В нос ударил резкий, почти едкий запах разогревающего масла. Гао Чэн нахмурился и, немного подумав, добавил:
— Ты тренируешься на износ, лекарства будут улетать быстро. Если закончатся — не стесняйся, бери у меня или у взводного Ши Цзиня.
На службе травмы неизбежны, и у него всегда был припасен необходимый минимум медикаментов. Гао Чэн не хотел, чтобы этот выдающийся солдат выбыл из строя из-за серьезного повреждения, полученного по глупости или недосмотру.
— ...Поняла, товарищ командир, — ответила Цзэн Сюнь, не мигая глядя в лицо Гао Чэну.
В душе она чувствовала легкое недоумение. Она-то наивно полагала, что эти «старики» посмотрят на новичков пару дней и успокоятся, а они, оказывается, все это время втихомолку подглядывали за ней?
Гао Чэн, смущенный ее прямым взглядом, замер на пару секунд, но затем, вернув лицу суровое выражение, продолжил:
— Ладно, время позднее, живо возвращайся и отдыхай! И да, подтяни внутренний распорядок. Нужно постараться взять хотя бы один переходящий красный флаг!
Глядя на то, как выкладывается пятое отделение третьего взвода на физподготовке, Гао Чэн считал, что из-за присутствия Цзэн Сюнь он и так изрядно снизил планку требований к их быту. Но «хотя бы один красный флаг» — это, по его мнению, была вполне достижимая цель. В крайнем случае, придется попросить Ши Цзиня уделить этому вопросу больше внимания.
Когда уже несколько человек подряд погнали ее отдыхать, Цзэн Сюнь окончательно сдалась перед напором этих ветеранов. Она тут же решила, что завтра утром встанет на час раньше: сначала потренируется, а потом займется наведением порядка в расположении.
— Есть, товарищ командир!
Они простояли так еще несколько секунд, глядя друг на друга. Никто не двигался.
— Чего не уходишь? — удивился Гао Чэн. — Еще что-то?
Цзэн Сюнь тряхнула грязной формой, которую держала в руках, и усмехнулась:
— Стираться буду.
Тазика у нее с собой не было. В конце концов, на одежде была только пыль да пот, никаких трудновыводимых масляных пятен, так что можно и просто под краном сполоснуть. После изнурительных тренировок хотелось максимально упростить быт.
Гао Чэн стоял рядом и во все глаза наблюдал, как Цзэн Сюнь открыла кран и принялась полоскать форму под струей воды, словно обычную тряпку. Пару раз небрежно теранула ткань ладонями и вытащила.
— ...И это всё? — выдавил он.
— Ага, — честно ответила Цзэн Сюнь и вдруг обратилась к нему: — Командир, помогите выжать.
Раз уж подвернулся помощник, грех было не облегчить себе задачу.
Опешивший Гао Чэн машинально перехватил край мокрого кителя, с которого ручьями текла вода. Брызги тут же намочили ему штанину, и от его напускной суровости не осталось и следа.
Ледяная вода сбегала вниз. Из-за неловкости Гао Чэна часть брызг попала на чистые носки Цзэн Сюнь, но она даже бровью не повела. Заставив командира помочь выкрутить еще и брюки, она подхватила влажную форму и зашагала к казарме.
— ...Что это за привычки такие! — пробормотал Гао Чэн, глядя ей в спину. Он посмотрел на свои мокрые брюки, потом на ее промокшие носки и еще долго не мог прийти в себя.
Надеть чистые носки после душа, а сверху — резиновые тапочки, да еще и лезть так в воду... Каким человеком надо быть, чтобы вытворять такое?
Благодаря стараниям Ши Цзиня и ежедневным наставлениям У Люи, который каждое утро «проедал плешь» новобранцам, быт пятого отделения стремительно улучшался. За Сюй Саньдо и Чэн Цая можно было не волноваться — они справлялись блестяще. Остальные семеро новичков тоже не отставали.
Даже Цзэн Сюнь в этом деле поднялась с уровня «новичка» до «мастера». Теперь она могла легким движением руки превратить одеяло, предварительно придавленное У Люи, в идеальный «брусок тофу».
