — Сюй Саньдо просиял, увидев своего старого друга.
— Саньдо, выйдем, потолкуем! — Чэн Цай махнул рукой, а затем кивнул старослужащим третьего отделения: — Я заберу его ненадолго.
Они вышли в коридор и радостно хлопнули друг друга по ладоням, словно снова оказались в родной деревне Нижние Ивы.
Расспросив Сюй Саньдо о его делах, Чэн Цай с некоторым пафосом начал рассказывать о себе.
— ...Саньдо, ты вырос, и я вырос. Ты это, впредь не будь таким упёртым, умей подстраиваться. Третье отделение — место хорошее, ребята там нормальные. Старайся, не тупи, как в учебке... Если чего не знаешь — спрашивай меня. И насчет тренировок не ленись. Я верю в тебя, Саньдо. Мы вместе пойдем здесь далеко.
— Чэн... Чэн Цай.
Сюй Саньдо удивленно посмотрел на друга и вдруг улыбнулся. Ему казалось, что Чэн Цай изменился, стал каким-то другим, но он не мог понять, в чем именно. Однако эти перемены ему нравились.
— Чего лыбишься? Ты вообще слышал, что я сказал? — Чэн Цай, который только что говорил вполне искренне, не выдержал и отвесил другу легкий подзатыльник. — Запомни: тренируйся усердно! Показывай себя с лучшей стороны!
Сюй Саньдо, радуясь переменам в друге и чувствуя его заботу, серьезно закивал:
— Угу! Цзэн... Цзэн Сюнь сказал, что будет тренировать меня!
Чэн Цай заглянул в приоткрытую дверь казармы третьего отделения и негромко усмехнулся:
— У дураков свое счастье. Делай всё, что говорит Цзэн Сюнь. И командира с замкомом слушайся беспрекословно! Ладно, я пошел.
Он сделал несколько шагов, но обернулся:
— А я еще за тебя переживал! Всё, бывай!

Комментарии

Загрузка...