Женщина-маг содрала с себя всю одежду до последней нитки и, отчаянно отряхиваясь, ощупала тело. Лишь убедившись, что никаких жуков на ней нет, она с облегчением перевела дух. Но стоило ей выдохнуть наполовину, как взгляд её наткнулся на компанию Анге: выстроившись в ряд, трое гуманоидов, один конь и один дракон восемью глазами безмолвно пялились прямо на неё. Глаза «коня», впрочем, были прикрыты.
Как бы точнее описать это чувство? Всё равно что пробраться кромешной ночью в отхожее место, едва присесть и вдруг ощутить, как кто-то снизу заботливо придерживает тебя за задницу: «Занято!»
Женщина-маг взвизгнула, одной рукой прикрывая лицо, а другой делая резкий взмах.
И тут произошло то, от чего Негриса бросило в дрожь: взмах ладони незнакомки буквально вспорол ткань пространства, оставив за собой серповидный след Пространственного рассечения.
Пространственное рассечение — коронное атакующее заклинание магов пространства, обладающее всесокрушающей мощью, поскольку разрезает оно не плоть, а само пространство, в котором находится цель.
Если такой удар придётся прямо по телу, выдержать его сможет разве что Анге, да и то лишь перевоплотившись в Крепкую Кость Локка.
В этой непроглядной подземной глуши, где даже завалящего Призрака днём с огнём не сыщешь, они умудрились нос к носу столкнуться с Магом постижения?!
Одно это уже внушало ужас, однако в следующее мгновение случилось нечто, потрясшее Негриса ещё сильнее: не успело Пространственное рассечение сорваться с руки, как женщина-маг резко сжала пальцы и просто... раздавила его. Взяла и раздавила собственное заклинание прямо в ладони...
Прикрыв лицо обеими руками, чародейка порывисто поклонилась,сыпая извинениями:
— Простите, простите! Вы пришли сюда первыми, вы ни в чём не виноваты, это я повела себя непристойно! Прошу прощения, прошу прощения!
Приговаривая это, она сделала широкий шаг вперёд — вжик! — и её обнажённая фигурка бесследно растворилась в воздухе.
Негрис и Молния ошарашенно переглянулись. Только сейчас дракон осознал всю тщетность своих усилий: глазные яблоки единорога были размером с хорошие конские глаза, так что даже растопырив лапки до предела, Негрис смог прикрыть их от силы наполовину...
— Ну как, красиво? Голый человек-то, — ехидно поинтересовался Негрис.
— Ничуть. Даже тётушка минотавр и та красивее, — презрительно фыркнул Молния.
— Чего?! Ты подглядывал за тётушкой минотавром?! Вот я твоей мамаше всё расскажу! Она ведь строго-настрого наказывала нам присматривать за тобой, чтобы ты дурному не научился! — вытаращил глаза Негрис.
Молния криво усмехнулся и высокомерно бросил:
— Да чему мне там учиться?
И то верно, учиться этому негодяю с копытами было незачем — он с самого рождения был испорчен дальше некуда.
Внезапно воздух снова прорезала мощная пространственная рябь. На прежнем месте вновь возникла обнажённая женщина-маг. Прикрывая одной рукой лицо, другой она подхватила с земли посох, который был выше неё самой, и буркнула:
— Вещь забыла.
Не успели отзвучать последние слова, как она — вжик! — снова испарилась.
У Негриса даже зубы заныли от зависти. С момента первого появления прошло всего несколько десятков секунд, а эта чародейка применила пространственное перемещение уже четыре раза подряд! С каких это пор пространственная телепортация стала дешевле пареной репы? Или же эта дамочка настолько могущественна, что швыряется телепортами как попало?
В конце концов взгляды всех присутствующих скрестились на ворохе изорванной мантии и нижнего белья, оставшемся лежать на камнях. Каждый мысленно прикинул, что с минуты на минуту хозяйка вернётся и за ними.
