Благодаря тексту, отправленному Ён Га Рамом, оперативные агенты и специалисты на месте в какой-то мере разобрались в ситуации.
Язык спецзон, который способен расшифровать агент группы контроля Ён Га Рам, это исключительно язык «Проводника», связанного с «Вороном».
А значит, логично предположить, что слова, переводимые Ён Га Рамом в режиме реального времени, тоже имеют отношение к «Ворону».
Неужели «Ворон» заманил Со До Уна в «Картинную галерею» именно для того, чтобы стереть ту самую картину?
Но что это вообще за картина?
— Быстрей-быстрей-быстрей-быстрей.
Торопливые требования, распечатанные Ён Га Рамом, действовали агентам на нервы.
Хотя они и не были прямо адресованы им, создавалось чувство, будто их подталкивают в спину прямо у края пропасти.
А сам я, выглядя совершенно растерянным, оглядывался на висящие в коридоре полотна.
— Не надо. Не трогай.
Джэ Гём услышал чьё-то бубнение и повернул голову.
Рядом стоял Чон Джин У из 2-й группы исследования.
Предупреждение Чон Джин У ли подействовало, но я на экране отступал назад с нескрываемой неприязнью на лице.
Чон Джин У облегчённо вздохнул, глядя на меня, а затем снова нахмурился:
— Тебе не кажется, что эта картина стала более детальной, чем раньше?
— Детальной?
— Сравни с прошлым скриншотом.
Услышав слова Чон Джин У, Хан Сын Ё и другие агенты группы реагирования тоже заметили изменения.
— Похоже, картина и правда стала подробнее. Особенно портреты старшего Сын Ё и командира Ча...
Как раз в тот момент, когда сидевший перед экраном оперативник произносил это, Хан Сын Ё внезапно сорвал с себя верхнюю одежду.
— Ты чего опять раздеваешься?
Чон Джин У обомлел от такой картины, однако Хан Сын Ё вместо объяснений расстегнул жилет и снял даже свежевыданную боевую рубашку.
Обнажился его торс, на котором, начиная от поясницы и проходя по всей груди, отпечатался багровый след.
Отметки выглядели так, словно по нему проползла змея. Чон Джин У насупился:
— Этого же только что не было?
— Похоже, только что и появилось. Я только что почувствовал боль.
— Боль и сейчас есть?
Хан Сын Ё кивнул на вопрос Чон Джин У.
Тогда Чон Джин У крикнул в сторону 3-й группы реагирования:
— У кого-нибудь ещё есть странности с телом?!
Пока агенты 3-й группы оглядывались друг на друга, Ча Си Ён внезапно снял перчатки и засучил рукава.
Задрав ткани, он обнажил предплечье, на котором отпечатались следы, будто от стянувших руку верёвок.
— Командир Ча? Это только что вылезло?
— Судя по всему, да.
Пока Ча Си Ён отвечал Чон Джин У, Хан Сын Ё отдал указание оперативнику, отвечавшему за мониторинг:
— Свяжись со штабом и запроси медицинскую поддержку. Подкожный разрыв сосудов неизвестного происхождения, может потребоваться хирургическое вмешательство. Передай командиру, который находится в штабе, чтобы он тоже проверил своё состояние. 1-я группа, те, кто был направлен в «Школу», проверьте, нет ли у вас болей в теле. 3-я группа тоже...
Хан Сын Ё рассудил, что это явление связано с портретами, висящими в «Картинной галерее».
Впрочем, так думал не только Хан Сын Ё, но и большинство присутствующих.
И вот, когда агенты, чьи портреты оказались на стенах, один за другим стали снимать снаряжение...
— Агент Со До Ун мажет картину кровью!
От крика дежурного оператора все взоры вновь устремились к экрану.
Там показывали меня, размазывающего кровь по портрету Ча Си Ёна.
А на одном из мониторов, выстроенных сеткой, продолжали появляться расшифрованные Ён Га Рамом строки:
— Быстрее!
— Сотри лица! Все до единого!
Агенты осознали, что я, не выдержав этого нажима, кругом замазываю картины своей кровью.
— Что он творит...
Глядя на меня, Чон Джин У тихо выдохнул со вздохом.
Джэ Гём с дурным предчувствием следил за происходящим, а затем на секунду обернулся к стоящему рядом командиру.
Командир Ча молча сжал зубы.
Я на экране, покончив с Ча Си Ёном, принялся размазывать кровь по портрету Хан Сын Ё.
Не останавливаясь на этом, я вовсе сорвал испачканную в крови куртку и размазал всё до последнего изображения.
Когда я закончил эту работу, на экране высветился последний перевод:
— Готово.
— ...
Сотрудники перед экраном молча переводили взгляд с меня на перевод Ён Га Рама и обратно.
— Сын Ё, твое тело...
В этот момент обладавший широким кругозором Чон Джин У указал на Хан Сын Ё.
Красные следы на его теле исчезали прямо на глазах.
