Перерождение: С двух лет изгоняю нечисть, чтобы прокормить семью и поступить в Пекинский университет — Глава 21 читать онлайн

На следующее утро Ван Цзяньи, всё еще размышлявший, с какого бока подступиться к расследованию разграбления могилы в деревне Сунли, ошарашенно уставился на своего напарника. Чжоу Миншэн сидел ни жив ни мертв, с мутным взглядом и пылающим лицом.

— Ты что, взаправду с температурой свалился?

— Только из амбулатории... — прохрипел стажер совершенно осипшим голосом. — Сказали, острый вирусный грипп. Два укола влепили.

Едва выговорив эти слова, Чжоу Миншэн замер и с округлившимися глазами уставился на наставника.

Вскоре милиционеры уже стучали в калитку дома в юго-западном тупике поселка.

— Хуан Е! Вы подозреваетесь в причастности к делу о незаконном вскрытии захоронения. Пройдемте в участок для дачи показаний!

Ван Цзяньи со всей строгостью взирал на бледного, осунувшегося мужчину лет сорока. Услышав слова стражей порядка, отец подозреваемого, старый Хуан Линь, тут же запричитал:

— Товарищи милиционеры, да вы обознались! Сын только-только от смертельной хвори оправился, какие еще раскопки могил?!

Ван Цзяньи холодно взглянул на старика:

— Речь идет о преступлении двухмесячной давности. Просто вскрылось оно только сейчас.

Хуан Линь отказывался верить своим ушам. Схватив сына за плечи, он взмолился:

— Хуан Е, ну скажи им! Объясни, что это ошибка!

Хуан Е виновато поднял глаза на отца и понурил голову:

— Прости меня, батя...

— Ах ты... Да как же ты!.. — Задыхаясь от ярости, Хуан Линь ткнул дрожащим пальцем в лицо сына. — Ты же божился, что торговлей занимаешься! Какого лешего в могильщики подался?!

Хуан Е судорожно сглотнул, но оправдываться не стал. Ссутулившись, он покорно шагнул к милиционерам:

— Это Чэнь Лян с Ван Лидао меня сдали?

Глаза Ван Цзяньи победно сверкнули:

— Так у тебя еще и сообщники были?

Лицо задержанного мгновенно перекосило от запоздалого осознания:

«Твою ж мать, сболтнул лишнего раньше времени!»

Прежде чем милиционеры успели защелкнуть на его запястьях наручники, разъяренный Хуан Линь подскочил к сыну и влепил ему звонкую затрещину:

— Сорок лет лбу! Ни жены удержать не сумел, ни семью поднять! На кой ляд я вообще тебя растил, выродок?!

Получив оплеуху, Хуан Е остался на диво спокоен. Хотя внутри и скребла досада из-за собственной глупой болтливости, после пережитой смертельной болезни он научился смотреть на вещи куда проще. С кривой усмешкой он посмотрел на отца:

— Я с малых лет только и видел, как ты всех вокруг дуришь да обманываешь. Вот и пошел по стопам родителя.

Хуан Линь застыл, словно пораженный громом.

Тем временем слава о Сун Хане разгоралась с новой силой. После того как он исцелил испуганного сынишку тетушки Сун, вернув тому отлетевшую душу, благодарная женщина растрепала об этом на каждом углу. Теперь в деревне не осталось ни единой живой души, сомневавшейся в способностях ребенка.

Отбоя от посетителей не было. Очередь страждущих росла с каждым днем, так что у мальчика не оставалось времени даже на вечерний выпуск новостей. В итоге пришлось установить строгое правило: не больше трех человек в день.

— Маленький святой, миленький! Муж по ночам зубами скрежещет — аж хруст стоит, будто кости гложет! Жуть смертная! Скажи, не вселилась ли в него какая нечисть?

Сун Хань окинул бесстрастным взглядом сидевшую перед ним супружескую пару, а затем покосился на трех хозяйских сорванцов, которые вместе с его старшими братьями увлеченно смотрели мультики по телевизору.

— Повышенная нервная тревожность, — ровным тоном заключил ребенок. — На выходе из деревни повернете налево, доедете до поселковой амбулатории и запишетесь на прием в кабинет психоневролога.

Скажи такое обычный человек — женщина, пожалуй, прокляла бы его до седьмого колена, обвинив в оскорблении семьи. Но когда подобный совет давал прославленный на десять волостей Маленький Бессмертный, да еще и направлял прямиком к дипломированным врачам, не пытаясь выманить деньги за сомнительные обряды, сердце Сунь Минлань преисполнилось безграничного почтения к мудрости юного провидца.

— Какая проницательность! Спасибо вам, маленький святой, век благодарить буду!

Она с поклонами вручила пухлый красный конверт сиявшей от гордости Лю Юйхуа. Мужчины, отцы шумных мальчишек, невольно переглянулись, смущенно пряча глаза.

Следом за ней к столу подошла дородная сельчанка:

— Маленький владыка, мой муженек днем — золото, а не человек. Но стоит солнцу сесть — словно подменяют его!

Сун Хань скользнул по ней взглядом:

— И что с ним не так?

Женщина принялась причитать:

— Да каждый вечер, как с работы вернется да поужинает, слова поперек не скажи — сразу с кулаками бросается! Уж не завелась ли в нашей избе какая нечистая сила?

— Он тебя подавляет, — не задумываясь, отрезал Сун Хань.

Женщина опешила и тут же принялась оправдывать супруга:

— Да вообще-то он работящий! Ни свет ни заря в поле, потом еще и на подработки бежит, каждую копеечку в дом несет... Вот только по вечерам как с цепи срывается, чуть что — сразу в морду.

