Снова дождливый день. Мелкая морось собирается в капли на придорожном бамбуке — они вот-вот сорвутся вниз, чистые и прозрачные, отражая всё вокруг. В сочетании с нежно-зелеными стеблями бамбука это выглядит поистине великолепно, словно настоящий нефрит.
Капли на бамбуковых стволах выстроились рядами — большие и совсем крошечные. На листьях они висят так тяжело, будто готовы сорваться в любой момент. На мокрой коре больших деревьев проступил узор, а если приглядеться, в его трещинах можно заметить несколько замерших букашек с кучей лапок — должно быть, это многоножки. Я сфотографировала их все.
Идя дальше, я запечатлела листья, выглядывающие из-за каменной клади стены, и маленькие металлические кругляши, инкрустированные в белую штукатурку. Были там и розово-золотые, и черные — понятия не имею, для чего они нужны. Круглые, похожие на крошечные зеркала, они тянулись вдоль всей стены на равном расстоянии друг от друга, и на них тоже капал дождь.
Поворот стены ведет к ступеням, ведущим на парковку у холма. Рядом — караульная будка, небольшая беседка и ограда.
Каждый день, проходя по этой дороге, я любуюсь этим привычным пейзажем. Раньше я видела его бесчисленное количество раз, но потом в основном просто спешила по делам, уже не вглядываясь в детали.
Наверное, все вещи в этом мире устроены одинаково: то, что поначалу казалось прекрасным, со временем незаметно блекнет и стирается из памяти.
Сегодня занятие было назначено на четыре с половиной часа вечера. По дороге туда я сначала бежала, но в людных местах сбавляла темп, наслаждаясь этим мгновением. Мне хотелось поскорее его увидеть, но даже десятиминутная дорога казалась невероятно длинной. Я то шла, то бежала стремглав и добралась лишь спустя долгое время.
Время еще оставалось, и я пришла на час раньше, чтобы побродить поблизости. Я заметила, как он о чем-то разговаривает с какой-то девушкой, и спряталась за углом у поворота стены.
Почему мне не хотелось выходить? Выйди я — и я бы испугалась неловкости, ведь я не хочу заводить новые знакомства. Они сменили место, и я тоже перешла в другое. Лишь бы только они меня не заметили.
Появись я там перед ними, он, возможно, стал бы представлять: кто я, а кто эта девочка. Но мне вовсе не хотелось узнавать лишних людей.
Был и другой вариант: он мог бы просто не обратить на меня внимания, бросить в лучшем случае дежурную фразу и продолжить щебетать со своей спутницей.
Я понятия не имела, какие между ними отношения, и лезть не хотела.
Когда подошло время, я зашла первой, а он появился чуть позже. На этот раз наша встреча отличалась от прошлой: заметив друг друга, мы неожиданно улыбнулись. Неужели он тоже посчитал, что в прошлый раз атмосфера была слишком холодной, и решил исправиться? Прямо как я и предполагала в прошлой главе: его работа над собой принесла плоды. А может, просто та девочка подняла ему настроение.
Или же все его эмоции вообще никак со мной не связаны, и я просто накручивала себя излишними мыслями.
Обменявшись взглядами, он отвернулся. Я смотрела на него, а он, избегая моего взгляда, перевел глаза в другую сторону, после чего подошел к окну и, припав к подоконнику, стал смотреть наружу. Или же уткнулся в телефон.
Если человек беспрерывно пялится в экран, скорее всего, он ждет чьего-то сообщения.
Я тем временем занялась костюмом и прической. Обычно я люблю ходить с распущенными волосами, но во время тренировок они жутко мешают.
Он по-прежнему не смотрел на меня, стоя ко мне спиной. Спустя какое-то время он бросил, не оборачиваясь: — Ты готова? — до чего же у него развито чувство личных границ.
Убрав волосы, я ответила: — Готова.
Он поднялся от окна, принялся расхаживать туда-сюда и спросил, что именно я собираюсь тренировать, перебирая всё подряд: от Тайцзи до Сюаньу и Фуху. В конце концов мы сошлись на Фуху.
