Глава 126. Решение одной проблемы
Чжэн Шу провел ладонью по холодной поверхности массивной бронзовой статуи, несильно постучав по ней костяшками пальцев. Прислушиваясь к гулкой вибрации, уходящей вглубь металла, он пытался нащупать скрытые пустоты, чтобы определить, где именно находятся покои Короля Драконов.
Прикрыв глаза, он замер на мгновение, а затем резко вскинул голову. Присмотревшись к гигантскому изваянию внимательнее, он разглядел позади него тяжелую, наглухо запертую бронзовую дверь. Свежие борозды и потертости на металле ясно давали понять: створки сомкнулись совсем недавно.
Судя по всему, до его вторжения путь в покои Короля Драконов был открыт, и лишь появление незваного гостя заставило экстренно заблокировать проход статуей и вратами.
Но какой в этом был смысл? Все предыдущие действия Чжэн Шу уже наглядно доказали: подобная линия обороны способна лишь отсрочить неизбежное на пару жалких секунд.
С хрустом размяв плечи, Чжэн Шу с размаху впечатал кулак в колоссальную бронзовую скульптуру. Первобытная, неистовая сила хлынула наружу, ведомая его волей, и с пугающей легкостью разорвала структурные связи внутри древнего металла.
Чудовищная ударная волна разошлась по толще воды, заставив пространство вокруг закипеть и пойти рябью. Сотни тонн тысячелетней бронзы в одно мгновение брызнули во все стороны градом осколков, обнажив скрытые за ними врата, испещренные причудливыми змеиными узорами.
Бум!
Еще один сокрушительный удар сотряс пространство. Однако на этот раз кулак не коснулся самой двери — на его пути вспыхнул сложный Алхимический массив, отчаянно сдерживая колоссальный напор.
— Занятно… — Чжэн Шу удивленно вскинул бровь. Судя по отдаче, в момент удара кинетическая энергия не просто уперлась в барьер, а была мгновенно рассеяна по всей площади, которую занимал Нибелунг.
Каким бы разрушительным ни был его удар, пытаться пробить насквозь целый мир — затея бессмысленная. Алхимические познания, которыми владел Повелитель Бронзы и Огня, оказались отнюдь не пустым звуком, раз он сумел воздвигнуть столь абсурдную по своей мощи абсолютную защиту.
Внимательно изучив структуру мерцающего массива, Чжэн Шу, не раздумывая ни секунды, обрушил на него град безжалостных ударов. Со стороны могло показаться, что его усилия тщетны, но каменная кладка стен, служившая опорой для невидимого щита, вдруг начала покрываться паутиной трещин. Сам Алхимический массив дрогнул, его свечение исказилось и пошло помехами, словно изображение на старом телевизоре с отбитой антенной.
Какой бы совершенной ни была алхимия, прочность материалов, служащих ее якорями, всегда имеет свой предел. Если защиту нельзя пробить одним ударом, значит, нужно просто влить больше грубой силы.
Руководствуясь этой незамысловатой философией, Чжэн Шу продолжал методично вбивать кулаки в магический барьер. Спустя пару минут стены не выдержали и с грохотом осыпались, окончательно обнажив защищенную бронзовую дверь.
Он уже занес руку для финального удара, как вдруг заметил, что температура воды вокруг стремительно ползет вверх. В долю секунды десятки тысяч тонн ледяной речной воды, заполнявшей исполинский зал, под воздействием неведомой силы вскипели, превращаясь в бурлящий котел.
Р-Р-РАЗРЫВ!
Достигнув критической отметки, колоссальный объем влаги моментально испарился. Чудовищное расширение перегретого пара спровоцировало взрыв, сравнимый по мощи с детонацией ядерного заряда. Даже несмотря на двойную защиту, которую обеспечивали Нибелунг и сам Бронзовый Город, ударная волна в мгновение ока вышвырнула всю воду из внутренних помещений, оставив их абсолютно сухими.
