Я долго размышлял, но все же связался с Пань-цзы. Он спросил, зачем я его зову. Я не стал говорить правду, ответил лишь, что нужно встретиться с одним старым знакомым.
Я намеренно хотел, чтобы он увидел Сяохань и чтобы мне удалось разоблачить его неуклюжую ложь. Ты ведь утверждал, что Сяохань мертва? Что ж, давай я дам тебе возможность взглянуть на нее своими глазами.
Мы шли по территории элитного коттеджного поселка, наслаждаясь приятным пейзажем.
Дома здесь были трехэтажными, и так как их строили прямо на склоне горы, вид с каждого уровня открывался по-своему неповторимый. За главными воротами начиналась дорожка, вымощенная галькой. Вдоль нее тянулся ряд каменных скамеек, на которых красовались причудливые бонсаи — зрелище, ласкающее взор. Дорожка сворачивала влево, к лунным воротам, за которыми начинался двор первого уровня.
— Ого, Лао У, и здесь у тебя есть знакомые? Говорят, этот район застраивала крупнейшая девелоперская группа. Глянь на озеленение, оцени планировку, а вон та... девчонка! Да уж, в элитном жилье всё совсем по-другому, — Пань-цзы вертел головой по сторонам, не переставая бубнить себе под нос.
Я покосился на него, озирающегося по сторонам, и мне стало смешно. Впрочем, это действительно был один из лучших жилых комплексов в городе, так что я и сам невольно принялся рассматривать окрестности.
Густые ряды бамбука выстроились вдоль дорожки, их пышные кроны смыкались наверху, образуя подобие сводчатой крыши. Благодаря этому палящее солнце и изнуряющий зной конца лета оставались где-то там, снаружи.
Все вокруг было простым, но изысканным, дышало естественностью, уютом и спокойствием. В сочетании с террасами у воды и тенистыми галереями это создавало особую атмосферу комфортной жизни.
Миновав поворот, мы вышли к третьему блоку третьего сектора. Двухэтажный особняк с европейской оградой, открытый балкон, небольшой дворик с аккуратно подстриженными растениями — всё выглядело очень опрятно. Я нажал на кнопку звонка, и из дома вышла Ся Сяохань.
Увидев ее, Пань-цзы замер в изумлении. Не могу сказать, было ли это искреннее удивление или мастерская игра. Сяохань открыла калитку и спросила:
— Это кто?
Глядя на реакцию Пань-цзы, я запутался еще больше. Если он не лгал, то стоящая перед нами девушка — не Сяохань. Но тогда кто она? Неужели на свете и правда бывают люди, похожие как две капли воды? Я решил не спешить и посмотреть, как будут развиваться события.
— Пань-цзы, неужели не узнаешь? — с легкой иронией спросил я.
— Кажется, вы с самого начала все перепутали. Я — родная сестра Ся Сяохань, меня зовут Хань Ся.
Мы с Пань-цзы воскликнули в один голос:
— Ты — ее сестра?
Она мягко улыбнулась:
— Раз уж пришли, заходите, присаживайтесь.
Внутри дом меня поразил. Деревянные полы, мебель в теплых, но выразительных тонах, свободная планировка, изящные естественные линии. Бежевый диван выглядел очень мягким и уютным. Пусть здесь не было показной роскоши, но обстановка казалась солидной и по-домашнему теплой, с легким налетом интеллигентности. По сравнению с моей каморкой это место казалось дворцом из сказки.
Она радушно налила нам воды и пододвинула корзину с отборными фруктами, приглашая угощаться. Пань-цзы, ничуть не стесняясь, тут же схватил банан и принялся за него.
Этот Пань-цзы всегда вел себя как дома. С набитым ртом он принялся расхваливать жилье:
— Ну и дом, просто роскошь! Для меня большая честь побывать в таком прекрасном месте.
