Когда проект телеэкранизации «Сна в красном тереме» утвердили на Центральном телевидении Китая, Ван Фулиню со всех сторон принялись навязывать кандидатов. Однако режиссёр, тщательно всё взвесив, принял решение, которое поначалу ошарашило абсолютно всех: главные роли должны играть исключительно непрофессионалы.
Когда проект телеэкранизации «Сна в красном тереме» утвердили на Центральном телевидении Китая, Ван Фулиню со всех сторон принялись навязывать кандидатов. Однако режиссёр, тщательно всё взвесив, принял решение, которое поначалу ошарашило абсолютно всех: главные роли должны играть исключительно непрофессионалы.
На то у него были свои причины. Ван Фулинь резонно полагал, что у дипломированных артистов слишком сильна профессиональная деформация — их игра грешит академизмом и фальшью, из-за чего напрочь теряется нужная атмосфера. Что же до юных барышень и благородных господ, населявших Сад Роскошных Зрелищ, то здесь дело усложнялось ещё и возрастом. Известные, опытные актёры были банально слишком стары для этих ролей; им ни за что не удалось бы передать ту хрупкую, звенящую детскую искренность, которая требовалась по сюжету.
На то у него были свои причины. Ван Фулинь резонно полагал, что у дипломированных артистов слишком сильна профессиональная деформация — их игра грешит академизмом и фальшью, из-за чего напрочь теряется нужная атмосфера. Что же до юных барышень и благородных господ, населявших Сад Роскошных Зрелищ, то здесь дело усложнялось ещё и возрастом. Известные, опытные актёры были банально слишком стары для этих ролей; им ни за что не удалось бы передать ту хрупкую, звенящую детскую искренность, которая требовалась по сюжету.
Именно поэтому съемочная группа Хунлоу объявила всесоюзный кастинг. В столицу потянулись люди самых разных профессий. Большинство из них никогда в жизни не то что на сцене не стояли — даже близко к театру не подходили. И чтобы за считаные месяцы до съемок превратить этих обычных юношей и девушек в настоящих артистов, их требовалось обучить ремеслу с самых азов.
Именно поэтому съемочная группа Хунлоу объявила всесоюзный кастинг. В столицу потянулись люди самых разных профессий. Большинство из них никогда в жизни не то что на сцене не стояли — даже близко к театру не подходили. И чтобы за считаные месяцы до съемок превратить этих обычных юношей и девушек в настоящих артистов, их требовалось обучить ремеслу с самых азов.
В репетиционном классе тем временем продолжался этюд И Цина. Он двигался плавно и грозно, словно настоящий владыка джунглей, лениво обходящий свои владения. Его хищный, свирепый взгляд заставлял каждого, с кем он сталкивался глазами, невольно содрогаться.
В репетиционном классе тем временем продолжался этюд И Цина. Он двигался плавно и грозно, словно настоящий владыка джунглей, лениво обходящий свои владения. Его хищный, свирепый взгляд заставлял каждого, с кем он сталкивался глазами, невольно содрогаться.
Вдруг И Цин резко подобрался, пружинисто присел и сделал выпад в сторону затаившей дыхание Чэнь Сяосюй. Девушка, заворожённо следившая за его движениями, испуганно взвизгнула, пулей отскочила назад и едва не бросилась наутёк.
Вдруг И Цин резко подобрался, пружинисто присел и сделал выпад в сторону затаившей дыхание Чэнь Сяосюй. Девушка, заворожённо следившая за его движениями, испуганно взвизгнула, пулей отскочила назад и едва не бросилась наутёк.
Класс взорвался дружным хохотом. Опомнившись, Чэнь Сяосюй сердито и смущенно уставилась на шутника. И Цин же в ответ лишь развёл руками с самым невинным видом.
Класс взорвался дружным хохотом. Опомнившись, Чэнь Сяосюй сердито и смущенно уставилась на шутника. И Цин же в ответ лишь развёл руками с самым невинным видом.
Ли Цзе удовлетворённо кивнул. Пусть И Цин и не довёл этюд до логического финала, наглядный пример получился отличным. Пожилой мастер возлагал на юношу большие надежды. Как ветеран сцены, отдавший искусству не один десяток лет, Ли Цзе сразу разглядел в И Цине редкий самородный талант. Да и внешность у парня была что надо: рост за метр восемьдесят, благородные, правильные черты лица. Если этот алмаз как следует огранить и если сам он захочет связать жизнь с кинематографом, то без труда поступит в Пекинскую киноакадемию.
Ли Цзе удовлетворённо кивнул. Пусть И Цин и не довёл этюд до логического финала, наглядный пример получился отличным. Пожилой мастер возлагал на юношу большие надежды. Как ветеран сцены, отдавший искусству не один десяток лет, Ли Цзе сразу разглядел в И Цине редкий самородный талант. Да и внешность у парня была что надо: рост за метр восемьдесят, благородные, правильные черты лица. Если этот алмаз как следует огранить и если сам он захочет связать жизнь с кинематографом, то без труда поступит в Пекинскую киноакадемию.