Когда гул затих, оказалось, что зал превратился в исполинскую раскаленную духовку. Чжэн Шу боковым зрением успел заметить, как костяная крошка, оставшаяся от разрушенных статуй, на глазах чернеет и рассыпается в пепел от невыносимого жара.
Враг, скрывающийся за вратами, поняв, что первая атака не принесла плодов, нанес новый удар. В лицо пахнуло испепеляющим ветром, а сетчатку глаз резануло нестерпимо ярким светом, пробивающимся даже сквозь опущенные веки. Воздух наполнился удушливым запахом горелого озона и плавленого металла.
Источником этого неземного сияния служила бронзовая дверь. Черный многовековой металл разогрелся до ослепительной белизны. Дверь, которую не взяла бы и автогенная сварка за несколько часов, в одно мгновение стекла на пол лужей жидкого света.
В следующую секунду из образовавшегося пролома, подобно извержению вулкана, вырвался ревущий столб огня вперемешку с раскаленной добела бронзой. Этот апокалиптический поток, несущий в себе абсолютный жар и всесокрушающую кинетическую мощь, ударил прямо в грудь Чжэн Шу.
Котодама: Владыка Пламени.
По сравнению с этой первозданной разрушительной стихией, Владыка Пламени, которого высвобождал Чу Цзыхан, казался безобидным мерцанием одинокого светлячка в летнем саду.
Шлеп!
Человеческий силуэт, с ног до головы покрытый остывающей, коркой красной бронзы, рухнул на пол, не подавая ни малейших признаков жизни.
Некогда величественный зал превратился в дымящиеся руины. В том месте, где раньше возвышались массивные врата, теперь зияла оплавленная дыра. Ее края все еще светились вишневым светом, а капли раскаленного металла с шипением падали на изуродованный каменный пол.
Спустя долгое, тягучее время, словно окончательно убедившись в гибели незваного гостя, из мрака покоев медленно выступила фигура.
Его рост был невелик, даже мал. И хотя на теле угадывался рельеф мышц, в целом фигура выглядела болезненно истощенной. Существо было с ног до головы объято жутким пламенем. Там, куда ступала его нога, металлический пол мгновенно плавился, оставляя пылающие красные следы.
Его лицо напоминало растрескавшийся камень, в разломах которого пульсировала живая магма. По мере движения трещины медленно затягивались. Глаза существа горели, источая пронзительный, невыносимо яркий золотой свет.
Подойдя к неподвижному телу Чжэн Шу, пылающий силуэт долго вглядывался в застывшую корку бронзы. Убедившись, что от врага не исходит ни единого вздоха, ни биения сердца, существо с заметным облегчением выдохнуло.
— Брат… мне так страшно… — сорвался с его губ тихий, надломленный шепот.
Сложно было поверить, что создание, чье одно лишь присутствие внушало первобытный ужас, способно говорить столь беззащитным, детским голосом.
Распластанный на полу Чжэн Шу продолжал искусно притворяться мертвым куском шлака, пока Константин не подошел к нему вплотную…
И тогда Чжэн Шу небрежным, почти ленивым движением перехватил полностью мутировавшую когтистую лапу Короля Драконов.
На лице Константина отразился неподдельный ужас.
Сила Бронзового Города мгновенно откликнулась на зов своего хозяина. Воздух сгустился, пропитавшись тяжелым запахом гари. Казалось, само пространство над его головой вспыхнуло. Эффект был сравним с объемным взрывом вакуумной бомбы — ревущее море пламени обрушилось сверху, вбивая Чжэн Шу в пол чудовищной ударной волной.
Очередной удар Владыки Пламени расплавил затвердевшую корку на теле Чжэн Шу, явив миру абсолютно невредимого парня. Если не считать разорванного в клочья гидрокостюма, на нем не было ни единой царапины.
