Спустившись с горы, Девятый дядя ускорил шаг.
Он миновал старую улицу городка Цзюйцюй, свернул в несколько переулков и издалека увидал, что перед маленьким двором Су Цин толпится народ.
Люди из отряда охраны уже натянули оцепление. Несколько бойцов в темно-желтой форме стояли у дверей с винтовками в руках и со строгими лицами. Глазеющие горожане вытягивали шеи, пытаясь заглянуть внутрь, и наперебой перешептывались.
─ Ц-ц, доктор Гу с виду такой воспитанный и интеллигентный, кто бы мог подумать, что он такой жестокий.
─ И не говори! Ножом ударил раз семь или восемь, кровь аж до самых дверей вытекла.
─ Слыхал, будто измена? Девушка эта, Су Цин, с другим спуталась?
─ Кто ж его знает, но доктору Гу теперь точно конец.
Девятый дядя нахмурился, растолкал толпу и подошел ближе.
─ Стой! Ты кто такой? ─ перегородил ему дорогу один из бойцов охраны.
Девятый дядя сложил руки в приветствии:
─ Бедный даос Линь Цзю, ученик Маошаня. Услышал, что здесь произошло убийство, и хотел бы узнать подробности.
Боец оглядел его с ног до головы. Увидев даосскую мантию и меч из персикового дерева на поясе, выглядевшие вполне по-священнически, он смягчил тон:
─ Даос, место преступления оцеплено, вам туда нельзя.
─ Бедный даос и не собирается внутрь, только спросить пару слов. ─ Девятый дядя повернулся к стоящей рядом тетушке, которая изо всех сил вытягивала шею, горя от любопытства.
─ Тетушка, а что сейчас с этим доктором Гу?
Тетка обернулась, увидала молодого даоса, немного растерялась, а затем понизила голос:
─ С убийцей-то? Его уже схватили люди из отряда охраны и заперли в камеру. Говорят, завтра уже ушлют в уезд!
Девятый дядя сжал кулаки:
─ А дело уже расследовали? Вот так сразу и осудили?
Тетка скривила губы:
─ Да что тут расследовать? Вчера своими глазами люди видели, как доктор Гу наносил удары ножом! Всю эту кровавую сцену сразу несколько человек видели!
─ Своими глазами видели? ─ переспросил Девятый дядя. ─ А кто именно видел?
─ Да кто ж помнит! Главное, что кто-то видел, ─ тетка отмахнулась. ─ Даос, не лезь ты не в свое дело. Убил – плати жизнью, всё по справедливости!
Девятый дядя глубоко вздохнул и больше ничего спрашивать не стал.
Он повернулся и пошел в сторону помещения отряда охраны.
По дороге в его голове стремительно крутились мысли.
Судя по характеру Гу Яньцю, раз уж он согласился расторгнуть помолвку, то не стал бы больше докучать Су Цин и тем более не пошел бы на убийство.
К тому же, зачем ему, врачу с блестящим будущим, вернувшемуся из-за границы, губить свою жизнь ради женщины, с которой он и так собирался расстаться?
Здесь что-то не так.
Девятый дядя подошел к дверям отряда охраны и постучал.
Дверь открылась, и из нее выглянул начальник отряда в форме:
─ Чего надо?
─ Бедный даос Линь Цзю из школы Маошань. Я бы хотел навестить Гу Яньцю.
Начальник отряда нахмурился:
─ Навестить? Он убийца, к нему кого попало не пускают.
Девятый дядя снова сложил руки в поклоне:
─ Начальник, у бедного даоса есть лишь пара вопросов к нему, это не займет много времени. К тому же в этом деле могут быть скрытые обстоятельства, и бедный даос, возможно, сможет помочь.
Начальник отряда замешкался и оглядел Девятого дядю.
Даосы с горы Маошань пользовались большой славой в окрестностях Цзюйцюя. Раньше при расследовании дел их часто просили помочь проверить фэншуй или отыскать следы, а некоторые дела и вовсе раскрывались с помощью даосской магии.
─ Ты точно ученик Маошаня? ─ спросил начальник.
─ Истинно так.
─ Ладно, запишись, я проведу тебя, ─ начальник отступил в сторону и указал на журнал регистрации на столе.
Девятый дядя подошел, взял кисть и вписал свое имя и даосский титул.
Начальник отряда взглянул на запись и кивнул:
─ Иди за мной.
Камера находилась на заднем дворе отряда охраны и представляла собой низкую мрачную каморку. Окна были забиты наглухо, а дверь, оббитая железом, была заперта на тяжелый замок.
