Голос за дверью звучал ледяным тоном, но прозвучал для Линь Ся словно тяжелый камень, брошенный в воду.
Особый рецепт.
Он знал. Знал, что у нее в руках не просто обычная косметика.
Пальцы Линь Ся инстинктивно сжались, ногти въелись в деревянную поверхность двери.
Подавив бурю эмоций, она сделала голос еще холоднее:
─ Вы шутите, уважаемый гость. У меня лишь обычные румяна, никаких особых рецептов нет.
Человек снаружи помолчал. Ночной воздух будто загустел.
─ Я из дворца, ─ произнес он неторопливо, но с неоспоримым давлением. ─ Вы умная женщина, и должны понимать: некотором вещам не место в руках простой вдовы.
Из дворца.
Эти слова иглами вонзились в сознание Линь Ся, отчего кожа на голове занемела.
Она сильно закусила губу, во рту разлился солоноватый металлический вкус крови.
Отдавать нельзя. Отдаст — останется ни с чем, и последняя надежда вернуться домой рухнет.
─ Я не понимаю, о чем вы, ─ чеканя каждое слово, ровно произнесла Линь Ся. ─ Уж поздно, возвращайтесь к себе.
За дверью снова воцарилась гробовая тишина.
Спустя долгое мгновение донесся ледяной смешок:
─ Хм.
Шаги стали удаляться, пока окончательно не растворились в ночной глуши.
Линь Ся прижалась спиной к холодной двери и, чувствуя, как подкашиваются ноги, сползла на пол.
Холодный пот полностью промочил ее одежду.
В ту ночь Линь Ся так и не сомкнула глаз, сжимая в руках пробники косметики.
На следующее утро, когда солнце поднялось высоко и улица Чжуцяо зашумела людским потоком, Линь Ся обустроила скромную лавку в самом неприметном переулке.
Ветхий деревянный стол, ступка для измельчения трав, несколько глиняных пиал да старая прялка, выкинутая кем-то на дрова, — она оттерла ее дочиста и приспособила для перемешивания кремов.
Прохожие бросали на нее любопытные и пренебрежительные взгляды.
Прилично одетая женщина, ведя за руку ребенка, ускорила шаг и тихо пробормотала:
─ Срамота какая, выставлять себя напоказ на улице...
Линь Ся пропускала колкости мимо ушей, увлеченно перетирая в ступке свежесобранные листья мяты.
Свежий травяной аромат стал странным контрастом среди уличной суеты.
─ Ой, да это же хозяйка Линь из «Юйжунфан»! ─ как и следовало ожидать, раздался ехидный голос Ван Чуньхуа.
Она шла в сопровождении двух подмастерьев, обмахиваясь веером с видом хозяйки положения.
─ Что такое, хлам из лавки не продается, так ты решила на улице людей дурить?
Вокруг раздались смешки.
Линь Ся даже бровью не повела.
В этот момент у входа в переулок остановился пышный паланкин.
Из него, опираясь на руку служанки, грациозно вышла девушка в ярко-желтом шелковом платье с избалованным выражением лица.
Она направлялась к ювелирному прилавку, но доносившийся со стороны Линь Ся странный запах заставил ее нахмуриться.
─ Что за вонь? Слишком резкая и душная, фу!
Девушка сморщила носик, с отвращением глядя на лоток Линь Ся.
Это была Фань Юйбин, единственная дочь богатого купца Фаня.
Толпа мигом уставилась на Линь Ся, ожидая, как та опозорится.
Однако Линь Ся лишь отложила работу и поднялась со своего места.
С достоинством встретив капризный взгляд Фань Юйбин, она чуть заметно улыбнулась:
─ Госпожа считает, что этот аромат слишком резок?
Не дожидаясь ответа, Линь Ся взяла пробник духов и слегка брызнула в воздух.
Затем шагнала к Фань Юйбин, мягко взяла ее за запястье и нагнала на него облако пахучего воздуха.
─ Попробуйте теперь.
Фань Юйбин недоверчиво поднесла запястье к носу.
Невероятный аромат мгновенно заполнил все ее чувства.
Сначала донеслась сладкая роза, а вслед за ней раскрылся глубокий, успокаивающий древесный тон — слои запаха переплетались идеально, создавая нечто куда более изысканное, чем любые известные ей благовония.
