Щелк.
В тот самый миг, когда я нажал мышкой, мир замер.
Точнее — он не замер. Он разлетелся на куски.
[ Усиление провалено! ][ Оружие было уничтожено. ]
— ...Чего?
Пальцы Ли Джунхёка застыли в воздухе.
Он, не мигая, смотрел, как ослепительно сиявший на экране лук — вещь ценой в миллионы вон, плод несчетных бессонных ночей — в одно мгновение рассыпается, словно пыль.
Одна секунда.
Две секунды.
Три секунды.
— Эй.
Голос сорвался.
— Эй, эй, э-эй-эй-эй...
Стул с грохотом отлетел назад. Джунхёк вцепился в свои волосы и заходил кругами по комнате.
Казалось, в голове что-то лопнуло.
— Да как это понимать?! Где это видано?!
Он взвыл. Слышал, как сосед за стеной начал яростно колотить по перегородке, но ему было глубоко плевать.
Это было оружие +16. Шестнадцатый уровень усиления. Джунхёк даже не помнил точно, сколько денег ушло на него и какое количество дней он спустил в никуда. Да и не хотел вспоминать. Это было всё, что у него было. Это было оружие, заменявшее ему целую жизнь.
И оно превратилось в хлам.
— Это мошенничество, это стопроцентный обман, и...
Сердце вело себя странно.
В самой груди разливалась боль, и трудно было даже подобрать ей название. Что это — гнев? Агония? Не разобрать. По спине градом катился холодный пот. Кончики пальцев онемели. Края зрения затянуло белесой пеленой.
— Нужно просто снова собрать камни усиления, сделать всё заново, ещё не...
В мозгу будто что-то взорвалось.
А затем зрение стало белым. Совершенно, абсолютно белым.
В последнюю секунду в голове Ли Джунхёка пронеслась лишь одна мысль:
«А, моё усиление! Кажется, надо было просто попробовать ещё раз!»
Это было последнее желание одержимого дофамином демона.
Я открыл глаза.
Надо мной был потолок.
Белый, с изящным лепным декором — я никогда в жизни такого не видел. Кристаллы, свисавшие с люстры, ловили утренние лучи, рассеивая по комнате маленькие радуги.
Джунхёк какое-то время тупо пялился в потолок.
«...Мой предмет».
Даже после смерти ярость не утихла. Чувство досады мертвым грузом лежало где-то в глубине души.
Я медленно приподнялся.
И как только взглянул на свои руки — замер.
Тонкие, бледные кисти. На ладонях ни единой мозоли, руки человека, который никогда в жизни не держал ничего по-настоящему ценного. Ничего общего с моими настоящими руками — с тем шрамом от ожога, когда я варил рамён, и огрубевшими от клавиатуры суставами.
Я несколько раз перевернул ладони, внимательно рассматривая их. Пошевелил каждым пальцем по очереди.
«Реинкарнация... нет, вселение, получается».
Я не особо удивился. Досада и чувство несправедливости были настолько сильны, что другим эмоциям не осталось места, чтобы пробиться наружу.
Даже перед лицом абсурдной ситуации с попаданием в другой мир мозг Джунхёка продолжал мусолить проваленное усиление.
«Ха-а, ну до чего же обидно».
Сколько времени ушло на создание того предмета? Сколько камней усиления я накопил? Я даже кредитку опустошил, чтобы докинуть денег.
— Вот же бл...
Из чужого рта вырвался чужой голос. Другой тембр, другой объем. Но эмоция, вложенная в это слово, была целиком и полностью от Ли Джунхёка.
Долгое время подавляя эту горечь, я наконец огляделся вокруг.
Здесь было просторно. Спальня, в которой легко уместилось бы десять моих прежних квартир. На стенах висели дорогие на вид картины, а за окном тянулся бесконечный сад. Дороги, по которым ездили кареты, каменные здания. Средневековый город, который чем-то напоминал декорации из игры.
Стоя у окна и вглядываясь в пейзаж, я подумал:
«А есть ли здесь механика усиления?»
