Я опустила руку в заранее набранную ванну и поболтала воду.
Отлично.
Горячая — не до того, чтобы обжечься, но достаточно, чтобы мышцы под кожей разомлели и расслабились.
Моя любимая температура.
Когда долго пробудешь на войне, начинаешь тосковать по ванне, полной горячей воды.
Герцог в этом вряд ли отличается.
Так, кажется, всё готово.
Полотенце, мыло с неярким запахом, губка и щётка для тела.
Я аккуратно разложила на столике всё, что понадобится герцогу для купания.
Мой взгляд задержался на мыле рядом со щёткой.
Немного поколебавшись, я взяла его в руки.
И несколько раз глубоко втянула воздух, поднеся мыло к носу.
Хм. И это не то.
Странно. Я склонила голову набок. Мыло пахло совсем не так, как пахло от самого герцога.
И духами или маслами он не пользуется.
Как от мужчины, который на войне вечно пропитан кровью и потом, может так пахнуть?
Будто прохладный рассветный воздух в глубине леса.
Лес, напоённый запахом земли, жизненная сила огромных сосен — и от неё будто проясняется в голове.
Точно не это мыло.
Я положила мыло и обернулась.
И встретилась взглядом с фиолетовыми глазами.
Ой!
У меня перехватило дыхание.
Это был герцог.
К-когда он вошёл?!
Я даже не почувствовала его присутствия. Видимо, он нарочно скрыл свою силу.
Вот ведь подлый…
Входя в собственную ванную, прятаться? Наверняка решил надо мной подшутить.
Я мгновенно вскипела, но полностью скрыла раздражение и улыбнулась одними глазами.
— С возвращением, ваше высочество.
— …
Но герцог не ответил. Лишь склонил голову набок и негромко хмыкнул.
Я невольно сглотнула.
Что? Почему он так на меня смотрит?
Тут герцог перевёл взгляд мне за спину.
Я поняла, куда он смотрит.
На мыло?..
Так и есть. Он смотрел на мыло. То самое, которое я нюхала, поднеся к носу.
Неужели!
Неужели ты это видел, герцог?!
Я мысленно застонала. Из всех возможных моментов попасться именно на этом!
Сколько раз я его понюхала? Три? Четыре?
От растерянности я никак не могла вспомнить.
Улыбка на губах мелко задрожала.
— …
— …
Тишина стояла удушающая.
Взгляд герцога снова вернулся ко мне. Фиолетовые глаза в узком разрезе так и впились в меня.
Одна его бровь чуть приподнялась, а следом едва заметно приподнялся и уголок губ.
Теперь сомнений не было: герцог видел всё.
Проклятье!
Меня захлестнул стыд. Уши горели так, будто к ним приложили факел, — наверняка и лицо у меня уже было пунцовым.
Я решила, что надо немедленно убираться из ванной. Иначе от стыда у меня лопнет либо голова, либо сердце.
Изо всех сил удерживая улыбку, я сказала:
— Я недостаточно расторопна и не рассчитала время. Впредь такого не повторится.
— …
Учтиво извинившись, я, стараясь не встречаться с ним взглядом, бочком двинулась к двери.
— Тогда я, с вашего позволения, удалюсь. Если что-нибудь понадобится, позвоните в колокольчик на столи…
И тут, не дав мне договорить, герцог начал раздеваться.
Ох! У меня перехватило дыхание. Вместе с дыханием замерли и ноги, шагавшие к выходу.
Где он бросил доспехи, неизвестно, но на герцоге была лишь тонкая льняная туника.
Бежевая туника и чёрный кожаный ремень на поясе, что удерживал её на теле.
Пара движений — и ремень упал на пол.
Разумеется, туника, державшаяся на одном ремне, тоже полетела на пол.
Да он с ума сошёл!..
Казалось, и моё сердце рухнуло следом.
Сквозь клубы белого пара было видно, как герцог, без единой нитки на теле, залезает в ванну.
Пар скрывал подробности, но даже то, что мелькало, было впечатляюще.
Это так меня потрясло, что я и сбежать не смогла — долго стояла, остолбенев, с открытым ртом.
Это…
Это тело герцога.
Чего только в жизни не бывает… Теперь я и тело герцога увидела.
Герцог погрузился в ванну, и прозрачная вода водопадом хлынула через край.
От этого звука я наконец очнулась.
Хватит. Бежим!
То ли от горячего пара, то ли от сердца, бешено скакавшего от выходки герцога, всё перед глазами поплыло.
Ещё немного — и сердце лопнет раньше головы!
Герцог повернулся спиной — вот он, шанс. Я рванулась к двери ванной. И только хотела схватиться за золотую ручку…
Перед глазами, как в предсмертном видении, пронеслись два последних года.