Наконец, в последний день недели идеологической подготовки, пятое отделение третьего взвода под завистливыми взглядами всей роты получило свой первый переходящий красный флаг.
— Флаг отличников быта! Заслуженно! — У Люи гордо выпятил грудь. Говорил он теперь исключительно зычным командным голосом, передвигался только бегом, а нос задирал так высоко, что казалось, будто он важнее самого полковника.
Командиры других отделений лишь фыркали. Подумаешь, флаг за уборку на один день, чего так радоваться? Но на самом деле их душила жаба. Ведь пока остальные подтягивали быт, пятое отделение ни на йоту не снизило темпов физподготовки.
С такой «фанаткой самоистязания», как Цзэн Сюнь, бойцы пятого отделения каждый день добровольно выходили на дополнительные занятия. И пусть нагрузка была разной, прогресс был налицо у каждого. Глядя на них, даже остальные новобранцы третьего взвода стали проявлять больше рвения.
— Старшина, я на выход! — крикнула Цзэн Сюнь У Люи и, разминая плечи, направилась к выходу.
Сегодняшний план тренировок был выполнен лишь на три четверти. После нескольких дней изматывающих нагрузок она чувствовала, как ее тело меняется. Предел физических возможностей отодвинулся еще на шаг. И впрямь, пока не загонишь себя в угол, не узнаешь, на что способен.
Сегодня вечером она планировала потренироваться подольше. Система ясно дала понять: чем больше пота, тем весомее награда. К тому же ей совсем не хотелось тратить время на пустую болтовню с парнями в казарме.
В это время на общих нарах командиры других отделений с завистью провожали Цзэн Сюнь взглядами. Обернувшись к своим подчиненным, они в сердцах принялись их распекать:
— Посмотрите, какая сознательность! А вы? Сил нет, а на допзанятия не дозовешься!
— Жрете за троих, в столовой первыми в очереди, а по физо и в подметки Цзэн Сюнь не годитесь!
— Только бы поесть да поспать! Ну, погодите у меня, я из вас всю дурь выбью!
Крики сержантов оглашали казарму. Все они, закусив удила, готовились к борьбе за следующий флаг — отличников боевой подготовки.
Честно говоря, они слишком много на себя брали. Пока в пятом отделении был Сюй Саньдо, вопрос о том, достанется ли им знамя за лучшую подготовку, оставался открытым.
Радость У Люи продлилась всего один день. Он-то думал, что его отделение наконец-то пойдет в гору, но реальность нанесла ему сокрушительный удар в лице Сюй Саньдо.
— Сюй Саньдо! Мать твою, стой ровно! Ты что, стоять не умеешь?!
— Строевая стойка — это не для тебя?! Ноги вместе, просвета быть не должно! У тебя же не кривые ноги, какого черта?!
— Ты меня в могилу сведешь! Напра-во! Напра-во, я сказал!
Рев У Люи разносился над плацем, словно яростный рык дракона, готового испепелить всё вокруг.
Мечты были прекрасны, но действительность оказалась суровой. Не только в пятом отделении, но и во всей роте строевая подготовка шла со скрипом. Даже простейшая стойка вызывала у новобранцев массу проблем. Но Сюй Саньдо в пятом отделении был вне конкуренции — его исполнение было просто катастрофическим.
После курса идеологической подготовки для новобранцев начались настоящие военные дисциплины. И первыми в списке стояли строевая стойка и движение в строю.
«Стоять как сосна, сидеть как колокол, идти как ветер». К выправке солдата предъявляются строжайшие требования. Это не просто внешний вид, это дух и дисциплина всей армии.
У Цзэн Сюнь уже был опыт студенческих сборов, поэтому начальные элементы давались ей относительно легко. Проблема была лишь в длительности: иногда целых полдня уходило на отработку одного-единственного движения.
Координация у всех разная, и в строю это заметно как нигде. Один новобранец марширует, словно одеревеневший зомби, и никакие правки сержанта не помогают. Другой при повороте так заплетает ноги, что умудряется сбить самого себя. А уж пройти ровным строем — задача и вовсе запредельная.