Увы, расчёт не оправдался: прошло две минуты, а женщина-маг так и не появилась.
— Слушай, когда она сдирала одежду, она ведь кричала «жуки, жуки»? Может, на тряпках остались насекомые, и она решила их бросить? — предположил Молния.
— Вполне возможно, — согласился Негрис. Он подлетел к вороху ткани, поднял мантию и хорошенько её встряхнул. Ни единой букашки оттуда не выпало.
— Да с её-то силищей какая тварь вообще смогла бы забраться ей под одежду? — озадаченно произнёс дракон.
Едва он это сказал, как глаза Негриса и Молнии одновременно загорелись пониманием. Если они встретили чародейку в этих пещерах, стоит ли вообще гадать, на каких именно жуков она напоролась?
— Если она с рождения до смерти боится насекомых, а тут на неё внезапно обрушилась целая туча этих тварей, облепив с ног до головы, неудивительно, что у неё случилась истерика. У некоторых страх перед всякой живностью в крови. Моя матушка, например, терпеть не может конских блох. Стоит дома завестись хоть одной блохе, как она тут же выбрасывает вообще все вещи и меняет обстановку, — поделился Молния.
— У Найэли та же беда. Пару раз, если бы я вовремя её не удержал, она бы сама себя Драконьим дыханием окатила. Представляешь, она даже погнала свою Говорящую с драконами на поклон к Анге — только ради того, чтобы та выучила Очищение лика и выводила с её шкуры мелких букашек, — со вздохом рассказал Негрис, аккуратно собирая обрывки мантии в узелок, чтобы при случае вернуть хозяйке.
Сгребая ткань, он нащупал внутри что-то твёрдое. Вытащив находку на свет, Негрис увидел две книги и мешочек. Первая книга называлась «Записки тронутого пространственного мага», вторая — «Гримуар прикладной магии пространственного мага», а мешочек оказался магической пространственной сумкой.
— Да не может быть такого совпадения... — с неподдельным неверием в голосе прошептал Негрис, открывая «Гримуар прикладной магии».
Тонкая, в половину пальца толщиной книжица, стоило её раскрыть, мгновенно разбухла в увесистый фолиант толщиной в две ладони. Вес её изменился соответственно, отчего том тут же выскользнул из лапок Негриса и рухнул вниз.
Ударившись о землю, обложка захлопнулась, и фолиант снова превратился в тоненькую брошюру в полпальца толщиной.
Негрис только языком поцокал:
— Применить технику сжатия пространства к обычной книге? Какая же неслыханная расточительность!
Подобрав книгу, он с тихим шелестом крыльев перелетел обратно, уложил её на спину Молнии и снова раскрыл.
— Ты что, решил использовать меня вместо книжной полки? Кстати, насчёт Найэли: а как она справлялась раньше, когда никакого Очищения лика ещё и в помине не было? Может, мне тоже воспитать жреца, владеющего Очищением лика, да отправить матушке? — поинтересовался Молния.
— Раньше она была огромной и всякую мелочь просто не замечала. А теперь, когда её тело уменьшилось, она видит каждую букашку, вот нервы и сдают, — пояснил Негрис, перелистывая страницы вновь разбухшего фолианта.
Первым делом он открыл оглавление, быстро пробежался по номерам страниц и мигом нашёл искомое — раздел «Свитки телепортации: от Начального до Мастерского уровня».
Затем он заглянул в пространственную сумку. Вот это удача! Внутри до самого верха лежали стопки чистых магических свитков, а два уже готовых, исписанных свитка торчали прямо у горловины — так, чтобы их можно было выхватить на ощупь в любой момент.
Очевидно, именно ради мгновенного доступа владелица не стала накладывать на пространственную сумку магический замок, что сейчас пришлось как нельзя более кстати для компании Анге.
— Ну вот, теперь мы можем наделать свитков телепортации. Спасибо госпоже чародейке, слава богине удачи! — Негрис не знал, смеяться ему или плакать от такого подарка судьбы.
