Когда Е Шаньху ушла, Сюй Чаншоу затворил дверь во двор, а затем приоткрыл свой мешочек для хранения, заглядывая внутрь.
В этот момент там лежало ровно двадцать три духовных камня.
Сюй Чаншоу пересчитывал их снова и снова, словно не веря собственным глазам – за всю свою жизнь он еще ни разу не видел столько духовных камней.
─ Сюй Чаншоу, прекращай пялиться, в этом нет ничего особенного. В будущем ты заработаешь куда больше духовных камней, – мысленно утешал себя он.
Отогнав посторонние мысли, Сюй Чаншоу достал шкуру Желтого хорька.
После этого он взялся за меч из чистой стали и принялся раскраивать шкуру на куски.
Кожа Желтого хорька оказалась на редкость прочной, и лишь потратив немало сил, он смог разрезать её на двенадцать ровных частей – каждая размером с заранее нарезанную пеньковую бумагу.
Зверёк был слишком мал, так что двенадцать кусочков стали абсолютным пределом.
Хвост Желтого хорька он трогать не стал, оставив его для изготовления кисточек.
Затем Сюй Чаншоу извлек духовную кисть и принялся выводить символы на заготовленных кусочках кожи.
Одним махом он написал двенадцать штук, и все – талисманы Защитной Земной Ци. Из всех известных ему талисманов этот обладал самой мощной защитой.
На пике Люймо существовал иной талисман – Талисман земляного покрова, который также относился к защитному типу.
Однако обычный талисман Защитной Земной Ци превосходил его по прочности втрое, а выполненный на шкуре Желтого хорька – прибавлял к этому показателю еще две-три доли.
Потому можно было смело утверждать, что на ступени Концентрации ци такой талисман давал абсолютную неуязвимость, пробить которую были способны лишь практикующие этапа Заложения Основания или могущественные Артефакты.
К тому же каждый подобный духовный символ разрешалось использовать трижды.
Если выставить его на продажу, он стоил бы куда дороже талисмана Легкого Шага.
Но расставаться со столь ценной вещью Сюй Чаншоу не собирался – хорошие вещи, разумеется, следовало приберечь для себя.
Закончив с работой, он убрал все талисманы Защитной Земной Ци вместе с хвостом Желтого хорька и теми двадцатью тремя духовными камнями в пространство нефритового талисмана.
В обычном же мешочке для хранения остались лишь заурядные талисманы да горсть мелких разрозненных камней.
Наиболее ценное имущество Сюй Чаншоу привык хранить в пространстве талисмана: мало того, что там было предостаточно места, так еще и забирать или прятать вещи оказалось куда удобнее обычного мешочка – требовалось лишь одно усилие мысли.
В случае опасности ему было достаточно лишь подумать, как талисман Защитной Земной Ци мгновенно оказывался у него в руке.
Впрочем, ради отвода глаз перед чужими глазами он по привычке все равно хлопал по своему мешочку для хранения.
Разобравшись со всем, Сюй Чаншоу вернулся к прерванному занятию – на этот раз он принялся выводить обычные талисманы Легкого Шага.
Впредь он намеревался накопить их впрок в огромном количестве: по меньшей мере столько, чтобы хватило на выполнение годовых заданий. Закончив с этим запасом, он планировал уйти в долгую медитацию, готовясь прорваться на девятый уровень Концентрации ци.
Чем выше ступень совершенствования, тем больше времени требовалось на каждый следующий шаг.
Прикинув всё как следует, Сюй Чаншоу подсчитал: с учетом пилюль Накопления Ци переход с восьмого уровня Концентрации ци на девятый отнимет у него самое меньшее полтора года.
Если же обойтись без пилюль, на это уйдет не меньше пяти лет.
Теперь, когда у него имелись необходимые ресурсы, он, разумеется, стремился достичь девятого уровня с максимально возможной скоростью.
Но сначала – талисманы.
Сюй Чаншоу с головой ушел в работу, и этот непрерывный процесс растянулся больше чем на девять месяцев, пока он наконец не остановился, изготовив ровно пять тысяч талисманов Легкого Шага.
Разумеется, за рисованием он не забывал и о собственных тренировках, хотя в такие периоды продвижение на пути духовного роста шло куда медленнее – лишь вполовину от обычного.
Все эти девять месяцев Е Шаньху заглядывала к нему каждый месяц, неизменно забирая с собой десяток талисманов Легкого Шага.
Благосостояние Сюй Чаншоу росло как на дрожжах, и к текущему моменту его личные сбережения достигли уже ста восьми духовных камней.
Вдобавок к этому ему как раз исполнилось ровно восемнадцать лет.
