— Да... — Рю Ан уныло кивнула.
«Но, может, оно и к лучшему. Пора уже распрощаться с этими детскими трусиками. Теперь-то я настоящая взрослая женщина, которая занимается сексом. Забью рюкзак по-настоящему сексуальным бельем для взрослых».
— В любом случае всё нормально! Тогда пойдем в соседний дом? Тут наверху нужно только по мостику перейти.
— Да. Давай.
Пэк Са Гём, до этого холодно смотревший вниз на лестницу, повернулся к Рю Ан и ласково улыбнулся, словно его внимание ни на секунду не отвлекалось.
«Слава богу, что он так легко согласился».
— Этот соседний дом тоже очень даже ничего.
— Тот, где может спрятаться кто угодно?
— Да! Он построен легально, так что всё будет в порядке. Если мне нужно было залечь на дно после того, как я сбегала с чужими деньгами, я всегда пряталась либо здесь, либо там!
Рю Ан сжала кулачки, и её глаза заблестели. Пока она говорила, подол её платья всё еще был высоко задран, поэтому Пэк Са Гём протянул руку и одернул ткань вниз.
— Поднимешься первой? А я куплю то мороженое, которое ты хотела, и догоню тебя.
Пэк Са Гём мягко улыбнулся. Рю Ан всегда была рада мороженому.
***
Раздался глухой удар — спина мужчины впечаталась в бетонную стену. Пэк Са Гём схватил его за грудки и еще раз с силой вжал в преграду. Молодой бородатый парень, заливаясь слезами, сложил руки в мольбе.
— П-пощадите! Мне просто было скучно, я от скуки это сделал!
— От скуки, значит, — мягко отозвался Пэк Са Гём, озаряясь безупречной улыбкой. — Если скучно, иди подрочи, какого хера ты тянешь руки к трусам чужой женщины?
— Я... я так давно не видел женщин, хотел просто разок понюхать... А-а-а-а!
Раздался хруст — Пэк Са Гём заломил ему руку за спину. Мужчина истошно завопил. Но Пэк Са Гём, даже не моргнув глазом, одной рукой схватил его за голову и легонько приложил об стену. Для Пэк Са Гёма это было «легонько», но для парня, видимо, нет — застонав, он рухнул на колени.
— ...Блядь, зачем нюхать-то, — с раздражением пробормотал Пэк Са Гём, наступая ногой в шлепанце на голову парня.
На полу валялись щипцы.
И трусики Рю Ан.
Он наклонился, поднял белье, аккуратно сложил его и сунул в нагрудный карман своей рубашки.
«Эти трусики с клубничками были любимым бельем Рю Ан в Хваёнгаке. С ними связано столько воспоминаний. Нельзя позволить, чтобы столь символичная вещь попала в руки какого-то ублюдка. Эти очаровательные трусики — кандидат номер один на первый экспонат в будущем музее наших с Рю Ан воспоминаний».
— Чем больше думаю об этом, тем больше бесит.
Пэк Са Гём ледяным взглядом посмотрел на извращенца. Под ногой раздался тихий стон.
«Разве правильно оставлять в живых ублюдка, который знает запах трусиков Рю Ан? Тем более она носила их со вчерашнего дня, так что запах сильный».
Однако в голове вдруг всплыли правила, которые Рю Ан строго-настрого вдалбливала ему с самого момента их прибытия в Чхонним.
«Вы ведь не забыли правила нашего путешествия? Первое: не ввязываться в драки. Второе: не вести себя как богатенький господин. Третье: не транжирить деньги!»
Пэк Са Гём медленно моргнул, проведя языком по внутренней стороне щеки.
«Я терпеть не могу, когда на моих глазах кто-то умирает!»
«Если нарушить правила в самом начале, эта прекрасная пора любви может слишком быстро подойти к концу». С сожалением Пэк Са Гём убрал ногу.
— Тебе повезло, что у моей девушки такое доброе сердце.
— С-спасиб... А-а-а!
— Но я не могу позволить тебе запомнить этот запах.
Пэк Са Гём достал из кармана рубашки маленький флакончик и вылил его содержимое прямо в лицо мужчине. Это был парфюм, который он перелил в мелкую тару и носил с собой. Он взял его, чтобы сохранять приятный аромат, даже бродя по этим грязным трущобам, но сейчас ему было ничуть не жаль его потратить.
Цель достигнута. Оставив корчащегося от боли парня позади, он со свистом вышел из здания. Стоило ему оказаться снаружи, как на голову обрушилось палящее солнце раннего лета. Пэк Са Гём надел солнцезащитные очки и с шиком посмотрел в небо.
«Прекрасное утро».
— ...Надо было спалить всё гораздо раньше.
Уголки его губ поползли вверх.
Он и не подозревал, что скитаться без крыши над головой — это так весело и сладко. Как и говорила Рю Ан: высокие риски — высокая награда. Когда убийца пырнул его ножом и Рю Ан обняла его, казалось, голова взорвется от эйфории, но стоило сжечь дом и поставить на кон свою жизнь, как мир вокруг заиграл розовыми красками.
Он потерял деньги, потерял статус, и сейчас у него остались только Рю Ан, придуманный ею план и установленные ею правила — но каждый день был просто упоительным.
«Кто бы мог подумать, что настанет такой день».
Хорошо, что он не сдох и вел себя послушно. Если бы он еще и в прошлой жизни был хорошим человеком, было бы вообще идеально, но мысль о том, что он будет накапливать карму, трахаясь каждый день на протяжении ста дней, казалась ему не менее сладкой.
