Перерождение в 80-х: мою почку вы не получите! — Глава 66 читать онлайн

Ли Ци спустился с горы только в сумерках и около шести вечера вернулся домой.

Едва переступив порог, он увидел Ли Пэна, сидевшего на краю кана.

— Ого, завуч Ли пришёл, редкий гость! — Поддел старшего Ли Ци. — Каким направлением нашей семейной работы пришли сегодня руководить?

Сняв ватник, перемазанный снегом и грязью, он уселся за стол, взял пиалу и сразу принялся за еду.

В глазах Ли Пэна уже не было прежнего блеска.

В тот день он так и не получил денег и вернулся на школьной машине, а едва вошёл в дом, как на него накинулось всё семейство Ду Ли втроём.

Они так разнесли его, что он усомнился в самом смысле своего существования.

В устах Ду Ли он превратился в мусор, в самого никчёмного мужчину на свете, в скотину хуже животного, в машину по переработке пищи в навоз, не достойную жить.

Он не знал, как возразить. С того самого дня, как он познакомился с Ду Ли, она шаг за шагом дрессировала его, придав ему нынешнюю форму.

Многолетнее подавление и манипуляции заставили его забыть, как вообще сопротивляться.

Спустя день его отправили в участок детально разузнать о деле Ду Мина. Сотрудники милиции прямо сказали ему: факты преступления Ду Мина очевидны, сам он дал признательные показания, ни о каком залоге не может быть и речи, так что пусть ждёт приговора.

Когда он на радостях принёс эту весть домой, думая, что дело наконец-то кончилось, его встретило ещё более бурное море бранных слов.

— Ты совсем сдурел со своей учёбой? — Тыча ему в лицо, с досадой запричитала Ду Ли. — На весах от тебя толку меньше, чем от хорошего пса, ты и до половины толковой бабы не тянешь! Спросил прямо в лоб – конечно, они ответили тебе чиновничьими отписками! Стал бы кто тебя учить, как дать денег, найти нужные связи, подкупить начальство и вытащить человека? Мой брат в худшем случае поддался на подстрекательство, он даже не соучастник! С какой стати его должны судить?

— Раз такая умная, сама иди и спрашивай! — Огрызнулся Ли Пэн, замученный за эти дни. — Я сходил, и мне ответили именно так.

Увидев, что муж, которого она дрессировала столько лет, осмелился ей перечить, Ду Ли взбесилась ещё сильнее:

— Ли Пэн, я тебе так скажу: выйдет мой брат или нет, зависит от того, сможешь ли ты забрать деньги у своей семьи! Про остальное я молчу, но наши 1740 юаней ты обязан вернуть! С какой стати отдавать их твоему брату? Слишком много на себя берет семейство Ли – забирать наши кровные, заработанные с трудом деньги! Вернёшь эти деньги, я сама найду способ спасти брата, и тогда всё уладится. А если снова притащишься с пустыми руками – выметайся вон, мы разводимся!

Так Ли Пэна снова выставили за дверь, и он, повесив нос, поплёлся в дом своего отца.

Теперь он окончательно выбился из сил, совершенно утратив вкус к жизни.

Пусть всё сгорит огнём...

— Третий, умоляю тебя, верни мне эти 1700 юаней, — глухо проговорил он, словно вовсе не заметил насмешки Ли Ци. — Я тебе говорю, в участке правда ошиблись. Ду Мин такой хороший парень, с чего его забрали как преступника? Если ты вернёшь деньги, твоя сноха найдёт нужных людей, и Ду Мина выпустят. Иначе она меня домой не пустит.

Мужчины не проливают слёз, пока их не доведёт собственное ничтожество. Глаза Ли Пэна покраснели, слёзы готовы были хлынуть в любой момент.

Ли Ци посмотрел на него с полнейшим презрением:

— Взрослый мужик, ты чего устроил? Слёзы размазываешь, как малолетний щен? Разнылся тут. Про дела Ду Мина я знаю лучше тебя: да хоть десять тысяч вы потратьте, он оттуда не выйдет. Этот паршивец заслужил в тюрьме сдохнуть! Всё то дерьмо, что он натворил, ничем не лучше уловок его деда-предателя и отца-прислужника. Да и вообще, что значит «верни деньги»? Это твои деньги, что ли? Это мамины деньги, а твои Ду Ли забрала своему семейству на строительство дома – вот у неё и требуй! И что ещё за фразочки «не пускает домой»? Ты можешь человеческим языком изъясняться? Квартиру тебе выделяла школа, это твой дом! Какое она имеет право тебя не пускать? У тебя мозги будто дерьмом залепило! Марш домой прямо сейчас и надавай ей по морде до крови – посмотрим, посмеет ли она потом тебе перечить.

— Как у меня рука поднимется её ударить? — Пролепетал Ли Пэн со скорбным видом. — Я за ней шесть лет бегал, пока своего не добился! Если она со мной разведётся, как я жить-то буду? Папа, ну скажи ты хоть слово!