Жестом велев обоим сесть на свои места, Ли Цзе собрался с мыслями и продолжил:
Жестом велев обоим сесть на свои места, Ли Цзе собрался с мыслями и продолжил:
— Давайте разберёмся. Чуть ранее Ху Цзэхун усомнилась, что кому-то из вас в реальной практике придётся играть свинью. И она права — вряд ли какой-нибудь режиссёр потребует от вас именно этого. Но я заставил вас изображать животных, а И Цина попросил показать мастер-класс вовсе не ради забавы. С этого этюда начинается любое серьёзное обучение актёрскому мастерству. Мировая театральная педагогика опирается на две главные школы: систему Брехта и систему Станиславского. Метод Бертольта Брехта для новичков невероятно сложен, поэтому ведущие театральные вузы планеты, включая наши Пекинскую киноакадемию и Центральную академию драмы, отдают предпочтение школе Станиславского. Если кто-то из вас в будущем решит туда поступать, то вашей настольной книгой с первого же дня станет курс лекций по теории Станиславского.
— Давайте разберёмся. Чуть ранее Ху Цзэхун усомнилась, что кому-то из вас в реальной практике придётся играть свинью. И она права — вряд ли какой-нибудь режиссёр потребует от вас именно этого. Но я заставил вас изображать животных, а И Цина попросил показать мастер-класс вовсе не ради забавы. С этого этюда начинается любое серьёзное обучение актёрскому мастерству. Мировая театральная педагогика опирается на две главные школы: систему Брехта и систему Станиславского. Метод Бертольта Брехта для новичков невероятно сложен, поэтому ведущие театральные вузы планеты, включая наши Пекинскую киноакадемию и Центральную академию драмы, отдают предпочтение школе Станиславского. Если кто-то из вас в будущем решит туда поступать, то вашей настольной книгой с первого же дня станет курс лекций по теории Станиславского.
Слушатели внимали ему с благоговейным трепетом, хотя и мало что понимали. Ли Цзе прекрасно отдавал себе отчёт в том, что обрушивать на неподготовленные умы столь сложную теорию тяжело, но отступать не намеревался. Обучение должно быть системным.
Слушатели внимали ему с благоговейным трепетом, хотя и мало что понимали. Ли Цзе прекрасно отдавал себе отчёт в том, что обрушивать на неподготовленные умы столь сложную теорию тяжело, но отступать не намеревался. Обучение должно быть системным.
— Понимаете, в профессиональных вузах первокурсники весь первый семестр тратят исключительно на упражнения по раскрытию природной сущности, — размеренно говорил мастер. — И подражание животным занимает здесь ключевое место. Вам нужно раз и навсегда уяснить одну вещь: постижение искусства — это последовательный, прямой путь. Нельзя рассуждать так: раз в будущем мне предстоит играть только людей, то и репетировать я должен только людей. Подход «что играю, то и тренирую» — это грубейшая методологическая ошибка.
— Понимаете, в профессиональных вузах первокурсники весь первый семестр тратят исключительно на упражнения по раскрытию природной сущности, — размеренно говорил мастер. — И подражание животным занимает здесь ключевое место. Вам нужно раз и навсегда уяснить одну вещь: постижение искусства — это последовательный, прямой путь. Нельзя рассуждать так: раз в будущем мне предстоит играть только людей, то и репетировать я должен только людей. Подход «что играю, то и тренирую» — это грубейшая методологическая ошибка.
Ли Цзе повернулся к притихшей Ху Цзэхун:
Ли Цзе повернулся к притихшей Ху Цзэхун:
— Самая большая ошибка дилетантов от педагогики — думать, будто актёрское мастерство сводится к заучиванию конкретной роли, жеста или мимики для определённой сцены. Бездарные преподаватели часто натаскивают учеников по шаблонам: «вот так мы играем благородных героев», «а вот так — подлецов». Подобные методы калечат актёра, убивая в нём творца. В драматургии миллионы нюансов, характеры бесконечно разнообразны, а предлагаемые обстоятельства меняются ежесекундно. Невозможно загнать всё это многообразие в рамки готовых клише! Чему же мы тогда учимся? Мы учимся системному подходу и методологии. Мы развиваем способность перевоплощаться в кого угодно и постигаем общие законы художественного творчества. Вот что по-настоящему важно. Это как в консерватории на отделении композиции или в художественной академии: студентов не учит рисовать конкретное яблоко или конкретный портрет. Им дают инструмент, законы светотени и композиции, чтобы они могли запечатлеть на холсте весь мир.
— Самая большая ошибка дилетантов от педагогики — думать, будто актёрское мастерство сводится к заучиванию конкретной роли, жеста или мимики для определённой сцены. Бездарные преподаватели часто натаскивают учеников по шаблонам: «вот так мы играем благородных героев», «а вот так — подлецов». Подобные методы калечат актёра, убивая в нём творца. В драматургии миллионы нюансов, характеры бесконечно разнообразны, а предлагаемые обстоятельства меняются ежесекундно. Невозможно загнать всё это многообразие в рамки готовых клише! Чему же мы тогда учимся? Мы учимся системному подходу и методологии. Мы развиваем способность перевоплощаться в кого угодно и постигаем общие законы художественного творчества. Вот что по-настоящему важно. Это как в консерватории на отделении композиции или в художественной академии: студентов не учит рисовать конкретное яблоко или конкретный портрет. Им дают инструмент, законы светотени и композиции, чтобы они могли запечатлеть на холсте весь мир.
