Том 6. Глава 3: После войны
(0/3)
Снежная комната — игра-дуэль против фантома, — подошла к концу. Хоть Юки и загнали в угол, балансируя на грани, она всё же выжила и сокрушила врага.
Однако не обошлось и без печальных потерь. Ровным счетом трех.
Первая — левая рука Юки. Уста Истины безжалостно откусили её. Поскольку Снежная комната не контролировалась организаторами, Юки с содроганием гадала, неужели так всё и останется. Однако после победы её усадили в машину агента, усыпили, а когда она проснулась уже дома — рука была как новенькая. Воспользовалась ли агент медицинской базой организаторов или подняла связи, чтобы пришить конечность на место? Подробностей Юки не знала, но агент в очередной раз всё блестяще устроила. Как же всё-таки с ней повезло.
Вторая — олимпийка Юки. Пули изрешетили её в клочья. Агент приложила все усилия, чтобы заштопать ткань — как она всегда поступала с игровой экипировкой, — но и без того заношенная, потерявшая форму вещь теперь состояла сплошь из заплаток. Выглядела олимпийка поистине жалко, и носить её в повседневности совершенно не хотелось. «Придётся покупать новую», — хладнокровно рассудила Юки. Впрочем, выбрасывать старую она не стала — решила хотя бы повесить в шкаф.
И третья — волосы на затылке. Их задело пулями, местами они обгорели. В общем, выглядели весьма печально. Терять волосы Юки было не впервой. В двадцать девятой игре они растворились вместе с кожей головы, и тогда пришлось пересаживать искусственные. Агент предложила и в этот раз поступить так же, но Юки выбрала иной путь.
Спустя несколько дней агент пришла к ней домой, чтобы подготовить всё необходимое. В комнатке на квадратов одиннадцать расстелили клеёнку для пикника, сверху водрузили стул. Юки села, шею укрыли парикмахерским пеньюаром, а агент с ножницами в руках встала у неё за спиной.
Вся эта подготовка может потребоваться лишь для одной вещи.
— Вы действительно уверены, Юки? — спросила агент, когда приготовления были закончены. — Ведь можно ничего не состригать, а просто вернуть прежнюю длину.
Юки почувствовала, как пальцы агента коснулись её волос.
Всё верно: Юки сама попросила о стрижке. Раз уж подвернулся такой случай, она решила коротко остричь волосы.
Чтобы больше ничто не тянуло её назад — ни за волосы, ни за душу.
— Режьте смело, не жалейте, — ответила Юки. Чтобы было не жалко засыпать всё волосами, она надела ту самую залатанную спортивку. Последняя служба для старой вещи. — Можете даже не просто подравнять, а сделать прям коротко. Хочется сменить образ.
— Вы готовы доверить столь кардинальную стрижку мне? У меня ведь совсем нет опыта.
— Но мне больше некого попросить.
Идти в обычную парикмахерскую с опаленными волосами вряд ли стоило. Возможно, и существовали мастера, обслуживающие исключительно игроков, но Юки о них не слышала. Да и в любом случае она предпочла бы довериться знакомому человеку. Для игрока этой индустрии терпеть за своей спиной незнакомца с острыми лезвиями в руках не очень-то приятно.
— Ничего страшного, если выйдет криво. Не переживайте и стригите.
— Слушаюсь.
И ножницы коснулись волос Юки.
За стрижкой Юки о многом беседовала с агентом.
— Большое спасибо за этот раз, — сказала она для начала. — Наверное, вам пришлось нелегко...
— Да, пожалуй.
— Больше я до такого не доведу. Так что рассчитываю на вас и впредь.
— Взаимно.
Заходил разговор и о вещах более приземленных.
— Кстати, а откуда взялись деньги на эту игру?
— ... Из моего кошелька, конечно же. Могла бы и не спрашивать.
Ещё во время тренировочной игры на отдалённом острове средства на подготовку брались из сбережений Юки. А поскольку в этот раз всё было куда масштабнее, расходы, должно быть, тоже оказались внушительными.
— Пожалуй, до следующей игры вам придётся немного поэкономить.
Так ответила агент. Призовые за игры хранились на теневом счёте под управлением организаторов, и в экстренной ситуации она могла распоряжаться ими от лица Юки.
Вспоминали и прошлое.
— Кстати, в последнее время я часто вспоминаю, как всё начиналось. Те времена, когда вы ещё не были моим агентом.
— Надо же...
— Особенно мне запомнилась самая первая. Я тогда даже не понимала, что игра пойдет насмерть. Был там со мной один человек... имя уже забыла... так вот, объяснял он всё настолько неразборчиво, что я толком ничего не поняла.
— Вот как... Приношу свои глубочайшие извинения.
Сочтя такой ответ несколько странным, Юки нахмурилась, но затем добавила:
— А, ну да. Нужно ведь заранее и как следует предупреждать новичков, что на кону стоит жизнь. Иначе получается нечестно.
За разговорами стрижка шла своим чередом, и постепенно начала вырисовываться итоговая форма. Пока всё указывало на то, что обойдется без катастроф.
