Тишину внутреннего дворика пронзил беззвучный вопль.
То был не звук.
То был чистый порыв чужой воли, отчаянная молитва бесчисленных миллионов женщин, завязавшаяся в тугой узел. Пробив пространство и время, она со всей дури ударила по восприятию Линь Ся.
«Красота... это первородный грех».
«Нас уничтожат».
«Спасите... нас...»
Сигнал едва теплился, но нес в себе такую боль, что она жгла саму душу.
Едва разгладившаяся межбровная морщинка Линь Ся вновь мгновенно пролегла глубокой бороздой.
Врожденное чувство долга оказалось куда реальнее любого божественного искушения. Проигнорировать этот зов было выше ее сил — сильнее любого могущества.
Ли Вэнь, глядя, как резко изменилась в лице подруга, мысленно охнула.
─ Только не говори, Линь-цзонг, что опять! ─ взмолилась она. ─ Император какой эпохи на этот раз записался к тебе на СПА?
Линь Ся отрицательно качнула головой. Ее взгляд устремился в пустоту, будто перед взором уже вставал мир, закованный в серый смог.
─ Все иначе, ─ тихо произнесла она. ─ Люди там гибли... и виной тому была красота.
Ничего толком не объясняя, она лишь повела бровью, и пространство перед ней пошло рябью, словно вода от брошенного камня. Медленно, неохотно разверзся проход — совсем не похожий на прежние, от него так и разило тленом и гнилью.
А-Фу вместе с подмастерьями пали на колени, не смея даже вздохнуть.
Ли Вэнь же решительно шагнула вперед и мертвой хваткой вцепилась в рукав Линь Ся.
─ Я с тобой. ─ В ее глазах не было ни тени сомнения, лишь слепая, въевшаяся в подкорку преданность. ─ Пиши меня в отряд. Поглядим, что за слепая курица посмела вылить грязь на косметологию.
Линь Ся невольно улыбнулась.
Она сжала ладонь Ли Вэнь и перевела взгляд на старика:
─ А-Фу, «Юйжунфан» на тебе. Ждите моего возвращения.
С этими словами они с Ли Вэнь вместе шагнули в зловонную тьму перехода.
Ощущение перемещения промелькнуло вспышкой.
Едкий, въедливый запах химикатов вперемешку с пылью разом забил ноздри.
Небо давным-давно налилось свинцовой серостью. Солнца не было видно вовсе — лишь блеклый, болезненный ореол пробивался сквозь тучи.
Улицы пустовали. Единичные прохожие, закованные в одинаковые унылые серые робы, спешили по своим делам, уткнувшись взглядом в землю.
Но куда больше Линь Ся ужаснули их лица.
Каждое, без исключения, покрывала жуткая, сплошная сыпь, глубокие трещины и та мертвенная серость, что бывает лишь у трупов.
Они боялись встретиться взглядом, будто собственная внешность казалась им орудием убийства, которое стыдно показать людям.
В этот момент из-за угла выплыл патруль механических стражей. Их холодные электронные окуляры сканировали каждого встречного.
Молодая девушка, оступившись, случайно задела дорожное ограждение. На автомате она выудила из кармана маленькое круглое зеркальце.
Лишь на миг скользнула по нему взглядом — и тут же...
«Тревога! Обнаружен запрещенный предмет: „зеркало“!»
Механические стражи мгновенно обступили ее, грубо вырвали зеркальце и заломили девушке руки за спину.
Она даже не пыталась вырваться — лишь отчаянно зажмурилась.
Ли Вэнь сжала кулаки так, что хрустнули суставы.
─ Да они тут совсем ебанулись! ─ прошипела она.
Линь Ся вовремя удержала подругу от опрометчивого шага и увлекла её за собой в глухой переулок.
Вскоре от одной женщины, укрывшейся в углу и тайком смывавшей грязь дождевой водой, они узнали страшную правду этого мира.
Когда-то и здесь тянулись к прекрасному.
Корпоративный гигант под названием «Вечное сияние» выкатил на рынок линейку химической косметики, обещавшую мгновенно переписать геном кожи.
Поначалу эффект казался невероятным, все буквально сошли с ума.
Но неизвестные химикаты не просто отравили экологию всей планеты — они до основания разрушили защитный барьер женской кожи.
Когда побочка вылезла наружу, спасать что-либо было поздно.
Кожа людей гнила, разлагалась и совершенно утратила способность к регенерации.
В наказание — а заодно чтобы сбить волну паники — местная власть ввела драконовские запреты.
Под табу попало все, что хоть как-то касалось красоты.