Эти слова, хоть и были адресованы Ху Цзэхун, заставили задуматься каждого. Те, кто ещё минуту назад воспринимал ужимки И Цина как нелепую шутку, мгновенно посерьёзели. На смену весёлому оживлению пришло глубокое внимание.
Эти слова, хоть и были адресованы Ху Цзэхун, заставили задуматься каждого. Те, кто ещё минуту назад воспринимал ужимки И Цина как нелепую шутку, мгновенно посерьёзели. На смену весёлому оживлению пришло глубокое внимание.
Ли Цзе сделал глоток воды из стакана и спросил:
Ли Цзе сделал глоток воды из стакана и спросил:
— Так что же такое «раскрытие природной сущности»?
— Так что же такое «раскрытие природной сущности»?
Он собирался продолжить сам, но вдруг перевёл взгляд на И Цина:
Он собирался продолжить сам, но вдруг перевёл взгляд на И Цина:
— И Цин! А ну-ка, объясни ребятам.
— И Цин! А ну-ка, объясни ребятам.
Юноша растерялся — он никак не ожидал, что мастер вызовет именно его. Впрочем, сориентировался он мгновенно. Поднявшись с места, И Цин уверенно заговорил:
Юноша растерялся — он никак не ожидал, что мастер вызовет именно его. Впрочем, сориентировался он мгновенно. Поднявшись с места, И Цин уверенно заговорил:
— Согласно системе Станиславского, идеальный актёр должен обладать характером ребёнка. Рождаясь, каждый из нас несёт в себе зачатки абсолютно всех качеств: от храбрости и великодушия до трусости, эгоизма, хитрости и скупости. В чистом виде всё это многообразие человеческих проявлений можно встретить только у детей. В теории это называется «законом совершенного круга». Первозданный характер человека подобен идеальному кругу, где каждая точка — это черта характера. В самом начале нашей жизни мы гармоничны и всеобъемлющи.
— Согласно системе Станиславского, идеальный актёр должен обладать характером ребёнка. Рождаясь, каждый из нас несёт в себе зачатки абсолютно всех качеств: от храбрости и великодушия до трусости, эгоизма, хитрости и скупости. В чистом виде всё это многообразие человеческих проявлений можно встретить только у детей. В теории это называется «законом совершенного круга». Первозданный характер человека подобен идеальному кругу, где каждая точка — это черта характера. В самом начале нашей жизни мы гармоничны и всеобъемлющи.
Увлекшись, И Цин забыл о волнении. Он вышел к доске, взял мел и набросал ровную окружность.
Увлекшись, И Цин забыл о волнении. Он вышел к доске, взял мел и набросал ровную окружность.
— Представьте, что наш внутренний круг до сих пор остаётся идеальным. Это значит, что в нас одновременно уживаются абсолютно любые человеческие проявления. В таком случае актёрская игра превращается в простейшую задачу. Нужно сыграть негодяя? Мы просто достаём из этого круга заложенную в нас подлость и эгоизм, временно приглушая всё благородное. Нужен образ героя? Мы прячем тёмные стороны и выводим на передний план самоотверженность. Какую бы задачу ни ставил перед нами режиссёр, мы справимся с ней играючи, ведь внутри нас уже есть нужные элементы. Именно поэтому детская непосредственность — главный инструмент актёра.
— Представьте, что наш внутренний круг до сих пор остаётся идеальным. Это значит, что в нас одновременно уживаются абсолютно любые человеческие проявления. В таком случае актёрская игра превращается в простейшую задачу. Нужно сыграть негодяя? Мы просто достаём из этого круга заложенную в нас подлость и эгоизм, временно приглушая всё благородное. Нужен образ героя? Мы прячем тёмные стороны и выводим на передний план самоотверженность. Какую бы задачу ни ставил перед нами режиссёр, мы справимся с ней играючи, ведь внутри нас уже есть нужные элементы. Именно поэтому детская непосредственность — главный инструмент актёра.
Ли Цзе слушал его, довольно кивая. Труды, вложенные в этого парня за последнее время, явно приносили плоды. Встретившись взглядом с И Цином, он ободряюще улыбнулся, давая знак продолжать.
Ли Цзе слушал его, довольно кивая. Труды, вложенные в этого парня за последнее время, явно приносили плоды. Встретившись взглядом с И Цином, он ободряюще улыбнулся, давая знак продолжать.
И Цин перевёл дыхание и продолжил:
И Цин перевёл дыхание и продолжил:
— Но реальная жизнь вносит свои коррективы. С самого детства нас, особенно в традиционных китайских семьях, жёстко ограничивают рамками: «это хорошо, а это плохо», «так делать можно, а так нельзя». Родительские запреты, социальное окружение, школьные правила — всё это неумолимо деформирует наш идеальный круг. Кто-то подавляет в себе любые дурные порывы и вырастает образцовым гражданином. Кто-то, напротив, ломается под давлением и превращается в озлобленного эгоиста. Так и рождается то многообразие характеров, которое мы видим в обществе.
