С этими словами в залу уверенной и размашистой походкой вошел молодой человек в роскошных одеждах, держащий в руке складной веер.
Чан Цин:
– ?
– Братец?
– Ты вообще кто такой?
─ Кто-нибудь знает этого человека? ─ обратился Чан Цин к Фэнхуа и Сюэюэ.
Обе сестры дружно покачали головами.
Чан Цин мысленно всё понял.
Молодой человек продолжал приближаться, на ходу заявляя: ─ Когда я впервые узрел двух прекрасных феи, мое сердце преисполнилось пылкой страстью. Не соизволят ли они уделить мне время, чтобы вместе полюбоваться цветами и провести эту ночь в приятной беседе?
Остальные ученики Зала Закона одарили его презрительными взглядами.
Мало того что пытался подкатить к девушке, так еще и на обеих сразу глаз положил?
Мечтай дальше!
Фэнхуа и Сюэюэ синхронизировались в выражении лиц, состроив гримасы, будто им только что довелось отведать чего-то крайне несъедобного.
Что за отребье в наши дни мнит себя аристократами?
─ Не подскажете, кто вы такой, уважаемый даос? ─ преградил им путь Чан Цин.
─ Какое твое собачье дело, о чем я разговариваю с этими барышнями? Проваливай, ─ без церемоний бросил разодетый юнец.
─ Зачем же проявлять такую грубость и невоспитанность, даосский друг?
─ И что с того? Да ты хоть знаешь, кто я?!
Стоило молодому человеку произнести это, как Чан Цин, сам того не замечая, тронул уголки губ едва заметной улыбкой.
─ Кем бы вы ни были, хамить не пристало.
─ Я – молодой господин Лун Баци, гордость великого клана Лун с Северных Равнин. Мой почтенный отец, Лун Аотянь, – человек, перед которым даже глава Павильона Меча трепещет и выказывает уважение, ─ Лун Баци криво усмехнулся. ─ Ну что, скажешь теперь, имею я право нахамить?
─ А знаете ли вы, кто я?
Брови Лун Баци сошлись на переносице.
Уж не из какого ли он влиятельного клана Северных Равнин, превосходящего по мощи даже дом Лун?
Может, из семьи Е или клана Ван?
─ И кто же вы...
─ Я, разумеется, член семьи Фэнхуа и Сюэюэ, ─ невозмутимо улыбнулся Чан Цин.
Лун Баци на миг почуствовал себя одураченным, но тут же призадумался: к чему собеседнику так подчеркивать родство с девчонками?
Неужели...
─ Постойте, старший, неужели вы...
─ Разумеется, я самый он и есть, ─ кивнул Чан Цин.
Лун Баци тут же расплылся в лучезарной улыбке.
Фэнхуа и Сюэюэ переводили взгляды с одного на другого.
Правда, на лице Чан Цина они задерживались чуть дольше.
Пропорция времени составляла примерно один к ста миллионам.
В конце концов обе пришли к единому выводу.
Молодой господин снова затеял какую-то пакость.
─ Дядюшка, здравствуйте! ─ сложил руки в почтительном поклоне Лун Баци. ─ Какая у вас благородная и величественная внешность!
Пусть он и привык добиваться желаемых женщин любыми средствами, но если девица согласна пойти на всё добровольно, процесс доставляет куда больше удовольствия, чем банальное насилие.
Лун Баци не сомневался, что титул клана Лун смертельно запугал старика.
Так и вышло: Чан Цин отмахнулся: ─ Какой я тебе дядюшка.
Лун Баци мысленно захихикал.
Стоило лишь упомянуть имя клана Лун, как этот старик тут же сдал собственных дочерей.
До чего же жалко выглядит.
Тем не менее напускной трепет на его лице остался неизменным: ─ Отец!
─ Эге! ─ охотно откликнулся с улыбкой Чан Цин.
Фэнхуа и Сюэюэ закусили губы, сдерживая смех, а их прелестные личики мгновенно залились краской.
─ Тогда... одобряете ли вы мое приглашение к этим двум феям прогуляться в саду и полюбоваться цветами? ─ Лун Баци потер ладони.
─ Разумеется, я не против, ─ Чан Цин отступил в сторону. ─ Но тебе придется спросить мнения самих фей.
─ Само собой разумеется, ─ расхохотался Лун Баци.
Раз уж их собственный родитель дал добро, неужели эти девчонки посмеют ослушаться?
─ Прекрасные феи, не соизволите ли составить мне компанию в саду?
─ Проваливай. ─ Сказали обе разом.
─ Ха-ха-ха, раз уж на то пошло... Стойте, что вы сказали?
Опешив, Лун Баци уставился на них круглыми глазами, после чего перевел взгляд на Чан Цина, и в его глазах мелькнуло раздражение.
─ А на меня чего смотреть?