Поняв, что атака захлебнулась, Константин запаниковал. Но не успел он сотворить новое заклинание, как Чжэн Шу легко вскочил на ноги. Мощный рывок за лодыжку сбил Константина с ног, и в следующее мгновение он уже болтался в воздухе вверх тормашками.
В своей драконьей форме Чжэн Шу вымахал до двух метров. Держать стошестидесятисантиметрового Константина за ногу было для него все равно, что таскать за собой крупную плюшевую игрушку.
Чжэн Шу даже не пытался уклоняться от непрекращающихся атак Короля Драконов. Любая Котодама, если это не разрушительная магия уровня Свечи Дракона, вызывала у его нынешней формы лишь легкое чувство тепла.
Выпустив в противника еще несколько разрядов и осознав их полную бесполезность, Константин сник. Пламя, бушующее на его теле, потускнело, а в золотых глазах предательски заблестели слезы. Жар его собственного тела мгновенно испарял влагу, но Чжэн Шу безошибочно уловил резкую смену настроения.
М-да. Ситуация была донельзя абсурдной.
По силе каждый Король Драконов превосходил мыслимые пределы, но их психологические травмы зияли, как черные дыры. Если у обычного человека в душе могли быть надломы, то у этих высших существ вместо психики зияла сплошная кровоточащая рана.
Чжэн Шу раздраженно вздохнул. Из-за поведения Константина он чувствовал себя мерзавцем, отбирающим конфету у ребенка. И плевать, что этому «ребенку» перевалило за миллион лет, и он застал еще меловой период. Любой другой человек на месте Чжэн Шу после одной такой атаки превратился бы в облачко пепла, сэкономив родственникам деньги на кремацию.
«Система, скопируй Шаблон усиления», — мысленно приказал он.
[Пользователь вступил в контакт с носителем, содержащим неизвестный фактор. Начат анализ образца…]
[Анализ…]
[Анализ завершен. На основе образца носителя создан Шаблон усиления.]
[Внимание!! В ходе анализа выявлено, что данный Шаблон усиления имеет определенные дефекты. Требуется восполнение неизвестным методом.]
— Да ладно тебе, хватит реветь, — поморщился Чжэн Шу, закончив работу с интерфейсом.
Он слегка встряхнул Константина за ногу. Выглядел тот, конечно, хлипко, но все-таки был Королем Драконов — от такой тряски точно не помрет.
— Я не плачу! — Константин упрямо шмыгнул носом. — Мой брат отомстит за меня!
— Ага-ага, твой брат самый сильный во дворе, — снисходительно хмыкнул Чжэн Шу. Не обращая внимания на возмущенное сопение болтающегося вниз головой пленника, он уверенно зашагал вглубь покоев.
В конце длинного коридора его взору предстало мрачное зрелище: два исполинских трупа чистокровных драконов. Судя по остаточной ауре, мертвецы принадлежали к касте существ не ниже уровня Второродный.
«Самсон и… Драконий Слуга?» — Чжэн Шу нахмурился, мучительно пытаясь вспомнить детали оригинального сюжета.
Теперь понятно, почему убитая им на входе тварь показалась такой жалкой. Страж могилы Короля Драконов обязан быть как минимум Второродным. А тот ящер оказался лишь Драконом третьего поколения.
Истинный Драконий Слуга пал еще до того, как Чжэн Шу прорвался сквозь врата. Самсон же, укрытый аурой Нибелунга, пожертвовал собой позже.
Пройдя мимо огромных туш, Чжэн Шу оказался перед небольшой постройкой в самом конце коридора. Благодаря ночному зрению он разглядел, что это хижина, целиком отлитая из бронзы. Спартанский быт, полное отсутствие декора — определить эпоху постройки было невозможно.
Внутри находилось лишь плетеное ложе из жестких лиан да низкий бронзовый столик с глиняной вазой. В углу сидела на коленях статуя служанки, держащая в руках дворцовый светильник. Масло в нем давно иссякло.