— Но реальная жизнь вносит свои коррективы. С самого детства нас, особенно в традиционных китайских семьях, жёстко ограничивают рамками: «это хорошо, а это плохо», «так делать можно, а так нельзя». Родительские запреты, социальное окружение, школьные правила — всё это неумолимо деформирует наш идеальный круг. Кто-то подавляет в себе любые дурные порывы и вырастает образцовым гражданином. Кто-то, напротив, ломается под давлением и превращается в озлобленного эгоиста. Так и рождается то многообразие характеров, которое мы видим в обществе.
И Цин быстро начертил рядом несколько бесформенных, угловатых фигур.
И Цин быстро начертил рядом несколько бесформенных, угловатых фигур.
— Под давлением условностей ровный круг сжимается и корежится. Возьмём пример с Ху Цзэхун, которая наотрез отказалась изображать свинью. Почему? Да потому что родители с детства твердили ей, что девочка должна быть скромной и изящной. Воспитание навязало ей определённые каноны красоты, а личный опыт подсказывает, как нужно вести себя на людях, чтобы не показаться смешной. Для обычного человека это совершенно нормально и правильно. Но для актёра подобные барьеры — приговор. Его истинная природа оказывается скованной, и огромный пласт ролей становится для него недоступен.
— Под давлением условностей ровный круг сжимается и корежится. Возьмём пример с Ху Цзэхун, которая наотрез отказалась изображать свинью. Почему? Да потому что родители с детства твердили ей, что девочка должна быть скромной и изящной. Воспитание навязало ей определённые каноны красоты, а личный опыт подсказывает, как нужно вести себя на людях, чтобы не показаться смешной. Для обычного человека это совершенно нормально и правильно. Но для актёра подобные барьеры — приговор. Его истинная природа оказывается скованной, и огромный пласт ролей становится для него недоступен.
В классе повисла тишина. На лицах ребят отразилось глубокое понимание; многие согласно закивали.
В классе повисла тишина. На лицах ребят отразилось глубокое понимание; многие согласно закивали.
И Цин действительно всей душой желал, чтобы его товарищи осознали суть актёрского ремесла. Из своей прошлой жизни он прекрасно знал: будущий сериал станет шедевром на все времена, но при этом сломает судьбы большинства задействованных в нём ребят. Подавляющее число актёров «Сна в красном тереме» так и не смогут состояться в профессии.
И Цин действительно всей душой желал, чтобы его товарищи осознали суть актёрского ремесла. Из своей прошлой жизни он прекрасно знал: будущий сериал станет шедевром на все времена, но при этом сломает судьбы большинства задействованных в нём ребят. Подавляющее число актёров «Сна в красном тереме» так и не смогут состояться в профессии.
Бизнес, эмиграция, смена деятельности — вот что ждало их впереди. И дело было не только в отсутствии новых хороших сценариев. Главная беда заключалась в том, что они навеки остались заложниками своих образов из Хунлоу.
Бизнес, эмиграция, смена деятельности — вот что ждало их впереди. И дело было не только в отсутствии новых хороших сценариев. Главная беда заключалась в том, что они навеки остались заложниками своих образов из Хунлоу.
Оуян Фэньцян, Чэнь Сяосюй, Чжан Ли — все они так и не сумели выбраться из тени своих легендарных персонажей. Даже Дэн Цзе, которой удастся закрепиться на экранах, в любой последующей роли невольно будет воспроизводить повадки властной Сестры Фэн.
Оуян Фэньцян, Чэнь Сяосюй, Чжан Ли — все они так и не сумели выбраться из тени своих легендарных персонажей. Даже Дэн Цзе, которой удастся закрепиться на экранах, в любой последующей роли невольно будет воспроизводить повадки властной Сестры Фэн.
И Цин не хотел, чтобы его новые друзья повторили этот печальный сценарий. Он искренне желал им долгой и успешной творческой жизни. Именно по его совету Ли Цзе ещё неделю назад кардинально изменил программу обучения. Вместо бездумного заучивания миниатюр они перешли к системной профессиональной подготовке.
И Цин не хотел, чтобы его новые друзья повторили этот печальный сценарий. Он искренне желал им долгой и успешной творческой жизни. Именно по его совету Ли Цзе ещё неделю назад кардинально изменил программу обучения. Вместо бездумного заучивания миниатюр они перешли к системной профессиональной подготовке.
Когда И Цин закончил, Ли Цзе негромко поаплодировал и жестом пригласил его занять своё место.
Когда И Цин закончил, Ли Цзе негромко поаплодировал и жестом пригласил его занять своё место.
— Совершенно верно, — подхватил пожилой мастер. — Наша первоочередная задача — раскрепостить ваше эго, вернуть характер к тому самому первозданному идеальному кругу. Мы должны научиться детской, абсолютной вере в предлагаемые обстоятельства. Кем бы ни был ваш персонаж, вы обязаны искренне поверить, что вы — это он. И лучшими инструментами для этого служат упражнения без предметов и подражание животным. Если вы сможете всем сердцем поверить, что превратились в свинью, обезьяну или тигра, если научитесь осязать пустоту так, словно держите в руках реальную вещь, то для вас не останется ничего невозможного. Раскрытие природной сущности — это тот самый барьер, который отделяет профессионального артиста от любителя и зрителя. Преодолев его, вы получите полное право сказать: «Я — актёр». В нашей среде не зря говорят: от того, насколько убедительно ты сыграешь зверя сегодня, зависит то, как ты сыграешь человека завтра.