«Настоящий расцвет жизни».
— Здравствуйте, дедушка. Подскажите, где здесь поблизости продают мороженое? — вежливо поинтересовался Пэк Са Гём, подойдя к уличному торговцу. Его лицо озаряла безупречная улыбка, словно не он пять минут назад избил человека до полусмерти.
***
— Покупайте! Покупайте! Продаем всё: от живых младенцев до мертвых взрослых! Эй, у нас есть всё!
На шумном рынке под палящим солнцем бегали дети, разбрасывая листовки. Улица, заставленная лотками по обеим сторонам, кипела от наплыва самых разных людей. Однорукая бабка отгоняла мух, продавая жареную рыбу, а рядом мальчишка со свирепым взглядом варил кашу, кидая в котел овощи. Со всех сторон доносились крики зазывал.
— На, поешь и взбодрись.
Пэк Са Гём протянул Рю Ан мороженое. Девушка, сидевшая на корточках рядом с рыбной лавкой, словно грустный щенок, повернула голову.
«Тот дом сносят, в этот пускают только тех, у кого есть удостоверение личности». Аппетит пропал начисто, а уголки губ уныло поползли вниз из-за свалившихся трудностей.
— ...Я не буду.
Но Пэк Са Гём снял обертку и поднес эскимо к её губам.
— Даже свое любимое, со вкусом инджольми?
— .......
Её зрачки дрогнули. Мороженое со вкусом инджольми, которое продавали только на рынке Хванхари, было воистину райским наслаждением.
— Ну, раз уж вы купили, чтобы не пропадало, так и быть, съем...
Рю Ан осторожно забрала у него эскимо. Откусив кусочек, она почувствовала сладкий ореховый вкус. Глаза сами собой расширились. Казалось, в голове прояснилось.
— Вкусно?
— Да. Очень.
— Та-дам! А еще по пути я нашел твои трусики.
Пэк Са Гём сел рядом и помахал бельем прямо перед носом Рю Ан. Её глаза округлились от удивления.
— Вау! Откуда они у вас?
— Лежали на земле рядом с лотком, где я покупал мороженое.
— Значит, не бывает так, чтобы случалось только плохое! Хорошее тоже происходит!
Настроение мгновенно поднялось. Она и так уже чуть не плакала от мысли, что придется покупать новые. Рю Ан на радостях крепко прижала трусики к груди. Но потом искоса взглянула на него.
— Но что это у вас за взгляд такой?
— Думаю о пошлостях.
— Опять?
Когда Рю Ан в ужасе отшатнулась, Пэк Са Гём с грустным лицом парня, которому разбили сердце, снял обертку со своего мороженого.
— Видимо, климат района Чхонним мне не подходит. С телом что-то не так. Член постоянно стоит.
— ...Это болезнь?
— Вполне возможно.
«Беда не приходит одна». Рю Ан серьезно кивнула. Нужно поскорее где-то осесть. Нельзя тратить время на уныние.
— Давайте отправимся в «Гвимун»!
Рю Ан развернула помятую карту. Пэк Са Гём, подперев подбородок рукой, скармливал свое мороженое бродячей собаке, которая подошла на запах.
— В «Гвимун»?
— Да. Это недалеко отсюда, — Рю Ан ткнула пальцем в самую глубь района Чхонним на карте. — Там, конечно, полно опасных людей, но для того, чтобы залечь на дно, место идеальное. Для обитателей темных переулков это что-то вроде священной земли.
— Опасных людей? Например?
— Там есть босс, которого называют Спрут. Настоящего имени никто не знает. Такое прозвище ему дали потому, что он пустил щупальца почти во все теневые дела Чхоннима. Сам он никогда не показывает лица, а дела ведут его заместители.
Рю Ан с решительным видом откусила еще кусок мороженого.
— Но в «Гвимун» пускают далеко не каждого. Нужно либо иметь рекомендацию, либо быть человеком, который им зачем-то нужен.
Условия были не из легких.
— Но у меня есть один вариант. Я знаю одного посредника. Он умеет держать язык за зубами, так что можно не волноваться. Правда, не знаю, обрадуется ли он мне...
— Почему?
— Я одолжила у него немного денег и не смогла вернуть.
Повисла короткая пауза.
— И сколько же?
— ...Ну, это не так уж и важно.
— Сколько, говорю? Большая сумма?
— Ой, ну, это... — Рю Ан отвела взгляд и заправила прядь волос за ухо. — ...Сорок тысяч вон.
— Сорок тысяч вон?
Пэк Са Гём какое-то время молча смотрел на нее, а затем нахмурился. Рю Ан надула щеки.
— Не смейтесь! Для меня это были огромные деньги!
— Ц-ц-ц, как можно быть такой милой даже в своем прошлом?
— А, да ну вас!
Рю Ан свирепо зыркнула на него и снова перевела взгляд на карту.
— В любом случае нам нужно придумать более надежные легенды. Тот человек довольно подозрительный.
— Так придумали же. Пэкку.
— Нужно придумать историю, которая подходит под это имя! Какая у нас профессия, зачем мы сюда пришли и всё такое!
— А, если ты об этом, то я уже всё решил, — медленно и расслабленно улыбаясь, произнес Пэк Са Гём. Его лицо выражало абсолютную уверенность.
«Когда это он успел?» — глаза Рю Ан округлились.
— И что же?
— Я — твой муж.
Он тепло улыбнулся, и его безупречное лицо озарилось светом.

Комментарии

Загрузка...