В один из дней отдыха.
─ Младший брат Сюй Чаншоу здесь? – раздался у дверей незнакомый голос.
─ Кто там? – Сюй Чаншоу выбежал отворить калитку. Голос казался чужим, но в то же время неуловимо знакомым.
─ Хе-хе, младший брат Сюй, откроешь дверь – сам увидишь, – отозвался собеседник с озорной ноткой.
Сюй Чаншоу оттолкнул створку и увидел на пороге стройного юношу с благородной и величественной осанкой.
Лицо гостя озаряла улыбка, а в его чертах угадывались знакомые очертания.
Но стоило парню заметить самого Сюй Чаншоу, как улыбка мгновенно испарилась: ─ Восьмой уровень Концентрации ци… Быть того не может! Как ты умудрился тоже дойти до восьмого уровня?!
─ Кого я вижу! Здравствуй, младший брат Цзян, давно не виделись, – расплылся в улыбке Сюй Чаншоу.
За минувшие два-три года Цзян Сяочуань сильно изменился: голос огрубел, тело вытянулось, и ростом он теперь почти не уступал самому Сюй Чаншоу.
─ Давно, стар… старший брат Сюй, – выдавил из себя кривую улыбку Цзян Сяочуань.
Все эти два с лишним года он намеренно не навещал Сюй Чаншоу, выжидая момент, когда самому удастся перешагнуть на восьмой уровень, чтобы заявиться сюда и заставить Сюй Чаншоу назвать его старшим братом.
Стоит ли говорить, что некогда Сюй Чаншоу превосходил его по ступени духовного развития, уступая при этом в природном таланте.
Цзян Сяочуань же совершил стремительный рывок, обогнав соседа и первым прорвав седьмой уровень Концентрации ци, а потому был абсолютно уверен, что и до восьмого уровня доберется раньше Сюй Чаншоу.
И вот, едва совершив прорыв, он поспешил сюда похвастаться – лишь для того, чтобы получить звонкую пощёчину реальности.
Цзян Сяочуань не ведал, что прежде у Сюй Чаншоу не было ни ресурсов, ни выдающегося таланта, а потому упорным трудом тягаться с чужими способностями не получалось.
Теперь же всё изменилось.
Сюй Чаншоу научился сам зарабатывать на жизнь и в средствах больше не нуждался; по части ресурсов ученик из скромного рода, вроде Цзян Сяочуаня, уже не мог с ним тягаться.
Добавьте к этому прежнее трудолюбие – и неудивительно, что скорость культивации Сюй Чаншоу обогнала его прежнего товарища.
Но поскольку Цзян Сяочуань не знал истинного положения дел, в его глазах картина выглядела абсурдной: у Сюй Чаншоу не было ни выдающегося таланта, ни достаточных средств, жил он на куда более суровом пике и выполнял куда более тяжелую работу.
Сложив все эти факторы воедино, он никак не мог взять в толк, каким образом Сюй Чаншоу умудрился опередить его в темпе тренировок.
─ Младший брат Сюй, скажи честно, как тебе удалось совершить этот прорыв? – в голосе Цзян Сяочуаня сквозило жгучее разочарование.
─ Да так, ничего особенного, просто выпала крохотная возможность, – небрежно отмахнулся Сюй Чаншоу.
─ Вот оно что… Я-то гадал, почему ты не мог обогнать меня, а тут дело в удачном стечении обстоятельств, – процедил Цзян Сяочуань, не скрывая зависти.
─ Младший брат Цзян, говорят, тебя определили следить за аптекарским садом на пике Тайъи. Каково оно там? – перевел тему Сюй Чаншоу.
При этих словах плечи Цзян Сяочуаня распрямились, и он с гордостью произнес: ─ Условия на нашем пике Тайъи, разумеется, превосходные – не ровня вашему богом забытому пику Люймо. К тому же уход за садом – дело непыльное, совершенно не мешает тренировкам.
─ Вот и славно, вот и славно! – кивнул Сюй Чаншоу.
Голос и черты лица Цзян Сяочуаня изменились, да и сам он стал совсем другим: растеряв детскую чистоту, он приобрел черты мелкого делеца.
Разумеется, вины самого юноши в том не было – такова уж природа здешних мест.
Пока они вдвоем обитали на пике Чусю, между ними не стояло никаких денежных интересов, к тому же оба были детьми, а потому легко находили общий язык.
Но теперь о прежнем нечего было и думать: они повзрослели, у каждого появились свои расчеты, и вернуться к наивности времен пика Чусю уже не выйдет.

Комментарии

Загрузка...