Взгляд Чжэн Шу приковало массивное ложе. На нем возвышался гигантский латунный сосуд, сплошь покрытый вязью непостижимых символов. В отблесках пламени, исходящего от Константина, руны таинственно мерцали.
Верхняя часть сосуда была расколота, а то, что из него вылупилось, сейчас болталось в руке Чжэн Шу.
От задней стенки сосуда тянулись омерзительные, пульсирующие щупальца, сплетенные из жил и плоти. Они выползали наружу и впивались в трупы двух мертвых драконов. Вот она — причина гибели Второродных.
— Жертвоприношение… — тихо произнес Чжэн Шу.
Беглого взгляда на окружающие алхимические массивы хватило, чтобы сложить мозаику воедино. Едва он пробил границу Нибелунга, Самсон и Драконий Слуга поняли: им не выстоять. И тогда они добровольно отдали свою плоть и кровь, чтобы досрочно пробудить своего Владыку.
Неудивительно, что Константин оказался в разы сильнее, чем в оригинальной истории. Там его вырвали из сна насильно, истощенным, неспособным контролировать собственную мощь.
Здесь же, напитавшись жизненной силой двух Второродных, он возродился на пике своих возможностей. Если бы не врожденное уродство — отсутствие истинного драконьего тела, — Чжэн Шу вряд ли смог бы так играючи скрутить его.
Выйдя из бронзовой хижины, Чжэн Шу разжал пальцы. Едва почувствовав свободу, Константин, забыв о королевском достоинстве, отскочил в сторону, перекатившись по полу.
Пространство вокруг него вновь начало искажаться, собирая элементы для новой Котодамы. Но Чжэн Шу лишь щелкнул пальцами — и связь дракона со стихиями оборвалась. Да, они все еще находились в Бронзовом Городе, но за время затянувшейся битвы Чжэн Шу успел перехватить контроль над большей частью комплекса, оставив за прежними хозяевами лишь самое ядро.
Внезапная пустота ошеломила Константина. Он задохнулся, словно рыба, выброшенная на лед, и тут же потерял врага из виду. Мир перед глазами безумно завертелся, а когда дракон осознал, что лежит на полу, спину пронзила тупая, сводящая с ума боль. В глазах потемнело. Он отключился.
На этот раз Чжэн Шу бил наверняка. Прошло немало времени, прежде чем Константин с трудом разлепил веки.
— Очухался? А я уж думал, ты коньки отбросил, — раздался сверху бодрый голос.
Константин дернулся, пытаясь защититься, но с ужасом понял, что его внутренний резерв иссушен до дна, а нить, связывающая его с Нибелунгом, безжалостно разорвана.
Потеряв единственную связь со старшим братом, Константин, чья психика и так была надломлена с самого момента рождения, окончательно сломался. Он сжался в комок и глухо зарыдал.
Чжэн Шу почесал в затылке. Его шутка провалилась, и это раздражало.
— Эй, ну хватит сырость разводить! — рыкнул он. — Я тебя до сих пор не прикончил, мог бы уже и догадаться, что убивать не собираюсь. Давай договариваться. Сделка простая: вы с братом остаетесь в живых и получаете безопасную жизнь.
— Я просто… слабый. Но я не идиот! — Константин поднял на него полные отчаяния глаза. — Убей меня, но я не выдам тебе брата!
— А ты разве сам знаешь, где он сейчас?
Слова Чжэн Шу ударили наотмашь. Пламя на теле Константина мгновенно погасло, обнажив его уязвимость.
Задумавшись на секунду, Чжэн Шу снова щелкнул пальцами. Сила Хелы исказила пространство, воздвигнув вокруг них непроницаемый барьер — крошечный карманный Нибелунг внутри основного.
