Цуй Синхэ устремил взгляд на Гао Яна и произнес: ─ Господин Гао, этот чиновник признает: у вас великий талант, но этот план совершенно невыполним.
─ Ни один голод от саранчи за всю историю не заканчивался тем, что ее просто съедали!
Гао Ян посмотрел на Цуй Синхэ, и на его лице появилась улыбка, вот только сказанные им слова заставили Цуй Синхэ опешить.
─ Господин Цуй, вы правы, но в то же время и неправы.
─ Ранее я уже уточнял у Императрицы: саранча в Гуаньчжуне уже свирепствует или преобладают яйца? Этот момент имеет важнейшее значение!
Цуй Синхэ замер, и весь Императорский кабинет замер вместе с ним.
─ Господин Гао, что вы имеете в виду?
Цуй Синхэ нахмурился, чувствуя смутное беспокойство.
Гао Ян обвел взглядом сановников в Императорском кабинете и заговорил: ─ Когда в детстве я был озорником, мне посчастливилось встретить в заброшенном горном храме старика с лицом бессмертного, который оставил после себя древний трактат, где как раз описывалась саранча.
─ Существует множество видов саранчи, но лютуют главным образом два: пустынная и азиатская перелетная. В пределах Великого Цянь буйствует по большей части азиатская.
─ При этом вне зависимости от того, азиатская это саранча или пустынная, строение их тел весьма своеобразно: они делятся на одиночную и стадную фазы.
─ Проще говоря, пока нашествие еще не разразилось и насекомые не сбились в тучи, они окрашены в зеленый цвет или имеют преобладающий зеленый оттенок. В этот момент саранча совершенно не ядовита, а ее мясо нежно, богато протеинами и аминокислотами. После обжарки во фритюре она выглядит точь-в-точь как жареные креветки.
Пока Гао Ян говорил, он невольно облизнул губы.
В прошлой жизни он тоже брезгливо относился к насекомым, пока во время поездки в Гуандун случайно не отведал жареной саранчи – вкус потряс его до глубины души.
После этого он даже навел справки о саранче, и, сопоставив собранные данные с той, что водилась в Великом Цянь, понял, что они практически неотличимы.
Значит, ее определенно можно есть.
А если вдруг обнаружится разница – ничего страшного, в худшем случае сошлют в Линань, делов-то.
В Императорском кабинете воцарилась тишина.
Присутствующие ошеломленно хлопали глазами.
Саранча делится на одиночную и стадную фазы?
У Чжао и вовсе лишилась дар речи.
Зеленая саранча мало того что не ядовита, так еще и невероятно вкусна, да к тому же богата какими-то протеинами и аминокислотами?
─ Что это за зверь – протеины и аминокислоты? ─ не удержавшись, спросила У Чжао.
Гао Ян просто пояснил: ─ Грубо говоря, это значит, что в них очень много питательных веществ.
Окружающие застыли в изумлении.
Саранча и вкусная еда – разве эти вещи вообще совместимы?
Слыханное ли дело!
─ Как только саранча застилает небо и землю, их повадки меняются, они приобретают серо-черную или желтую окраску, становятся буйными, и вдобавок всего за несколько часов в их телах вырабатывается яд. Если простой народ съест слишком много такой саранчи, это нанесет вред здоровью.
─ Ядовитая саранча, о которой говорили господин Цуй и Первый министр Сюй, – это как раз стадная разновидность.
─ Но раз уж в Гуаньчжуне нашествие еще не началось, можно смело поощрять народ ловить зеленую саранчу и пускать ее в пищу. Это позволит предотвратить превращение насекомых в стадную форму после вспышки бедствия. Людей в нашем Великом Цянь много, а культура питания уходит корнями в глубокую древность – всегда найдутся те, кто любит поострее да покруче и непременно захочет рискнуть!
─ Почему бы саранче не стать новым кулинарным деликатесом?
Бум!
Глядя на Гао Яна, непринужденно рассуждающего в самом сердце Императорского кабинета, сановники чувствовали, как у них в головах гудит от наплыва мыслей.
Саранча делится на два вида?
Одиночная и стадная?