Если коротко — её не было.
Это я выяснил за три дня, перевернув вверх дном библиотеку и исподволь допрашивая слуг.
Магия была. Мана — тоже. Это был самый настоящий фэнтези-мир: рыцари, волшебники, словно сошедшие с экрана монитора. Существовали техники наполнения оружия маной для повышения прочности, были способы зачаровать снаряжение с помощью магии.
Но усиления не было.
Не было системы, где приходится рисковать жизнью, накапливая камни для шанса на успех. Не было тех 0,002% вероятности. Не было того трепета, от которого взрывается сердце.
Ужасно.
Я действительно так считал. Мало того, что меня забросило в мир, где нет усиления, так ещё и жизнь моя оборвалась самым обидным образом. Досада наслаивалась на досаду.
Если уж искать хоть какое-то утешение...
«Азартные игры наверняка есть».
Наслаждение, получаемое от успеха вопреки ничтожным шансам, по своей сути сродни азарту. Пожалуй, это не совсем то же самое, но кто знает — возможно, это способно дать хоть какой-то похожий заряд.
Раз уж я погиб и усиления здесь нет, мне была нужна альтернатива.
Имя тела, в которое я вселился — Энок Валлар.
Младший сын графа Валлара. Единственный мужчина среди одного сына и трех дочерей.
Одного взгляда на комнату хватило, чтобы понять, какой жизнью он жил. Одежда из первоклассных тканей, обувь, которую он надевал раз и бросал в углу, нетронутые новые книги, которые явно никто не читал. Вокруг валялись дорогущие вещи, но к ним относились так, будто они ничего не стоили.
Пространство человека, выросшего в безмерной избалованности.
Отношение слуг было таким же. Говорили они вежливо, но в их взглядах проскальзывала странная настороженность. Не страх — скорее, пристальное наблюдение.
Взгляд, полный ожидания: «Что он выкинет на этот раз?»
Именно таким человеком был Энок Валлар.
В то утро, когда я собрался отправиться в игорный дом, в коридоре меня перехватил дворецкий. Старик лет пятидесяти — стоило ему увидеть меня, как на его лице отразилась целая гамма сложных чувств.
— Молодой господин, куда вы собрались?— Нужно выйти по делам.— Сегодня... граф сказал, что у него есть разговор...— Потом.
Дворецкий, кажется, пытался сказать что-то ещё, но его слова прошли мимо ушей. В голове у меня крутилась лишь одна мысль:
«Азартные игры — это весело?»
Игорный дом нашёлся на удивление быстро.
Стоя в переулке перед зданием без вывески, я перевёл дыхание. Из-за дверей доносился шум: звон монет, стук костей, смесь воплей отчаяния и торжествующих криков.
Похоже.
Структура этого шума странно напоминала тот гул в игровых чатах, когда кто-то успешно усиливал предмет. Джунхёк, точнее — Энок, толкнул дверь и вошел.
Внутри стоял спертый воздух, пахло чем-то невнятным, приглушённый свет падал на столы, вокруг которых теснились люди, поглощённые игрой.
Я выбрал самый простой на вид стол. Игра заключалась в том, чтобы угадать число на костях. Я купил фишки и сделал ставку.
Дилер встряхнул стакан с костями. Стук — и он опустил его на стол.
Сердце забилось. Определенно забилось.
Но...
Не то.
Это было совсем не похоже на тот трепет, который дарило усиление. Как будто ждёшь холодного ситро, а пьешь пресную воду.
Стакан подняли. Я ошибся. Мои фишки исчезли.
Никаких чувств.
Ни отчаянного разочарования, как при провале усиления, ни ярости, от которой кровь бросается в голову. Просто пустота. И осознание того, что деньги пропали.
«Азарт — это не усиление».
Энок медленно положил оставшиеся фишки на стол. В этот момент за соседним столом послышались голоса:
— ...Это про младшего из рода Валлар? Он до сих пор сюда ходит?— Да вон он, видишь? Но интересно, есть ли у него ещё деньги. Ты разве не слышал слухи?