Стоило только подумать, как здорово было бы разжиться свитками телепортации, как чистые бланки тут же свалились прямо в руки, а чтобы они ненароком не ошиблись при переписывании, к ним заботливо приложили пространственный гримуар!
Не удержавшись, Негрис открыл вторую книгу — «Записки тронутого пространственного мага». Подобные путевые заметки обычно носят сугубо личный характер и служат магам чем-то вроде дневника. Из элементарной вежливости Негрис вообще не собирался совать туда нос.
Но название оказалось слишком уж интригующим! Почему книга озаглавлена «Записки "тронутого" пространственного мага»? Это самого мага зовут «Тронутый», или у автора во время написания просто крыша поехала?
Пробежав глазами первые две страницы, Негрис немедленно захлопнул книгу и в сердцах плюнул:
— Точно тронутая.
— Что там написано? — сгорая от любопытства, спросил Молния.
— Ни черта не понял. Какие-то безумные линии и наборы цифр, как у умалишённой, — смущённо признался Негрис.
Молния презрительно фыркнул:
— Сам ничего не понял, а на человека напраслину возводишь. Тьфу на тебя.
— Да не я это придумал, она сама так написала! — Негрис ткнул когтем в имя на титульном листе, проникаясь глубоким уважением к самокритичности автора. — Анге, прибери вещички. При встрече вернём этой девчушке, ну а её чистыми свитками без зазрения совести попользуемся — в качестве скромной платы за хранение книг.
— О, — коротко отозвался Анге, забирая находки и пряча их во Дворец Упокоения.
Однако приступить к копированию свитков они не успели. Гр-р-рум, гр-р-рум! Каменные врата позади них с глухим рокотом дрогнули и начали медленно отворяться.
Едва между створками образовалась узкая щель, как оттуда, подобно прорвавшей плотину воде, хлынули несметные полчища насекомых — летящие и ползущие твари единой лавиной бросились на отряд Анге.
Негрис судорожно втянул холодный воздух. В этот миг он вдруг всей душой понял ту могущественную чародейку, которая с диким визгом содрала с себя всю одежду. От открывшегося зрелища у самого дракона мурашки побежали по чешуе:
— Эта женщина случайно не разворошила главное гнездо жуков?!
Анге с силой впечатал стопу в камень. Расширившаяся аура мгновенно перекрыла проём: любая тварь, вываливавшаяся из-за каменных врат, сходу попадала в зону действия Ауры быстрой смерти, и жизненный цикл насекомых стремительно ускорялся.
Жуки, которым в обычных условиях отводилось два-три дня жизни, проползали внутри ауры от силы три-пять метров, после чего неудержимо переворачивались на спину, дрыгали лапками и испускали дух. Летающие насекомые двигались быстрее, но и век их был ещё короче, чем у ползучих собратьев — пролетев те же три-пять метров, они с тихим шорохом осыпались вниз.
В считанные мгновения полукруг радиусом в несколько метров перед вратами завалило толстым слоем мёртвых панцирей, и очень скоро гора трупов намертво запечатала проход.
— Трупы... забили проход трупами? — На каменных ступенях по ту сторону врат ошеломлённо бормотал ещё один человек в плаще. Он с недоумением обнаружил, что направляемый им рой застрял в дверях и массово гибнет: — Да как они дохнут?! Даже если бы они просто стояли на месте, перебить их с такой скоростью невозможно! И проход собственными телами завалили! Жрите трупы, живо!
Непонятно, каким образом он отдал приказ, но живые жуки тут же принялись вгрызаться в тела павших сородичей. Однако замедлить мор это ничуть не помогло: перед ними было не обычное заклинание, от которого можно закрыться щитом, а бьющая по площади аура. Даже за баррикадой из мёртвых тел насекомые внутри прохода продолжали испытывать на себе её губительное влияние.
В безопасности оставались лишь те особи, что находились за пределами радиуса поражения. Между ними и погибшими сородичами пролегла чёткая, как по линейке проведённая черта: по одну сторону громоздились трупы, по другую — копошились живые твари.