— Совершенно верно, — подхватил пожилой мастер. — Наша первоочередная задача — раскрепостить ваше эго, вернуть характер к тому самому первозданному идеальному кругу. Мы должны научиться детской, абсолютной вере в предлагаемые обстоятельства. Кем бы ни был ваш персонаж, вы обязаны искренне поверить, что вы — это он. И лучшими инструментами для этого служат упражнения без предметов и подражание животным. Если вы сможете всем сердцем поверить, что превратились в свинью, обезьяну или тигра, если научитесь осязать пустоту так, словно держите в руках реальную вещь, то для вас не останется ничего невозможного. Раскрытие природной сущности — это тот самый барьер, который отделяет профессионального артиста от любителя и зрителя. Преодолев его, вы получите полное право сказать: «Я — актёр». В нашей среде не зря говорят: от того, насколько убедительно ты сыграешь зверя сегодня, зависит то, как ты сыграешь человека завтра.
Вэнь Ин подняла руку:
Вэнь Ин подняла руку:
— Учитель, неужели все знаменитые актёры тоже начинали с этих звериных этюдов?
— Учитель, неужели все знаменитые актёры тоже начинали с этих звериных этюдов?
— Те, кто окончил театральные вузы — безусловно, — кивнул Ли Цзе. — Но бывают и исключения. На Западе или, скажем, в Гонконге, атмосфера в семьях гораздо более свободная и демократичная. Там детей не зажимают в тиски условностей, поэтому, вырастая, они сохраняют внутреннюю раскованность. Таким счастливчикам тренинги на раскрепощение почти не нужны. Вот почему голливудские звёзды зачастую кажутся нам куда органичнее и убедительнее — они играют легко и свободно. Традиционное же китайское конфуцианское воспитание с его абсолютной властью родителей, увы, наносит сокрушительный удар по творческой природе ребёнка.
— Те, кто окончил театральные вузы — безусловно, — кивнул Ли Цзе. — Но бывают и исключения. На Западе или, скажем, в Гонконге, атмосфера в семьях гораздо более свободная и демократичная. Там детей не зажимают в тиски условностей, поэтому, вырастая, они сохраняют внутреннюю раскованность. Таким счастливчикам тренинги на раскрепощение почти не нужны. Вот почему голливудские звёзды зачастую кажутся нам куда органичнее и убедительнее — они играют легко и свободно. Традиционное же китайское конфуцианское воспитание с его абсолютной властью родителей, увы, наносит сокрушительный удар по творческой природе ребёнка.
От этих слов И Цин буквально обомлел. Подобными мыслями пожилой мастер не делился с ним даже с глазу на глаз, а тут вдруг высказал их во всеуслышание перед целым классом! Прозвучи такое в годы «культурной революции», Ли Цзе не миновать бы клейма контрреволюционера со всеми вытекающими последствиями. Да и сейчас, в середине восьмидесятых, за вольнодумство всё ещё можно было крепко поплатиться. И Цин и представить не мог, что его наставник окажется человеком столь широких и прогрессивных взглядов.
От этих слов И Цин буквально обомлел. Подобными мыслями пожилой мастер не делился с ним даже с глазу на глаз, а тут вдруг высказал их во всеуслышание перед целым классом! Прозвучи такое в годы «культурной революции», Ли Цзе не миновать бы клейма контрреволюционера со всеми вытекающими последствиями. Да и сейчас, в середине восьмидесятых, за вольнодумство всё ещё можно было крепко поплатиться. И Цин и представить не мог, что его наставник окажется человеком столь широких и прогрессивных взглядов.
— Расскажу вам то, о чём мало кто знает, — с лёгкой улыбкой продолжил Ли Цзе. — Некоторое время назад мы с режиссёром Ваном ездили в Гонконг перенимать опыт местных коллег. На одной из крупных телестудий мы посетили актёрские курсы. Оказалось, что преподают там в основном наши специалисты с материка, а в качестве учебного пособия используют великий труд Станиславского «Работа актёра над собой». И представьте себе, их самые первые занятия — это всё те же этюды: они изображали свиней, деревья, птиц. Гонконгские газетчики тогда подняли шум, недалёкие репортёры откровенно высмеивали эти методы в прессе. И что же в итоге? Выпускники тех самых курсов сегодня составляют костяк этой телекомпании, на них держится весь эфир. Вот вам наглядное доказательство того, насколько важен этот базовый этап для становления профессионала.
— Расскажу вам то, о чём мало кто знает, — с лёгкой улыбкой продолжил Ли Цзе. — Некоторое время назад мы с режиссёром Ваном ездили в Гонконг перенимать опыт местных коллег. На одной из крупных телестудий мы посетили актёрские курсы. Оказалось, что преподают там в основном наши специалисты с материка, а в качестве учебного пособия используют великий труд Станиславского «Работа актёра над собой». И представьте себе, их самые первые занятия — это всё те же этюды: они изображали свиней, деревья, птиц. Гонконгские газетчики тогда подняли шум, недалёкие репортёры откровенно высмеивали эти методы в прессе. И что же в итоге? Выпускники тех самых курсов сегодня составляют костяк этой телекомпании, на них держится весь эфир. Вот вам наглядное доказательство того, насколько важен этот базовый этап для становления профессионала.
