{ Аджосси идет. Справа. }
Вместе со словами Аши послышались шаги.Звук доносился справа.
— Вы вернулись?
Голос раздался неожиданно близко.Энок рефлекторно вздрогнул. Его плечо дернулось.Он с трудом сумел сохранить невозмутимое выражение лица. Повернув голову, он взял дворецкого в поле зрения.
— ...Да.
Коротко ответил он, стараясь скрыть смущение.Взгляд дворецкого на мгновение задержался на лице Энока. Благодаря тому, что артефакт снова был активирован, глаза выглядели здоровыми. Следовательно, отсутствие глаза никак не могло бросаться в глаза. На лице дворецкого промелькнуло выражение легкого недоумения, но, похоже, он так и не понял, что именно не так.
— Я отдохну, так что ужин пришли в комнату.— Да, я вас понял.
Он сразу же направился в кабинет. Нужно было о многом подумать.Оказавшись в кабинете, он немедленно сел за рабочий стол. Аша продолжала предлагать помощь, обещая оставаться у него на голове, но он попросил её пересесть на специальную подушку, сославшись на то, что ему нужно время привести мысли в порядок.
Энок, подперев подбородок рукой, начал размышлять.До того момента, когда можно будет снова воспользоваться системой усиления, оставалось 162 часа. Примерно неделя. Тот факт, что неделю нельзя будет проводить усиления, всё ещё неприятно скреб на душе, но жаловаться было бесперспективно.
Прежде всего — искусственный глаз.Было совершенно ясно, что в оригинальной игре существовал искусственный глаз с особыми эффектами, но конкретное место, где его можно было достать, не вспоминалось. Вероятно, быстрее всего будет передать запрос в Подозрительную лабораторию, чтобы они провели расследование. За неделю они наверняка смогут хотя бы очертить возможные варианты.
Однако была проблема поважнее, чем искусственный глаз.Речь о тех, кого он почувствовал по пути из лаборатории в особняк.Трое или больше. Каждый по отдельности. Движения совершенно разного характера.Энок начал мысленно классифицировать эти следы.
Было два места, откуда могли отправить людей: Императорский двор и Великий храм.Эти две силы собирали информацию, чтобы выяснить, является ли Вейл полезной фигурой. Так как отправная точка спонсорской деятельности находилась в графстве, а самые крупные суммы направлялись Лусиэль, было естественно, что подозрения пали именно на семью Валлар.Из всех них он сам, то есть бездельник из семьи графа, должен был казаться наиболее подозрительным. Так уж вышло, что период начала финансовой поддержки совпал с моментом, когда Энок внезапно завязал с азартными играми. К тому же он всегда возвращался домой поздно ночью, предварительно посещая места, где его невозможно было отследить. Подозрения были вполне обоснованы.
Конечно, вряд ли они всерьез считали, что Энок — это Вейл. Если бы у них была такая уверенность, они не ограничились бы слежкой с расстояния. Скорее всего, они всё ещё находились на стадии разведки.
«За мной следило довольно много сил».
Силы, не относящиеся к Императорскому двору или Великому храму. Это могли быть крупные дворяне. Да и семьи герцогов или равные им по состояниеу роды вполне могли приставить к нему людей. В конце концов, везде хотели знать, что скрывается за именем Вейл, чтобы либо вовремя выстроиться в очередь, либо подготовиться к противостоянию. К тому же могли быть люди из логова информаторов. Личность Вейла была одной из самых ценных сведений в империи на данный момент, так что слежка была неизбежна.
Слишком много предполагаемых врагов: Императорский двор, Великий храм, высшая аристократия, логово информаторов.
«Может, всё-таки стоит снова взяться за роль бездельника?»
Энок, подперев подбородок, посмотрел в потолок.В конце концов, это был самый верный способ отвести от себя подозрения. Снова внедрить в их сознание мысль, что Энок Валлар никак не может быть связан с Вейлом. Бездельник должен вести себя как бездельник.
«Что вообще делают бездельники?»
Он начал перебирать варианты: пирушки в окружении женщин, посещение игорных домов, бессмысленная трата денег, покупка дорогих безделушек и бездумное их разбрасывание. Все это приходило на ум. Ничего из этого не было плохим, но и сказать, что это выглядело революционно, было нельзя.
«Спросить у Аши?»
Она ведь всё-таки богиня, может, подкинет какую-нибудь дельную идею?С этой надеждой он посмотрел на подушку, где отдыхала Аша. Она спала, опустив голову. Её пухлое тельце ритмично и едва заметно поднималось и опускалось. Похоже, она вымоталась за целый день, вынужденная держать глаза широко открытыми, чтобы быть ему вместо зрения.