Он заявил, что для Сюаньу и Фуху требуется хорошая база, поэтому лучше всего начать с Тайцзи. Я же тогда горела желанием отрабатывать приемы из комплексов движений и терпеть не могá Тайцзи. Он возразил, что без базовой подготовки толком ничего не получится: красивые связки всё равно будут выглядеть криво — высокие стойки не дотянешь, низкие не присядешь, — сплошное уродство.
Видя, что я уперлась, он вздохнул: — Ладно, если у тебя ничего не выйдет, только не вини меня.
Подумать только, разве так выражается великий мастер? В этот момент из-за выбора тренировки между нами уже вспыхнула небольшая словесная перепалка. Он пытался переубедить меня, я — его. И вот после его слов я ответила: — Не переживайте, уж в этом я вас точно винить не стану.
В итоге остановились на Фуху. По его словам, здесь нужно одновременно отрабатывать базу и комплексы движений, поэтому для начала требовалось пробежать двадцать кругов.
О боже мой, двадцать кругов! Я тут же взбунтовалась: с ума сойти, вы что, хотите меня до смерти загнать?! Как подумаю об этом сейчас, просто поражаюсь, какая же я была странная!
Кое-как уговорами мы сошлись на пятнадцати кругах. Он заявил, что я ничем не отличаюсь от остальных — вечно торгуюсь на тренировках и норовит за кратчайшее время выучить как можно больше приемов. По его словам, подобное стремление означает лишь одно: желание сэкономить оплату за занятие. Но чем сильнее человек спешит, тем хуже у него всё получается. Хочешь овладеть комплексом — без базовой подготовки не жди никаких результатов.
Я про себя подумала: батюшки, да с чего он такой болтливый? Разве мастер может быть настолько занудным? Это полностью перевернуло мои представления о нем. Вовсе не то же самое, что читать его рецензии и комментарии. Выходит, любые суждения могут оказаться ошибочными? Ты же мой гуру, держись, умоляю, мой гуру!
Совпадала лишь одна деталь: он по-прежнему терпеть не мог, когда я его фотографирую. Впрочем, на этот раз его отношение оказалось вполне сносным: выругавшись парой фразочек в духе какого черта ты вечно щелкаешь, он всё же позволил сделать снимки и даже продемонстрировал несколько показательных движений. По правде говоря, фотографии получились донельзя дурацкими.
Я не удержалась: — А вы знаете, что значит это слово на букву д? У нас на севере это ругательство, обозначающее кое-что у мужчин.
На что я ответила: — Ладно-ладно, ругайтесь сколько влезет, лишь бы подчеркнуть, какой вы неотесанный.
Что он ответил на это, я уже забыла. Конечно, от привычки он так и не избавился и до сих пор иногда употребляет это слово.
После этого мы приступили к тренировке. Я побежала пятнадцать кругов, и он побежал вместе со мной — наверное, боялся, что мне станет скучно бежать в одиночку. Шагая у меня за спиной, он заставлял меня ужасно нервничать, но я стиснула зубы и послушно исполняла роль вожака стаи.
Я-то думала, что после забега свалюсь с ног от усталости, но на удивление даже особо не запыхалась, лишь немного вспотела. После разминки, когда мы как следует размяли и расслабили голеностопные суставы, запястья и плечи, первым упражнением стало отведение ноги назад с опорой на стол. Он показал пример: его нога взлетела невероятно высоко, едва ли не до самого затылка! Закончив показ, он хлопнул по столу, призывая меня повторить. Я же в ответ принялась его фотографировать, чем явно его доконала. Он окликнул меня так, словно звал маленького ребенка, но, глянув на это упражнение, я поняла, что оно безумно сложное.
Я запротестовала: — Я не смогу сделать такое. Разве нельзя обойтись без этого? Я хочу отрабатывать боевые стойки.
Тут-то его терпение лопнуло. Он отчитал меня за жеманство, нежелание терпеть трудности и вечные капризы: — Ты вообще тренироваться собираешься или нет, а?!