Старик Ли Маньтан закинул в рот кусочек закуски, с удовольствием отпил из стопки и издал громкую отрыжку. Искоса глянув на Ли Ци и встретив его строгий взгляд, он мгновенно всё понял и с презрением скривился в сторону Ли Пэна:

— Пошёл вон! Семья выучила тебя, помогла поступить в институт, устроить на работу, женила! Кто ж знал, что вырастет такое ничтожество! Ещё, матерь божья, завуч называется, а баба над ним как хочет издевается! Не смей больше звать меня отцом, от летучей мыши и то толку было бы больше! И ты ещё просишь меня урезонить Третьего? А в чём Третий не прав?

— Так ты спокойно будешь смотреть, как я развожусь? — Окончательно пал духом Ли Пэн. — Поездка на юг за дипломом накрылась, теперь ещё и развод... И что у меня в этой жизни осталось?

— Тебе в голову многотонный самосвал въехал, что ли? — В сердцах отругал его старик Ли Маньтан. — Или утюгом мозги прогладили, что ни одной извилины не осталось? Да чтобы Ду Ли смела с тобой развестись? Ей за счастье выйти за завуча школы, предки её в могилах от такой удачи не просто перевернулись – их будто водородной бомбой подорвало! Марш домой! Взрослый мужик, а его баба из дома выгнала! Как вообще в нашем семействе Ли мог родиться такой слизняк?

От злости у Ли Маньтана аж печень закололо. Пропала всякая охота пить, и он со звонким стуком бросил палочки на стол.

Ли Пэн перевёл умоляющий взгляд на старшую сестру, но Ли Ли лишь замахала руками:

— В дела мужиков я не вмешиваюсь.

А затем, опустив голову, совсем тихо добавила:

— Но по-моему, Третий и папа правду говорят.

Ли Чжэ наконец не выдержал:

— Папа, Третий брат, ну как вы можете? Старший брат и сноха – наша семья, значит, и брат снохи нам не чужой человек. Если у родственника беда, почему бы не помочь? Неужели надо так вцепиться в эти 1700 юаней и заставлять старшего брата так мучиться? Он ведь чуть не плачет! Неужели у вас совсем нет сострадания?

В этот миг Ли Чжэ проникся полным сочувствием к Ли Пэну. Оба они были грамотными людьми и верили, что учёба способна изменить судьбу. Оба считали свою родную семью тёмной и неотёсанной, способной лишь быть для них трамплином да подставлять плечо в трудную минуту, а после – послушно исчезать, не мозоля глаза своей надоедливостью.

Ли Чжэ казалось: если он не заступится за старшего брата прямо сейчас и не исправит ошибочное мышление отца и Третьего брата, то в будущем, когда нечто подобное случится с ним самим, семья точно так же станет его притеснять.

Хлёсткая пощёчина прорезала тишину: Ли Ци коротко и без раздумий въехал ему по лицу.

— Хочешь есть – ешь, не хочешь – убирайся к себе в комнату! — Рявкнул Ли Ци. — Перестань херню нести! Рот разеваешь, как задницу, и с ходу про 1700 юаней поёшь, словно это пара медяков! Давай-ка сам выложи 1700 юаней, отдай старшему брату и помоги ему преодолеть трудности!

Держась за пылающую от удара щёку, Ли Чжэ злобно прошипел:

— Я ещё учусь! Откуда у меня деньги?

— Нет денег – так не хрен воздуху портить! — Отрезал Ли Ци. — Какое это вообще имеет к тебе отношение? Совсем ни черта в жизни не соображаешь, только пустую бредятину несёшь!

У Ли Чжэ от таких бранных слов даже сердце защемило. Крутанувшись, он слез с кана и ушёл к себе.

Ли Ци посмотрел на Ли Маньтана:

— Пап, ну вот скажи, как вы с мамой детей воспитывали? Что один, что второй, что третий – все до единого такие упыри, ни капли человечности.

Ли Маньтан хотел было вспылить и выпучить глаза, но, поразмыслив, понял: Ли Ци ведь абсолютно прав.

Старший перед поступлением в институт божился и клялся, стоя на коленях, что, когда выбьется в люди, обязательно обеспечит всей семье хорошую жизнь. А что в итоге? Чтобы он выучился, семья выжала из себя последние соки, а потом ещё влезала в долги по уши, чтобы его женить. И какая благодарность? Тот считает, будто семья ему по гроб жизни обязана, а теперь, когда ему не дают денег в долг на покупку диплома на юге, он и вовсе готов отречься от отца.

Когда пришла пора жениться Второму, у семьи не осталось ни гроша. Из-за этого Тан Чуньянь закатила грандиозный скандал, поклявшись, что выходит замуж за Ли Хая, а не за всю семью Ли, и если родные ещё хоть раз осмелятся просить у Ли Хая денег на Ли Пэна, она встанет у ворот семейства Ли и проклянёт их всех на чём свет стоит.

Но если разобраться, разве Тан Чуньянь была не права? Абсолютно права! Старики сами были виноваты – слишком уж потакали старшему.

Когда Третий не поступил, жена, Лу Яньмэй, отдала все силы Ли Чжэ: даже разлитую бутылку масла не давала ему поднять – только учись. Словно, едва взяв в руки книгу, он становился главным благодетелем семьи. И так продолжалось, пока она не загнала себя до смерти.

К счастью, теперь Третий выбился в люди и больше не был прежней тюхлей.

Подумав об этом, старик Ли Маньтан со всей серьёзностью сказал Ли Пэну:

Комментарии