То был Фэнчэн.
Красная точка на официальных картах Тяньхая, помеченная как «непригодная для жизни руина», ставшая для них единственным пристанищем.
Прошагав еще полдня, троица приблизилась к нему вплотную.
Очертания города-кладбища из железа и шлака превратились из миражей на горизонте в осязаемую реальность.
У Фэнчэна не было настоящих ворот.
Роль пропускного пункта выполнял лишь узкий проход между двумя полуразвалившимися цехами, забаррикадированный брошенными контейнерами, остовами бронемашин и бетонными блоками.
Несколько стражников в разношерстном тряпье лениво привалились к мешкам с песком, сжимая лоснящиеся стволы винтовок и оценивающе, словно скот на ярмарке, шаря взглядами по каждому, кто пытался протиснуться внутрь.
В их глазах не читалось никаких эмоций.
Лишь непрерывный внутренний подсчет: сколько выручки принесут стоптанные башмаки вон того бродяги, не стоит ли рискнуть ради смазливой мордашки девчонки и есть ли хоть какой-то пожиток с этой семейки.
Одинокий путник с неподъемным баулом на плече недоплатил паравочку пустотных монет – охранник без малейших колебаний заехал ему прикладом в колено и отволок живое тело в сторону, словно падаль.
Запах свежей крови примешался к воздуху.
Никто из зевак даже не повернул головы – для Фэнчэна это была лишь привычная увертюра к будничному дню.
Когда дошла очередь до троицы Ли Мо, внушительная фигура Ро Фэна, тяжелый груз на его спине и пустой рукав мгновенно приковали к себе внимание всей стражи.
Верзила со шрамом от ожога во всю щеку выпрямился в полный рост и ткнул в их сторону стволом.
─ Въездной сбор – по полтиннику с рыла. Трое – сто пятьдесят.
Цена вдвое превышала ту, что только что содрали с несчастного бродяги. Очевидно, их сочли за овечек с тугой шерстью.
Единственная рука Ро Фэна рефлекторно сжалась в кулак, взор заледенел. В бытность военным за подобные фокусы он бы головы поотрывал не задумываясь.
Чужая ладонь легла ему на предплечье.
Ли Мо чуть приподнялся с поддергивавших его рук Су Мубай.
Выудив из кармана потрепанный кисет, он без лишних слов бросил его прямо к ногам головореза.
─ Звяк!
Мешочек брякнулся о землю глухим металлическим звоном.
─ Больше у нас ничего нет.
Стражник подцепил кисет носком ботинка, взвесил на ладони, высыпал содержимое для проверки: внутри звякнуло чуть больше двух сотен пустотных монет.
Жадный взгляд на миг задержался на лице Су Мубай, но в конце концов вернулся к Ро Фэну – уж слишком опасная аура исходила от этого громилы.
─ Ладно, проваливайте, раз сообразительные. – Он качнул стволом, отмахиваясь, как от назойливой мухи. – Топайте внутрь.
Миновав заслон.
Пейзаж внутри Фэнчэна ударил по чувствам с новой силой.
Никакого намерения наводить порядок или планировку.
Убогие хибары лепились друг к другу грибными шляпками, в выбоинах грунтовой дороги застаивались лужи грязно-болотного цвета.
Зловоние здесь стояло вдесятеро гуще, чем за городской чертой, а вдоль обочин словно тени слонялись одуревшие от безнадеги обыватели.
Мимо с ревом пронеслась банда вооруженных до зубов наемников, чьи лица выражали пренебрежение и холод, заставив встречных прохожих шарахнуться в стороны испуганными зайцами.
─ Сначала нужно найти медика. – Ли Мо прошептал Су Мубай на ухо так тихо, что расслышать могли лишь они двое.
Рану Ро Фэна в полевых условиях обработали лишь самым примитивным пакетом. Теперь сквозь повязку уже пробивался душок начинающегося загнивания. Медлить дальше – значит обречь его на ампутацию или сепсис.
Су Мубай кивнула.
Окинув взглядом торговца вяленым мясом на углу, Ли Мо приблизился к нему, вытащил несколько мелких монет и приобрел самый дешевый кусок.
─ Слушай, братец, подскажи кое-что! – пряча покупку, небрежно бросил он.
─ Где моему брату руку починить… в этом рассаднике берутся лечить?
Продавец лениво приподнял веки, мутные зрачки скользнули по культе Ро Фэна, а уголки рта искривила усмешка.
─ Лечить? В Фэнчэне отрубленные культи либо гниют сами, либо их волокут к доктору Хану. Только советую: без пары сотен на лапу к нему и соваться не стоит.
Получив ориентиры, Ли Мо провел спутников через пару переулков, разивших мочой, пока они не остановились перед входом в подвал обветшалой многоэтажки.
Ржавая железная табличка была криво мазнута красной краской: крест и поблекшее слово «Клиника».
Краска давно засохла и почернела, больше смахивая на запекшуюся кровь.
Из щели подвальной двери тянуло тяжелым амбре дезинфекции вперемешку со свежей человеческой кровью.
Ли Мо глубоко вдохнул.
И постучал.
Внутри раздались шаркающие шаги, секунду спустя дверь приоткрылась на палец, явив миру лицо мужчины средних лет в очках в золотой оправе.
Белый халат в бурых пятнах.
В глазах за стеклами – ни намека на целительское сострадание, лишь ледяная пустота.