Он прожевал кусок и продолжил:
— А банан-то вкусный, сладкий. Я до сегодняшнего дня даже не знал, что у Ся Сяохань есть сестра. Вы ведь как две капли воды, обе такие красавицы.
Глядя на жадность, с которой он уплетал угощение, и слушая его болтовню, я уже хотел было сделать ему замечание, но тут Хань Ся тихо рассмеялась.
Ее улыбка была подобна весеннему ветерку. Я ощутил нечто странное — чувство, одновременно пугающее и знакомое. Она отличалась от Сяохань, от Хань Ся веяло теплом.
Облака подобны шелковым локонам, нефритовый челнок, легкое платье из тончайшего шелка, едва заметная складка меж бровей... Сейчас мне на ум приходили лишь строки Ли Юя, чтобы описать ее.
Но у меня возник новый вопрос: почему я ничего не знал о существовании сестры Сяохань? Похоже, ответ нужно искать у самой Хань Ся.
Она обратилась к Пань-цзы:
— У тебя язык без костей. Вы оба однокурсники Сяохань, как мне вас называть?
Пань-цзы опередил меня:
— Я — Чжан Ципань, можно просто Пань-цзы.
— А я — У Нянь, — добавил я. — Прошу прощения за то недоразумение в тот день... Я действительно принял вас за нее. Надеюсь на понимание.
В ее глазах я заметил тень сомнения. Я ведь говорил, что видел Сяохань полмесяца назад, и понимал, что она обязательно захочет узнать подробности.
Я лихорадочно соображал, как выкрутиться. Происходящее было слишком странным, и я никак не мог привести мысли в порядок.
Она не стала торопить меня с ответом и тихо произнесла:
— После развода родителей я осталась с мамой. — На ее лице отразилась печаль. Помолчав, она продолжила: — Сяохань ушла с отцом. Эх, была такая крепкая семья... Полгода назад с Сяохань случилась беда, я даже не смогла проводить ее в последний путь. Знаете, почему я сменила имя на Хань Ся? В память о сестре. Кто бы мог подумать, что и мама тоже погибнет... — По ее щекам покатились слезы.
Даже Пань-цзы, видя ее горе, проникся жалостью:
— Я только сейчас узнал, что вы ее сестра. Раньше она об этом не упоминала.
Хань Ся вздохнула:
— У каждой семьи свои скелеты в шкафу. О многом приходится молчать. К тому же, Сяохань тогда была в обиде на мать, мы почти не общались, и она не любила о нас говорить. Наверное, поэтому вы ничего не знали.
Я осторожно спросил:
— Примите мои соболезнования по поводу кончины вашей матушки... Простите, что был так бестактен в тот день. Удалось ли поймать водителя, который это устроил?
Хань Ся смахнула слезы:
— Это был пьяный водитель, он пытался скрыться, но его поймали.
Пань-цзы, не знавший о недавней трагедии, огляделся по сторонам, не видя в доме других людей. Он перевел взгляд на Хань Ся и удивленно проговорил:
— Матушка... она... примите мои соболезнования.
Затем он наклонился к моему уху и прошептал:
— Лао У, ну ты и негодяй. Такое событие, а ты мне заранее не сказал.
Я не собирался ничего скрывать от него, просто сам не знал, как все обернется. Я бросил на Пань-цзы суровый взгляд, проигнорировав его замечание.
Хань Ся взяла себя в руки и посмотрела на меня:
— Вы сказали, что видели Сяохань. Вы выглядели очень серьезным, когда говорили об этом. Что именно произошло?
Изначально я хотел разоблачить ложь Пань-цзы, но события приняли оборот, который я никак не мог предугадать. Я и представить не мог, что у Сяохань есть сестра.
Я знал, что она спросит, и лихорадочно искал предлог, чтобы уйти от ответа. Я и так был по горло сыт всей этой чертовщиной и не хотел наживать новых проблем. Я только открыл рот, чтобы заговорить, как этот болван Пань-цзы вклинился в разговор.

Комментарии

Загрузка...