Глава 54

Наступило утро следующего дня.Наскоро позавтракав, мы отправились в путь.Сююнь всю дорогу молчала. Видимо, чувствовала скорое расставание и грустила.Мы подошли к церкви Святого Иоанна.Здание было построено в готическом стиле: высокие шпили, изысканные цветные витражи и величественные арки придавали ему особую, торжественную красоту.Для этой эпохи такая архитектура была редкостью и сразу бросалась в глаза. Когда мы пришли, у входа уже толпились местные жители, пришедшие на молитву.Нас встретил пожилой священник, и я объяснил ему ситуацию.Узнав, что обе девочки – сироты с тяжелой судьбой, старик согласился их принять.Он провел для нас небольшую экскурсию. Атмосфера здесь царила вполне здоровая. Три десятка детей, потерявших родителей в хаосе войны, не выглядели подавленными – видно было, что они привыкли к здешней жизни.Я спросил Сююнь, нравится ли ей здесь.Она, словно понимая, что я вот-вот уйду, через силу улыбнулась:— Старший брат, мне нравится. Тут много ребят, можно играть... Старший брат, ты ведь придешь меня проведать, правда?— Если судьбе будет угодно, мы обязательно встретимся. Сююнь, помни, что я тебе говорил: будь счастливой девочкой.— Угу, я обязательно буду делать все, как ты сказал, — кивнула она.Я перевел взгляд на Бицзя. Она все это время молчала. Мы были знакомы совсем недолго, я не знал ее характера, и теперь сомневался – правильно ли оставлять ее здесь вместе с Сююнь.— Бицзя, заботься о младшей. Отныне вы друг другу как родные. Ты старше Сююнь на несколько лет, ты теперь старшая сестра. Присматривай за ней. И помни мои слова: не применяй свою силу без крайней нужды. Поняла?Бицзя подняла голову и посмотрела мне в глаза:— Старший брат, ты можешь не уходить? Сююнь не хочет тебя отпускать.Я взглянул на малышку и погладил ее по голове:— Я тоже не хочу расставаться, но мне действительно нужно идти. Живите здесь дружно, и однажды у вас начнется своя собственная жизнь.Я оставил им немного денег – если тратить с умом, хватит до совершеннолетия.Поговорив еще немного со священником и убедившись, что человек он порядочный, я пожертвовал церкви сто тысяч под видом благотворительного взноса, надеясь, что он будет добр к девочкам.Закончив все дела, я попрощался. Глядя, как я ухожу, Сююнь больше не могла сдерживаться и разрыдалась.В этот момент у меня самого сжалось сердце.Я не ушел сразу. Остался поблизости, чтобы понаблюдать за тем, как Сююнь и Бицзя устроятся на новом месте. Тревога меня не отпускала.«Дзинь! Поздравляем Хозяина с выполнением задания: помочь маленькой девочке выбраться из беды. Награда: жизненная сила +2000, пара заколок „Сердечки“».«Дзинь! Секретное Царство Сна закроется через три дня. Просьба Хозяину подготовиться».Я достал заколки и чуть не выругался. Обычные детские мультяшные побрякушки! Эта система – тот еще скряга, раз выдает такие награды.Следующие два дня я скрытно наблюдал за приютом. Священники и правда оказались людьми достойными, детей не обижали, учили их грамоте – это меня порадовало.Только Сююнь выглядела очень грустной. Видимо, из-за моего ухода.На третий день, перед самым отбытием, я тайком пробрался в спальню Сююнь и положил заколки ей на подушку – прощальный подарок.Обнаружив их, она с радостным криком выбежала на улицу, зовя меня по имени. Но к тому времени меня уже и след простыл..........Сянган.Комната Фушэна. Я очнулся на кровати. Сознание было мутным, словно после долгого сна, в котором я путешествовал с бедной маленькой девочкой.Тук-тук-тук!В дверь постучали. Фушэн позвал меня завтракать. К моему удивлению, сегодня меня ждала каша из красной фасоли и тарелочка солений.— Это Фушэн тебе купил. Ну ты даешь, чего раньше не сказал, что ты не зомби? А то вечно перед едой вел себя странно, мы уж думали, ты просроченной кровью брезгуешь, — проворчал Куан Тянью.Я неловко улыбнулся и послал Фушэну благодарный взгляд.— Старший брат, мы уже поели, давай скорее, нам переезжать пора! — Фушэн выглядел счастливым. Видимо, радовался, что теперь будет жить со мной и избавится от одиночества.Тем временем.У входа в Комплекс Цзяцзя остановилось такси. Из машины вышли две красавицы – вернувшиеся из Островного Государства Ма Сяолин и Ван Чжэньчжэнь.Они втащили в холл огромные сумки с вещами, заставив охранника у входа засмотреться на них.Едва войдя в здание, Ма Сяолин вдруг замерла, словно что-то почувствовав, и подняла голову к верхним этажам.Там клубилась темная энергия инь, и, казалось, само здание окутывал призрачный вой. У Ма Сяолин возникло нехорошее предчувствие: неужели стоило ей уехать на пару дней, как в Комплексе Цзяцзя завелась нечисть?— Что случилось, Сяолин? — спросила Ван Чжэньчжэнь, заметив, что подруга застыла.Ма Сяолин не хотела ее пугать и усмехнулась:— Ничего. Пойдем, тетя наверняка заждалась и уже злится на меня, что я так надолго украла ее дочь.— Да ну, Мамочка так никогда не подумает!Ван Чжэньчжэнь радостно нажала на звонок своей квартиры, а вот Ма Сяолин оставалась мрачной.Комплекс Цзяцзя был для нее практически вторым домом. После смерти Ма Даньна у Сяолин почти не было друзей, Ван Чжэньчжэнь была единственной.Оуян Цзяцзя часто приглашала ее в гости, и именно здесь Ма Сяолин познала то редкое тепло семейного очага, которого была лишена, поэтому Оуян Цзяцзя и Ван Чжэньчжэнь стали для нее как родные.И она никому не позволит причинить вред обитателям этого дома.

