***
Ёмён отправился на Мальту не сразу.
Конечно, он не собирался заявляться туда открыто.
Ёмён отправился в Мальту не сразу.
Ему требовалось кое к чему подготовиться, да и, кроме того, в Академии Лорд-Хау нашелся Лерак, с которым ему нужно было встретиться.
Ёмён Лераком.
Поэтому, завершив разговор с Кимом Филби, Ёмён тихонько набросил Иллюзию кровавых слез.
Никаких препятствий. Благодаря защитным Мальтой, которые все еще помнили его в качестве студента, ему удалось пробраться в студенческое общежитие под видом простого уборщика.
«Писатель» из внешнего мира и сосед Ёмёна по комнате. У него нужно было кое-что выяснить.
Пейзаж внутри академии, увиденный после столь долгого перерыва... оказался мирным. Во всяком случае, он казался далеким от внешнего гала о генеральных секретарях и президентских выборах в США.
Разумеется, заявляться туда открыто он не собирался.
Хотя из-за периода экзаменов многие студенты выглядели донельзя уставшими, в школьной форме и молодости таилось некое волшебство, заставляющее даже это казаться мирными буднями.
Он уже обеспечил президенту Мальта язву желудка, и доводить до ручки еще и желудок директора Химены было бы слишком сильной кармической нагрузкой, даже для него.
Поэтому, завершив разговор с Кимом Филби, Ёмён тихонько набросил Иллюзию кровавых слез.
Тихо шагая среди студентов, Ёмён едва заметно предался ностальгии.
Никаких препятствий. Благодаря защитным маталам, которые все еще помнили его в качестве студента, ему удалось пробраться в студенческое общежитие под видом простого уборщика.
Дорожки академии, долетающий издалека морской бриз, тайком перелазанный забор общежития.
Пейзаж внутри академии, увиденный после столь долгого перерыва... оказался мирным. Во всяком случае, он казался далеким от внешнего гала о генеральных секретарях и президентских выборах в США.
Хотя студенческих воспоминаний у него не водилось, в каждом знакомом месте для него таилась своя собственная история.
Хотя из-за периода экзаменов многие студенты выглядели донельзя уставшими, в школьной форме и молодости таилось некое волшебство, заставляющее даже это казаться мирными буднями.
«Быть может, именно такие воспоминания Куини Коуэн и пыталась оставить будущим поколениям?..» — мелькнула в голове мимолетная мысль, когда...
Ёмён отпер дверь комнаты, в которой жил прежде. К его удивлению, за ним все еще числилось то же самое место.
Каким бы ни был верный ответ, войдя в комнату, Ёмён первым делом взял в руки метлу.
Тихо шагая среди студентов, Ёмён едва заметно предался ностальгии.
«...Ну и свинюшник.» Свинарник чертов.
Дорожки академии, долетающий издалека морской бриз, тайком перелазанный забор общежития.
Да уж, комната, в которой Баоник Лерак жил один, утопала в грязи.
Хотя студенческих воспоминаний у него не водилось, в каждом знакомом месте для него таилась своя собственная история.
Хуже всего пришлось кровати Ёмёна. На ней валялись крошки от печенья и кое-как сброшенная одежда.
«Быть может, именно такие воспоминания Куини Коуэн и пыталась оставить будущим поколениям?..» — мелькнула в голове мимолетная мысль, когда...
«Этот ублюдок офигел?»
Ёмён отпер дверь комнаты, в которой жил прежде. К его удивлению, за ним все еще числилось то же самое место.
Наверняка свою кровать он держал в чистоте, а кровать Ёмёна превратил в помойку.
?.
Вспомнив, как Баоник радовался, заполучив двухместную комнату в единоличное пользование, Ёмён с ледяным лицом принялся за уборку. Бесить-то его это бесило, но уборка есть уборка.
Каким бы ни был верный ответ, войдя в комнату, Ёмён первым делом взял в руки метлу.
Как бы то ни было, сколько он так убирался?
«...Ну и свинюшник.» Свинарник чертов.
Когда проходивший мимо сотрудник общежития бросил Ёмёну: «Закончив здесь, уберитесь и на верхнем этаже», а грязная комната наконец засияла чистотой...
Да уж, комната, в которой Баоник Лерак жил один, утопала в грязи.
Баоник вернулся в общежитие.
Хуже всего пришлось кровати Ёмёна. На ней валялись крошки от печенья и кое-как сброшенная одежда.
— Ого, усердно трудитесь. Но почему в такой час... А! Вы тут новенький? Впервые вас вижу.