Слушатели согласно кивали. И Цин сразу догадался, о ком идёт речь — конечно же, о знаменитом гонконгском медиагиганте TVB.
Слушатели согласно кивали. И Цин сразу догадался, о ком идёт речь — конечно же, о знаменитом гонконгском медиагиганте TVB.
Выдержав паузу, чтобы ребята переварили услышанное, Ли Цзе скомандовал:
Выдержав паузу, чтобы ребята переварили услышанное, Ли Цзе скомандовал:
— Ну а теперь перейдём к делу. Даю вам три минуты. Закройте глаза и представьте себя в образе какого-нибудь зверя. Затем все дружно выходим на середину класса и начинаем показ. Мне не нужно идеальное внешнее сходство — мне нужна ваша смелость и безоговорочная вера в предлагаемые обстоятельства. Поверьте, я сразу увижу, если кто-то сфальшивит или застесняется. Те, кто провалит задание, сегодня отдуваются за дежурных и отмывают класс до блеска.
— Ну а теперь перейдём к делу. Даю вам три минуты. Закройте глаза и представьте себя в образе какого-нибудь зверя. Затем все дружно выходим на середину класса и начинаем показ. Мне не нужно идеальное внешнее сходство — мне нужна ваша смелость и безоговорочная вера в предлагаемые обстоятельства. Поверьте, я сразу увижу, если кто-то сфальшивит или застесняется. Те, кто провалит задание, сегодня отдуваются за дежурных и отмывают класс до блеска.
Конечно, учить этих ребят азам актёрского мастерства с нуля в столь сжатые сроки казалось безумием. Но иного выхода просто не было. На репетициях сценок все зажимались, превращаясь в безжизненных кукол, монотонно бубнящих текст. Они панически боялись даже выключенной камеры — стоило им бросить случайный взгляд на объектив, как они тут же начинали заикаться и забывали слова.
Конечно, учить этих ребят азам актёрского мастерства с нуля в столь сжатые сроки казалось безумием. Но иного выхода просто не было. На репетициях сценок все зажимались, превращаясь в безжизненных кукол, монотонно бубнящих текст. Они панически боялись даже выключенной камеры — стоило им бросить случайный взгляд на объектив, как они тут же начинали заикаться и забывали слова.
Затеяв этот тренинг, Ли Цзе преследовал одну простую цель: заставить учеников переступить через собственный стыд и страх. Только когда они научатся полностью отключать внутреннего цензора, они смогут уверенно работать перед объективом.
Затеяв этот тренинг, Ли Цзе преследовал одну простую цель: заставить учеников переступить через собственный стыд и страх. Только когда они научатся полностью отключать внутреннего цензора, они смогут уверенно работать перед объективом.
Класс мгновенно погрузился в напряжённое раздумье.
Класс мгновенно погрузился в напряжённое раздумье.
Три минуты пролетели как одно мгновение. Ребята один за другим поднимались с мест и нерешительно выходили в центр комнаты.
Три минуты пролетели как одно мгновение. Ребята один за другим поднимались с мест и нерешительно выходили в центр комнаты.
Вдохновлённые пламенной речью мастера, юноши и девушки отбросили былую скромность и принялись неистово вживаться в роли. В ту же секунду в классе воцарился невообразимый хаос. Всё вокруг кувыркалось, выло и визжало. Кого тут только не было! Чтобы лучше видеть картину, Ли Цзе взобрался прямо на стул. Некоторые ребята, выдохнувшись на полпути, застывали в нелепых позах, не зная, что делать дальше, пока не поступит команда «стоп». Лучше всех, без сомнения, держался И Цин в образе тигра. А вот замысел некоторых учеников ставил мастера в тупик — он тщетно пытался угадать, кого именно они изображают.
Вдохновлённые пламенной речью мастера, юноши и девушки отбросили былую скромность и принялись неистово вживаться в роли. В ту же секунду в классе воцарился невообразимый хаос. Всё вокруг кувыркалось, выло и визжало. Кого тут только не было! Чтобы лучше видеть картину, Ли Цзе взобрался прямо на стул. Некоторые ребята, выдохнувшись на полпути, застывали в нелепых позах, не зная, что делать дальше, пока не поступит команда «стоп». Лучше всех, без сомнения, держался И Цин в образе тигра. А вот замысел некоторых учеников ставил мастера в тупик — он тщетно пытался угадать, кого именно они изображают.
Спустя несколько минут, рассудив, что для первого раза буйства вполне достаточно, Ли Цзе зычно скомандовал прекратить суматоху.
Спустя несколько минут, рассудив, что для первого раза буйства вполне достаточно, Ли Цзе зычно скомандовал прекратить суматоху.
Разобрав основные ошибки и похвалив тех, кто действительно отличился, он с любопытством уставился на Ху Цзэхун:
Разобрав основные ошибки и похвалив тех, кто действительно отличился, он с любопытством уставился на Ху Цзэхун:
— Ну а ты-то кого изображала? Признаться, я так и не разгадал твою пантомиму.