─ Это... что за духи? ─ Отвращение в глазах Фань Юйбин сменилось полным изумлением.
Окружающие тоже уловили тонкую струйку аромата и стали вытягивать шеи.
Линь Ся слегка улыбнулась:
─ Это «Розовая роса». Аромат держится весь день и не выветривается.
Весь день?!
Толпа ахнула.
Обычные бальзамы пахли от силы час, и это считалось вершиной мастерства.
Лицо Ван Чуньхуа мгновенно позеленело.
Линь Ся, не обращая внимания на звак, перевела взгляд на мужика в переднем ряду, у которого от сухости потрескались губы.
─ Уважаемый, вас беспокоит сухость губ?
Мужчина от неожиданности обомлел, а затем густо покраснел:
─ Да... Эка сушь вокруг, сколько воды ни пей — не помогает.
Линь Ся достала баночку и деревянной палочкой зачерпнула немного зеленоватой мази.
─ Это бальзам из мяты. Не хотите попробовать?
Мужик сомневаясь подошел ближе, и Линь Ся аккуратно нанесла средство ему на губы.
Приятный холодок тут же отозвался на коже.
Спустя мгновение на глазах у изумленной публики потрескавшиеся губы напитались влагой, а отмершая кожа размякла.
─ Ох ты! Чудо-то какое! Не болит больше, холодок такой... Экая благодать!
Мужчина трогал губы, не находя слов от восторга.
Толпа окончательно взорвалась.
Любопытство сменилось ажиотажем.
─ Хозяйка, почем твоя розовая роса?
─ Мне бальзам для губ! Мне один!
Грохот!
Ван Чуньхуа со всей силы пинула стол Линь Ся.
Ступка и пиалы разлетелись на куски, свежеприготовленные румяна вылились на землю.
─ Ах ты колдунья! ─ заверещала Ван Чуньхуа, тыча пальцем в Линь Ся. ─ Ты точно используешь нечистую силу! Не верьте ей, люди! От ее снадобий лица сгниют!
Толпа мигом притихла, в глазах людей снова промелькнул страх и сомнение.
Глядя на разгроманный лоток, Линь Ся заледенела взглядом.
Она не успела ничего сказать, как раздался звонкий женский голос:
─ Никакой магии тут нет.
Это была Фань Юйбин.
Она выступила вперед и подняла запястье, пахнущее духами:
─ Я опробовала это средство. Оно изысканное, нежное и совершенно безвредное. Мой дом Фань ручается за нее.
Слова молодой госпожи подействовали как успокоительное, мгновенно развеяв сомнения.
─ Вот именно! Хозяйка Ван просто завидует чужому успеху!
─ Точно! Свое продать не может, вот и крушит чужое! Бессовестная!
Настроение толпы изменилось раз и навсегда.
Ван Чуньхуа, видя разъяренный народ, побледнела и вместе с подмастерьями позорно сбежала.
Десять коробочек розовых румян и несколько баночек бальзама разошлись за считанные минуты.
[Дзинь! Стартовое задание выполнено.]
[Награда: разблокирован рецепт «Отбеливающая маска Цицзыбай».]
Механический голос в голове прозвучал словно пение ангелов.
Вернувшись в лавку с тяжелым кошельком, Линь Ся высыпала медяки на стол и стала пересчитывать их по одному.
Это были ее первые деньги, заработанные собственным трудом в этом мире.
Небывалое чувство уверенности принесло слезы на глаза.
Ей нужно расширять дело.
Пока она воодушевленно строила планы на будущее, за окном мелькнула темная тень.
Ночь вступила в свои права, тишина накрыла улицу.
Линь Ся задула масляную лампу, но под подушку спрятала ножницы.
Затем достала прочную бечевку: один конец привязала к дверной задвижке, а второй — к горшку с битой черепицей на верхней полке.
Закончив приготовления, она легла на кровать и осталась лежать с открытыми глазами в темноте.
Вскоре ожидание оправдалось.
Скрип...
Едва слышный звук поворачивающейся дверной петли коснулся ее слуха.
Кто-то вошел.

Комментарии

Загрузка...