«Этот ублюдок офигел?»
— Наверное, не знали, раз вы здесь впервые, но впредь можете не приходить сюда на уборку в такое время. Если все вот так вычистить... Ну, знаете Чхон Ёмёна? Тот парень, что теперь стал генсеком... Ему потом может не понравиться.
Наверняка свою кровать он держал в чистоте, а кровать Ёмёна превратил в помойку.
Баоник швырнул сумку на только что заправленную чистую кровать и добавил:
Вспомнив, как Баоник радовался, заполучив двухместную комнату в единоличное пользование, Ёмён с ледяным лицом принялся за уборку. Бесить-то его это бесило, но уборка есть уборка.
— Вообще-то... я сосед Чхон Ёмёна по комнате, так что знаю наверняка: наш генеральный секретарь терпеть не может чистоплюйство. Говорит, нужно жить по-человечески, с легким беспорядком! Вот и мне приходится жить так, чтобы чувствовалась жизнь. Так что в следующий раз, если я сам вас не позову, не нужно приходить и тут всё прибирать.
Как бы то ни было, сколько он так убирался?
Вежливые, но в то же время наглые слова. То, как он непринужденно прикрывался именем Ёмёна, ничем не уступало поведению заправского политика.
Когда проходивший мимо сотрудник общежития бросил Ёмёну: «Закончив здесь, уберитесь и на верхнем этаже», а грязная комната наконец засияла чистотой...
Посмотрев на него пару секунд, Ёмён надел пакет на мусорное ведро и ответил:
Баоник вернулся в общежитие.
— Ты все это время прикрывался моим именем?
— Ого, усердно трудитесь. Но почему в такой час... А! Вы тут новенький? Впервые вас вижу.
— А, ч-что?
“....”
— Какое еще «что»? Закрой рот и захлопни дверь.
— Наверное, не знали, раз вы здесь впервые, но впредь можете не приходить сюда на уборку в такое время. Если все вот так вычистить... Ну, знаете Чхон Ёмёна? Тот парень, что теперь стал генсеком... Ему потом может не понравиться.
Стоило Ёмёну бросить эту короткую фразу, как лицо Баоника побелело как полотно.
“...?”
— Т-ты... ты...!
Баоник швырнул сумку на только что заправленную чистую кровать и добавил:
Вместо ответа Ёмён снял Иллюзию кровавых слез. Баоник, с таким видом, будто собирался грохнуться в обморок, перевел взгляд с двери на Ёмёна, после чего поспешно захлопнул дверь.
— Вообще-то... я сосед Чхон Ёмёна по комнате, так что знаю наверняка: наш генеральный секретарь терпеть не может чистоплюйство. Говорит, нужно жить по-человечески, с легким беспорядком! Вот и мне приходится жить так, чтобы чувствовалась жизнь. Так что в следующий раз, если я сам вас не позову, не нужно приходить и тут всё прибирать.
Громко хлопнув дверью, парень без малейших колебаний опустился на одно колено перед Ёмёном и склонил голову в знак почтения.
Вежливые, но в то же время наглые слова. То, как он непринужденно прикрывался именем Ёмёна, ничем не уступало поведению заправского политика.
— Приветствую генерального секретаря.
Посмотрев на него пару секунд, Ёмён надел пакет на мусорное ведро и ответил:
— Эм... Пролетарии всех стран, соединяйтесь?
— Ты все это время прикрывался моим именем?
Творит херню. Полнейшую херню. Массажируя переносицу, Ёмён опустился на кровать.
— А, ч-что?
— Хватит нести чушь, садись. Я пришел потому, что у меня есть вопросы.
Стоило Ёмёну бросить эту короткую фразу, как лицо Баоника побелело как полотно.
— Т-ты... ты...!
Вместо ответа Ёмён снял Иллюзию кровавых слез. Баоник, с таким видом, будто собирался грохнуться в обморок, перевел взгляд с двери на Ёмёна, после чего поспешно захлопни дверь.
Громко хлопнув дверью, парень без малейших колебаний опустился на одно колено перед Ёмёном и склонил голову в знак почтения.
— Приветствую генерального секретаря.
“....”
— Эм... Пролетарии всех стран, соединяйтесь?
Творит херню. Полнейшую херню. Массажируя переносицу, Ёмён опустился на кровать.
— Хватит нести чушь, садись. Я пришел потому, что у меня есть вопросы.
— Если у вас есть вопросы, могли бы просто прислать кого-нибудь, зачем лично...
— Садись.
— Есть.
