Сейчас всего час дня, до начала совещания остался еще целый час. От моего кабинета до зала идти всего десять минут, так что я вполне могла бы вернуться и немного передохнуть.
На столе в кабинете уже лежали документы по совместному проекту Лань и правительственного управления вооружениями — мне необходимо было с ними ознакомиться. В последнее время, благодаря моей настойчивости и борьбе, нам с правительством удалось прийти к компромиссу: я поставляю им восемьдесят процентов годового объема производства нашего вооружения, а они выплачивают половину стоимости. Сумма невелика, но я знала, что это предел возможного.
Первая партия заказов в основном касалась бронебойных снарядов, и их производство также было поручено Лань. За исключением некоторых секретных технологий, принадлежащих правительству, эти снаряды практически полностью изготавливались силами нашей корпорации. В свое время мой отец был одним из ключевых разработчиков этого оружия. После его смерти результаты исследований, которые он возглавлял, были попросту разграблены. Спустя годы у Лань почти не осталось собственных технологий, лишь несколько старых сотрудников все еще готовы были работать на нас.
Это одна из причин, по которой правительство могло вертеть мной как хотело: без ключевых технологий любые слова — пустой звук. Но я не могла наколдовать таланты из воздуха. На подготовку технических специалистов требуется время. Я уже выбрала одного, Ань Се, и если проявить терпение и приложить усилия, всё еще можно исправить.
Взглянув на часы, я аккуратно убрала документы в сейф и поднялась, чтобы направиться в конференц-зал.
***
В зале уже собралась элита Объединенных сил. Во главе стола сидел генерал с суровым лицом. Атмосфера была тяжелой, а присутствующие выглядели как-то странно.
— Повторю еще раз: отряд Элиты подчиняется напрямую Совету. Надеюсь, каждый из вас проявит себя с максимальной пользой, — Ли Марк перевел взгляд на меня, — и внесет свой вклад в общее дело Объединенных сил.
Я слушала его многозначительную последнюю фразу, незаметно сильнее сжимая ручку в пальцах, но на лице у меня по-прежнему сияла вежливая улыбка.
Вносить вклад в дело Объединенных сил? Моя семья Лань делает это постоянно, с самого первого дня войны. Даже мое рождение — рождение Лань Линь — было своего рода вкладом.
Совещание закончилось. Я собирала бумаги, намереваясь вернуться в кабинет, но кто-то окликнул меня.
— Подполковник Лань Линь, прошу, задержитесь.
Я обернулась. Это был один из членов отряда Элиты, кажется, Иван Рольчев. Я просматривала его досье: он был первоклассным специалистом по бронебойному вооружению, да и в других областях показывал выдающиеся результаты.
— Капитан Рольчев, что-то случилось?
Этот человек — ценный кадр. Я как раз размышляла, как бы переманить его на свою сторону. Раз уж он сам заговорил со мной, упускать такую возможность нельзя.
Рольчев не ответил. Вместо этого он с любопытством оглядел меня, даже обошел вокруг, потирая подбородок и издавая странные звуки: Цок-цок.
Мне стало не по себе, но воспитание взяло верх, и я вежливо спросила:
— Капитан Рольчев, что вы делаете?
Рольчев, казалось, был разочарован. Он развел руками и протянул:
— Так вот они какие, эти улучшенные люди. Ничего особенного.
Услышав это, я едва сдержалась, чтобы не сорваться, — кулаки сжались сами собой. Я никак не ожидала, что он пришел задираться. Похоже, заполучить его в союзники вряд ли удастся. Но я не могла наброситься на него с кулаками — отряд только сформировали, а Ли Марк еще не успел уйти далеко.
Я натянула улыбку, но тон мой стал холоднее:
— Капитан Рольчев, что вы имеете в виду?
— Да ничего особенного, — Рольчев скрестил руки на груди и насмешливо улыбнулся. — Просто было любопытно узнать, что за человек смог проучиться два года в седьмом военном округе и стать командиром отряда Элиты. Но теперь вижу: слухи оказались лучше реальности.
Заметив, что вокруг собираются зеваки, я поняла, что с этим человеком каши не сваришь, и решила не опускаться до перепалки.
Я разжала руки и, помрачнев, произнесла:
— Капитан Рольчев, если больше ничего нет, я пойду.
Рольчев быстро преградил мне путь и с мрачным видом бросил:
— Существу, рожденному в лаборатории, не место рядом с нами.
Услышав это, я вспыхнула от ярости и, не раздумывая, влепила ему пощечину.
— Невоспитанный наглец. — Я смотрела на него с нескрываемым презрением и отвращением.
Я ненавижу, когда кто-то попрекает меня сывороткой. Сказал он это негромко, но в коридоре было полно народу, в основном бойцы отряда Элиты, люди с обостренными чувствами. Я могла поручиться, что они все слышали.
Я знала, что попала в отряд Элиты благодаря сыворотке, но само введение препарата и назначение командиром — это были решения, принятые без моего участия. Никто не спрашивал моего мнения. Из-за этого я чувствовала себя так, будто пролезла по блату, получила должность нечестным путем.