Я тут же поспешила извиниться: — Ладно-ладно, учитель, вы абсолютно правы!
Заметив его недовольство, я моментально исправилась, приняв самый доброжелательный вид и расплывшись в улыбке.
Тогда я изо всех сил приняла отводить ногу назад, а он подбадривал: — Так, отлично, прекрасно! Сильнее! Больше мощи! Неплохо, неплохо, есть прогресс.
После двадцати повторов началось другое упражнение: правая нога бьет по левой руке, приземляется на пол, а левая отбрасывается назад в определенную точку. Моя правая нога поднималась вполне прилично, но левая никак не хотела взлетать выше пояса — над этим и вправду придется поработать.
Всё это были базовые раздельные движения. Как только я с ними справилась, следующим этапом шли подъем колена, разворот бедра и боковой удар. С этим я еще кое-как справлялась.
В прошлом, когда я ходила в фитнес-клуб, мне довелось немного позаниматься саньда — ну, знаете, всего понемногу, без серьезного погружения в боевые искусства, так что какая-никакая база у меня имелась.
Но какой толк от боевых искусств, если их не практиковать?
Тогда меня тренировал один мастер. Пока я отрабатывала удары, он наблюдал со стороны, выявил мои ошибки и специально подошел объяснить, как правильно разворачивать бедро при боковом ударе, задействуя его в качестве рычага для ноги. Объяснение оказалось куда более детальным, чем у наших прежних тренеров, и он даже показал всё наглядно. Это так сильно врезалось мне в память, что я схватила движение на лету.
За это упражнение он меня даже похвалил несколько раз.
Позже мы перешли к первым семи движениям Фуху. Стоило ему показать прием — и я сразу всё понимала, но стоило ему остановиться, как я тут же терялась и начинала лихорадочно соображать, пытаясь двигаться медленно. В конце концов я записала всё на видео, чтобы практиковаться дома.
На этом занятии было немало разговоров, обмена мнениями и отработки базовых движений. Время пролетело стремительно. Ближе к концу урока мы добавили удары кулаком в низкой стойке мабу — прямые, с разворотом в стороны, а также серию ударов в три шага из стойки мабу. Впрочем, мои записи о трехшаговых ударах наверняка содержат ошибки, я уже не помню, как именно они выполняются.
В завершение добавили двухминутную планку, которая вымотала меня окончательно, заставив обливаться потом.
Один час пролетел как одно мгновение — до чего же короткое время.
Столо выбить минутку до конца, как он тут же объявил: — Всё, расходимся, меня ждут, у меня сегодня дела на вечер.
Я отозвалась: — Мне нужно остыть, прежде чем идти.
Но он даже не дождался, пока я застегну куртку, и бросился догонять остальных.
Какие еще дела, подумаешь! Я прекрасно знала, что он идет к той самой девочке и еще пара человек присоединится к ним. Они заранее договорились пойти развлекаться в шумный торговый район неподалеку.
Хм, меня с собой не позвали. Впрочем, даже если бы позвали, я бы, наверное, отказалась. Они — тесная компания, а я для них чужая. Станут уделять мне внимание — сами толком не отдохнут, не станут — буду чувствовать себя лишней.
Я для них посторонний человек, незнакомка.
К тому же, у него наверняка были свои цели. Разве кто-то ходит гулять просто так?
Он беспрерывно пялился в телефон в ожидании вестей, а я уж точно не собиралась путаться у них под ногами.
К тому же, у него и в мыслях не было меня приглашать.
Зная, куда они направляются, я сдержалась и не стала задавать лишних вопросов. На этот раз мое чувство личных границ было на высоте.
Я шаг за шагом выстраиваю собственные дистанцию и барьеры.
Не нужно пытаться узнать абсолютно всё. Избыточное любопытство означает лишь излишнюю привязанность.
Ничего хорошего для душевного спокойствия это не принесет, да и людей лишь раздражает, вызывая у него лишь отторжение.
Сегодня мне хочется себя похвалить: у меня есть настоящий прогресс.

Комментарии

Загрузка...