Один чжан расстояния, пол-вздоха времени.
Невероятная скорость бега Дуань Цзыюя потрясла всех присутствующих: Как... как это возможно? Он ведь новичок, еще не переступивший порог боевых искусств.
Если человек находится в состоянии бега, то даже обычный человек способен преодолеть один чжан за пол-вздоха. Но если стартовать из неподвижного положения, чтобы быстро пробежать один чжан, неизбежно приходится пройти через этапы разгона на старте, достижения максимальной скорости и последующего торможения до полной остановки.
Преодолеть один чжан за пол-вздоха — это значит потребовать огромного стартового ускорения, чтобы за кратчайшее время выйти на пик скорости, и одновременно колоссального замедления, чтобы мгновенно сбросить скорость до нуля и замереть на месте.
Изменение скорости в таком процессе напоминает перевернутую букву V: начальная и конечная скорости равны нулю, а в середине находится максимум. Подобные перепады скорости, без сомнения, сложнее всего воплотить в жизнь, а если учесть, что на все про все ушла всего половина вздоха, задача становится и вовсе невыполнимой.
Дин Пин и остальные чувствовали себя так, будто мимо них со свистом пронеслась взмыленная дикая лошадь, подняв порыв буйного ветра, и тут же резко замерла прямо перед их лицами.
Нападавший был подростком лет семнадцати с совершенно ледяным выражением лица — казалось, будто весь мир замышляет против него что-то недоброе. На поясе у него висела табличка Пань Шанву: ранг Хуан, седьмая степень. Его глаза были широко распахнуты от изумления, он стоял ошеломленный и не мог вымолвить ни слова. И это не столько оттого, что он не успел среагировать, сколько от нежелания мириться с подобной реальностью.
Его телосложение относилось к высшей степени ранга Хуан, что среди простых людей считалось первоклассным. За полгода учебы в академии он ни на мгновение не прекращал упорно оттачивать боевые навыки. Тот прием быстрого бега, который только что продемонстрировал Дуань Цзыюй, в боевых искусствах именовался профессиональным термином Мгновенное Перемещение.
Он тренировался уже полгода, но до сих пор не достиг такого уровня. А стоявший перед ним маленький нищий, никогда не изучавший боевых искусств, обладал этим от рождения благодаря высшей степени телосложения ранга Хун, что вызывало у нападавшего одновременно зависть и восхищение.
Пока все пребывали в оцепенении, между Дуань Цзыюем и зачинщиком нападения протиснулся юноша в одеянии ученого. У него были весьма утонченные черты лица, бледная кожа и рост — чуть ниже, чем у Дуань Цзыюя, но немного выше, чем у Чжу Цзыхэна, что соответствовало среднему телосложению. Простая одежда выдавала в нем выходца из небогатой семьи.
Его лицо светилось крайним воодушевлением. Он сжал правую руку в кулак, поднял ее, вытянул указательный палец строго вверх к небесам и громко объявил:
— То, что именуется Мгновенным Перемещением, есть базовый прием боевых искусств. Он позволяет практикующему за считанные мгновения высвободить силу ног, увеличить скорость бега и расширить преодолеваемое расстояние. Обычно это требует колоссальных затрат сил. В нашей академии имеется бамбуковый свиток желтой ступени с этим приемом, а рекомендуемый уровень владения им для практикующих — ранг Цзя, третья степень!
Закончив говорить на одном дыхании, он уставился на Дуань Цзыюя своими разнокалиберными глазами и недовольно вопросил:
— Как по-твоему, понятно ли я всё объяснил?
Дуань Цзыюй впервые услышал о Мгновенном Перемещении, но теперь составил об этом искусстве первичное представление и отозвался:
— Довольно занятно.
— Ты случайно не считаешь меня человеком выдающейся эрудиции?
Дуань Цзыюй неопределенно пошел у него на поводу и чуть кивнул.
Белокожий юноша нетерпеливо допытывался, сияя так, будто хвастался сокровищем:
— Не терзаешься ли ты вопросом, почему такой эрудированный гений литературы, как я, обучается в Отделении боевых искусств, а не в Отделении литературы?
Дуань Цзыюй мысленно выругался, рассуждая, откуда вообще взялся этот психопат. Пока он предавался раздумьям, нападавший вновь отвесил удар ладонью, от которого белокожий юноша тут же рухнул на землю и потерял сознание.
На сей раз остальные не стали упрекать зачинщика, сочтя, что тот просто избавил их от лишнего шума. Поэтому поднимать пострадавшего никто не стал.
— Чжу Цзыхэн, извинись перед младшим братом Пань! — командным тоном потребовал Ли Данюй.
Было очевидно, что выходки этого младшего брата с подлыми нападениями ему глубоко претят. При этом требовать извинений перед лежащим без чувств белокожим юношей он не стал.
— Хм! — Чжу Цзыхэн опустил ладонь, бросил на Дуань Цзыюя вызывающий, презрительный взгляд, развернулся и зашагал прочь продолжать тренировки, полностью проигнорировав Ли Данюя.
Юноша с палкой наперевес уже помог подняться Пань Фэну. Он был столь же крепок телосложением, как и Ли Данюй, но держался куда хладнокровнее.
— Не вини младшего брата Чжу. Он больше всего дорожит репутацией академии, потому и ударил сгоряча. Я приношу тебе извинения за него, — произнес юноша-боец с палкой и сложил руки в приветственном жесте перед Пань Фэном.
Дин Пин поспешил сгладить неловкость:
— Это наш четвертый старший брат, Чжу Цзиньлун, мастер шеста.