─ Феи, должно быть, просто стесняются. Не окажете ли честь, старший, помочь мне уговорить их? ─ лицо Лун Баци сохраняло улыбку, но в голосе прорезались нотки скрытой угрозы.
─ Ладно уж.
Чан Цин подошел ближе и протянул руку к сестрам: ─ Прекрасные феи, не составите ли мне компанию для любования цветами?
─ С удовольствием, ─ Фэнхуа вложила свою ладонь в его руку.
─ Правда ведь, молодой господин? Даже если это игра на публику, обещания надо сдерживать! ─ Сюэюэ с ходу обвила руками другой локоть Чан Цина.
─ Как только пройдете в внутренние врата, я вас отведу туда, ─ Чан Цин высвободил руку из объятий Сюэюэ и потрепал ее по макушке.
─ Уговор дороже денег!
─ Кто нарушит обещание – тот щенок.
Затем Чан Цин повернулся к Лун Баци: ─ Видишь? Никакого стеснения.
Лун Баци почувствовал, как у него от злости задергался нос.
─ Мелкий паршивец, ты посмел меня провести! Ты им никакой не отец! ─ у Лун Баци окончательно сорвало крышу.
─ Я и не утверждал, что я их отец. Зато твой – судя по всему, я.
Чан Цин развел руками, извлек из рукава нефритовый артефакт записи и запустил циклическое воспроизведение:
─ Отец!
─ Эге!
─ Отец!
─ Эге!
─ Отец!
─ Эге!
─ ...
─ Видишь? Запись – лучшее доказательство.
─ Я убью тебя!
Лун Баци взбесился до предела.
Когда это он сносил подобное унижение!
Будучи одаренным от рождения гением, он в столь юные годы уже постиг ступень Золотого Ядра и даже имел на счету победу над закаленным мастером уровня Зарождения Души. Столкнувшись с двумя обычными практиками Зарождения Души и одним юнцом на стадии Основания Дао, он ни во что их не ставил.
Не имея иного выхода, Чан Цин решил сперва умерить пыл зарвавшегося паренька. Обуздав буйного оппонента, он, изображая крайний испуг от непрекращающихся атак на его лицо, был вынужден защищаться исключительно раскрытыми ладонями.
Спустя добрых полсотни ударов и блоков уговоры Чан Цина наконец возымели действие: Лун Баци, похоже, осознал собственные ошибки и горько расплакался.
─ Как... как ты можешь быть настолько силен?
─ О, это? Всё потому, что я несравненный талант, способный играючи превосходить собственный уровень и сокрушать прочих гениев, ─ не моргнув глазом, выдал Чан Цин.
─ Я молодой господин клана Лун! Если ты посмеешь со мной так обращаться, клан Лун живьем с тебя шкуру спустит! ─ скрежетал зубами Лун Баци.
─ Какого еще клана Лун? – поинтересовался Чан Цин.
Лун Баци опешил.
Он-то полагал, что у противника за спиной стоят колоссальные силы, раз тот осмелился поднять на него руку.
Выходит, тот вообще понятия не имел о клане Лун!
─ Клан Лун из Города Драконьего Рыка! Мой отец – Лун Аотянь!
─ Так, а где это территориально?
Неизвестно откуда достав лист бумаги и кисть, Чан Цин приготовился записывать.
─ Тридцать тысяч ли к юго-западу от Павильона Меча.
─ Сколько там старейшин на Махаяне?
─ Двое.
─ Женат?
─ Один еще нет.
─ А из кровных родственников кто есть?
─ Я, дед, бабка, старший дядя... ─ Лун Баци загнул палец, перечисляя родню, как вдруг сообразил, что что-то здесь не так.
─ Какого черта ты творишь?!
─ Ладно, принимай вызов по нефритовой подвеске связи со своей матушкой.
─ У меня нет с матерью никакой подвески связи!
─ Я про свою.
Чан Цин протянул ему нефритовый камень.
Лун Баци обеими руками принял артефакт, из которого тут же донесся заливающийся слезами голос его матери.
У Лун Баци екнуло сердце: его матушка – мастер уровня Преодоления Небесных Скорбей, с чего бы ей так надрывно рыдать?
Не успел он задать вопрос, как мать заговорила первой: ─ Сынок! Кого ты умудрился задеть в Павильоне Меча?! Какой-то старший по имени Даос Куму явился в наш особняк и лупит всех подряд, твоего отца подвесили за ноги и крутят, как юлу! ─
─ Сынок, я твою мать... ─ донесся из подвески слабый голос Лун Аотяня.
─ Вот только не надо при ребенке устраивать... Старший! Вы же обещали: его отлупите, а меня не тронете! ─
Звук в подвеске оборвался на полуслове.
Лун Баци остолбенел окончательно.

Комментарии

Загрузка...