Причем одиночная зеленая саранча не ядовита и безумно вкусна, а стадная – ядовита?
Цуй Синхэ остолбенел.
Сюй Сюаньцзи потерял дар речи.
У Чжао тоже была ошеломлена.
Все сказанное Гао Яном выходило за рамки их понимания.
Саранча может стать блюдом высокой кухни?
Пережив шок, Ван Чжун шагнул вперед и прямо заявил: ─ Абсурд, до чего же абсурдно! Если эта саранча зеленая, с какой стати ей превращаться в серо-черную?
─ Да как такое вообще возможно!
С этими словами он повернулся к У Чжао, сложил руки в поклоне и произнес: ─ Ваше Величество, внук князя Динго несет чушь и смущает умы! Ваш покорный слуга молит о суровом наказании для него!
Гао Ян бросил на Ван Чжуна косой взгляд, но ничего не ответил.
Подобные вещи касались биологической эволюции, и он сам понятия не имел, каков точный механизм изменения окраски и выработки яда у одиночной саранчи при ее переходе в стадную форму.
p>Но это был неоспоримый факт.
У Чжао перевела взгляд на Цуй Синхэ и потрясенно спросила: ─ Достопочтенный Цуй, неужели саранча и впрямь делится на две формы?
Цуй Синхэ тоже растерялся: ─ Ваше Величество, саранча действительно бывает разной: встречается и зеленая, и серо-черная. И нашествие саранчи и впрямь связано с серо-черными особями, как и сказал Гао Ян!
─ Но то, что она бывает ядовитой и неядовитой, а также переходит из зеленого состояния в серо-черное из-за разделения на одиночную и стадную фазы – этому же нет никаких доказательств!
─ Ваш покорный слуга считает это дикой небылицей и полнейшей нелепостью!
Колеблясь, Цуй Синхэ все же высказался против.
У Чжао тоже терзали сомнения – слова Гао Яна звучали слишком уж невероятно.
Гао Ян посмотрел на Императрицу и твердым, чеканным голосом произнес: ─ Ради простого народа Поднебесной ваш покорный слуга, младший министр Министерства финансов Гао Ян, готов послужить государству!
─ Всю саранчу, которую добудет Ваше Величество, я готов лично испробовать на себе, и чем больше, тем лучше! К тому же всю зеленую саранчу можно продавать мне по дешевке, а уж я придумаю, как ее сбыть.
─ Полагаю, это тоже можно считать вкладом в благополучие державы!
Ого!
Лично пробовать саранчу на яд!
Неужели этот Гао Ян и вправду так благороден?
Шангуань Ваньэр была поражена до глубины души.
То ведь саранча, а он ради простого народа добровольно соглашается испытать яд на собственном теле.
Оказывается, она сильно заблуждалась насчет его морального облика.
Лицо Гао Яна оставалось беспристрастным, однако в душе он вовсю ухмылялся.
В его родные времена такая неядовитая саранча стоила по несколько юаней за шпажку, ни в чем не уступая говядине или баранине, к тому же была невероятно вкусной – он и сам ее обожал.
У него уже созрел план: возможно, удастся неплохо нажиться на этой саранче да заодно заработать безупречную репутацию.
В конце концов, ради простого народа он, Гао Ян, первым испытал саранчу на себе – если эта весть разойдется повсюду, от нее будет колоссальная польза.
В бушующем мире без имени и славы делать нечего.
В сердце У Чжао бушевали сомнения, но к самому Гао Яну она стала относиться заметно лучше.
Добровольно засунуть в рот такую гадость, как саранча – поистине достойный поступок истинного храбреца.
К тому же предложенный Гао Яном план действительно выглядел осуществимым.
Сун Ли намеревался было вмешаться, но, подумав, благоразумно промолчал.
Сюй Сюаньцзи не выдержал и посмотрел на Гао Яна: ─ Господин Гао, осознаете ли вы, что речь идет о миллионах жизней жителей Гуаньчжуна? Если здесь будет допущена ошибка, ее не искупить ни вам, ни всему роду князей Динго.
─ Выбирайте выражения!