Рука Энока замерла. Голоса стали тише.
— Какие слухи?— Что дом Валларов почти разорен. Говорят, и имущество графини, и поместья — всё было заложено под гарантии! И всё из-за долгов этого непутёвого.— Не может быть.— Ещё как может. Только по тому, что я слышал, сумма там такая, что...
Я волей-неволей прислушался. Цифры, которые долетели до меня, были совершенно иного порядка, чем те, что я когда-то вытягивал с кредиток в прошлой жизни.
— ...
Энок обменял остатки фишек и встал. Выйдя из игорного дома, он остановился в углу переулка. Холодный воздух ворвался в лёгкие.
— Ха...
«Мало того, что усилений нет, так ещё и владелец этого тела вляпался в долги? Да такие, что дом Валлар скоро пойдет по миру?»
Энок прислонился спиной к стене переулка и посмотрел вверх. Звёзды. Чужие созвездия в чужом небе.
Вид был впечатляющий, но в душе царила полная пустыня. Как только исчез этот колоссальный источник дофамина — усиление, — жизнь разом окрасилась в серые тона.
Все эти дрязги казались бессмысленными. Может, просто умереть?
Если повезёт, глядишь, проснусь в мире, где усиление всё-таки существует.
Но я тут же отбросил эту мысль. Рисковать, не зная, будет ли перерождение, нельзя. Я обязан был почувствовать этот вкус снова.
Мысль о гигантских долгах отошла на второй план. То, что я никогда больше не смогу ощутить экстаз от усиления, давило куда сильнее, чем грядущая катастрофа.
Развалится ли дом, что будет со мной — всё это казалось далёким и ненастоящим. А вот жизнь без усиления — это я прочувствовал за три дня до самых костей.
«Буду искать».
С того самого дня я начал как сумасшедший искать «систему усиления».
В процессе я случайно спалился перед поместьем насчет своих «долгов», была истерика, но до совсем уж крупных бед не дошло. Отделался месяц домашнего ареста.
На удивление лёгкое наказание.
Но Энока такие пустяки совершенно не волновали.
«Усиление... Усиление...»
Я был настолько поглощен этим поиском, что перестал замечать всё вокруг, и так пролетел целый год.
Сегодня я, как обычно, безрезультатно бродил по городу в поисках системы усиления. Переставляя ноги без всякой задней мысли, я внезапно остановился перед одним из переулков.
Странное предчувствие охватило меня. У меня не было цели идти именно сюда. Я совершенно ни о чем не думал. Но тело само начало двигаться дальше.
Будто по старой привычке, по пути, который я проходил сотни раз.
«Почему мне здесь всё так знакомо?»
Сначала я подумал, что тело само тянется к местам, любимым прежним Эноком, но дело было не в памяти мышц. Я узнавал саму дорогу.
А это означало, что этот путь я видел в прошлой жизни.
Ситуация не поддавалась логике, но ноги не останавливались. Сердце начало колотиться всё быстрее.
Переулок становился всё уже. Чем дальше мы уходили от шумного центра города, тем извилистее становилась дорога, и прохожие исчезали один за другим.
Никаких вывесок. Обычная улочка, зажатая между старыми каменными зданиями, которой даже на картах не было.
Лишь звук моих шагов, отскакивающий от стен, нарушал тишину.
Я пдобычаал по этому лабиринту, перелезал через низкие стены. В какой-то момент зашел в старую дверь, попал в чужое здание (внутри было пусто), и вышел через другую дверь.
Сколько я так прошел?
И вдруг, словно мираж, передо мной возникло здание.
Ободранное. Без вывески. Окна затянуты плотной тканью, дверь была наглухо заперта.
С виду — обычная заброшенная руина. Пройди кто мимо — даже не взглянул бы в ту сторону.
Но Энок остановился.
И именно в этот момент...
В голове будто что-то разом рухнуло. Словно я открыл ящик, из которого с грохотом вывалились помятые бумаги: воспоминания, о которых я никогда не задумывался, информация, которую я никогда не знал, заполнили мозг до краёв.