Только взглянув на свет фонаря, падающий на Ашу, Энок осознал, что уже довольно поздно. Он посмотрел в сторону окна. Снаружи, за закрытыми ставнями, виднелось, что солнце почти село и на землю опустилась тьма. Хотя он потерял правый глаз, левый был усилен, поэтому он даже не замечал наступления сумерек.
Внезапно он вспомнил, что просил принести еду.
«Похоже, я слишком глубоко ушел в раздумья».
Наверное, кто-то приходил к двери, несколько раз постучал, а не получив ответа, ушел. Ведь правилами хорошего тона считалось отойти, если после стука не последовало ответа. Осознав это, он почувствовал легкий голод.
«Прикажу принести что-нибудь простое».
Как только он собрался подняться с места, это случилось. Холодный порыв ветра коснулся щеки и волос. Энок застыл с каменным лицом. Окно определенно было закрыто.
Он перевел взгляд на окно. Огромное окно, ведущее на террасу, было приоткрыто, оставляя совсем узкую щель. Криии-и — неприятный скрип, раздирающий тишину. Поддавшись какой-то невидимой силе, окно безвольно распахнулось. Ночной холод мгновенно ворвался в кабинет.
— И вот с таким бездельником мне приходится иметь дело. Муторно.
Из темноты донесся низкий и высокомерный голос. Бесформенная тень перемахнула через перила террасы и ступила внутрь. В тот же миг чувства Энока закричали.
Хвах—!
Липкая и тяжелая магия накрыла его тело. Невидимые цепи обвили руки и ноги. На него навалилось давление, словно сдавливающее сердце. Он застыл в кресле, не в силах пошевелить даже пальцем. Ощущение, словно что-то стягивается вокруг. Энок, намертво прикованный к креслу, мог лишь смотреть, как из темноты выходит незваный гость. Незнакомый мужчина тихо хихикнул. Он расхаживал по комнате, словно это был его собственный дом. Странный субъект в натянутом на лицо черном капюшоне демонстрировал крайнюю степень высокомерия.
«Маг? Уровень силы... примерно второй круг?»
Энок молча проанализировал информацию. Видимо, решив, что Энок оцепенел от страха, маг начал вести себя ещё надменнее.
— Не нужно нервничать, Энок Валлар. Мой учитель, великий маг Терракан, велел мне оказать тебе крошечную услугу.
Сказав это, маг легко взмахнул рукой. Кресло, в котором сидел Энок, легко взлетело в воздух и приземлилось посреди кабинета. Маг посмотрел на неспособного пошевелиться Энока и произнес:
— Если ты расскажешь всё, что знаешь о «Вейле».
Маг притянул магией дополнительные кресло и стол. Затем с высокомерным видом опустился на кресло.
— И подумать только: такой мусор, не знающий ни магии, ни фехтования, даже не может пошевелиться перед лицом простейшего заклинания подчинения и лишь вращает глазами. Не позоришь ли ты имя своей семьи? И зачем только учитель приказал мне явиться сюда лично...
Говоря это, маг начал рыться в глубине своего плаща. Он достал кожаный мешочек. Когда он расстегнул пуговицу, внутри обнаружились аккуратно разложенные металлические инструменты. С заостренными концами, похожие на щипцы, и формы, назначение которых не хотелось даже представлять — все они были выстроены в ряд. Каждый из них был тщательно вычищен, и это старание вызывало лишь отвращение. Маг взглянул на Энока, постукивая пальцем по одному из инструментов.
— Ну что, теперь ты готов к разговору? Итак, какие у тебя отношения с Вейлом? Это он дал тебе какой-то препарат, чтобы ты завязал с азартными играми? Или ты просто мальчик на побегушках между этой знатной леди и Вейлом?
В его усмешливом голосе не чувствовалось желания получить ответ. Он выглядел человеком, который наслаждался тем, что может вдоволь поиграть с существом, стоящим ниже его. Маг медленно выкладывал инструменты на стол, один за другим, так, чтобы Энок видел их как можно лучше. Ему точно не хватало лишь циркового грима.
— Итак, тогда...
В тот момент, когда глаза мага начали светиться предвкушением и возбуждением:
— Значит, это всё, что ты можешь показать?
Низкий голос Энока прервал мага. Тот сузил глаза, не способный скрыть свое недоумение. Морщинки на его лбу выдавали крайнее раздражение.
— Что? В такой ситуации ты смеешь ещё и хорохориться...
Ква-ддык! Ква-джик!
Звук разрываемого воздуха эхом разнесся по кабинету. Магические цепи, сковывающие тело Энока, рассыпались в пыль, словно осколки прозрачного стекла, и рассеялись в воздухе.
— ...!?
Маг в изумлении попытался отпрянуть назад, но движения Энока были быстрее.

Комментарии

Загрузка...