На фоне этого хаоса Цзэн Сюнь выглядела настоящим ветераном: движения четкие, уверенные, правильные. Однако из-за того, что Сюй Саньдо тянул всех на дно, прогресс пятого отделения застопорился.
Понимая, что задание Системы под угрозой срыва, Цзэн Сюнь, наплевав на ледяной взгляд У Люи, вытянулась в струнку и выкрикнула:
— Товарищ командир отделения, разрешите обратиться!
— Говори! — У Люи перевел взгляд с Сюй Саньдо на Цзэн Сюнь. Его глаза метали молнии.
Ради системного квеста Цзэн Сюнь, хоть и побаивалась, напустила на себя самый прилежный вид и заискивающе улыбнулась:
— Старшина! Я чувствую, что моя стойка недостаточно идеальна. Прошу разрешить мне самонаказание!
— Самонаказание? — У Люи опешил.
Проходивший мимо Ши Цзинь тоже остановился, с недоумением глядя на нее.
— Так точно! Прошу разрешить пятьдесят отжиманий в качестве наказания!
Ши Цзинь и У Люи наконец-то поняли, в чем дело. Ей просто надоело топтаться на месте, и она решила использовать «наказание», чтобы не тратить время впустую и подкачать мышцы. Таких сознательных солдат они видели впервые.
Несмотря на злость из-за Сюй Саньдо, У Люи был очень доволен Цзэн Сюнь. В его глазах она уже была полноправным бойцом «Стальной седьмой роты», а может, и его отделения в будущем. Его лицо немного смягчилось, и он вопросительно посмотрел на Ши Цзиня.
— ...Пятое отделение, слушай мою команду! За неслаженность в строю — пятьдесят отжиманий всему отделению! Приступить! — скомандовал Ши Цзинь, приняв суровый вид.
В армии в почете коллективизм. Если наказание — то для всех без исключения. Заодно и физо подтянут, а смена деятельности, глядишь, поможет им потом лучше сосредоточиться на строевой.
Ши Цзинь вздохнул, глядя на уже принявшего упор лежа Сюй Саньдо. Его сердце болело за парня. Он видел, как тот мучился весь день: при поворотах руки и ноги жили своей жизнью, У Люи уже несколько раз едва сдерживался, чтобы не отвесить ему пинка. Если так пойдет и дальше, У Люи точно заработает инфаркт. Из сочувствия к другу Ши Цзинь решил сам взять на себя дневную тренировку пятого отделения, лично обучая их азам строевой.
Стоявший неподалеку Гао Чэн лишь сокрушенно покачал головой. Он видел, сколько внимания его лучший сержант уделяет этому Сюй Саньдо. Сначала он думал, что из этого парня можно что-то вылепить, ведь на кроссе тот показал неплохой результат. Но после идеологических занятий и нынешней строевой Гао Чэн окончательно убедился: Сюй Саньдо — это непрошибаемое полено. Сколько ни объясняй — не запомнит. А когда на него орешь, он только втягивает голову в плечи и дрожит от страха.
Учитывая, что первое впечатление и так было хуже некуда, те крохи симпатии, что накопились за последние дни, мгновенно испарились. Гао Чэн был в ярости. Глядя на то, как Сюй Саньдо неуклюже пытается отжиматься, он просто не мог на это смотреть.
Ши Цзинь чувствовал себя беспомощным. Он и представить не мог, что Сюй Саньдо окажется настолько нескладным. Судя по лицу ротного, все шансы парня на хорошее будущее в полку таяли на глазах. Исправить ситуацию сейчас было невозможно, оставалось только одно — заниматься с ним индивидуально в личное время.
Весь остаток дня пятое отделение только и делало, что стояло в строю, отрабатывало повороты и занималось физо: пресс, отжимания, а по просьбе Цзэн Сюнь — даже подтягивания на турнике!
Уж ее-то мотивы были ясны всем!
Гао Чэн, наблюдая за этим, сердито подозвал Ши Цзиня и велел отпустить Цзэн Сюнь пораньше. С ее темпами тренировок в пятом отделении за ней мог угнаться разве что Чэн Цай. Остальные выдыхались, начинали халтурить, и смотреть на это было тошно.