Увидев это, агенты повернулись и к Ча Си Ёну.
Метки на предплечье Ча Си Ёна тоже быстро сглаживались.
— Похоже, дело и впрямь было в тех картинах, — тихо пробормотал Чон Джин У. — Агент До Ун остановил это, намазав кровь?
Ответить на этот вопрос здесь никто не мог.
Но и опровергать его никто не стал.
Впрочем, и тех, кто почувствовал бы облегчение от текущего расклада, тоже не нашлось.
Аномалии спецзон напоминали воду, с ревом прорывающую плотину.
На собственном опыте они знали: заделаешь брешь в одном месте, рванёт в другом.
И как назло...
Из перемазанных кровью портретов начала сочиться кровавая жидкость.
Я выскочил оттуда до того, как эта кровь успела залить весь пол.
Но задержись я там хоть ненадолго, то наверняка увидел бы это сам.
— Из испорченных портретов вылезла часть «Левиафана»!
Корни этого бедствия рванули прямо из испоганенных мною портретов.
Упустив добычу, они вылезли за пределы картин и бросились за мной в погоню.
Это были как раз те самые штуки, которые я принял за щупальца.
Я припустил со всех ног.
Однако, постоянно кашляя и роняя капли крови, я физически не мог действовать быстро.
— Вот же придурок...
Джэ Гём услышал, как Ча Си Ён тихо процедил сквозь зубы.
Квак Джэ Гём следил за уходящим от погони мной с теми же чувствами, что и его командир.
В этот момент дежурный оператор выкрикнул, точно предостерегая:
— По направлению побега, «Голодная лошадь»!..
Вот только дойти до меня это предупреждение не могло.
Не ведая, что ждёт впереди, я мчался напролом и налетел прямо на изголодавшееся бедствие.
Завидев «Голодную лошадь», я застыл как вкопанный.
Выхода не было.
Караван хвостов «Левиафана», настигавший меня сзади, поглотил меня целиком.
— Мать твою!
Кто-то выругался.
Остальные тоже кто гневался, кто сокрушённо вздыхал.
— С До Уном что-то случилось?
В этот момент из рации раздался голос Пэк Са Ра.
Судя по всему, плутая по лабиринту, она осознала, что снаружи происходит что-то неладное, и вышла на связь.
— Почему вы не отвечаете?
Не получив ответа, Пэк Са Ра пробормотала с явным раздражением в голосе.
Хан Сын Ё посмотрел на Чон Джин У, и тот неохотно раскрыл рот:
— Вы только взгляните на это!
Однако крик дежурного оператора оказался быстрее.
Агенты снова приковали взоры к экранам.
В камере запечатлелся незнакомый объект.
Нечто, похожее на угольно-чёрный металлический вертел, прижимало щупальце «Левиафана» к полу, точно вилка.
— Что это за хрень?
— Это... разве не «Носитель старой формы»? — спросил один из оперативников.
Но «Носитель старой формы» был сущностью, совершавшей бартер на «Железнодорожной станции».
Ему незачем было появляться здесь.
— Может, это какая-то похожая сущность? Или бедствие с картины, которое до сих пор не вылезало?
Если подумать, с самого начала то и дело возникали бесформенные сущности и сталкивались с бедствиями.
То, что так увлечённо жевала «Голодная лошадь», тоже было человекоподобным существом, выбравшимся из-под пола.
Неужели среди аномалий спецзоны начались внутренние разборки?
Тут появилась ещё одна сущность.
Монстр с весьма колоритной внешностью длиной более четырех метров.
— Это «Похититель тел»! — с уверенностью произнёс оператор.
Этого субъекта все опознали безошибочно.
Не успели люди опознать его, как «Похититель тел» и «Носитель старой формы» принялись разрывать хвост «Левиафана» в клочья.
Находившаяся по ту сторону «Голодная лошадь» вдруг судорожно забилась и пустилась наутёк.
При этом к её туловищу прилипло не менее полутора десятков зомбированных людей.
— Доложите обстановку.
Пока все ошеломлённо пялились на экран, снова раздался голос Пэк Са Ра.
Услышав этот низкий, давящий тон, Хан Сын Ё взял себя в руки и ответил:
— Сейчас выясняем.
На месте, откуда отступил «Левиафан», лежал я.
На экране смартфона, вытянутого Ча Си Ёном, мой пульс держался в пределах нормы.
— Судя по всему, Со До Ун пока цел.
От слов Хан Сын Ё не только Пэк Са Ра, но и выстроившиеся перед экраном агенты извлекли длинный, тяжелый выдох.
Квак Джэ Гём тоже еле-еле отпустил напряжение и практически осел на пол.
И «Левиафан», и «Голодная лошадь» сбежали, поджав израненные тела, и в коридоре остался лишь я, одинешенька лежащий на полу.
Спустя некоторое время «Носитель старой формы» вновь вернулся ко мне.