Это звучало почти как открытое предостережение!
Даже с уходом на уровень всего поместья княжича Динго!
Гао Фэн с недоверием уставился на сына: с каких это пор этот непутевый отпрыск успел забредшие в горы встретить какого-то старика, который еще и вручил ему книгу?
Да и с каких пор этот оболтус вообще стал читать книги?
Просто чертовщина какая-то!
Но видя, как уверенно тот рассуждает и даже готов скупать саранчу, Гао Фэн тоже засомневался.
Наконец он с силой стиснул зубы.
─ Ваше Величество, поместье княжича Динго готово заложить родовые усадьбы и земельные грамоты в качестве залога, чтобы задешево скупать саранчу и облегчить бремя государственной казны. Я… ваш покорный слуга тоже готов лично отведать саранчи, чтобы делом подтвердить слова этого непутевого сына!
На лице Гао Фэна застыла маска мучительной боли.
Видать, в прошлой жизни он сильно согрешил, раз заполучил такого наследника – видать, судьба у него такая!
Как только эти слова сорвались с уст, весь Императорский кабинет содрогнулся от изумления.
Усадьбы и земельные грамоты поместья княжича Динго – это же колоссальные богатства!
К тому же за ними стояла вековая слава, стяжанная поколениями предков, это был краеугольный камень всего рода.
Но еще больше сановников поражало то, что всего лишь из-за каких-то слов Гао Яна Гао Фэн решился поставить на кон абсолютно все!
У Чжао тоже была потрясена до глубины души.
─ Достопочтенный Гао, вы хорошо подумали?
Гао Фэн кивнул, сохраняя бесстрастное выражение лица: ─ Этот сорванец наконец-то взялся за ум на склоне лет, и долг отца – всемерно его поддержать.
─ Если саранча и вправду окажется ядовитой, эти серебряные монеты сойдут за посильный вклад в дела государства, не велика потеря. Надо полагать, Ваше Величество не позволит всему роду князя Динго умереть с голоду.
Гао Ян почувствовал внутренний трепет и перевел взгляд на спину отца.
В этот момент, помимо охватившего его чувства благодарности, ему почему-то нестерпимо захотелось купить Гао Фэну парочку мандаринов.
Фениксоподобные глаза У Чжао остановились на Гао Яне.
В ее груди бушевали волны.
Если продолжать бездействовать, нашествие саранчи в Гуаньчжуне неизбежно разразится. Тогда земля на тысячу ли вокруг покроется мертвыми костями, народ будет страдать, а то и поднимет мятеж!
Раз так, почему бы не сыграть ва-банк? Если яд действительно обнаружится, в худшем случае придется потерять еще немного серебра.
─ Я не настолько бессовестна, чтобы перекладывать все тяготы на плечи моих чиновников!
Она посмотрела на Гао Яна и глубоко вздохнула: ─ Раз уж ни у кого из министров нет иного выхода, поступим так, как предлагает Гао Ян.
─ Некоторые вещи невозможно узнать, пока не попробуешь.
─ Что же до убытков – покроем их из моей личной казны!
Гао Ян едва не расслышал слова превратно и изумленно уставился на У Чжао.
Какого черта?
Из личных трусов… тьфу ты, то есть из личной казны Императрицы! Чуть было конфуз не вышел.
Сбоку раздался тяжелый, мрачный голос Цуй Синхэ: ─ Господин Гао, даже если написанное в том древнем трактате правда,
─ это касается лишь небольшого количества неядовитой саранчи. Но на полях Гуаньчжуна полно личинок, а судя по словам господина Гао, они непременно превратятся в стадную, ядовитую саранчу!
─ Как быть с этим?
Слова Цуй Синхэ мгновенно заставили лица остальных сановников помрачнеть.
И впрямь, как он и говорит.
Сейчас главная задача – избавиться от этих яиц и личинок!
Иначе саранча вновь заслонит солнце и с ней будет невозможно справиться.
Гао Ян улыбнулся: ─ У меня есть третий план: биологический метод борьбы и использование природных врагов! У каждого творения свои скрепы!

Комментарии

Загрузка...