Начальник достал ключ, отпер замок и толкнул дверь.
─ Гу Яньцю, к тебе пришли.
Девятый дядя вошел следом.
Камера была совсем крошечной, буквально пару метров в ширину. Стены были сложены из черного неотесанного кирпича, на полу лежала солома, а в углу стояло дырявое деревянное ведро – судя по всему, вместо параши.
Гу Яньцю сидел в углу. Его руки были скованы кандалами, белый халат покрывали пятна крови, волосы были взъерошены, а лицо выглядело ужасающе бледным.
Увидев Девятого дядю, он внезапно вспыхнул надеждой, подскочил и, спотыкаясь, рванулся навстречу. Железные цепи оглушительно зазвенели.
─ Девятый дядя! Девятый дядя! Я невиновен! Меня подставили!
Голос Гу Яньцю был осипшим, в нем слышались слезы, а сам он дрожал всем телом.
Девятый дядя придержал его за плечи:
─ Не спеши, расскажи всё спокойно.
─ Я ничего не делал! Я правда ничего не делал! ─ Гу Яньцю вцепился в рукав Девятого дяди, словно за последнюю соломинку. ─ Девятый дядя, поверьте мне! Я не убивал!
─ Я верю тебе, ─ Девятый дядя похлопал его по плечу. ─ Сначала успокойся и расскажи мне всё, что произошло вчера, от начала и до конца.
Гу Яньцю сделал несколько глубоких вдохов, немного перевел дух и только после этого с перерывами начал рассказывать:
─ Вчера во второй половине дня Су Цин вернулась откуда-то, и я пошел к ней, чтобы спросить… спросить, правда ли она сошлась с Ши Цзянем.
─ И она призналась?
─ Она не стала отрицать, но и не призналась, а просто сказала, что хочет расторгнуть помолвку, ─ с горькой ухмылкой произнес Гу Яньцю. ─ Я ответил: хорошо. Я и сам хотел отменить помолвку, и раз уж она тоже этого хочет, давай разойдемся миром.
─ А потом?
─ Потом мы вместе вернулись во двор, чтобы обсудить детали расторжения. Мы только сели…
Голос Гу Яньцю внезапно задрожал, а в глазах застыл дикий ужас.
─ И тут я увидел… Я увидел, как Су Цин превратилась в мумию!
─ В мумию? ─ Девятый дядя нахмурился.
─ Да! В самую настоящую мумию! Вся высохшая, кожа черная, глазницы запавшие – точь-точь как иссохшие трупы, что выставляют в музеях! ─ Чем больше Гу Яньцю говорил, тем больше распалялся. ─ Она кинулась на меня, я страшно испугался, достал скальпель, чтобы защититься, а потом… потом я ничего не помню!
─ Когда я пришел в себя, я уже весь был в крови, Су Цин лежала передо мной, а вокруг на полу была кровь…
Гу Яньцю обхватил голову руками и сел на корточки, его голос прерывался от всхлипов:
─ Я не знаю, как это вышло, правда не знаю! Девятый дядя, вы должны мне поверить, я невиновен! Мне незачем было её убивать!
Девятый дядя на некоторое время замолчал.
Он присел перед ним и посмотрел Гу Яньцю прямо в глаза:
─ Ты утверждаешь, что видел, как Су Цин превратилась в мумию?
─ Да! Абсолютная правда!
─ Ты уверен, что не ошибся?
─ Я уверен! Я учился на врача, я видел анатомические препараты, это точно был иссохший труп!
Девятый дядя прищурился и стал слегка постукивать пальцем по колену.
С подобным ему уже приходилось сталкиваться.
Это была не настоящая мумия, а…
Иллюзия.
Или, точнее сказать, галлюцинация, сотворенная даосской магией.
Кто-то с помощью магии морочил чувства Гу Яньцю, заставив его видеть ложные картины, а затем, когда тот потерял рассудок, сманипулировал им и заставил убить Су Цин.
Или же этот кто-то просто воспользовался тем, что Гу Яньцю лишился чувств, убил Су Цин его же ножом и свалил вину на него.
Но возникал вопрос – кому это выгодно?
Девятый дядя только хотел расспросить подробнее, как вдруг снаружи донесся шум.
─ Я старший соученик Маошаня, Ши Цзянь! Я хочу видеть Гу Яньцю!
Девятый дядя резко повернул голову к двери.
Ши Цзянь пришел!

Комментарии

Загрузка...