Цзян Лань поужинала в доме семьи Цзян и только после этого вернулась в отель.
Родители настойчиво уговаривали её остаться, но она побоялась, что Гу Линьтин, узнав об этом, начнёт доставлять её семье неприятности. Поэтому она предпочла пока пожить в отеле.
Когда у нее появлялось свободное время, она открывала ноутбук, чтобы проверить отправленные резюме.
К её изумлению, в личном кабинете на всех сайтах по поиску работы красовались отказы.
На мгновение она растерялась.
Неужели её профессиональный уровень настолько низок или сейчас просто так трудно найти работу?
Эти компании закрывали перед ней двери, даже не предоставив шанса пройти собеседование.
Она вздохнула и отредактировала резюме. Цзян Лань намеренно указала, что не замужем, а её дочери уже шестнадцать лет.
Этим она давала понять: ребёнок взрослый, ей не нужно опаздывать, отпрашиваться пораньше или забирать дочь из школы. У неё нет семейных обязательств, которые заставляли бы её постоянно отпрашиваться по бытовым мелочам.
Она практически прямым текстом заявляла работодателям, что готова без оглядки задерживаться на работе и трудиться сверхурочно.
Это был вынужденный и отчаянный шаг.
Но даже после этого все новые отклики отклонялись практически мгновенно. Лишь одна компания под названием «Хуачэн Технологии» ещё не прислала ответ.
Почуяв неладное, Цзян Лань открыла приложение для проверки контрагентов и принялась искать сведения об этих фирмах. Изучая состав акционеров и аффилированных лиц, она по едва заметным зацепкам в цепочках связей обнаружила то, что объединяло их все без исключения. Везде фигурировали знакомые имена.
Всё это были близкие друзья Гу Линьтина и партнёры корпорации «Гу».
Цзян Лань всё поняла. Гу Линьтин перекрывал ей все пути к отступлению.
Неужели ему обязательно нужно действовать настолько жестоко? Она ведь уже уступила дорогу ему и Жуань Ювэй, разве он не должен быть этому рад?
Впрочем, спешка в поисках работы сейчас бы не помогла.
Закончив рассылать резюме, Цзян Лань в свободное время принялась изучать новые проекты на рынке.
Она также открыла WeChat и возобновила деятельность в группе выпускников университета, которую ранее перевела в режим «Не беспокоить».
Закончив с делами, она обнаружила, что у неё даже осталось время на тренировку в спортзале при отеле и пару кругов в бассейне.
С тех пор как она перестала прислуживать тем отцу и сыну, у неё появилось невероятно много свободного времени.
Она наконец начала возвращаться к жизни из состояния «полураспада».
«Это доказывает, что те отец и сын энергетически подавляли тебя, — подшучивала над ней подруга».
Подумав, Цзян Лань признала её правоту.
В доме семьи Гу она была подобна медленно увядающему цветку. Пережив бесчисленные бури, от неё остались лишь сухие ветви да опавшие листья.
Но стоило покинуть этот дом, как она вдруг обнаружила, что вокруг вовсю светит солнце.
Минуты её отдыха прервал звонок Гу Линьтина. Сейчас он вызывал у неё лишь глубокое отвращение, поэтому Цзян Лань без колебаний занесла его номер в чёрный список.
Но тот сменил номер и продолжил звонить.
Опершись о край бассейна, она небрежно провела по экрану и принялась слушать.
Из трубки донёсся холодный голос Гу Линьтина:
— У кого ты научилась этой привычке не отвечать на звонки?
— У тебя.
Не отвечать на звонки, игнорировать сообщения, держать свои поездки в секрете и отказываться от диалога — разве не в этом сам Гу Линьтин был непревзойдённым мастером? В искусстве холодного игнорирования ему не было равных.
На том конце провода раздался высокомерный и холодный смешок:
— Тебе не кажется это ребячеством? Устраивать такие нелепые сцены ради мести. — Он резко сменил тему: — Сегодня свадебный банкет сына моего двоюродного дяди. Почему ты не предупредила меня заранее?
Гу Линьтин уже приехал в офис и собирался начать совещание, когда ему позвонила Гуань Юйцинь. Иначе он бы совсем упустил это из виду.
Цзян Лань припомнила события прошлых недель. Приглашение доставили в дом Гу ещё полмесяца назад, и свадьба была назначена как раз на сегодняшний день.
В тот же вечер она сообщила об этом Гу Линьтину и попыталась обсудить, какой подарок им стоит преподнести.
Свекровь очень дорожила родственными связями, проявляя к деревенской родне чрезмерное великодушие и щедрость. Она часто повторяла, что эти люди — её семья, её опора, поэтому и подарки, и денежные подношения от них должны выглядеть солидно.
Практически вся их деревня когда-то пользовалась щедростью семьи Гу. В итоге даже самые далёкие родственники, с которыми едва ли можно было нащупать связь, оказывались близкой роднёй.
Двоюродного дядю, который сегодня праздновал свадьбу сына, Цзян Лань вообще никогда в жизни не видела.
Свекровь же, желая подчеркнуть богатство и благородство семьи Гу, взвалила всё на неё. Она силой заставила её оплатить и организовать для сына этого дяди дорогое свадебное торжество и банкет в престижном отеле Пекина.