Обеспечив абсолютную конфиденциальность, Чжэн Шу вкратце, но предельно жестко изложил Константину суть грядущего плана Лу Минцзэ. Он не называл имен, но по исказившемуся от первобытного ужаса лицу Константина стало ясно: тот все понял.
Драконье чутье подсказывало Константину — этот странный полукровка не лжет. Истинная ценность любого Короля Драконов заключается в его божественной крови и невообразимой мощи, а не в титулах.
Поначалу Константин был уверен, что через него хотят добраться до Нортона. Но теперь, слушая холодный, расчетливый анализ ситуации, он с леденящим ужасом осознал: этот человек уже знает, где прячется его брат.
Пусть память Нортона все еще спала, призрачная связь между близнецами подтверждала — слова чужака были пугающе правдивы.
— И… чего ты хочешь? — сдавленно прошептал Константин. Сдавшись, он казался еще меньше, чем был. — Какую цену я должен заплатить за его жизнь?
Широкая, почти хищная улыбка расплылась на лице Чжэн Шу.
— Пошли в дом, дело есть!
Вернувшись в хижину, Чжэн Шу ткнул пальцем в исполинский, почти в рост Константина, Костяной Сосуд.
— Эту штуку подделать сможешь?
Константин озадаченно моргнул.
— Могу. Но насколько точной должна быть фальшивка?
— Достаточно точной, чтобы пробудить память твоего брата, ну и чтобы всякие умники со стороны не просекли подвох.
— Со вторым проблем не возникнет, — нахмурился Константин. — А вот первое… Судя по твоим словам, брат застрял в периоде амнезии после перерождения. Я не могу гарантировать, что фальшивка сработает. Нужен невероятно мощный эмоциональный шок, чтобы прорвать блок памяти.
— Сойдет. В конце концов, когда вы встретитесь, у тебя будет вагон времени, чтобы вправить ему мозги, — кивнул Чжэн Шу.
Не моргнув глазом, он провел ладонью по собственному левому плечу. С омерзительным влажным хрустом его рука отделилась от тела и шлепнулась на пол.
Ни капли крови не пролилось. Чжэн Шу мысленно достал из инвентаря брикет сухой лапши и проглотил его. Сила Хелы тут же отреагировала на поступление калорий: плоть на культе забугрилась, закипела, и, словно у ящерицы, из плеча с влажным чавканьем выросла новая, покрытая слизью рука.
Чжэн Шу покрутил новым суставом, стряхивая мерзкую слизь. Убедившись, что конечность работает исправно, он перевел взгляд на отрубленную руку. Повинуясь его воле, она начала сжиматься, плавиться, пока не превратилась в бесформенный, пульсирующий комок сырой плоти.
— Держи. Когда будешь ковать новый Костяной Сосуд, засунь это внутрь, — Чжэн Шу бросил кусок мяса в руки остолбеневшего Константина. — И не забудь наложить иллюзию, чтобы никто не учуял, что это моя плоть.
Сказав это, он невозмутимо уселся на пол, скрестив ноги.
— Сколько времени тебе нужно? Материалы? Если чего не хватает — говори.
Константин не сразу обрел дар речи. Даже для Короля Драконов, обладающего сверхрегенерацией, подобное членовредительство казалось дикостью. Оторвать себе руку с таким спокойствием мог только абсолютный безумец.
Брезгливо, с некоторой опаской сжимая пульсирующий кусок чужой плоти, Константин прикинул в уме необходимые ресурсы.
— Раз нам нужна лишь идеальная копия внешнего вида и ауры… минут пятнадцать. Дополнительных материалов не требуется. Даже для создания оригинала нужна только чистая бронза. Это личная техника моего брата, — в голосе Константина промелькнули нотки искренней гордости.
— Пятнадцать минут? Годится. — Чжэн Шу кивнул. — Только давай побыстрее, а то те парни наверху скоро спустятся сюда.
Страх вновь кольнул сердце Константина, но он заставил себя выпрямиться.