В последующие дни сценарий повторялся. Сюй Саньдо постоянно выдергивали на «допзанятия» то У Люи, то Ши Цзинь. Бедняга не успевал даже поесть, как его снова гнали на плац.
Цзэн Сюнь же получила от ротного официальное разрешение на свободный график: если она безупречно выполняет строевой прием, то может распоряжаться временем по своему усмотрению. Поэтому она была самой активной и даже получала от процесса удовольствие. Пока остальные мучились со строевой, она раз за разом преодолевала свои физические пределы.
Теперь она могла за один подход отжаться почти 100 раз, качнуть пресс более 100 раз, а количество подтягиваний перевалило за 50. Прогресс был феноменальным. И пусть она еще не дотягивала до уровня спецназа, Цзэн Сюнь была более чем довольна.
Пока она с упоением истязала себя, жизнь новобранцев в других взводах тоже медом не казалась. Командиры, заприметив методику пятого отделения, тут же взяли ее на вооружение: ошибся в строю — упал-отжался. Не можешь отжиматься — стой в «планке».
Несмотря на все трудности, Гао Чэн был в восторге от Цзэн Сюнь. Глядя на то, как новобранцев гоняют до седьмого пота, он довольно жмурился. Тренировки — это жизнь. Чем жестче подготовка, тем больше будет отличных солдат. А «Стальная седьмая рота» заберет себе только лучших, остальных же не стыдно будет отдать в другие подразделения. И никто не посмеет обвинить его в предвзятости.
Он даже стал мягче к политруку Хун Синго. Каждый раз при встрече он хлопал его по плечу и довольно басил:
— Политрук, а у тебя глаз-алмаз! Почти как у Ши Цзиня. В следующий раз на призывной пункт снова тебя отправим.
Хун Синго лишь добродушно посмеивался в ответ, предпочитая помалкивать.
Борьба за флаг отличников боевой подготовки была нешуточной. Несмотря на наличие в пятом отделении нескольких «монстров» физо, из-за нескладного Сюй Саньдо они смогли заполучить его лишь дважды.
У Люи места себе не находил от досады. Видя, как его отделение тормозит из-за одного человека, он ежедневно ходил жаловаться Гао Чэну, а Сюй Саньдо доставалось всё больше и больше дополнительных часов муштры.
Две недели интенсивной строевой подошли к концу. Первый месяц службы в учебке остался позади.
Цзэн Сюнь ни дня не сидела сложа руки. Несмотря на свой спокойный и даже немного отстраненный вид, когда у нее была цель, она перла к ней напролом. После строевой она сама «наказывала» себя упражнениями, а после отбоя бежала на стадион, заставляя остальных новобранцев выть от досады из-за такой конкуренции.
Чтобы выполнить главную задачу, нужно было безупречно закрывать все подзадачи Системы. Награды помогали ей двигаться дальше, и каждое звено в этой цепи было критически важным. Даже если какие-то предметы ей не пригодятся здесь, она сможет забрать их в свой мир и выгодно продать.
Цзэн Сюнь проявила свою истинную натуру «железной курицы» — всё в дом, ничего наружу. Она была полна решимости обобрать Систему до нитки.
Сама Система в это время буквально светилась от счастья. Изначально она была настроена на мужчину — всё-таки требования были жесткими, да еще и армейская среда. Кто же знал, что по ошибке она привяжется к женщине? Система уже приготовилась к провалу, но хост оказалась на редкость сознательной и беспроблемной.
Просто идеальный Исполнитель.
Первый месяц из трех подошел к концу. Наступал новый этап.
Огневая подготовка и усиленное физо!
— Наконец-то стрельбы! — Чэн Цай, развалившись на нарах пятого отделения, с восторгом смотрел в потолок.
Самое ожидаемое событие для любого солдата — это прикосновение к настоящему оружию. То, о чем мечтает каждый новобранец.
— Настоящие... пули... Чэн Цай... а это не опасно? — заикаясь, спросил Сюй Саньдо. Он лежал пластом, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой после очередной порции «допов» от У Люи. Он даже не успел помыться, и от его промокшей насквозь формы шел тяжелый запах пота.

Комментарии

Загрузка...