Цзян Лань тогда сочла это неуместным. Какими бы близкими ни были отношения, не было никакого смысла полностью оплачивать свадьбу чужого сына.
Но стоило ей возразить всего парой фраз, как Гу Линьтин вышел из себя.
Он заявил, что она совершенно не умеет вести себя в обществе. Мол, какие-то триста-пятьсот тысяч юаней — сущие гроши, которые позволят всем сохранить лицо. О чём тут вообще спорить?
После этого, когда Цзян Лань пыталась снова заговорить о дате свадьбы, Гу Линьтин просто отмахивался от неё и переводил тему, не желая ничего обсуждать.
Гу Линьтин на том конце провода холодно скомандовал:
— Хватит медлить. Сбрось мне свой адрес, я отправлю Сяо Чэня привезти тебе вечернее платье. Живее собирайся и поезжай со мной на свадьбу.
Цзян Лань опешила от такой наглости:
— Впредь со всеми этими родственными визитами и подарками ко мне больше не обращайся. Это дела вашей семьи Гу, и меня, как постороннего человека, они не касаются.
Лицо Гу Линьтина потемнело от злости:
— Цзян Лань, не нужно говорить со мной этим язвительным тоном и пытаться переложить ответственность. Ты — старшая невестка семьи Гу, и сегодня ты обязана там присутствовать. Иначе куда мы денем лицо нашей семьи?
— Можешь взять с собой свою молодую любовницу. Она молода и красива, разве она не принесёт тебе больше почёта?
— Цзян Лань, я с тобой не обсуждаю, — с трудом сдерживая терпение, произнёс Гу Линьтин. — Вечером мы, как обычно, заберём родственников из деревни и привезём их в наш дом погостить на несколько дней. Ближайшие пару дней ты должна будешь сопровождать их и показывать им Пекин. Все расходы запиши на мой счёт.
Цзян Лань едва не рассмеялась от злости.
Гу Линьтин происходил из бедной семьи, и на его родине оставалось множество бедных родственников.
Она никогда не относилась к ним предвзято, но они постоянно обрывали её телефон с требованиями встретить и принять их.
То у кого-то заболел пожилой родственник, и ему нужно приехать в Пекин на лечение — тогда Цзян Лань должна была бегать по больницам, выбивать талоны к врачам и ухаживать за ними.
То чей-то ребёнок поступил в столичный университет, и его нужно было приютить и взять под опеку.
То они просто решали приехать в Пекин всей семьёй на экскурсию, и она была обязана организовать им приём.
Каждый год ей приходилось принимать по несколько таких делегаций. И каждый раз Гу Линьтин требовал, чтобы она бросала все свои дела и полностью посвящала себя заботе о его родне. Каждая такая поездка превращала её жизнь в изнурительную битву.
И при всём этом её труды никто никогда не ценил.
Цзян Лань горько усмехнулась своей былой глупости.
В молодости ей казалось, что он благородный, заботливый и преданный семье мужчина, который искренне заботится о своих близких. Ей казалось, с таким человеком она никогда не пропадёт.
Но прожив с ним много лет, она осознала: мужчина, который приносит в жертву собственную семью ради благополучия всей остальной родни — это худший выбор.
Она создала ему репутацию благодетеля, а он взамен видел в ней лишь бесплатную прислугу.
Что ж, в этой жизни нужно уметь вовремя перевернуть стол, чтобы не прожить её зря!
Она отчётливо, чеканя каждое слово, произнесла:
— Мы уже разведены!
Гу Линьтин возразил:
— Я не сообщал им о нашем разводе, так что тебе не о чем беспокоиться.
— ...
Если бы этот мужчина сейчас стоял перед ней, Цзян Лань непременно вскрыла бы его голову, чтобы посмотреть, что у него внутри.
Он перекрыл ей источники дохода, заблокировал её резюме во всех компаниях и при этом свысока приказывал ей прислуживать его родственникам.
— Да хоть до хрипоты заговорись, эта госпожа больше вам не прислуга! Провались ты пропадом!
Она сбросила вызов.
Заодно она собрала все данные по счетам за воду, электричество, газ, интернет, коммунальные услуги виллы и страховки в один подробный документ и отправила его Гу Линьтину.
«Больше меня не беспокой».
Гу Линьтин открыл документ. Все данные были расписаны предельно чётко и подробно, заняв целых пять страниц.
Он вдруг осознал, что бытовые мелочи, к которым он так давно привык и не замечал, оказались настолько запутанными. Это выглядело сложнее, чем управление делами его собственной корпорации.
Гу Линьтин холодно усмехнулся.
Он оказал ей услугу, позволив присутствовать на свадьбе в качестве госпожи Гу.
А эта женщина оказалась настолько неблагодарной.
Но если Цзян Лань не явится на такое мероприятие, другие люди начнут насмехаться над его семьёй.
Гу Линьтин набрал номер своего секретаря, Чэнь Шу:
— Выясни, где сейчас припаркован автомобиль Цзян Лань. Где бы она ни находилась и чем бы ни занималась, доставь её на свадьбу. Даже если придётся притащить силой.

Комментарии

Загрузка...