— Вообще-то, после этого я кое с кем встречаюсь, — призналась Юки. — Мы договорились встретиться сегодня вечером.
— Э-э?..
Руки агента замерли — видимо, она поняла, что ответственность за прическу куда выше, чем казалось.
— Правда? И с кем же?
Когда Юки назвала имя, агент спросила:
— ... Но почему именно с ней?
— Ну как же, я ведь должна пойти и сказать спасибо. Разве нет?
(1/3)
Закончив со стрижкой, Юки распрощалась с агентом.
Она вышла из дома и направилась к месту встречи. Просить подвезти её она не стала — дело было личным, а в таких случаях Юки предпочитала добираться своим ходом. Времени в запасе хватало, так что она пришла без опозданий.
В магический бар.
Привычное заведение, Юки бывала здесь частенько. Едва переступив порог, она увидела, что её уже ждут.
— Привет, — коротко поздоровалась собеседница.
— Добрый вечер, наставница, — отозвалась Юки.
Хакуси. Наставница Юки и легендарный игрок, за плечами которого девяносто пять побед. Её отличала безупречно стройная фигура, и даже сейчас, спустя долгие годы после ухода на покой, она не утратила былой формы.
Юки села рядом. Заказала себе безалкогольный напиток, тогда как Хакуси взяла какой-то алкоголь с длинным, мудрёным названием. Магическим представлением они в этот раз интересоваться не стали.
— Ну и по какому ты делу? — спросила Хакуси.
— Зашла сказать спасибо, — ответила Юки. — За то, что впервые за долгое время преподали мне урок.
— ... Значит, это и правда была ты, — понимающе протянула Хакуси.
— А-а... Значит, противником действительно были вы, наставница, — так же понимающе кивнула Юки.
— Хм?
— А?
Разговор явно свернул куда-то не туда.
— Эм... Наставница, а как вам вообще преподнесли это дело? — спросила Юки.
— Сказали: мы, мол, создали тренировочную игру, нужно, чтобы ты провела тест. Я знала, что на другой площадке сидит соперник, но понятия не имела, что это ты.
— А-а... понятно.
И то верно. Для стороннего помощника такой объём информации в самый раз. Выдавать личность Юки или вдаваться в подробности о фантоме было бы слишком неосмотрительно.
— Так это не ты меня позвала? — спросила Хакуси.
— Нет. Ринрин, скорее всего, выбрала вас. ... Вы с ней виделись?
— Да уж, она надо мной изрядно поиздевалась.
— Поиздевалась? Над вами, наставница?
— Она ветеран, пришла в игры раньше меня. Против иерархии не попрёшь.
Юки попыталась вообразить, как кто-то помыкает непререкаемым авторитетом Хакуси. Картинка в голове решительно не складывалась.
— Выходит, мы обе не знали, с кем играем? — произнесла Юки.
— И, судя по всему, обе всё равно догадались. ... Как ты поняла, что это я? Узнала после игры?
Юки покачала головой.
— Ну, просто интуиция. Я подумала: кто стал бы для меня самым кошмарным противником? И на ум сразу пришло ваше имя.
На самом деле к разгадке привёл куда более сложный путь, но об этом она решила умолчать. Говорить наставнице о фантоме не хотелось.
— Кстати, наставница. По поводу той финальной задачи, — сменила тему Юки. — Сундук так и не открылся... а значит, вы провалились в яму? Не заметили ловушку со стеклом? Или шагнули туда нарочно?
— Разумеется, нарочно, — не моргнув глазом отозвалась Хакуси. — Игра шла в одни ворота, мне стало скучно, вот я и решила дать тебе небольшую фору... Но, похоже, малость перестаралась.
— Врунишка, — скептически прищурилась Юки. — Вы ведь совсем не из тех, кто стал бы так делать, наставница.
Хакуси промолчала. Но её слегка раздосадованное лицо говорило само за себя.
— Жалкое зрелище. Пожила немного в покое, и вот до чего докатилась, — честно призналась Хакуси. — Осмотри я стекло повнимательнее, наверняка заметила бы прорези. Поняла бы, что оно не обрушится, а распахнётся — иными словами, ловушка. Да, признаю: я потеряла бдительность.
— Но как тогда следовало поступить? Вцепиться в сундук и так отвечать?
— Яму, может, и удалось бы миновать, но перепрыгнуть потом на другой край мне уже не по силам.
— Тогда как же?..
— Использовать копьё.
Наставница, видимо, успела проанализировать ситуацию со свойственным ей мастерством — ответ последовал незамедлительно.
— Рядом с финальным заданием ведь была ловушка с падающими копьями? В длину они метра два, не меньше. Больше ширины ямы. Таким можно было нажать клавишу ввода, открыть сундук и вытащить награду.
— Но копьё ведь тяжёлое? Наставница, вы бы с ним управились?
— Тяжёлый у него только наконечник. Нам же не в бой с ним идти — можно просто отломить острие или, наоборот, взяться за него. Длины бы в любом случае хватило.
— А-а... — Юки уже едва было согласилась, но вдруг спохватилась: — Погодите. С олимпийкой и кроссовками всё понятно, но как быть с заколкой? Подцепить её копьём нереально.
