Земно-мистическая руда превратилась в ослепительный кусок породы с невыразимыми оттенками! Вэй Уин никогда прежде не видел подобных цветов, находя их невозможными для классификации и совсем не поддающимися описанию! Они лежали за пределами смертного восприятия, за гранью того, что способны охватить человеческие глаза!
Словно вечные, бесконечные космические кометы, сквозь толщу камня скользили странные, экзотические руны. Он уже видел нечто подобное! Вэй Уин напряженно вглядывался в них, пытаясь разглядеть целиком, но те неслись с невероятной скоростью, ускользая от любого взора.
Он попытался задействовать Небесные Оглаза в сочетании со Звездами Алхимии, но они вошли в конфликт, и главенствовать могла лишь одна способность. Не имея возможности продвинуться таким путем, он оставил попытки рассмотреть руны в деталях и просто сосредоточился на необычных свойствах руды.
Ранее, приблизившись к небесному страннику, в чьих недрах таилась Земно-мистическая шахта с ее драгоценной рудой, он задействовал Звезды Алхимии. Вэй Уин хотел проверить свою догадку о том, что руда и камень представляют собой две разные сущности — одну мистическую, а другую смертную. Если это так, он мог бы превратить землю в ветер, мгновенно отделив от нее руду.
План сработал, но в процессе обнаружилась одна очень любопытная деталь! Перед лицом Звезд Алхимии Смертной Духовности и Намерения Алхимического Дао он отчетливо увидел разницу между ними. Звезды Алхимии стали способностью, подаренной ему после успешного создания Пилюли Вознесения Вечной Травы, однако до сих пор он не считал ее особенно полезной.
Хотя она позволяла чувствовать Остатки Алхимического Духа, других применений он не обнаруживал. Вэй Уин полагал, что пользы от нее немного, ведь далеко не каждое Намерение идет во благо. Даже во время варки пилюль от этой способности не было видимого прока. Он никак не мог взять в толк, зачем Алхимическое Дао преподнесло смертным алхимикам столь странный дар.
Насчёт Остатков Алхимического Духа, об их существовании ему было известно задолго до появления Звезд Алхимии. Многие Злые Культиваторы и алхимики извлекали остаточную эффективность алхимических продуктов из тел других практиков — либо для собственной культивации, либо для создания диковинных субстанций.
При своем уровне мастерства ему не требовалось всматриваться, чтобы вытянуть их. Но, поразмыслив над случившимся, он понял: именно Звезды Алхимии позволили ему заметить расколотый мир Су Мэй и вовремя среагировать. Не будь их, ему пришлось бы наблюдать лишь безжизненный образ угасающей Су Мэй.
Звезды Алхимии Смертной Духовности были Намерением зрительного типа — первым подобным даром, с которым он столкнулся. Не имея времени на безумные эксперименты, он надеялся найти ответы в более развитых цивилизациях или в толстом фолианте, добытом в Алхимической Ассоциации.
Увы, вторая затея ничего не принесла, а первая пока не спешила являть себя миру. Будучи уверенным, что Ассоциация Вечной Травы или какая-нибудь из великих сил, имеющих в своем распоряжении Монархов-Алхимиков, обладает исчерпывающей информацией, раздобыть ее прямо сейчас он не мог. Наконец, даже Ван Ютянь утверждал, что Монархи-Алхимики внушают ужас, и Вэй Уин чувствовал: дело тут как раз в этом странном Намерении.
Заметив уникальную силу Звезд Алхимии, он постепенно осознал, что, возможно, держал в руках недостающий фрагмент головоломки, ведущей к продуктам трансцендентного качества.
«Когда я непреднамеренно создал Эликсир Преломления Мирового Света трансцендентного качества, у меня возникла гипотеза: мое Состояние Зенита Истока невольно вмешалось в процесс варки и привнесло в него неизвестный элемент. Именно это повысило качество творения. Однако после долгих тестов я пришел к нескольким выводам и озарениям».
«Во-первых, случившееся не было шансом один на миллион. После прохождения Астральной Скорби Повелителя Небес я сварил десятки миллионов продуктов — от пилюль и эликсиров до чанов с мазями, — но ни один из них не достиг этого уровня. Значит, вероятность такого исхода стремилась к нулю. Трансцендентное качество получилось само собой, по счастливой случайности».
