— Ц-ц-ц, всякий раз, глядя на такое, понимаешь: мир богачей устроен совсем иначе, чем наш. Проклятый капитализм! — Жэнь Цзя стоял поодаль, предаваясь размышлениям о жизни сильных мира сего.
Перед юношей раскинулась вилла, пропитанная духом традиционного китайского стиля. Взгляд упирался в бесконечные белые стены с темной черепицей и загнутые к небу карнизы. Из-за неровностей ландшафта постройки располагались на разных уровнях, образуя причудливую многослойную композицию.
Сквозь резные ворота и каменные ступени можно было разглядеть сад, где сплетались тени бамбука и деревьев, а журчание прозрачного ручья наполняло воздух свежестью. До наступления апокалипсиса здесь наверняка царили уют и умиротворение.
Хотя прошло всего-то сутки, Лю Цин, вернувшись сюда, испытал странное, почти мистическое чувство, будто он вновь посещает места давно минувших дней.
Взглянув на роскошные алые деревянные ворота, Лю Цин легко представил, что творится внутри.
— Зомби там быть не должно, — поделился он своими выводами. — В этой усадьбе вчера жили всего четверо: Мо Юй и трое слуг. Но из-за родителей там было много животных.
— Много — это сколько?
Несмотря на уверенность в своих силах, Жэнь Цзя никогда не был безрассудным.
— Если память не изменяет, пара попугаев — пальмовый какаду и гиацинтовый ара. Еще тибетский мастиф и чистокровная персидская кошка.
— Ух, так и тянет раскулачить помещика!
— Сейчас не время для шуток!
— Живности, конечно, не так уж много, но из-за архитектуры здесь полно всяких муравьев и прочих насекомых. И да, в пруду еще плавали золотые рыбки.
Не обращая внимания на Жэнь Цзя, который явно страдал неприязнью к богачам, Лю Цин продолжал рассуждать вслух.
— И что будем делать? Вломимся напрямую?
— Ты помнишь планировку?
Жэнь Цзя перевел взгляд на дом. Однако, случайно посмотрев вдаль, он невольно нахмурился.
— Конечно, прошел всего день, как я могу забыть? Разумеется, при условии, что апокалипсис не перекроил здесь всё до неузнаваемости.
Лю Цин уверенно хлопнул себя в грудь.
— Тогда прикинь, где могла спрятаться твоя кузина, и будем проверять по порядку.
— Понял. Дай подумать... Мо Юй — девушка стойкая, наверняка забилась в какой-нибудь надежный уголок. — Лю Цин зашагал взад-вперед, погрузившись в раздумья. — Скорее всего, она в своей спальне или на кухне, ведь там еда.
— Вот как, — тихо отозвался Жэнь Цзя.
Хотя он и дружил с Лю Цином, бывать здесь ему не доводилось, так что обстановки он не знал. Конечно, в будущем он здесь окажется, но тогда от виллы останутся одни руины.
Разумеется, такие перемены были вызваны воздействием некоего существа. Подумав о том, с чем им, возможно, предстоит столкнуться, Жэнь Цзя нахмурился еще сильнее.
— Пошли. Я пойду впереди, а ты указывай путь.
— Хорошо. — Лю Цин внезапно громко крикнул в сторону виллы: — Мо Юй, не двигайся, я иду тебя спасать!
Затем он почесал затылок и смущенно спросил Жэнь Цзя:
— Ничего, что я так сделал?
— Ничего страшного, но в одиночку лучше так не рисковать — слишком легко себя выдать.
Сказав это, Жэнь Цзя направился к главным воротам.
После катастрофы большинство зданий превратилось в прах, и у людей не было времени возводить что-то ради красоты. Поэтому Жэнь Цзя с искренним любопытством осматривал окрестности.
Лю Цин же заметно нервничал, и Жэнь Цзя, заметив это, молча ускорился.
— Направо, — скомандовал он, когда они миновали ворота и вышли во внутренний двор.
Пол, выложенный гладкой галькой с причудливым узором, был очень удобен для ходьбы. Несколько кустов банановых пальм и бамбуковые заросли добавляли саду прохлады даже в летний зной.
— Отойди назад, — бросил Жэнь Цзя.
В тот же миг перед ними возник огромный тибетский мастиф ростом в пять метров. Его черная шерсть отливала стальным блеском. Увидев незваных гостей, пес вспыхнул красными глазами и издал яростный рык.
— Р-р-а-а! — Словно выпущенное из пушки ядро, черный пес рванулся к Жэнь Цзя. Пять метров дистанции были преодолены в одно мгновение.
— Умри, — Жэнь Цзя знал, что сейчас не время для игр, и выбрал самый простой и кровавый способ.
Столкнувшись с разъяренным чудовищем, он просто вытянул палец.
В следующую секунду время будто застыло: мастиф завис в воздухе.
Внезапно выражение морды зверя исказилось от нестерпимой боли. Пасть приоткрылась, словно он хотел взвыть, но не смог издать ни звука. Его тело начало стремительно сжиматься.
Подобно мячу, который сдавили с нечеловеческой силой, пес рухнул на землю с тяжелым глухим стуком и замер. Из глаз и пасти хлынула кровь, зрелище было поистине ужасающим.
Управление векторами позволяло Жэнь Цзя контролировать направление движения любого объекта, которого он касался. И хотя кровь была скрыта под кожей, она также поддавалась воздействию. В тот же миг Жэнь Цзя взял под контроль кровоток мастифа и заставил его течь в обратном направлении. Разумеется, при таких повреждениях зверь был обречен.
— Пошли, — Жэнь Цзя вздохнул, и его лицо помрачнело.
Юноша не любил этот прием, причина была проста — слишком жестоко.
Ощущение от обращения крови вспять не сравнится с обычной болью: это чувство удушья, словно в тебя вливают тысячи литров жидкости. Может, это и выглядит лицемерно — убивать врага и при этом жалеть его, — но это были чувства, от которых Жэнь Цзя не мог избавиться.
— Налево, — они зашагали дальше, опустив головы.
Лю Цин тоже был подавлен. Его верный спутник, с которым он провел не один год, погиб, и даже понимание того, что это была необходимость, не избавляло юношу от чувства вины.
Лю Цин не винил Жэнь Цзя. Если уж кого и ненавидеть, так это того, кто устроил этот апокалипсис, — вот с кем Лю Цин действительно хотел свести счеты.
— Я обязан стать сильнее, — глядя на Жэнь Цзя, который шел впереди, расчищая путь, Лю Цин принял твердое решение.

Комментарии

Загрузка...