Попрощавшись с Араджей, Линь Фэн велел ему созвать по всей Ванаране тех аранар, которые готовы сражаться.
Кроме того, он попросил этого надежного старика держать все требования в строжайшем секрете.
Смутно догадываясь о намерениях Линь Фэна, Араджа молча кивнул в знак согласия.
Оставив заботы позади, Линь Фэн покинул хижину деревенского старейшины.
Пусть Малая владычица Кусанали и способна черпать сведения из Ирминсуля, запертая в Храме Сурстана, она явно была лишена возможности так легко оперировать этой силой.
В отличие от Нахиды, проповедовавшей веру в «любовь» до самого конца, жизненная философия Линь Фэна строилась на принципах «око за око, зуб за зуб».
Исключив малейшую вероятность утечки информации, Линь Фэн уселся на каменные ступеньки у круглого пруда в самом сердце сна, ожидая прибытия подходящих кандидатов.
Он полагал, что придется прождать довольно долго, но едва он присел на край бассейна, как на зов откликнулись сразу два малыша.
─ Ими оказались старый знакомый с ярко-зелеными листиками, Арарама, а также округлый, похожий на кочан капусты бледно-зеленый крепыш.
Напрягая свою превосходную память и вглядываясь в характерные черты, Линь Фэн припомнил имя второго крохи – Арабалика.
Будучи едва ли не единственным истинным воином среди аранар, Арабалика в каноне с легкостью справлялся со Стражами руин, демонстрируя боевую мощь, перед которой пасовали даже обладатели Глаз Бога.
И раз уж он задался целью превзойти сильнейшего аранару в истории – Арадати, его появление здесь казалось вполне закономерным.
─ Нара Линь Фэн, мы с Арабаликой померялись силой, и я стал намного сильнее! Теперь я смогу помочь Нара Линь Фэну! – пропищал паривший в воздухе Арарама, донельзя возбужденный, так что зеленые листочки на его макушке едва не вращались пропеллером.
─ И что, неужто одолел Арабалику? – усмехнулся Линь Фэн, заинтригованный хвастливым видом Арарамы.
─ Ни разу, – мгновенно сдулся прежде пылавший энтузиазмом Арарама, поникнув пуще прежнего.
Линь Фэн
─ ...
И стоило спрашивать? Ни разу не выиграл, а туда же – хвастаться.
─ Даже Арадати не сразу стал сильным с самого семечка, – вступился за приятеля Арабалика.
─ Арарама очень старался. Сперва он пугался даже обычных грибов и убегал.
─ После тренировок, начав с побед над крошечными грибочками, он постепенно дошел до того, что смог одолеть большой железный кусок. Арарама – очень «крепкое» семечко.
Услышав откровения Арабалики, Линь Фэн взглянул на Арараму совершенно другими глазами.
Если «тренировки», о которых толковал Арабалика, означали нечто подобное, то за неполный месяц этот малыш прошел путь от побед над плесенниками до повержения «большого железного куска» – то есть Стража руин.
Становилось очевидно, что в сюжете этого кроху выбрали на роль семени Древа Ашваттха далеко не случайно.
Поразмыслив над этим, Линь Фэн решил ободрить его отеческим напутствием:
─ Не вешай нос. Разве легендарный Арадати не начинал свой путь точно так же, с малого?
─ Раз ты способен крушить железных гигантов, разве ты уже не герой?
─ ...
глава_();
Помолчав секунду-другую, Арарама вновь завращал листьями на макушке с бешеной скоростью, мгновенно перевоплотившись из понурого овоща в гордого и задиристого.
─ Нара Линь Фэн хвалит «друга»! Арарама – сильный!
Кажется, его и впрямь занесло не в ту сторону.
Отогнав мысли о зазнавшемся Арараме, Линь Фэн перевел взгляд на Арабалику.
─ Появление Арарамы меня не удивляет, он и так кровно заинтересован в судьбе Древа Ашваттха.
─ Но ты, Арабалика, и без того силен. Даже ввязавшись в это дело, я не могу гарантировать, что это принесет тебе много пользы, а в будущем тебе, возможно, еще придется помогать мне сражаться с плохими людьми.
─ Ты уверен, что хочешь пойти?
Линь Фэну было любопытно узнать побудительные мотивы Арабалики.
Круглая боевая капуста среди аранар слегка качнулась, и малыш твердо ответил:
─ Араджа говорил, что Нара Линь Фэн обрел силу «Владыки Махакуша».
─ Ну да, все верно, и что с того? – не понял Линь Фэн.
─ «Арангара» изначально была песней, коей аранары славили Владыку Махакуша, Нара и свой род, – пояснил Арабалика истоки этой техники.
─ Арамухукунда и Аранана в свое время стали свидетелями того, как Владыка Махакуша исцелил землю и обратил золотистые Пустыни Увядания в цветущие джунгли. Потому их «Арангара» и способна противостоять слугам «Скверны».
─ Арадати же, странствуя рука об руку с «Владыкой Махакуша», обрел мощь, позволяющую в мгновение ока сокрушать огромные железные глыбы.
─ В нынешней Ванаране полно таких аранар, как Аранакула, что любят лишь копошиться в земле, но мало тех, кому по душе ратная наука.
─ Я тоже хочу обрести такую силу, чтобы защитить Ванарану после того, как Арамухукунда и Арадати обратятся в легенды.
Прекрасно зная, что большинство сородичей предпочитают мирную возню с грядками и игры, Арабалика, будучи белой вороной среди аранар, взвалил защиту Ванараны на собственные плечи.
И потому упустить шанс пойти по стопам «Владыки Махакуша» он попросту не мог.
─ Понятно, я уважаю твое решение.
В нынешней Ванаране не осталось иной серьезной боевой силы.
Ради обретения силы и защиты своего нового дома Арабалика вызвался разделить с Линь Фэном смертельную опасность Зоны Увядания.
Восхищенный решимостью Арабалики, Линь Фэн пообещал:
─ В грядущем путешествии я постараюсь выложить всю свою силу до капли.
─ Не бойся, «память», что достанется тебе на этот раз, будет стоить дорогого.
Предвкушая, как он исцелит Древо Ашваттха и уничтожит накопившиеся за столетия воплощения Увядания, Линь Фэн задавался вопросом, какую же именно силу удастся обрести этим малышам.
Пока он беседовал с парочкой смельчаков, Араджа оповестил всех прочих аранар, до которых смог достучаться.
Количество откликнувшихся в итоге превзошло самые смелые ожидания Линь Фэна – их собралось ровно сто душ.
Он-то полагал, что среди похожих на детей аранар такие отщепенцы, как Арабалика, – редкость, но, глядя на толпу сбежавшихся сородичей, Линь Фэн наконец осознал, каким авторитетом среди них обладает имя «Владыки Махакуша».
Малая владычица Кусанали из сюжета, даже выбравшись из заточения, почти никогда не демонстрировала сокрушительной мощи дендро-стихии.
Быть может, Великая владычица Руккхадевата истощила божественный престол изгнанием Запретных знаний, а может, скверна мира исказила саму природу Нахиды, сделав ее врожденно неполноценной.
Так или иначе, для преемницы той, что взрастила тропические леса и воздвигла Стену Самиэль, склонность Нахиды больше к сфере сновидений выглядела откровенно нелогично.
– Неужто мой собственный боевой потенциал в ближнем бою уже превзошел силу Нахиды?
С некоторым опозданием сообразил Линь Фэн.

Комментарии

Загрузка...