«Во-вторых, трансцендентный уровень как-то связан с этим мистическим намерением или, возможно, даже с оскверненной маной, несущей в себе подобные свойства. Но я всего лишь смертный и до сих пор даже не был способен её воспринимать. До сегодняшнего дня, разумеется». Вэй Уин сжал руду левой рукой. И хотя его глаза видели ее иначе, на ощупь она казалась самым обычным куском породы.
«Наконец, ключевую роль играет Состояние Зенита Истока. Моя индивидуальная мана обладает особым свойством, способным привлекать и даже внедрять мистическое намерение или мистическую ману в процесс варки». Способность делать это и породила у него безумную мысль о том, что он сможет поставить создание продуктов трансцендентного качества на поток. Это была лишь мимолетная фантазия, но его астральные души поверили в эту безумную идею — и в него самого!
Теперь у него было два мистических объекта: Земно-мистическая руда и Мистическая Жидкость Истока. Оба материала относились к мистическому рангу и воплощали в себе два разных состояния материи и назначения. Земно-мистическая руда шла на ковку орудий и предметов, а значит, в ней таились Мистическое Намерение и Мистическая Сущность.
Мистическая Жидкость Истока служила практикам для постижения Мистического Намерения или использовалась как средство искусственной остановки Вознесения — главным образом Третьего Вознесения, то есть скорби на пути к Фазе Лорда Полусмертных, третьей ступени Царства Мистического Возвышенного.
Оба материала обладали любопытными свойствами и эффектами. Особенно выделялась Мистическая Жидкость Истока. Хотя ее название напрямую не указывало на связь, Вэй Уин чувствовал, что на самом деле это сконденсированная мистическая мана в жидком состоянии. Увидев ее в руках У Ю и наконец заполучив собственную порцию, он понял, что не ошибался!
Будучи сконденсированной, мана часто принимала жидкую форму; даже Духовная Мана, необходимая для создания Пилюли Затмения Нового Рассвета, была уникально очищенную искусственным путем субстанцию. В мире культивации существовало множество разновидностей жидкой маны — как природного, так и рукотворного происхождения.
Столкнувшись с этим открытием, он задумался. Мысль оказалась поразительно мощной! Астральные души в Состоянии Зенита Истока были аномалией, перешагнувшей барьер общепринятых устоев культивации и напрямую эволюционировавшей из Состояния Зенита Смертных. Что же до Состояния Зенита Истока? Оно явно принадлежало тем, кто уже достиг Царства Мистического Возвышенного!
Давно обсуждая с У Ю различные состояния Астральных Душ, он расспрашивал его об этом, но даже У Ю ничего не знал, несмотря на достижение Фазы Души Мистицизма — второй ступени Царства Мистического Возвышенного! Из этого, Вэй Уин решил, что данное состояние доступно лишь тем, кто находится в Царстве Мистического Возвышенного, однако оно не появляется автоматически с наступлением Вознесения, подобно различным уровням Смертных Состояний.
Опираясь на эту теорию, он уверовал в свои шансы успешно создать продукты трансцендентного качества! По правде говоря, у него шевельнулось смутное предчувствие: быть может, самую малость, но ему удастся создавать продукты мистического ранга еще до вступления в Царство Мистического Возвышенного. Разумеется, если повезет.
Не имея на руках методов варки мистического ранга, он даже не мог проверить эту догадку, поэтому отложил ее до лучших времен. Прежде чем учиться летать, следует научиться ходить.
Вэй Уин обратился к своим четырем Астральным Душам, задействуя их особый контроль над маной Состояния Зенита Истока. Он пристально изучил оба объекта — и Земно-мистическую руду, и Мистическую Жидкость Истока. Под его непреклонным взглядом окружающая мана хаоса затрепетала, но была отсечена его личной аурой.
— Ну же, — Вэй Уин надавил сильнее, пытаясь вызвать у предметов хоть какую-то реакцию. Он напрямую выдохнул порцию лично очищенной маны, окутывая ею руду, и принялся перемалывать ее с помощью своего искусного контроля.
Странные руны на руде словно бы слегка отреагировали на это. Но глаза Вэй Уина расширились, когда он заметил, как руда изучает его ману, а скорость тех рун, что походили на стремительные космические кометы, заметно возросла. Больше не успевая следить за их траекторией, он замер, наблюдая за происходящим.