Рольчев на мгновение опешил. Потирая щеку, он выдал саркастичную ухмылку:
— Все, кто сидел сегодня в зале, добились этого уровня своим трудом, шаг за шагом. А ты? Благодаря биологическому препарату.
— Рольчев, чего ты добиваешься?!
Если он хотел вывести меня из себя — ему это удалось. Если хотел получить по лицу — это тоже вышло.
Рольчев усмехнулся:
— Я не согласен. Не согласен с тем, что мои десять с лишним лет упорного труда проигрывают оружию, созданному в лаборатории.
Я фыркнула и намеренно повысила голос:
— Согласен ты или нет — неважно. Кандидатуру командира утвердил генерал Ли Марк. Если есть претензии — иди к нему, нечего вести себя как ребенок и устраивать сцены. В отличие от вас, капитан Рольчев, у меня полно работы. Если вам так скучно, подайте рапорт на фронт.
Я оттолкнула его и собралась уйти, но за спиной послышался свист рассекаемого воздуха. В душе я выругалась: этот неадекватный идиот действительно решил напасть!
Я пригнулась, уходя от удара, и развернулась. Рольчев уже принял боевую стойку, насмешливо глядя на меня:
— Давай проверим, действительно ли ты достойна быть командиром отряда Элиты.
Я оглядела толпу — они явно собрались здесь, чтобы поглазеть. Все они были выпускниками Первой военной академии и отлично знали, что во время обучения я чуть ли не каждый месяц отправляла кого-нибудь в лазарет. Видя, что я так долго спорю с Рольчевым и не даю отпор, они, должно быть, предвкушали повторение тех событий.
Как раз в тот момент, когда я взвешивала последствия драки, чья-то рука легла мне на плечо, и рядом со мной кто-то встал.
— Замучился тебя искать. Почему после работы еще не дома?
Я подняла голову и увидела Фу Шэна. Он тяжело дышал, на лбу выступил пот — видимо, прибежал сюда бегом.
— А-Шэн, ты чего здесь?
Фу Шэн достал платок, вытер пот со лба и улыбнулся мне:
— Твой адъютант сказал, что тут кто-то к тебе цепляется, вот я и пришел проверить.
— Капитан Рольчев, — Фу Шэн убрал платок, взял меня за руку и продел ее под свою, с фальшивой улыбкой глядя на Рольчева, — у нас с невестой свидание, так что позвольте откланяться.
Рольчев, казалось, хотел что-то добавить, но Кэтрин из толпы язвительно бросила:
— Люди на свидание собрались, ты что, решил влюбленных разлучить? Угомонись уже.
Я благодарно улыбнулась Кэтрин и, даже не взглянув на Рольчева, ушла вместе с Фу Шэном.
В тесном лифте мы были одни. Я прислонилась головой к его плечу и тихо прошептала:
— Если бы не ты, я бы уже с ним подралась.
Фу Шэн поцеловал меня в лоб:
— Не стоит обращать внимания на таких самовлюбленных типов. Впрочем, твой характер и правда стал мягче, раз ты смогла сдержаться до моего прихода.
— А-Шэн, спасибо тебе.
— Ты моя будущая жена, мы выросли вместе, к чему эти благодарности? — Фу Шэн взял мое лицо в ладони и нежно коснулся губ. Лифт остановился. — Пойдем, сегодня закончим пораньше, сходим в кино.
***
Тот случай в коридоре не вызвал больших последствий, но я знала: в отряде Элиты не только Рольчев был мной недоволен. Все они — лучшие из лучших, привыкшие к восхищению и похвалам. То, что я оказалась выше их по званию, закономерно вызывало недовольство.
Вскоре тренировки отряда вошли в привычное русло. Это был мой первый опыт систематических армейских тренировок после разморозки. Целью теперь была не какая-то абстрактная планка, а постоянное преодоление друг друга, ведь люди в отряде и были самими творцами этих планок.
Отряд Элиты выполнил несколько заданий, и каждое завершалось блестящей победой. Элита доказала свою ценность, что способствовало постепенному распространению элитарных настроений в армии во главе с Ли Марком.
В этот день, как обычно, была тренировка по рукопашному бою. У нас в отряде это было довольно жестко: спарринги один против нескольких, и пока не признаешь поражение — никто не остановится.
Я закончила раунд, потрясла ноющими кулаками и отошла в сторону попить воды.
В центре площадки Рольчев сражался один против троих, среди которых была Кэтрин, лучшая в рукопашном бою. Я с интересом наблюдала за ними и заметила, что, хотя его движения были несколько хаотичными, он умудрялся отбиваться от яростных атак троих противников, причем даже начал выравнивать ситуацию.
Не знаю, как насчет остальных, но Кэтрин я знала: пять лет назад в академии я едва могла свести бой с ней вничью. За эти годы она стала намного сильнее, но Рольчев умудрялся держать удар.
Бой закончился, когда Кэтрин провела мощный удар ногой с разворота. Рольчев рухнул на пол, но на его лице не было и следа поражения — глаза горели, а в выражении читалось возбуждение и азарт.
Этот парень — настоящий псих.
Я отвела взгляд и собралась вернуться на свою площадку, чтобы продолжить тренировку, но сзади раздался голос Рольчева:
— Командир Лань, может, померимся силами?

Комментарии

Загрузка...