─ Чего надо? – Голос под стать хозяину – сухой и бездушный.
─ Ему требуется помощь. – Ли Мо кивнул на Ро Фэна.
Доктор Хан распахнул дверь шире, молча отступив в сторону, и захлопнул створку с тяжелым стуком, отрезая их от внешнего мира.
Подвал оказался невелик.
Посередине стоял операционный стол с неубранными следами старой крови. По стенам на полках громоздились разнокалиберные склянки с этикетками и хирургический инвентарь. Все пространство давило на психику липкой тревогой.
─ Развязывай. – Он кивнул на рану.
Су Мубай шагнула вперед, аккуратно снимая виток за витком грязную марлю.
Когда отлетел последний слой, она невольно перехватила дыхание, хотя готовилась к худшему.
Края раны почернели, сочился гной, плоть выворачило наружу, отвратительно смердя.
Доктор Хан бросил короткий взгляд и вынес безапелляционный диагноз вместе с ценником.
─ Заражение. Нужна чистка, иссечение краев, наложение швов и трое суток антибиотиков широкого спектра. Цена вопроса – пятьсот пустотных монет. Деньги вперед, потом скальпель.
Такая сумма впору столичной клинике Тяньхая за полноценное оперативное вмешательство.
Здесь же за простую обработку раны драли втридорога, грабя среди бела дня.
Лицо Ро Фэна потемнело, он уже подался вперед, но перехвативший его взгляд Ли Мо заставил мужчину замереть.
Ли Мо спокойно выдержал чужой взгляд, выта из-за пазухи еще один кисет и положил его на исцарапанный металлический стол, чуть пододвинув вперед.
─ Мы заплатим. – Его голос оставался ледяным.
─ Но у меня есть условие.
Доктор Хан скептически приподнял бровь, жестом предлагая продолжать.
─ Я хочу лично видеть, что скальпель и иглы вскрываются при мне, а антибиотики абсолютно новые.
Ли Мо перевел взгляд с кошелька на глаза врача, спрятанные за линзами.
И чеканя каждое слово, добавил: ─ Все препараты должны быть в заводской упаковке. Шприцы – одноразовые. Я не намерен рисковать жизнью старшего брата из-за какой-нибудь занесеной заразы.
Слова эти заставили равнодушную маску на лице эскулапа слегка дрогнуть.
Ему доводилось видеть уйму отчаявшихся бедняков: те лишь выли, падали на колени или грозили пустыми кулаками.
Но этот заморыш, выглядевший полутрупом, вел себя иначе.
Бродяги явно не были настоящими кровными братьями – слишком разной породы, да и лица из совершенно разных миров.
Доктор Хан молчал секунд пять, взвешивая риски и ценность нежданных клиентов.
В конце концов он протянул руку к кошельку, высыпал содержимое на ладонь, пересчитал и кивнул.
─ Идет.
Он шагнул к стеллажу и на глазах у троицы извлек из запираемого шкафчика вакуумный стерильный набор, запечатанную коробку с антибиотиками и одноразовые шприцы.
─ Вжжжик! – звук вскрываемой упаковки.
Сама процедура оказалась долгой и мучительной.
Доктор Хан работал профессионально, но зверски жестоко – чистка и выскабливание проводились без малейшего намека на анестезию.
Ро Фэн лежал на ледяном столе, вцепившись зубами в свернутую тряпку. Пот заливал лицо и спину, но за все время из его горла не вырвалось ни единого стона.
Подобная стальная воля заставила даже повидавшего виды доктора уважительно скосить глаза.
Ли Мо и Су Мубай стояли по обе стороны стола с каменными лицами.
Су Мубай же пристально и цепко впитывала в себя планировку клиники, ассортимент медикаментов, пути отхода и малейшие привычки доктора Хана, намертво запечатывая детали в памяти.
Час спустя всё было кончено.
Рану Ро Фэну забинтовали заново.
Он выглядел так, будто его только что вытащили из проруби, – полностью обессиленный.
Доктор Хан убрал инструменты и бросил холодную реплику на прощанье:
─ Антибиотиков хватит на трое суток. Если жить охота – через три дня являйтесь снова, с деньгами.
Ли Мо промолчал.
Подхватив обмякшего Ро Фэна при поддержке Су Мубай, они вытащили его наружу.
Когда они выбрались наружу, сгустились сумерки.
Фэнчэн не знал уличного освещения.
Лишь тусклые, мигающие лампочки над редкими лавками выхватывали из темноты зловещие пятна.
В сыром переулке неподалеку от клиники они отыскали подвал, сдаваемый внаем.
Хозяином оказался хромой старик.
Получив в уплату последний оставшийся у них кусок вяленого мяса, он с омерзением швырнул им заржавленный ключ.
Комнатушка оказалась еще теснее врачебной.
В нос шибанул въевшийся запах прелости, а облезлая деревянная топчан-кровать составляла всю нехитрую обстановочку.
Уложив Ро Фэна, Ли Мо и Су Мубай прислонились спинами к сырой стене.
Тишина заполнила тесное пространство.
Они в безопасности, но карманы звенят абсолютной пустотой.
Один – тяжело ранен.
Другая – истощена.
Плюс молчаливая «младшая сестренка».
Трое суток.
Срок, отведенный доктором Ханом для жизни Ро Фэна.

Комментарии

Загрузка...