Вытянув подобную лезвию руку, он положил рядом со мной путеводитель и нож.
Сумка испарилась, а путеводитель и нож остались, это казалось странным.
То, что выпали именно они, действительно было не случайностью.
От того, что произошло, пока я пребывал без сознания, на душе стало весьма паршиво и странно.
Я был благодарен. Я ведь ничего для них не сделал, а они пришли и спасли меня.
С другой стороны, меня беспокоило то, как благосклонность аномалий будет выглядеть в глазах других людей.
Поэтому я напрямую спросил у Джэ Гёма, стоявшего рядом:
— Что ты подумал, когда увидел это?
— Смешанные чувства.
— Смешанные?
На мой вопрос Джэ Гём выдержал паузу, будто собираясь с мыслями, а затем ответил:
— Чёрт его знает, но вроде атмосфера была неплохая. Ещё подумал, с чего бы им вдруг вести себя как союзники... Да и как-то неловко стало за то, что мы в них до этого палили.
От ответа Джэ Гёма я расслабился и тихо усмехнулся.
Квак Джэ Гём тоже горько ухмыльнулся и добавил:
— Но если отбросить всё это... я, конечно же, подумал, что слава богу. Это естественно.
Оперативники лишились дара речи.
Они осознавали, что я спас им жизни.
И от факта, что меня вытащили сущности, которых они до сих пор считали врагами и даже за живых существ не принимали, агенты испытывали смятение, граничащее со шоком.
Джэ Гём признался, что у него возникло ощущение, будто вся выстроенная годами настороженность рухнула.
И вот, пока все стояли в гробовом молчании, я очнулся.
— ... Очнулся.
— Выглядит довольно вымотанным.
Стоило мне очнуться, как я издал тяжкий вздох.
Затем, будто от головокружения, уткнулся головой между колен.
Агенты с тяжелым сердцем наблюдали за этой картиной.
Знать бы мне, что за мной так пристально разглядывают, я бы хоть постарался изобразить более-менее приличный вид.
Но в тот момент мне было не до тонкостей.
Кое-как выпрямив корпус, я крепко зажмурился, а затем, вздохнув, поднялся окончательно.
И следом подал условные знаки прямо в камеру видеонаблюдения.
— Ловушка «Большого кота».
— Ввод группы спасения отложить.
— 1-й и 3-й группам реагирования особенно запрещено приближаться.
— ...
Увидев это, агенты как один нахмурились.
И с такими лицами, едва сдерживающими брань, они провожали взглядом бредущего меня.
Ни о чём не подозревая, я шагал вперёд и вскоре наткнулся на терзаемую, изуродованную «Голодную лошадь».
... Вот этого я бы лучше не видел.
Узрев эту тушу, я отшатнулся в диком испуге и стал хаотично оглядываться по сторонам.
И эта картина во всей красе транслировалась оперативникам на базе.
— Он чего это?
— Ищет, кто её завалил?
— Не, ну не похоже вроде.
— Неужели он думает, что сам её сожрал?
— С чего бы?
— Сон приснился, что ли?
— У Со До Уна всё совсем запущенно.
Агенты шушукались, наблюдая за моими телодвижениями.
И вскоре пришли к выводу:
Ему приснился яркий сон, где он жестоко мстит этим тварям, а проснулся, лошадь и правда мертва, вот он и обомлел.
И снова только я относился к этому всерьёз...
Я прижал ладонь к лбу от жгучего стыда.
Теперь я понимал слова командира Ча.
Что он там говорил, не переоценивай себя?..
Ну да, на их месте я бы тоже подумал «что за бред он творит», глядя на парня, который только что чах и кашлял кровью, а теперь озирается, думая, будто сам сожрал аномалию.
К тому же, в отличие от меня, сбитого с толку пробелами в картине происходящего, оперативники, видевшие всё от и до, уже воспринимали сущностей из других зон как союзников.
Так что, когда я столкнулся с «Похитителем тел», они стряхнули с себя горечь и с гораздо большим комфортом принялись глазеть на меня.
— О, пересеклись.
— Поздоровался!
— Вот это да!
В общем, атмосфера была едва ли не как с попкорном.
Даже Ча Си Ён, собиравшийся было снова заходить в лабиринт, не мог оторваться от экрана.
Джэ Гём признался, что искренне обрадовался этому.
Тем временем Пэк Са Ра тоже выбралась из лабиринта и вместе со всеми наблюдала, как я несусь верхом на «Похитителе тел».
Оперативники издавали победные кличи каждый раз, когда я с помощью уважаемых аномалий преодолевал очередную преграду.
Когда они услышали, что я ищу повешенную веревку, на миг воцарилась скорбная тишина, но лишь на миг.
Уже в следующее мгновение все снова оживились.
— И-с-ка-ро-а!
— Искароа?
— И, с-к-а, ри, о!
— Что он там несет?
— Правильный ответ: Иуда Искариот.
— Как вы догадались?
— Это же база.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...