Сун Хань внимательно вгляделся в ее лицо. Несмотря на бледнеющий синяк под глазом, цветущий и ухоженный вид женщины явно свидетельствовал о том, что в постели у супругов царит полная идиллия. Поразмыслив мгновение, Сун Хань сполз со стула, достал из ранца старшего брата тетрадку за первый класс и, смешно оттопырив попу, принялся старательно выводить огрызком карандаша:

«Железный отвар. Ровно в полночь встать у изголовья супружеской постели и точить кухонный нож. Осевшую металлическую пыль размешать в стакане теплой воды и выпить. Принимать при малейшей угрозе скандала».

Оторвав листок, мальчик протянул его гостье. Женщина уставилась на рецепт, онемев от изумления.

Заметив, что женщина всё ещё топчется на месте и явно не собирается уходить, Сун Хань озадаченно вскинул бровь:

— Что-то ещё?

Тётка ткнула заскорузлым пальцем в листок с рецептом:

— И что, просто выпить эту воду от точильного камня? И непременно нужно точить нож посреди ночи в спальне?

Сун Хань с невозмутимым видом кивнул:

— Именно. Подействует только точильная пыль, снятая ночью в спальне.

— А нож какой брать? — не унималась гостья. — Обычный кухонный? Тесак для мяса? Ножик для чистки фруктов? А ножницы сгодятся?

Сун Хань поморщился, с трудом сдерживая раздражение:

— Любой подойдёт.

— А как долго его точить? А тёплая вода какой температуры должна быть? Остывший кипяток подойдёт?

От такой лавины расспросов Сун Хань едва не поперхнулся воздухом: «Вот ведь не разглядел сразу... Настоящая заноза».

Не удостоив её ответом, он развернулся, выпятил пухлый зад и принялся строчить новый рецепт:

— «Настой чистой воды». Каждый день после ужина набирать в рот чистую воду и держать не разжимая губ, без перерыва, вплоть до самого отхода ко сну.

Он протянул листок просительнице. Та уставилась на бумагу с явным недоумением:

— А если эта вода случайно проглотится, что тогда делать? И обязательно именно чистую воду? Бульон можно? А тёплую воду уже нельзя?

Сун Хань обречённо вздохнул:

— Проглотишь — набери свежий глоток. Если не боишься язык ошпарить да жажду нагнать, можешь хоть суп, хоть кипяток во рту держать.

— А-а-а, вот оно как... — протянула женщина, понимающе закивав. — И какой из двух рецептов мне использовать?

— Сначала второй! — отрезал мальчик. — Семь дней — один курс, потом смотрим на результат. Если не поможет, тогда возьмёшься за первый!

Не давая болтливой бабе вставить ни слова, Сун Хань немедленно позвал мать, чтобы та выпроводила гостью за порог:

— Следующий!

Едва тётка скрылась за дверью, в горницу властной, тяжелой поступью вошёл дородный мужчина с солидным брюшком. Окинув взглядом восседавшего на табурете Сун Ханя, он раскатисто расхохотался:

— Наслышан, что в городе Фу объявился юный небожитель! Лицезреть вас сегодня — великая честь для меня!

Когда здоровяк подошёл ближе, тонкое обоняние Сун Ханя уловило едва заметный, въедливый запах могильной сырости и тлена. Мальчик брезгливо сморщил нос и помахал ладошкой перед лицом.

— Сядь туда!

Ван Минъу проследил за крошечным пальчиком и нахмурился, заметив у самого порога низенькую табуретку. Однако спорить не стал — молча развернулся и уселся на указанное место.

Лю Юйхуа, стоявшая неподалёку, тут же подскочила к сыну и зашептала ему прямо на ухо:

— Это важный начальник, на собственной машине из самого города прикатил! С порога тыщу юаней отвалил, да ещё сказал, что после приёма жирный конверт накинет!

Сун Хань лишь беспечно отмахнулся. Он смерил взглядом Ван Минъу, сидевшего в трёх метрах от него у дверного проёма, и, убедившись, что мерзкий душок до него больше не долетает, удовлетворённо кивнул:

— Чего надо?

Ван Минъу добродушно усмехнулся, сделав вид, будто ни капли не задет столь холодным приёмом:

— Да ничего особенного. Даос Июнь обмолвился, что на нашей земле в городе Фу появился маленький кудесник, вот я и приехал засвидетельствовать почтение.

— Слышал обо мне байки? — с подозрением прищурился Сун Хань.

— Даос Июнь немного ввёл в курс дела, — с подчёркнутым почтением отозвался Ван Минъу. — Впрочем, сейчас я вижу, что никакие рассказы не нужны: на челе юного святого вся его дивная история написана крупными буквами.

Сун Хань невозмутимо кивнул и без малейших церемоний ткнул пальцем в сторону выхода:

— Говоришь ты складно да сладко, вот только душок от тебя исходит прескверный. Насмотрелся? Тогда скатертью дорожка.

Ван Минъу опешил от такой прямоты. Он ошарашенно перевёл взгляд на Лю Юйхуа, которая только что сгребла его деньги.

Хозяйка тут же обеими руками вцепилась в свой карман:

— Ты сам от гадания отказался, деньги мы не возвращаем!

Ван Минъу помрачнел, резко поднялся на ноги и зашагал к выходу. Лишь переступив порог, он вдруг обернулся:

— Надеюсь, юный небожитель, нам ещё представится случай побеседовать по душам. Признаться, я и сам страсть как люблю слушать занятные истории.

Комментарии