Энок машинально прижал руки ко лбу. Тяжесть этих знаний давила физически.
Постепенно эти обрывки начали складываться в картину.
Это была информация об игре.
Давным-давно, на этой земле жил герой.
Герой, который защитил империю и поверг демонов. Дом Валлар был тем самым родом, который основал этот первый герой, получив титул от императора.
Имя «потомок героя» само по себе было синонимом славы. И для аристократов, и для простолюдинов название «Валлар» было не просто фамилией, а своего рода символом.
Но с годами эта слава тускнела.
С самого первого героя в роду больше не рождалось героев. Кровь разбавлялась с каждым поколением, и реальная сила и влияние семьи угасали — незаметно, но неуклонно.
Тем не менее, веса в их имени хватало. Они держались только на своей репутации.
А потом в этой семье одна за другой родились три дочери.
Семья отчаянно жаждала «сына», наследника рода. Они продолжали попытки, и в конце концов родился Энок Валлар.
Единственный сын. Младший. Единственный мужчина.
В семье его носили на руках. Энок рос, окруженный ожиданиями графа и графини. Что бы он ни натворил, они оправдывали это широтой его души, мол, у него просто размах большой.
Естественно, Энок вырос с убеждением, что весь мир вращается вокруг него, и он может получить всё, что пожелает.
Никто и никогда не говорил ему «нет», и Энок попросту не знал, что это такое.
И вот результат перед глазами.
Азартные игры. Долги. Постепенно подъедая состояние семьи, в какой-то момент он начал спускать всё под чистую. Ожерелья графини, поместья — всё было заложено под гарантии. Он вчитал дом Валлар, тот самый род потомков героев, в руины всего за несколько лет.
Всё это совершил Энок.
А разгребать всё это...
В голове всплыло лицо главной героини оригинального сюжета. Третья сестра Энока.
Личность, которая, преодолев суровую реальность, в конце концов вырастет и станет героем. Человек, который взвалит на себя весь этот хаос — долги, крах семьи, брата-негодяя — и продолжит свой путь.
Энок некоторое время обдумывал этот факт.
И осознал.
Я вселился в тело негодяя из игры, которая когда-то была безумно популярна. И роль у него была такая: в середине сюжета получить мощный урок «правильного воспитания» и сойти со сцены. А в конце появиться снова, заключить контракт с демоном и бесславно погибнуть.
— ...
Энок долго молчал.
Он не чувствовал страха или жалости. В конце концов, это всё натворил Энок Валлар, а не Ли Джунхёк.
Но так или иначе, теперь Энок — это я, и жить дальше в этой реальности придётся мне. И финал с демоном тоже ждёт меня.
«Ну, это всё потом».
Энок снова перевел взгляд на здание.
Вместе с потоком воспоминаний об оригинале всплыло кое-что ещё.
Раздел, который открывался лишь в поздней стадии игры. Место, куда в конце концов стекались самые упорные игроки. Причина, по которой Энок подсознательно пришел в этот переулок. Место, которое он нашел инстинктивно.
Место, где можно было усилить тело с определённым шансом.
Подозрительная лаборатория.
Как только это слово отчетливо засело в мозгу, сердце Энока ухнуло вниз.
Нет, не вниз. Оно бешено заколотилось. Что-то, что спало целый год, проснулось в одно мгновение. Кончики пальцев покалывало. Во рту пересохло.
Можно усиливать.
В этом мире тоже существует усиление.
Пусть не оружие. Не система повышения уровней и не создание лучшей экипировки. Но это было усиление.
Система, в основе которой лежали бросок судьбы, жажда успеха, риск и вероятность разрушения, — всё это было прямо передо мной.
— Ха.
Вырвался смешок. Непроизвольный. Уголки губ поползли вверх сами собой.
Как там сложится с долгами Валларов, что там по оригинальному сюжету — всё это в один момент отошло на второй план, куда-то очень далеко.
Энок шагнул к зданию.

Комментарии

Загрузка...