Спустя час в этом ускоренном состоянии руда успокоилась, исчерпав весь тот запас энергии, что дала ей его очищенная мана. «Любопытно», — подобная реакция почти напоминала химическую. Он такого не ожидал.
Вэй Уин попробовал и другие экспериментальные методы. Он даже попытался раздавить минерал! Однако выяснилось, что вся его огромная мощь не способна изменить форму руды даже на миллиметр. Это быстро разъяснило ему одну из множества причин, почему добывать ее было так тяжело!
Он пытался плавить ее пламенем стихийного истока, использовать алхимическую силу для очищения и даже собирался проглотить ее, как это делала Бай Линь, но всё без толку. Его зубы не оставили на ней и следа, а сама руда оказалась совсем неперевариваемой. Хотя в его жилах могла течь кровь Истинного Дракона, способность перерабатывать сырые материалы с помощью желудка ему не досталась. Увы...
Переведя взгляд на Мистическую Жидкость Истока — все шесть капель в маленьком флаконе, — он разглядел крошечные, едва заметные плавающие внутри руны. Их цвета по-прежнему ускользали от понимания, а сами письмена скрывалась за непрекращающейся чередой ряби, маскирующей их суть. Казалось, жидкость намеренно застилает ему взор.
Вэй Уин задумался. Неужели он недостоин? Была ли эта скорость движения и рябь лишь защитным механизмом, призванным помешать ему преждевременно постичь свойства мистицизма? Не таило ли это в себе опасность?
Он надолго прервал свои эксперименты. Требовалось всё хорошенько обдумать. Если подобные манипуляции вредят культивации, попытка продолжить их будучи простым смертным могла обернуться катастрофическими последствиями.
Девять дней спустя.
Слегка выдохнув, он укрепился духом. Тщательно всё взвесив, Вэй Уин решил идти до конца.
— Самое время, — подал голос Кратос. В его тоне слышалось облегчение от принятого решения.
— Я знала, что он решится! Знала! Знала! — возбужденно завопила Ори. Ей приходилось молчать, потому что хоть у каждого из них был свой путь, это оставалось путем культивации Вэй Уина. Вмешиваться напрямую они не смели. Во всяком случае, так им говорил Эдем.
— Безрассудно, — изрек Эдем всего одно слово и вновь умолк.
— Тц, — Кинг счел всё это бессмысленным. Возникли проблемы — просто уничтожь их. Разве не всё так просто?
Однако, несмотря на их комментарии и мысли, все они сходились в одном: идти на такой риск или нет, решать исключительно Вэй Уину. На своем пути они вечно рисковали, несколько раз едва не погубив себя и самого Вэй Уина, но постижение Дао оставалось прерогативом хозяина. Они уважали это — точно так же, как Вэй Уин уважал и доверял их потрясающим воображение, смертельно опасным решениям.
Вэй Уин сурово уставился на Мистическую Жидкость Истока, а затем перевел взгляд на Земно-мистическую руду. Он вгляделся в оба объекта предельно глубоко, изучая их до малейшей детали. А затем...
Эврика!
В его разуме яростно вспыхнул свет. Наконец-то он всё понял! Спрятав флакон с Мистической Жидкостью Истока за отворот халата, он уставился на руду сияющим, переполненным радости взглядом.
— Кажется, я нашел ключ! Ключ к трансцендентному качеству! — воскликнул Вэй Уин.
— Что? Нашел? Какой еще ключ? Что там?! — тут же набросилась на него Ори, чье любопытство сравнялось с бушующим восторгом!
—...! — Эдем был связан с разумом Вэй Уина, поэтому сразу ощутил это озарение, и его сущность слегка затрепетала в море сознания.
—... — Кратос и Кинг молчали, но их быстрые, взрывные удары сердец утаить было невозможно!
Вэй Уин слабо улыбнулся: — Это не «что»...
В Темной Пустоте начали распространяться странные волновые колебания. Они были невероятно хаотичными, словно гигантскую гору обрушили в бескрайний океан, породив чудовищные волны!
— КРИ-И-И!
Вэй Уин поднял взгляд, наблюдая за колебаниями, и его улыбка переросла в широкую ухмылку: — Это «кто».

Комментарии

Загрузка...