Человек в плаще мелко задрожал всем телом:
— Э-это... ускорение жизни?! Ускорение жизни?! То самое легендарное ускорение жизни?!
Вместо испуга его охватил дикий восторг. Дрожащими от возбуждения руками он извлёк из-под полы крылатого жука — так называемого Крылатого императора, вот только эта особь достигала размеров раскрытой человеческой ладони.
Опустив любимца на пол, человек в плаще смело шагнул в зону действия ауры, подгрёб охапку мёртвых жуков и бросил их на съедение Крылатому императору.
Сам хозяин, казалось, был совершенно невосприимчив к влиянию ауры — впрочем, одного взгляда на его иссохшие, обтянутые пергаментной кожей ладони хватало, чтобы понять: перед ними очередной лич.
Увидев, что Крылатый император наелся до отвала, лич в плаще коротко свистнул. Жук послушно пополз к нему и, поскольку хозяин стоял внутри поражённой зоны, сам оказался во власти ауры. Внешний вид насекомого начал меняться прямо на глазах.
Подхлёстнутый этими изменениями, Крылатый император как безумный набросился на гору падали, с удвоенным остервенением пожирая трупы.
Продолжая работать челюстями, жук вдруг резко дёрнул головой вбок.
Когда любое другое существо поворачивает голову, следом неизбежно поворачивается и туловище. Но только не у Крылатого императора: его задняя часть осталась неподвижной, отчего передняя половина тела с сухим треском просто открутилась от брюшка, разделив насекомое надвое.
Обе половинки тут же принялись стремительно отращивать недостающие части, превращаясь в двух полноценных Крылатых императоров.
К этому моменту человек в плаще уже отступил за границу ауры и снова издал короткий свист.
Оба жука немедленно развернулись и поползли к нему, покидая опасную зону.
Стоило им пересечь невидимую черту, как бурный рост прекратился; только что сформировавшиеся мягкие и уязвимые ткани начали медленно затвердевать, обрастая прочным хитиновым панцирем.
Выждав немного, лич снова загнал обоих жуков в пределы ауры, заставляя их безудержно жрать мёртвых сородичей. Оба Крылатых императора на глазах раздулись до размеров хорошего арбуза, после чего вновь крутанули головами, разрывая себя уже на четыре части.
Как только сформировались четыре новых жука, хозяин опять отозвал их наружу, дал панцирям окрепнуть и снова отправил на откорм.
Так, шаг за шагом, цикл повторялся раз за разом. Спустя полчаса рядом с человеком в плаще стояли уже восемь крылатых тварей ростом в половину человеческого тела. Они обзавелись парой суставчатых задних лап и четырьмя зазубренными передними конечностями, напоминающими серпы гигантского богомола.
Знай Негрис о том, что враг приспособил Ауру быстрой смерти для ускоренной селекции жуков, он бы давно велел Анге развеять заклинание.
Удивительное дело: аура, которая по самой своей сути должна быть смертельным проклятием для короткоживущих насекомых, в умелых руках превратилась в инкубатор для ускоренного выведения мутантов — совсем как у самого Анге, который приспособил «быструю смерть» для выращивания урожая.
Любуясь серповидными лапами одного из жуков-богомолов, человек в плаще достал железный жетон и с нажимом провёл им по зазубренному лезвию. Вж-ж-жик! С металлом толщиной в палец словно маслом прошлись: зубья оставили глубокую борозду, распилив пластину почти до середины.
— Ха-ха-ха! — расхохотался лич. Отшвырнув железный жетон с выбитой на нём надписью «Высший Хаос», он в упоении зашептал: — Распилил железку в палец толщиной! Да против такого оружия не устоит ни одна консервная банка в самой тяжёлой броне! Стоит мне закрепить это свойство в потомстве, и моя армия жуков превратится во всесокрушающую лавину смерти!