Затем он указал на распростертого на земле человека:
— Третий старший брат, Фан Иньбао. Ли Данюй — пятый старший брат, мастер топора. Я — второй старший брат, Дин Пин, мастер кулачного боя. А тот, кто только что ушел — шестой старший брат, мастер меча. У него чудаковатый нрав, лучше держись от него подальше.
Пань Фэн внимательно выслушал, потирая живот, и заметил:
— Похоже, не хватает только главного старшего брата. Где он? Зовите его сюда, пусть все соберутся и познакомятся.
Ли Данюй снова было открыл рот, но Дин Пин бросил на него предупреждающий взгляд, и тот умолк.
Лица троих старших братьев омрачились легкой тревогой. Сложнее всего было выражение лица Ли Данюя: в нем смешались гнев и скорбь, ему хотелось высказаться, но нельзя было, отчего вид у него был крайне угнетенный.
Дин Пин вновь заговорил, разряжая обстановку:
— Здесь мы обычно и тренируемся. Ладно, пожалуй, я отведу вас повидаться с ректором. В нашем Отделении боевых искусств временно нет наставников, так что занятия ведет он сам.
Пань Фэн, будучи великим болтуном, не преминул спросить:
— Выходит, ректор невероятно силен?
Ли Данюй перехватил инициативу:
— Говорят, силен, только нам пока не посчастливилось это увидеть.
— А как он преподает вам боевые искусства? — неожиданно подал голос Дуань Цзыюй, но вопрос его попал точно в цель.
Опасаясь, как бы Ли Данюй не ляпнул лишнего, Дин Пин торопливо ответил:
— Кое-какие базовые приемы ректор нам все же показывает. Но мы тугодумы и еще не доросли до требований к изучению продвинутых техник, так что наблюдать за тем, как ректор демонстрирует высшее мастерство, нам не доводилось.
Дуань Цзыюй слегка кивнул. Его удовлетворил не столько ответ Дин Пина, сколько поразительное красноречие последнего, позволившее ему так легко и непринужденно уйти от скользкой темы. Неудивительно, что Ли Данюй вечно огрызался на Дин Пина, но при этом неизменно следовал за ним — причина крылась в том, что прямолинейный Ли Данюй пасовал перед молниеносной сообразительностью Дин Пина, вынужденно подчиняясь ему, хоть и без полной покорности. Отсюда и проистекало это странное отношение Ли Данюя к нему.
Бросив взгляд на Чжу Цзиньлуна, Дин Пин распорядился:
— Четвертый младший брат, будь добр, отнеси третьего младшего брата в общежитие, а я провожу новых учеников к ректору.
Чжу Цзиньлун коротко рявкнул «Есть!», взвалил полуживого Фан Иньбао на плечо и пулей вылетел из тренировочного манежа — так легко, словно тащил не живого человека, а тряпичную куклу.
Прямо за их спинами, на втором этаже четырехэтажной деревянной постройки — Здания Мудрости и Отваги — старец с белыми волосами и лицом младенца Тун Юань стоял у окна, глядя на Дуань Цзыюя взглядом, полным пронзительного восхищения.
Ректор Академии Ханьсян Лю Цзихань заметил это и намеренно протянул:
— Брат Сюнфу (второе имя Тун Юаня), неужели ты и впрямь намерен отказаться от предложения?
Тун Юань помедлил, с волнением, но в то же время сдержанно указал на спину Дуань Цзыюя внизу на манеже:
— Телосложение этого юноши необычайно. Крайне высока вероятность, что это высшая степень ранга Хун.
Лю Цзихань самодовольно погладил бороду:
— Старик и сам не думал, что Дин Пин действительно раздобудет новенького. Да еще какого — гения боевых искусств с уникальным телосложением ранга Хун, каких поискать на миллион. Судя по тому, как он только что бежал, хоть движения и простоваты, но ноги двигались на редкость резво, а переходы были плавными, что производит великолепное впечатление. Неосознанность движений выдает отсутствие прежней выучки — иначе он бы знал даже базовую поступь и не растрачивал впустую силы ног; а быстрота перемещений говорит о ранге Хун. Наблюдая за его скоростью, можно с уверенностью утверждать: у этого парня телосложение высшей степени ранга Хун.
Тун Юань с явным сожалением отвел взгляд от спины Дуань Цзыюя и обратился к старому другу Лю Цзиханю:
— О чем ты говорил, младший брат?
— Ты у нас фанатик боевых искусств, без повода с гор не спускаешься. Уж не надумал ли на сей раз и впрямь отклонить приглашение моего недостойного брата?
Тун Юань горько усмехнулся:
— Не стану скрывать, этот визит в академию заставил меня передумать. Я решил принять твое предложение.
Лю Цзихань несказанно обрадовался. Повернув голову, он увидел, как внизу к их зданию направляются четверо, затем вновь перевел взгляд на Тун Юаня, потом на Дуань Цзыюя, расплылся в улыбке и воскликнул:
— Ах, дорогой мой брат Сюнфу, от лица всего Отделения боевых искусств твой покорный слуга приносит тебе исктреннюю благодарность!
(Мгновенную скорость бега Дуань Цзыюя можно примерно рассчитать: по формуле 2s = at2, где путь s равен 2,2 метра, а время t — 0,5 секунды, ускорение а составит около 63 километров в час. Ха-ха-ха, неужели так тоже можно? Обалдеть. Судя по этому, мои познания в физике вроде бы неплохи, аж прошиб пот~ «Официальная» группа: 103273633, ждем твоего вступления.)

Комментарии

Загрузка...