… Минутку.
Сбежать? Только из-за того, что понюхала мыло герцога и увидела его голым?
Нет, из-за такой ерунды бросать место дворецкого нельзя.
Я ведь теперь единственный и неповторимый дворецкий этого дома.
Я опустила руку, которую тянула к ручке. И тихо обернулась. Взгляду открылась спина герцога в ванне.
Да. Голых мужиков я видела предостаточно.
Я с бесстрастным видом посмотрела герцогу в затылок, а потом как ни в чём не бывало наклонилась и стала подбирать одну за другой вещи, которые он разбросал по полу.
Я почти жила на поле боя, и голых рыцарей нагляделась до тошноты.
Так что ни смущаться, ни удивляться тут нече…
Вроде бы нечего…
Подобрав всю одежду, я выпрямилась и украдкой глянула на герцога в ванне.
Ванна, бесспорно, была самой просторной и роскошной из всех, что я видела.
Но когда в неё сел герцог, она показалась тесной.
Широко раскинутые руки лежали на бортиках, отчего рельеф его мышц проступил ещё отчётливее.
Мои глаза сами собой заскользили по этим изгибам.
Ой!
Да что я такое разглядываю?
Быстро стряхнув с себя наваждение, я замотала головой и отвернулась от герцога.
Теперь точно уходим.
Чтобы больше никаких неожиданностей. На этом хватит.
Прижимая к себе одежду герцога, я, как можно тише ступая, двинулась к выходу.
И тут.
— Дворецкий.
Тяжёлый, как кандалы, голос герцога остановил меня.
* * *
Я закрыла за собой дверь спальни герцога и прислонилась к ней спиной, переводя дух.
Я немного выдохлась.
«Дворецкий, который теряется из-за того, что в ванной раздеваются. Мне такой дворецкий будет в тягость».
Замечание герцога било больно.
Оно заставило меня оглянуться на последние полгода.
Дворецким я стала недавно, но считала, что уже почти безупречна.
Видно, я лишь изображала дворецкого.
Чтобы обмануть врага, надо было сначала обмануть себя.
Я думала только о том, как обвести герцога вокруг пальца, завоевать доверие и забрать его голову, а по-настоящему в работу дворецкого так и не вжилась.
«Ах да, и ещё».
Когда я уже выходила из ванной, герцог бросил мне вслед последнее:
«Мыло не едят, дворецкий».
«…»
Под конец герцог в открытую дал понять, что видел всё с самого начала, и снова вогнал меня в краску.
Убью. Обязательно убью, герцог.
Стиснув зубы, я медленно пошла по коридору.
Шаги были тяжёлыми — не столько от усталости, сколько от чувства поражения.
* * *
— До завтра, Фрейя!
— Да, отдыхайте.
Давно перевалило за полночь.
Стрелки часов показывали уже два часа ночи.
— Госпожа Фрейя! Идите к нам, выпейте!
Попойка в казарме рыцарей подходила к концу.
Рыцарь, весь вечер зазывавший меня выпить, высоко поднял кружку и окликнул меня.
Судя по его виду, он, как и рыцари вокруг, вот-вот свалится.
Я вежливо отказалась и пошла дальше.
Глубокой ночью резиденция была тихой до тоскливости.
Не верилось даже, что герцог с рыцарями вернулись.
Напоследок я обошла главное здание и флигели и поднялась к себе.
Став дворецким, я переселилась на четвёртый этаж главного здания.
На один этаж с кабинетом герцога — прямо над его спальней.
Пока герцога не было, я ничего такого не чувствовала, а теперь, стоило подумать, что он подо мной, становилось как-то не по себе.
Чтобы не разбудить герцога, я неслышно двигалась по комнате, собираясь помыться.
Снова посмотрела на часы — было уже больше трёх.
Сумасшедший день.
Напряжение от того, что возвращается герцог, вытянуло из меня больше сил, чем обычно.
Фух… Я вздохнула и распустила высоко подвязанные волосы.
Скорее помыться и спать.
Сегодня было так некогда, что я даже в тренировочный зал не зашла.
В такие особые дни ничего не поделаешь.
Я пустила в ванну горячую воду и присела на край.
И только засмотрелась на струю, падавшую в ванну…
В левом ухе пронзительно зазвенело.
Я вскочила. Сразу вышла из ванной и погасила все лампы в спальне.
Потом подбежала к окну, прижалась лицом к стеклу и вгляделась наружу.
За окном было темно. Просто глядя, ничего не разглядишь.
Но я чувствовала.
Как всегда, в резиденцию пожаловал убийца.

Комментарии

Загрузка...