Наступило утро следующего дня.

Наскоро позавтракав, мы отправились в путь.

Сююнь всю дорогу молчала. Видимо, чувствовала скорое расставание и грустила.

Мы подошли к церкви Святого Иоанна.

Здание было построено в готическом стиле: высокие шпили, изысканные цветные витражи и величественные арки придавали ему особую, торжественную красоту.

Для этой эпохи такая архитектура была редкостью и сразу бросалась в глаза. Когда мы пришли, у входа уже толпились местные жители, пришедшие на молитву.

Нас встретил пожилой священник, и я объяснил ему ситуацию.

Узнав, что обе девочки – сироты с тяжелой судьбой, старик согласился их принять.

Он провел для нас небольшую экскурсию. Атмосфера здесь царила вполне здоровая. Три десятка детей, потерявших родителей в хаосе войны, не выглядели подавленными – видно было, что они привыкли к здешней жизни.

Я спросил Сююнь, нравится ли ей здесь.

Она, словно понимая, что я вот-вот уйду, через силу улыбнулась:

— Старший брат, мне нравится. Тут много ребят, можно играть... Старший брат, ты ведь придешь меня проведать, правда?

— Если судьбе будет угодно, мы обязательно встретимся. Сююнь, помни, что я тебе говорил: будь счастливой девочкой.

— Угу, я обязательно буду делать все, как ты сказал, — кивнула она.

Я перевел взгляд на Бицзя. Она все это время молчала. Мы были знакомы совсем недолго, я не знал ее характера, и теперь сомневался – правильно ли оставлять ее здесь вместе с Сююнь.

— Бицзя, заботься о младшей. Отныне вы друг другу как родные. Ты старше Сююнь на несколько лет, ты теперь старшая сестра. Присматривай за ней. И помни мои слова: не применяй свою силу без крайней нужды. Поняла?

Бицзя подняла голову и посмотрела мне в глаза:

— Старший брат, ты можешь не уходить? Сююнь не хочет тебя отпускать.

Я взглянул на малышку и погладил ее по голове:

— Я тоже не хочу расставаться, но мне действительно нужно идти. Живите здесь дружно, и однажды у вас начнется своя собственная жизнь.