— Ну а ты-то кого изображала? Признаться, я так и не разгадал твою пантомиму.
— А я специально выбрала то, до чего никто другой не додумался! — гордо заявила та. — Так что, совсем без вариантов?
— А я специально выбрала то, до чего никто другой не додумался! — гордо заявила та. — Так что, совсем без вариантов?
— Ну-ка, повтори на бис, — заинтересовался Ли Цзе. — Пусть ребята попробуют отгадать.
— Ну-ка, повтори на бис, — заинтересовался Ли Цзе. — Пусть ребята попробуют отгадать.
Все расступились, освобождая площадку, и устремили взгляды на юную актрису.
Все расступились, освобождая площадку, и устремили взгляды на юную актрису.
Ху Цзэхун опустилась на карачки, распластавшись по полу на манер лягушки, а затем задрала одну ногу вверх и неестественно выгнула её к спине, покачивая ступнёй в воздухе.
Ху Цзэхун опустилась на карачки, распластавшись по полу на манер лягушки, а затем задрала одну ногу вверх и неестественно выгнула её к спине, покачивая ступнёй в воздухе.
Зрители озадаченно переглядывались. Для лягушки поза была слишком странной, да и задранная нога больше походила на хвост. На обезьяну это тоже мало смахивало.
Зрители озадаченно переглядывались. Для лягушки поза была слишком странной, да и задранная нога больше походила на хвост. На обезьяну это тоже мало смахивало.
И Цин безуспешно ломал голову и уже собирался шепнуть свой вопрос стоящей рядом Чэнь Сяосюй, как та вдруг радостно хлопнула в ладоши:
И Цин безуспешно ломал голову и уже собирался шепнуть свой вопрос стоящей рядом Чэнь Сяосюй, как та вдруг радостно хлопнула в ладоши:
— Ой, я поняла! Это же скорпион!
— Ой, я поняла! Это же скорпион!
— Точно! — Ху Цзэхун весело подпрыгнула на месте. — Какая же ты сообразительная, Сяосюй!
— Точно! — Ху Цзэхун весело подпрыгнула на месте. — Какая же ты сообразительная, Сяосюй!
И Цин мысленно сопоставил детали и тоже рассмеялся. Действительно: плоское приземистое тело и изогнутая дугой нога с острым каблуком — вылитый скорпион, готовый нанести удар своим ядовитым жалом.
И Цин мысленно сопоставил детали и тоже рассмеялся. Действительно: плоское приземистое тело и изогнутая дугой нога с острым каблуком — вылитый скорпион, готовый нанести удар своим ядовитым жалом.
Чэнь Сяосюй с победным видом посмотрела на И Цина и задорно улыбнулась.
Чэнь Сяосюй с победным видом посмотрела на И Цина и задорно улыбнулась.
Ли Цзе не смог сдержать улыбки. Велев всем занять свои места, он назвал имена нескольких ребят, которым сегодня явно не хватило убедительности, пообещав уделить им особое внимание.
Ли Цзе не смог сдержать улыбки. Велев всем занять свои места, он назвал имена нескольких ребят, которым сегодня явно не хватило убедительности, пообещав уделить им особое внимание.
Закончив с фауной, мастер перешёл к упражнениям без предметов.
Закончив с фауной, мастер перешёл к упражнениям без предметов.
В театральных вузах этому разделу уделяют огромное внимание. Студенты часами отрабатывают классические этюды: «поедание лапши», «штопка носка», «переправа по бревну», «змея в тёмной комнате» или «слепец, зажигающий свечу». Все эти нехитрые действия призваны развить у будущего артиста ту самую безусловную веру в предлагаемые обстоятельства.
В театральных вузах этому разделу уделяют огромное внимание. Студенты часами отрабатывают классические этюды: «поедание лапши», «штопка носка», «переправа по бревну», «змея в тёмной комнате» или «слепец, зажигающий свечу». Все эти нехитрые действия призваны развить у будущего артиста ту самую безусловную веру в предлагаемые обстоятельства.
И пусть у них была всего лишь съемочная база, благодаря опыту и педагогическому таланту Ли Цзе ребята получали знания ничуть не хуже, чем в ведущих творческих вузах страны.
И пусть у них была всего лишь съемочная база, благодаря опыту и педагогическому таланту Ли Цзе ребята получали знания ничуть не хуже, чем в ведущих творческих вузах страны.
Два часа пролетели незаметно. Когда Ли Цзе объявил об окончании занятия, по классу пронёсся разочарованный гул — расходиться никому не хотелось.
Два часа пролетели незаметно. Когда Ли Цзе объявил об окончании занятия, по классу пронёсся разочарованный гул — расходиться никому не хотелось.
Сухая теория, которую они зубрили до этого, казалась им скучной, но сегодня, впервые прикоснувшись к настоящему живому творчеству, они загорелись этим искусством.
Сухая теория, которую они зубрили до этого, казалась им скучной, но сегодня, впервые прикоснувшись к настоящему живому творчеству, они загорелись этим искусством.
