─ Вы кто такой?..
Су Хань поднялся, заслоняя собой ребят, и неторопливо вытащил из выцветшей холщовой сумки заявку на участие, хранящую тепло его тела.
─ Здравствуйте, начальник отдела Ма, ─ произнес Су Хань, протягивая документ. ─ Я Су Хань из начальной школы деревни Тунлин. Привез детей на уездные соревнования по бадминтону.
Взгляд Ма Вэньчана медленно перетек с невозмутимого лица Су Ханя на исписанный от руки листок и замер на трех учениках, поднявшихся за спиной учителя. Его лицо мгновенно изменилось.
Ма Вэньчан скривился, словно проглотил муху. Не проронив больше ни слова, он лишь повел подбородком в сторону своего кабинета и процедил сквозь зубы:
─ За мной.
Затем он бросил взгляд на троих детей, стоящих стрункой и явно растерявшихся от такого приема. Настроение чиновника испортилось окончательно.
─ Вы трое, ждать снаружи!
Дверь кабинета захлопнулась за спиной Су Ханя с оглушительным треском, отрезав тревожные взгляды учеников.
Помещение оказалось крошечным: облупленный письменный стол, старый архивный шкаф да эмалированная кружка ─ вот и все убранство. Ма Вэньчан с глухим стуком швырнул папку с бумагами на стол. Предлагать Су Ханю сесть он не стал ─ сам грузно опустился в скрипучее кресло и скрестил пальцы, придавая себе вид сурового следователя.
─ Учитель Су, вы что за цирк устроили? ─ В его голосе закипало раздражение человека, чье спокойствие бесцеремонно нарушили. ─ Начальная школа Тунлин уже в списках на расформирование! Документы придут в следующем месяце. Зачем вы привезли детей? Что за самоуправство!
Игнорируя выпады чиновника, Су Хань подошел вплотную к столу и бережно положил перед ним заявку, согретую теплом своего тела. Жест был мягким, но непреклонным.
─ Расформирование – это расформирование, а заявка – это заявка, ─ спокойно ответил Су Хань, глядя чиновнику прямо в глаза. ─ Пока нет официального постановления, печать школы на этой бумаге имеет полную силу. И сейчас, начальник отдела Ма, не хватает только вашей печати.
Ма Вэньчан брезгливо взял тонкий листок, лишь вскользь глянув на криво выведенные детские имена, и тут же отодвинул его, словно испачкался.
─ Исключено, ─ отрезал он, качая головой. ─ Я вам русским языком говорю: школа Тунлин подлежит ликвидации и не имеет права участвовать в официальных соревнованиях. Это принципиальный вопрос!
Посчитав, что аргументов недостаточно, он добавил:
─ Да и подумайте сами: отправлять деревенскую школу, где даже спортивного инвентаря толком нет, тягаться с Первой и Второй уездными школами? Что за дичь? Если это выплывет наружу, как люди посмотрят на работу нашего уездного отдела образования?
Су Хань подавил закипающую ярость, уголок его губ тронула едва заметная усмешка.
─ То есть, по-вашему, начальник отдела Ма, дети из бедных школ не достойны участвовать в соревнованиях?
─ Я этого не говорил! ─ Вэньчан от возмущения пошел красными пятнами. Он резко вскочил с кресла, чуть не ткнув пальцем Су Ханю в нос: ─ Я говорю о соблюдении правил! Об интересах дела! Вы – всего лишь молодой учитель-волонтер, да что вы вообще понимаете в интересах дела!
Су Хань даже не шелохнулся, не дав слабины ни единым движением.
─ И что же это за интересы?
─ Я... ─ Чиновник, окончательно взбешенный этой въедливостью, не нашелся, что ответить, и принялся раздраженно шагать по кабинету.
Разговор зашел в тупик. Воздух в комнате словно загустел ─ тишину нарушало лишь тяжелое дыхание Ма Вэньчана да скрип его кожаных туфель по полу. Прошло минут десять, прежде чем чиновник остановился. Он снова опустился в кресло, сделал внушительный глоток из эмалированной кружки и, немного остыв, заговорил:
─ Учитель Су, скажу вам откровенно. ─ Голос его стал мягче, но тон – еще жестче. ─ Вопрос с Тунлин решен окончательно. Вот подадите вы заявку, а среди турнира школу закроют ─ и что делать с квотой? Вы создадите огромные проблемы оргкомитету! А уровень подготовки детей? Вы сами-то его представляете? Выйдут на корт, продуют со счетом пятнадцать–ноль ─ каково будет их самолюбию? А общую статистику уезда кто восстанавливать будет? Вы об этом подумали?
Су Хань молча выслушал его отповедь. И внезапно понял: стоящий перед ним человек делает это не из злости и не из презрения к деревенским детям. Он просто боится. Боится ответственности, боится лишней работы, боится любой неопределенности, способной пошатнуть его теплое кресло. Взывать к разуму такого бесполезно. Его бог – не здравый смысл, а перестраховка. Переубедить его словами нельзя ─ можно только загнать в угол фактом, который он не сможет проигнорировать.
С этой мыслью злость Су Ханя улетучилась. Глядя на лицо Ма Вэньчана, на котором буквально было написано «не трогайте меня», он неожиданно спросил:
─ Начальник отдела Ма, вы сами в бадминтон играли?
Вэньчан оторопел, явно не успевая за ходом его мысли.
─ В молодости за команду ведомства пару раз выходил... А что?
─ Тогда вы должны знать: в бадминтон играют не языком, а ракеткой.
Су Хань постучал пальцем по лежащей на столе заявке. Ма Вэньчан поморщился и помотал головой:
─ К чему вы клоните? Хотите со мной сыграть? Оставьте эти штучки, у меня нет времени на глупости!
Этот дерзкий юнец казался ему совершенно сумасшедшим.
─ Нет, ─ качнул головой Су Хань. ─ Не со мной.
Его взгляд устремился сквозь закрытую дверь ─ туда, где в коридоре изнывали от неизвестности трое ребят.
─ Начальник отдела Ма, давайте не будем сотрясать воздух. ─ Су Хань снова перевел взгляд на чиновника. ─ Вы считаете, что мои ученики ни на что не способны и лишь опозорят уезд?
─ Пусть один из моих ребят сыграет с любым из тех, кого вы нахваливаете, ─ хоть из Первой, хоть из Второй школы.
─ Всего одна игра. До одной победы.
Ма Вэньчан замер, словно услышал самую нелепую шутку в своей жизни, а затем не сдержался и расхохотался:
─ Вы это серьезно? Хотите выставить своих деревенских оборванцев против резерва уездной сборной? Учитель Су, у вас часом не бред?
Су Хань не улыбнулся. Лицо его оставалось убийственно серьезным.
─ Если мой ученик проиграет, я без лишних слов забираю детей и уезжаю. А эту заявку рву прямо у вас на глазах и больше никогда не заикаюсь о соревнованиях.
Смех в кабинете моментально утих. Ма Вэньчан уставился на Су Ханя, понимая: тот не шутит.
Су Хань подался вперед и чеканя каждое слово закончил:
─ Но если мой ученик победит...
─ ...вы поставите печать.

Комментарии

Загрузка...