— Второй брат в этот раз позвал Юань Шэнъяо, вошедшего в топ-500 на прошлых крупных соревнованиях. Пять лет минуло, навыки его наверняка отточились — неужто он слабее этого Сяо Яня?
Ли Цинь выслушала кузенов с полностью бесстрастным лицом. Семье Ли приходилось соперничать с другими кланами вовне, да и внутри ветви рода вечно тягались между собой. Благодаря этому клан и процветал веками. И всё же окончательное слово в распределении квот оставалось за старейшинами.
— Сяо Цинь, что скажешь?
Встретившись взглядом со старейшиной во главе стола, Ли Цинь ответила: — Третий Старейшина, я прошу всего две квоты, да и отступные предлагаю самые скромные.
— Хм, неужто семье Ли важны эти гроши? Нам нужен тот, кто ворвётся в сотню лучших на турнире. Понимаешь ли ты, какой удар по престижу клана нанесёт провал?
— А второй брат готов поручиться, что Юань Шэнъяо пробьётся в топ-100? если у него есть такие гарантии, я уступлю своё место.
В глазах Ли Цинь вспыхнул огонёк, когда она посмотрела на выкрикнувшего это юношу. Лицо того мгновенно изменилось, и он огрызнулся: — А сама ты рискнешь дать подобную гарантию?
— Разумеется, за себя я ручаться не могу, но по праву за мной закреплены две квоты. Если второй брат хочет отнять одну из них, пусть предъявит веские доводы.
Лицо Ли Кая помрачнело. Разумеется, он не намеревался давать пустых гарантий. Хоть Юань Шэнъяо и преуспел в алхимии, речь шла о грандиозном турнире, куда стекались мастера со всего Домена Тысячи Механизмов и прочих земель. Пусть возраст участников и ограничивался пятидесятью годами, при таком грандиозном размахе каждый из сотни лучших неизменно оказывался выдающимся алхимиком.
— Старейшина, я руководствуюсь исключительно благом семьи и не преследую личных целей.
Не добившись толку от Ли Цинь, Ли Кай перевёл взгляд на верхушку старейшин.
Те переглянулись, и один из них неторопливо сказал: — На этот раз семья уже выделила четыре квоты алхимикам, больше дать не можем. Впрочем, раз вы оба так уверены в своих людях, пусть Сяо Янь и Юань Шэнъяо сойдутся в поединке. Квота достанется победителю.
— Старейшина, из-за этого Сяо Янь может подумать, что семья Ли ни во что его не ставит.
Лицо Ли Цинь дрогнуло. Мастерам алхимии была присуща гордость, в особенности тем, кто твёрдо верил в свой талант.
— Если Сяо Янь проиграет, мы щедро компенсируем ему убытки ресурсами, а ты, Ли Кай, лично проследишь, чтобы он остался доволен.
Улыбка на лице Ли Кая мгновенно застыла. Возмещать ущерб из собственного кармана да еще и умасливать обиженного алхимика — это могло влететь ему в копеечку.
— Разве ты не веришь в Юань Шэнъяо? Чего тогда страшиться?
Поймав холодный взгляд старейшин, Ли Кай внутренне содрогнулся. Старшим не было дела до грызни младших, но любые решения должны были приниматься ради пользы клана, а не ради сведения личных счётов.
— Я... я согласен.
— Вот и ладно. Ли Цинь, передай всё Сяо Яню. Даже в случае поражения семья выплатит ему 5000 Пламенных Монет.
Ли Цинь изумленно замерла. Неужели старейшины проявили такую щедрость?
Третий Старейшина заметил замешательство на лице Ли Цинь и едва заметно улыбнулся: — Сяо Янь искусно прятал истинную силу, но от нас это не утаить. Он поднялся не на Вторую ступень Врожденного Предела, а на Третью.
Для Второй ступени хватило бы и тысячи Пламенных Монет в качестве компенсации.
Но для Третьей ступени такая сумма стала бы прямой пощёчиной.
С каждой новой ступенью Врожденного Предела статус алхимика совершает огромный скачок.

Комментарии

Загрузка...