— Заколка? О чём ты?
— А?
Хакуси перевела взгляд на чёлку Юки — вернее, на приколотую к ней заколку:
— А-а... Неужели у тебя целью игры было вернуть именно её?
— А у вас было иначе?
— Иначе. У меня была корона. Причём до игры мне её показали вживую. Обычный полый цилиндр без верха — достаточно продеть сквозь него копьё и плавно подтянуть к себе по древку. С этим даже мне хватило бы сил справиться.
«Вот оно что», — подумала Юки. Путь к победе и впрямь был продуман до мелочей.
— Позволь и мне кое о чём спросить, — произнесла Хакуси. — Что с твоими волосами? Судя по виду, ты их только что остригла.
— Э-э... Откуда вы знаете?
— У тебя на одежде волосы.
Проследив за большим пальцем наставницы, Юки увидела, что на воротнике и впрямь остались мелкие прядки. Очевидный след недавней стрижки.
Стряхивая их, Юки неопределённо ответила:
— Всякое случилось.
— То, о чём ты не можешь мне рассказать?
— Ну, в общем-то, да. Стыдно признаваться, если честно...
Хакуси слегка наклонила бокал и обронила:
— Опять, небось, дурака сваляла.
С неописуемым выражением на лице Юки ответила:
— Да, вы абсолютно правы.
(2/3)
Юки вышла из магического бара и отправилась домой.
Как и по дороге сюда, обратно она решила поехать на поезде. Ощущая, как ночной ветер обдувает шею — теперь, после короткой стрижки, оставшуюся без защиты, — она зашагала к станции.
Вокруг и внутри было полно народа. Хотя час пик уже миновал, жизнь здесь всё ещё била ключом. С улицы на станцию, со станции на улицу, в привокзальные кафе, к банкоматам — людские потоки, ведомые своими целями, сливались в сложный водоворот. Юки попыталась проскользнуть сквозь эту толпу к турникетам, как вдруг...
— ... А?
Она кое-что осознала.
Она понимает.
Она видит. Движения толпы. Смотря на мир лишь одним глазом, она совершенно спокойно шла, ни с кем не сталкиваясь.
А ведь и правда... Она поймала себя на мысли, что уже давно не испытывала никаких неудобств из-за слепоты на один глаз. В обычной жизни проблем не возникало и раньше, но такие суматошные ситуации всегда давались с трудом. К тому же... во время инцидента с фантомом она вытворяла вещи, далекие от повседневности. Носилась по городу, уворачивалась от ловушек. И почему за всё это время она ни разу не оступилась, как обычно бывает при потере глаза?
...
Юки захотелось это проверить.
Она тихо закрыла левый глаз и шагнула в толпу.
Щёлкать языком, как эхолокатором, не стала. Со стороны этот звук легко было принять за раздражённое цоканье, поэтому привлекать к себе внимание не хотелось. Да и в любом случае, прочесть столь сложное движение человеческой массы одним лишь звуком всё равно бы не вышло.
Однако, вопреки всему, Юки шла без малейших проблем.
Словно мастер боевых искусств, невозмутимо шагающий под дождём из стрел, — ни с кем не сталкиваясь, она плавно миновала толпу. Даже достала из кошелька проездной и приложила к турникету, совершенно не полагаясь на зрение.
Юки обернулась и посмотрела на водоворот людей. Что она только что сделала? Как умудрилась пройти насквозь? Вряд ли прохожие расступались сами. Левый глаз был закрыт, но правый-то, незрячий, оставался открытым — со стороны её слепота в глаза не бросалась. Неужели она считывала потоки воздуха от идущих людей? Своей шеей, ставшей чуточку чувствительнее?
Как именно — непонятно, но она это сделала.
Её чувства эволюционируют.
«И то верно», — подумала Юки. Шутка ли — сражаться с несуществующим человеком. Она воображала всё, вплоть до того, как он прыгает, скачет, говорит и играет с ней. Этот опыт до предела обострил её способность чувствовать окружение, подняв её на совершенно новый уровень.
От этого осознания на душе стало ещё тяжелее. В голове всплыло слово — «всеядность». Неужели я способна сожрать и обратить в ресурс даже такое? Убила ученицу, сражалась с галлюцинациями, сходила с ума — и всё это лишь для того, чтобы на голову вырасти как игрок? Юки осознала, насколько же удобно, оказывается, устроено человеческое сердце.
С тяжелым осадком на душе она села в поезд и доехала до своей станции.
Медленно брела по ночной улице.
По пути Юки вдруг осознала, что осталось ещё одно непроизнесенное слово. «Гуд гейм» она уже сказала, но надо было произнести и его. После окончания игры такое разрешалось. Таковы правила. Порой они оборачивались фантомами и скалили на неё клыки, но в конечном счете именно правила и вытягивали её из бездны. В этот раз она тоже решила им подчиниться.
— Виновата, — пробормотала Юки, обращаясь в пустоту.
И, разумеется, ответа не последовало.
(3/3)
———

Комментарии

Загрузка...