Увидев переписанные в описи объекты недвижимости, драгоценности и наличные, мать Юань потеряла дар речи. До чего же коварной оказалась Юань Вань.
Мало того что она раздобыла готовую опись, так еще и точнейшим образом указала расположение всей недвижимости.
Перечислила каждое украшение до грамма, а доходы посчитала копейка в копейку.
Эта опись словно зеркало отразила всю истину.
К тем наличным деньгам мать Юань так и не осмеливалась прикоснуться.
Подняв бумагу перед собой, Юань Вань произнесла: ─ Все всё поняли?
Лицо матери Юань сделалось мертвенно-бледным: ─ Поняли, только...
Юань Вань оборвала ее на полуслове.
─ У меня на руках есть еще одно завещание от бабушки, и вот оно-то как раз настоящее.
Пораженная мать Юань воскликнула: ─ Почему же матушка ничего не сказала перед смертью?!
Она и представить не могла, что Юань Вань столько времени хранила это в тайне. Если бы не неприятности с Юань И, та ни за что не вытащила бы второе завещание на свет.
Дома Юань Вань всегда была такой послушной и понимающей девочкой, а теперь словно превратилась в совершенно другого человека.
Матери она казалась чужой и незнакомой.
Сама же Юань Вань держалась с абсолютным спокойствием.
─ Ты спрятала завещание, спрятала и опись, а теперь еще смеешь спрашивать, откуда у меня бабушкино завещание, написанное ее собственной рукой. Мам, лучше возвращай-ка всё добро по-хорошему. И документы на дом, и украшения, и наличные. Бабушка наказывала разрешить тебе оставить парочку безделушек на память, для утешения.
Губы матери Юань побелели от злости: ─ А ты у нас щедрая оказалась.
Спорить было бесполезно: почерк в завещании действительно принадлежал покойной матери.
В этот момент...
Неизвестно откуда выскочила Юань И.
─ Завещание поддельное! Не верьте Юань Вань! С какой стати всё должно достаться ей одной?!
Юань Вань ответила с каменным лицом:
─ Можешь отнести этот документ на экспертизу, пусть сравнят почерк.
─ Но бабушки-то уже нет в живых, с чем его сверять? ─ в глазах Юань И сверкнула лукавая искорка.
Раз уж бабушка умерла, всегда можно заявить, что почерк чужой, и тогда бумага Юань Вань потеряет всякую силу. Дядя у постели старухи не ухаживал, так что мать Юань оставалась законной наследницей первой очереди.
Заметив торжествующее выражение на лице сестры, Юань Вань окинула ее тяжелым взглядом и многозначительно произнесла:
─ Забыла, что натворила? У тебя еще хватает наглости думать о наследстве, когда тебе грозят Торгово-промышленное управление, публичное порицание и задержание? О себе лучше позаботьмя, а не суй нос куда не просят, бездельница.
Юань И от такого отповеди лишилась дар речи и бросила на сестру исполненный яда взгляд.
─ И что с того? Подумаешь, не пойду – и что они мне сделают?
─ А ты попробуй проверь, что тебе за это будет, ─ в голосе Юань Вань прозвучала нешуточная угроза.
Мать Юань укращиком ущипнула старшую дочь и сделала ей выразительный знак глазами.
─ Разве можно идти против Торгово-промышленного управления? Ты ведь вовсе не собиралась доносить на сестру, просто помрачилось в голове на минутку...
─ Конечно, у меня просто помутилось в голове, я вовсе не хотела писать донос на тебя, сестренка, прости меня ради бога, ─ тут же подхватила намек матери Юань И.
Лю Шуфэнь, услышав от Юань Вань про права на недвижимость, наличные и драгоценности, едва не захлебнулась слюной и, разумеется, тоже горячо зажелала, чтобы мать Юань немедленно отдала добро. Подливая масла в огонь, она затараторила:
─ Живо возвращайте всё имущество! Нечего чужое зариться и пытаться присвоить себе бесстыдным образом. Кстати, за пользование имуществом еще и проценты нужно взыскать: за дом, за наличные, разве что с драгоценностями можно повременить. Вообще-то в этом наследстве есть доля Ван Цюня! Ван Цюнь – единственный сын в семье Ван, с какой стати какая-то девчонка на выданье претендует на то, что принадлежит по праву?!
Мать Юань хитро сверкнула глазами, мгновенно сообразив, как повернуть дело.
─ Покойная матушка любила больше всех именно Ван Вань, она и завещала ей львиную долю, а для Ван Цюня ничего не предусмотрела. Чего ты тут воду мутишь? И что с того, что он сын? Старикам свойственно оставлять имущество тем, кто милее сердцу.
Она решила столкнуть их лбами, чтобы те вцепились друг другу в глотки, а самой остаться в выигрыше.
Надо признать, мать Юань умела играть грязно. И точно: жадный взгляд Лю Шуфэнь обратился на Юань Вань, но прежде чем та успела открыть рот, не выдержал сам Ван Цюнь.
─ Нельзя было дома об этом поговорить? Не видишь, что нас намеренно стравливают?
Однако Лю Шуфэнь было плевать на чужие резоны. Уставившись на падчерицу племянницы, она затянула: ─ Ваньвань, ты ведь уже столько времени живешь под этой крышей, разве дядя с тетей к тебе плохо относились? Твой дядя – старший внук и прямой продолжатель рода Ван, наследство твоей бабушки по закону должно отойти ему! Из-за твоей матери у бабушки с дедушкой возникло недопонимание на его счет, но ты же у нас умная и рассудительная девочка...