— Завтра продолжим, — с улыбкой пообещал педагог. — В ближайшие недели мы сосредоточимся исключительно на раскрепощении. Нам не нужны академические высоты профессиональных вузов. Главное — сломать внутренние барьеры. Сделаете это — и считайте, что первый и самый важный шаг на актёрском поприще вами сделан.
— Завтра продолжим, — с улыбкой пообещал педагог. — В ближайшие недели мы сосредоточимся исключительно на раскрепощении. Нам не нужны академические высоты профессиональных вузов. Главное — сломать внутренние барьеры. Сделаете это — и считайте, что первый и самый важный шаг на актёрском поприще вами сделан.
Ли Цзе попрощался с ребятами и направился к выходу. Однако у самой двери он остановился, обернулся и добавил:
Ли Цзе попрощался с ребятами и направился к выходу. Однако у самой двери он остановился, обернулся и добавил:
— Да, и если у кого-то возникнут трудности или вопросы во время самостоятельных репетиций — смело обращайтесь к И Цину.
— Да, и если у кого-то возникнут трудности или вопросы во время самостоятельных репетиций — смело обращайтесь к И Цину.
И Цин, увлечённо обсуждавший только что завершившийся урок с Дэн Цзе, от неожиданности лишился дара речи.
И Цин, увлечённо обсуждавший только что завершившийся урок с Дэн Цзе, от неожиданности лишился дара речи.
«Учитель, побойся бога! — мысленно взмолился И Цин. — Я же вообще-то повар! Каким ветром меня занесло в репетиторы актёрского мастерства?»
«Учитель, побойся бога! — мысленно взмолился И Цин. — Я же вообще-то повар! Каким ветром меня занесло в репетиторы актёрского мастерства?»
— Сяо И! Ты просто обязан мне помочь!
— Сяо И! Ты просто обязан мне помочь!
— Вот именно, Сяо И, даже не думай скромничать! Давай, колись, какими секретами с тобой делился учитель Ли на индивидуальных занятиях.
— Вот именно, Сяо И, даже не думай скромничать! Давай, колись, какими секретами с тобой делился учитель Ли на индивидуальных занятиях.
«Похоже, старик меня знатно подставил», — подумал И Цин, глядя на обступившую его толпу.
«Похоже, старик меня знатно подставил», — подумал И Цин, глядя на обступившую его толпу.
Дело в том, что все озвученные сегодня темы Ли Цзе действительно давным-давно разжевал И Цину с глазу на глаз. По уровню подготовки юноша ушёл далеко вперёд от остальных ребят. Исключением была разве что Дэн Цзе: прознав про частные уроки И Цина, она неизменно увязывалась за ним. Профессиональная актриса, она схватывала всё буквально на лету, подчас опережая своего товарища.
Дело в том, что все озвученные сегодня темы Ли Цзе действительно давным-давно разжевал И Цину с глазу на глаз. По уровню подготовки юноша ушёл далеко вперёд от остальных ребят. Исключением была разве что Дэн Цзе: прознав про частные уроки И Цина, она неизменно увязывалась за ним. Профессиональная актриса, она схватывала всё буквально на лету, подчас опережая своего товарища.
В силу преклонного возраста Ли Цзе физически не мог возиться с каждым учеником индивидуально. Похоже, он изначально планировал сделать из И Цина своего неофициального ассистента, способного подтягивать отстающих. Оставалось лишь поражаться дальновидности старого мастера.
В силу преклонного возраста Ли Цзе физически не мог возиться с каждым учеником индивидуально. Похоже, он изначально планировал сделать из И Цина своего неофициального ассистента, способного подтягивать отстающих. Оставалось лишь поражаться дальновидности старого мастера.
— Ладно-ладно, угомонитесь! — сдался И Цин, примиряюще подняв руки. — Спрашивайте обо всём, что непонятно. Обещаю рассказать всё, что знаю сам, без утайки. Идёт?
— Ладно-ладно, угомонитесь! — сдался И Цин, примиряюще подняв руки. — Спрашивайте обо всём, что непонятно. Обещаю рассказать всё, что знаю сам, без утайки. Идёт?
— А раз так, почему бы нам не закрепить материал прямо сейчас? — заговорщически подмигнула Дэн Цзе. — Давайте ещё раз устроим зверинец! А ты, Сяо И, посмотришь на нас со стороны и устроишь детальный разбор полётов.
— А раз так, почему бы нам не закрепить материал прямо сейчас? — заговорщически подмигнула Дэн Цзе. — Давайте ещё раз устроим зверинец! А ты, Сяо И, посмотришь на нас со стороны и устроишь детальный разбор полётов.
Её предложение встретили бурной овацией. Не успел И Цин опомниться, как его дружно подхватили под руки и водрузили прямо на учительский стол. И едва он обрёл равновесие, как перед его взором под дружный хохот вновь развернулась безумная вакханалия в исполнении лучших юных дарований страны.
Её предложение встретили бурной овацией. Не успел И Цин опомниться, как его дружно подхватили под руки и водрузили прямо на учительский стол. И едва он обрёл равновесие, как перед его взором под дружный хохот вновь развернулась безумная вакханалия в исполнении лучших юных дарований страны.

Комментарии

Загрузка...