Я оставил им немного денег – если тратить с умом, хватит до совершеннолетия.

Поговорив еще немного со священником и убедившись, что человек он порядочный, я пожертвовал церкви сто тысяч под видом благотворительного взноса, надеясь, что он будет добр к девочкам.

Закончив все дела, я попрощался. Глядя, как я ухожу, Сююнь больше не могла сдерживаться и разрыдалась.

В этот момент у меня самого сжалось сердце.

Я не ушел сразу. Остался поблизости, чтобы понаблюдать за тем, как Сююнь и Бицзя устроятся на новом месте. Тревога меня не отпускала.

«Дзинь! Поздравляем Хозяина с выполнением задания: помочь маленькой девочке выбраться из беды. Награда: жизненная сила +2000, пара заколок „Сердечки“».

«Дзинь! Секретное Царство Сна закроется через три дня. Просьба Хозяину подготовиться».

Я достал заколки и чуть не выругался. Обычные детские мультяшные побрякушки! Эта система – тот еще скряга, раз выдает такие награды.

Следующие два дня я скрытно наблюдал за приютом. Священники и правда оказались людьми достойными, детей не обижали, учили их грамоте – это меня порадовало.

Только Сююнь выглядела очень грустной. Видимо, из-за моего ухода.

На третий день, перед самым отбытием, я тайком пробрался в спальню Сююнь и положил заколки ей на подушку – прощальный подарок.

Обнаружив их, она с радостным криком выбежала на улицу, зовя меня по имени. Но к тому времени меня уже и след простыл.

.........

Сянган.

Комната Фушэна. Я очнулся на кровати. Сознание было мутным, словно после долгого сна, в котором я путешествовал с бедной маленькой девочкой.

Тук-тук-тук!

В дверь постучали. Фушэн позвал меня завтракать. К моему удивлению, сегодня меня ждала каша из красной фасоли и тарелочка солений.

— Это Фушэн тебе купил. Ну ты даешь, чего раньше не сказал, что ты не зомби? А то вечно перед едой вел себя странно, мы уж думали, ты просроченной кровью брезгуешь, — проворчал Куан Тянью.

Я неловко улыбнулся и послал Фушэну благодарный взгляд.

— Старший брат, мы уже поели, давай скорее, нам переезжать пора! — Фушэн выглядел счастливым. Видимо, радовался, что теперь будет жить со мной и избавится от одиночества.

Тем временем.

У входа в Комплекс Цзяцзя остановилось такси. Из машины вышли две красавицы – вернувшиеся из Островного Государства Ма Сяолин и Ван Чжэньчжэнь.

Они втащили в холл огромные сумки с вещами, заставив охранника у входа засмотреться на них.

Едва войдя в здание, Ма Сяолин вдруг замерла, словно что-то почувствовав, и подняла голову к верхним этажам.

Там клубилась темная энергия инь, и, казалось, само здание окутывал призрачный вой. У Ма Сяолин возникло нехорошее предчувствие: неужели стоило ей уехать на пару дней, как в Комплексе Цзяцзя завелась нечисть?

— Что случилось, Сяолин? — спросила Ван Чжэньчжэнь, заметив, что подруга застыла.

Ма Сяолин не хотела ее пугать и усмехнулась:

— Ничего. Пойдем, тетя наверняка заждалась и уже злится на меня, что я так надолго украла ее дочь.

— Да ну, Мамочка так никогда не подумает!

Ван Чжэньчжэнь радостно нажала на звонок своей квартиры, а вот Ма Сяолин оставалась мрачной.

Комплекс Цзяцзя был для нее практически вторым домом. После смерти Ма Даньна у Сяолин почти не было друзей, Ван Чжэньчжэнь была единственной.

Оуян Цзяцзя часто приглашала ее в гости, и именно здесь Ма Сяолин познала то редкое тепло семейного очага, которого была лишена, поэтому Оуян Цзяцзя и Ван Чжэньчжэнь стали для нее как родные.

И она никому не позволит причинить вред обитателям этого дома.