Неизвестно откуда вырисовалась Сяо Пэй и тоже принялась вплетать свой голос в общий хор.
─ Верно, сестрица Ваньвань, всё имущество должно принадлежать дяде с тетей. Ты всего лишь внучка по женской линии, как ты смеешь зариться на бабушкино наследство? Тем более что дядя к тебе так хорошо относится! Если бы не он, с чего бы тебе знаться с людьми из санатория или санатория для заслуженных кадров? Как бы ты сбывала свои морепродукты?
Это что же, чистой воды моральное давление?
Ван Цюнь окончательно вышел из себя и неожиданно рявкнул:
─ Какое ваше собачье дело?! Это внутренние дела семьи Ван, марш по комнатам!
Лю Шуфэнь наградила мужа презрительным взглядом.
─ Я жена члена семьи Ван, родила в этом роду крепкого здорового наследника, я здесь человек заслуженный, так что это и мое дело тоже. Что, выбросить меня собрались, когда надобность отпала? Бабушкины украшения по закону обязаны перейти к невестке.
Про дом и говорить нечего. А что до наличных – у нашей Ваньвань водидятся деньжищи, ее бизнес на морепродуктах процветает, неужто ей жалко какой-то мелочи?
Уголки рта матери Юань поползли вверх: наконец-то свара началась! Теперь Юань Вань завертится как белка в колесе, а там, глядишь, удастся вымолить у нее прощение, и всё уладится.
Юань Вань же лениво было тратить время на Лю Шуфэнь – от этой тетки у нее уже кружилась голова. В какой момент та решила требовать с нее наследство? Разве все ценности не находились по-прежнему у матери?
─ Тетя, вы сначала разберитесь, у кого находится имущество. Оно вообще-то у моей матушки.
Лю Шуфэнь мгновенно перевела прицел.
─ Чуть с толку меня не сбила! Добро-то у тебя в руках, а ты еще смеешь воду мутить и нас ссорить?!
Обычно ушлая и пронырливая, сегодня Лю Шуфэнь растерялась. А виной всему была заварившая всю эту кашу Сяо Пэй.
Уперев руки в боки, Лю Шуфэнь взвизгнула:
─ Ван Сяоюй, если сегодня же не вернешь всё до последней нитки, я с тебя не слезу!
Ван Сяоюй – так звали мать Юань.
Видя такой напор, мать Юань испуганно задрожала всем телом и спряталась за спину Юань И.
Юань Вань лишь усмехнулась: ей как раз и нужно было, чтобы Лю Шуфэнь сцепилась с матерью.
Воспользоваться скандальностью Лю Шуфэнь было вполне разумно. Раз уж та положила глаз на бабушкино наследство, даже если Юань Вань и планировала выделить долю дяде, делать это следовало в строгом секрете, ни в коем случае не позволяя Лю Шуфэнь совать туда нос.
Иначе алчная родня Лю Шуфэнь проглотит Ван Цюня вместе с потрохами да еще и ее собственную кровь выпьет до капли.
Без дядиных связей ей было бы негде сбывать товар, так что его интересы необходимо защищать.
Бабушкино наследство следовало вернуть любой ценой! Иначе мать всё спустит на новые наряды для Юань И.
Просто транжирство какое-то.
В конце концов, под натиском Лю Шуфэнь мать Юань была вынуждена выложить всё до копейки – включая документы на дом, украшения и наличные. Сердце матери сжалось так, будто из него вырезали огромный кусок. Прижав ладонь к груди, она стонала от боли.
Подумаешь, трагедия. Самая боль ждала ее впереди, злорадно усмехалась про себя Юань Вань.
Наклонившись к самому уху девушки, мать прошипела:
─ Довольна теперь? Счастлива? Мало тебе того, что твоя сестра лишилась солодово-молочного экстракта, платья, дакороновой рубахи, коробок конфет и шелковых лент для волос? Тебе понадобилось забрать еще и ее золотые украшения с бабушкиным наследством? Или ты всерьез думаешь, что эта алчная баба Лю Шуфэнь не позарится на чужое добро?
В глазах матери плескалась ядовитая злоба.
Не говоря ни слова, Юань Вань повернулась к сестре: ─ Пошли.
─ Куда это? ─ растерялась та.
─ В Торгово-промышленное управление, ─ твердо ответила Юань Вань.
─ Бабушкино наследство и мои вещи тебе уже отдали, зачем еще тащиться в управление? ─ опешила Юань И.
─ А я разве говорила, что прощаю тебя? Наследство изначально принадлежало мне по праву бабушкиной воли. А все те вещи, что ты мне вернула, куплены на деньги, заработанные моим собственным трудом. На заработки нашего отца мы могли бы только еле сводить концы с концами. Твое платье, дакороновая рубаха, защитный крем – неужели хоть что-то из этого куплено не на мои деньги?
Юань И от такой отповеди потеряла дар речи.
─ Что же ты молчишь? Ты ведь только что была такая красноречивая.
Сцена выглядела именно так: мать заливается слезами на заднем плане, а Юань Вань тащит за собой упирающуюся Юань И в сторону госучреждения, пренебрегая любыми попытками вырваться.
Интересно, как теперь Торгово-промышленное управление поступит с Юань И? На снисхождение рассчитывать не приходилось – за ложные доносы всегда приходится платить по счетам.

Комментарии

Загрузка...