Переведя дух, он уставился вверх по лестнице, и глаза его алчно заблестели:
— Впрочем, никакие мутации не сравнятся с самим ускорением жизни! Кто же там наверху владеет такой силой? Если я сумею заполучить эту способность себе, сам Хермертос склонит передо мной колени!
Теоретически все эти Заклинатели насекомых в плащах должны были быть фанатичными верующими Хермертоса, однако этот экземпляр не просто вынашивал богохульные мысли, но и вслух мечтал поставить своего бога на колени!
Подобная неслыханная дерзость была сродни тому, как если бы Маленький зомби вдруг принялся орать на Анге и требовать перекопать его любимые грядки — за такое не прихлопнуть на месте мог только обладатель поистине ангельского терпения.
Однако человека в плаще никто не покарал. Напротив, исходящая от него «аура» внезапно стала заметно гуще.
Обычно под аурой понимают запах, колебания души или волны магической энергии, но «аура» этого лича представляла собой чистейшие феромоны. Резкий выброс пахучего вещества мгновенно привёл всех окружающих насекомых, включая восьмерых жуков-богомолов, в состояние боевого неистовства.
— Нужно во что бы то ни стало захватить того, кто управляет ускорением жизни! Вперёд, прорываемся наверх, я расчищу вам дорогу! — С этими словами человек в плаще вытянул иссохшие руки и принялся лично разгребать завалившие лестницу трупы.
Разбирать спрессованную гору мёртвых панцирей было занятием утомительным, к тому же внутри прохода продолжала действовать губительная аура. Тратить драгоценный жизненный ресурс только что выведенных жуков-богомолов на черную работу лич пожалел: он рассчитывал сперва сам пробить брешь, а уж затем пустить своих тварей напролом сквозь зону ускорения жизни, чтобы они в мгновение ока изрубили врагов в капусту.
Но стоило ему разгрести очередную охапку, как пальцы вдруг провалились в пустоту. За тонкой стенкой из мёртвых тел обнаружился Маленький зомби с двумя мотыгами наперевес — пока лич копал снизу, зомби точно так же усердно копал сверху, и вот наконец они встретились.
От неожиданности человек в плаще едва не подпрыгнул. Кубарем откатившись назад, он ткнул пальцем в Маленького зомби и заорал:
— Убить!
Восемь жуков-богомолов хищно метнулись вперёд.
Однако прежде чем они успели сделать хотя бы шаг, Маленький зомби с отчаянным воплем «Уа-а-а!» вприпрыжку, чуть ли не кувырком, бросился наутёк вверх по ступеням.
Когда же восемь жуков-богомолов, преследуя его по пятам, выскочили за каменные врата, снаружи их уже поджидали стройные шеренги Взрывных огненных шаров. В кромешной тьме подземного грота они висели так плотно, что казались бесчисленными парящими факелами.
Полыхнуло ослепительное море огня. Выбежавший следом человек в плаще успел увидеть лишь восемь изувеченных силуэтов своих жуков-богомолов, которых без остатка пожирало ревущее пламя.
Лич застыл как вкопанный, не зная, что предпринять. Кажется, он чудовищно недооценил противника: эти ребята владели не только ускорением жизни — их грубая огневая мощь тоже выходила за все разумные пределы!
Обратив восьмерых жуков-богомолов в горстки пепла, Анге перевёл взгляд на человека в плаще. Перед грудью скелета тут же выстроилась новая шеренга Взрывных огненных шаров.
Решение созрело мгновенно. Человек в плаще с глухим стуком рухнул на колени:
— Не убивайте меня! Я согласен на всё, чего бы вы ни пожелали! Кого надо найти — отведу, нужны жуки — помогу вырастить, захотите грабить — пойду на дело, прикажете убить — прикончу любого, только не убивайте меня!
Эта скороговорка прозвучала настолько гладко и вдохновенно, что даже Негрис оторопел:
— Так складно чешешь... Ты что, специально репетировал?
...

Комментарии

Загрузка...