Нельзя было краситься, нельзя смотреть в зеркала, нельзя даже заводить разговоры о внешности.
Стремление быть красивой стало в этом мире самым тяжким грехом.
─ Теперь я поняла, ─ произнесла Линь Ся, и взгляд ее стал острым, как бритва. ─ Это не стихийное бедствие. Это дело рук человеческих.
Она велела Ли Вэнь подыскать надежное укрытие, а сама отправилась в отравленный лесок на окраине города.
Здешние растения по большей части давно засохли, однако Линь Ся, благодаря своему чутью, все же сумела отрыть в самых глубоких слоях почвы пару пучков трав — их корни цеплялись за жизнь и до последнего боролись с ядом.
Вернувшись во временное пристанище, Линь Ся без промедления принялась за работу.
У нее не было совремнных приборов — только ловкие пальцы да несколько примитивных орудий, прихваченных из своего времени.
Впрочем, ее стряпня быстро привлекла незваных гостей.
В помещение ворвались несколько здоровяков в робах с логотипом «Вечного сияния». Заводила — мордоворот с лютым взглядом — с порога рябкнул:
─ Это еще что за подворотная курица тут разводит свое феодальное мракобесие?
И он занес ногу, намереваясь раздавить ступкой свежерастертую целебную мазь.
Но Ли Вэнь была начеку: молниеносным подсеком она сбила хама с ног, да так, что тот сопоставился с полом со всего размаху.
─ Рот свой завали! ─ отрезала она.
Драка вспыхнула мгновенно.
Врагов было много. Ли Вэнь дралась отчаянно, но численный перевес берег свое — она начала сдавать позиции.
И вот, когда железный прут одного из амбалов уже заносился над головой Линь Ся, раздался визгливый крик:
─ Стой!
В дверях, откуда ни возьмись, выросла толпа.
То были женщины этого квартала. В первых рядах стояла та самая девчонка, у которой отняли зеркало, и бедняжка, плакавшая в переулке.
В руках они сжимали метлы, табуретки — всё, что попалось под руку. Их тела дрожали от страха, но взгляды горели небывалой решимостью.
─ Не смейте ее трогать!
─ Она пришла спасти нас!
─ С нас хватит!
Из самого глухого отчаяния родилась смелость, совпавшая в единый, несокрушимый поток.
Головорезы опешили. Энергия этой толпы была так сильна, что никто из них не решился сделать и шага вперед.
Главарь, пытаясь сохранить лицо, натужно заорал:
─ Вы что, бунтовать вздумали?!
─ Да хоть и бунтовать! ─ Девушка, потерявшая зеркальце, шагнула вперед. Вся ее физиономия была покрыта жуткой сыпью, но глаза горели яростным огнем. ─ Мы лучше умрем стоя, чем будем дальше гнить заживо!
Наемники «Вечного сияния» впервые увидели на лицах тех, кого привыкли считать «браком», чистый, нескрываемый пламень бунта.
И они струсили. Отступили.
Когда беда миновала, Линь Ся окинула взглядом своих защитниц, и к горлу подступил теплый комок. Она набрала немного темно-зеленой пасты и мягко нанесла её на лицо смелой девушки.
Живительная прохлада, пахнущая свежими травами, вмиг сбила мучительное жжение.
Под затаившими дыхание взглядами присутствующих свершилось чудо.
Там, где легла мазь, краснота спадала прямо на глазах, а растрескавшаяся кожа снова наливалась влагой.
До полного исцеления было еще далеко, но то самое здоровое, живое сияние вновь пробилось сквозь серую гниль.
Девушка дрожащей рукой коснулась своей щеки, и из ее глаз брызнули слезы.
По комнате пронесся глухой, сдерживаемый всхлип.
У Линь Ся получилось.
Самым простым, естественным путем она принесла в этот погибающий мир лучик надежды.
В этот самый момент в помещение в сопровождении охраны вошел мужчина в строгом чиновничьем френче — судя по всему, представитель верховной власти.
Он окинул взглядом происходящее, замер на мгновение, после чего его взор остановился на Линь Ся. Мужчина протянул ей зашифрованный планшет.
─ Мы давно ждали кого-то вроде вас, ─ произнес он.
Разблокировав экран, он показал архивное фото.
С экрана на Линь Ся смотрела женщина с точно таким же лицом, как у нее самой.
─ Это наш ведущий эколог. Человек, который первым не побоялся сорвать покров лжи с «Вечного сияния».
Чиновник сделала паузу:
─ До вашего появления она числилась пропавшей без вести уже три месяца... Доктор Линь Ся.

Комментарии

Загрузка...