— Ты так и не сказал, чего именно хочешь. Что мы должны отдать взамен?
— Хм… — Чжэн Шу задумчиво потер подбородок, оглядывая Константина с ног до головы оценивающим взглядом.
От этого взгляда у дракона волосы встали бы дыбом, если бы они у него были. Почувствовав себя крайне неуютно, Константин попятился и попытался спрятаться за исполинским Костяным Сосудом.
Заметив, что пленник снова готов разрыдаться, Чжэн Шу перестал скалить зубы.
— Первое и самое главное: вы оба должны навсегда отречься от титула «Повелитель Бронзы и Огня».
Константин облегченно выдохнул. Но тут же его лицо исказилось в сомнении.
— Я готов отдать тебе этот титул и поклясться никогда больше не попадаться людям на глаза. Но вот брат… Я не знаю, согласится ли он. Его главной целью всегда было поглощение других Королей и обретение абсолютной власти.
— Об этом не парься, — Чжэн Шу ухмыльнулся, обнажив белоснежные зубы, и показал ему большой палец. — Зная, как сильно он помешан на тебе, вся эта возня с властью нужна ему только для того, чтобы создать мир, где тебя никто не тронет. Как только ты сам скажешь ему, чего хочешь, и как только я гарантирую, что вас больше не будет преследовать гребаное пророчество — он пойдет на мои условия как миленький.
Константин слушал его с явным недоверием. В его представлении брат всегда был непреклонным завоевателем. Неужели он откажется от своей судьбы ради него?
Но выбора не было. Оставалось лишь довериться этому жуткому человеку.
Тяжело вздохнув, Константин призвал магию. Воздух задрожал, кусок бронзы потек, словно воск, и Король Драконов неохотно принялся за создание фальшивки.
Чжэн Шу молча наблюдал за процессом, пожав плечами.
И всё-таки, какими бы всемогущими ни были эти божественные создания, их психологические изъяны делали их идеальными марионетками.
Будь на месте Константина обычный человек — даже не старый интриган вроде Анжа, а просто парень с улицы, хоть раз обжегшийся в жизни — он бы ни за что не поверил в этот бред.
Но Константин, чей интеллект и жизненный опыт превосходили человеческие в тысячи раз, сдался без боя. Чжэн Шу просто нажал на правильную кнопку — упомянул его брата — и дракон сам покорно полез в петлю.
К счастью для них обоих, Чжэн Шу действительно не собирался пускать их на ремни. Иначе этот наивный ящер еще бы и спасибо сказал перед казнью.
Сфокусировав зрение, Чжэн Шу завороженно следил за манипуляциями Константина. Приходилось признать: в алхимии эти двое были непревзойденными гениями. Одной лишь силой воли Константин заставлял бронзу менять структуру, создавая артефакт, на который у самого Чжэн Шу ушла бы гора редчайших ингредиентов.
Правда, у этой техники был жирный минус — колоссальный расход металла. Именно поэтому Костяной Сосуд, который по идее должен быть размером с человеческую голову, раздулся до полуметровой высоты. Впрочем, учитывая количество бронзы в распоряжении этих двоих, Двойные Короли Драконов явно были лидерами по запасу «Монет воскрешения».
— Идеально. Ваша семейная алхимия и впрямь творит чудеса, — одобрительно цокнул языком Чжэн Шу, разглядывая готовое изделие.
Даже зная, что перед ним подделка, он не смог найти ни единого изъяна. Искусственная патина и следы вековой коррозии выглядели пугающе натурально.
— Этого достаточно? — тихо спросил Константин.
Чжэн Шу небрежным жестом отправил фальшивый Костяной Сосуд в пространственный карман своего Нибелунга.
— И еще кое-что. Тебе придется отказаться от своей силы.
Глядя на вытянувшееся лицо Константина, Чжэн Шу лишь шире улыбнулся.

Комментарии

Загрузка...