На этот раз Баоник живо плюхнулся на кровать, испуганно вращая глазами. Пока Ёмён ненадолго замолчал, обдумывая первый вопрос, парень заговорил первым:
— Э-э... это просто потрясающе. Генеральный секретарь, герой, а теперь еще и муж императрицы... Вы всё заранее спланировали, как и положено попаданцу?
“....”
Точно ведь, он же соврал этому парню, будто является попаданцем. Освежив в памяти эту подзабытую ложь, Ёмён сформулировал первый вопрос:
— Мои планы значения не имеют. Важно то, какую пользу ты можешь принести мне.
Произнес Ёмён, намеренно придавая голосу холодности.
— Если уж я сегодня явился к тебе лично, то явно не для того, чтобы рассыпаться в любезностях. Я...
Тут Баоник, явно что-то не так поняв, снова рухнул на колени.
— П-пощадите!
“....”
— Я, я ведь честно следовал вашим указаниям! И о дарах судьбы исправно докладывал! И я не пытался избавиться от латентного яда... А! Стойте, это та сука Маоран велела убить меня из-за того, что я одержимый?! Н-не верьте ей! По изначальному сценарию она была безумной девкой, которая вонзила нож в глотку собственного папаши...
Ёмён оборвал его тираду:
— Я не собираюсь тебя убивать.
— А?
“..”
Конечно, история про латентный яд была такой же ложью, как и история о попаданце... но Лашик, которая в те времена считалась лишь сюжетным боссом, в итоге действительно стала его женщиной, так что это тоже можно было назвать причудливой судьбой.
...В общем, вместо того чтобы раскрывать правду, Ёмён извлек из инвентаря фирменное целебное зелье Лашик и произнес:
— Держи. Это полное противоядие.
“....”
Осторожно принимая склянку, Баоник опасливо косился на него. Похоже, теперь до него дошел весь вес реальности: сам Ёмён явился сюда лично, да еще и принес противоядие.
Откупорив зелье и принюхавшись — пахло клубникой, — Баоник спросил:
— Т-так о чем вы хотели спросить...
— Концовка сценария.
“....”
Спустя долгое время Ёмён достал и потряс перед его носом отобранный у него блокнот. Тот самый блокнот, в котором содержались знания автора о будущем.
— Недавно я перелистал твой блокнот, но никакой концовки в истории не оказалось.
Баоник слегка растерянно ответил:
— Так я же записывал только то, что помнил...
— Но у любой истории должен быть конец. Концовка... Именно за этим я сегодня и пришел.
Баоник покачал головой:
— ...Это же франшизный сеттинг, так что концовка там была сплошным открытым финалом. Всё заканчивалось намеками на то, что впереди обязательно ждет продолжение... Головной офис всегда требовал именно этого.
“....”
На сей раз настала очередь Ёмёна хранить молчание. Подперев подбородок рукой, он вспомнил информацию, переданную Экемо, слова и записи людей, знающих о будущем, вроде Демеронда, рассуждавшего об окончании истории.
Спустя мгновение Баоник, неверно истолковав молчание Ёмёна, робко произнес:
— Х-хотя, не знаю, можно ли назвать это концовкой, но... в игре все-таки была кое-какая концовка.
— Игра?
— Да, перед тем как открылся мир Суми, вышло дополнение, а до него — основная игра, так что, в отличие от других произведений, там было что-то вроде финала...
Мир Суми, дополнение...? Об этом Каренин, создатель игры, ему ничего не рассказывал.
Конечно, ничего удивительного в этом не было. Каренин ведь говорил, что, будучи убитым Сталиным и переродившись в теле монстра, он растерял немалую часть воспоминаний.
Ёмён сузил глаза и спросил:
— Расскажи подробнее, что это было.
— Э-э... если пересказать то, что смутно помнится, там было несколько развилок. В США поднимает голову Культ конца света, начинается гражданская война, короче говоря, в Штатах происходит грандиозный заварух, но главный герой преодолевает всё это и становится героем, которого восхваляет всё человечество... Ну, как-то так.
Ёмён не стал переспрашивать, почему спасение Америки делает кого-то героем всего человечества.
Потому что в сценарии, в который Ёмён не вмешивался, Америка и была всем миром.
Коммунистическая партия, способная противостоять США, просто не существовала бы. Биков был обречен пасть от рук главного героя, а Москва и СССР, как изначально и желал Святой меч уничтожения коммунизма, канули бы в небытие.
Империя и императорская столица сгорели бы в пламени ядерного огня, а следом пали бы и Франция, и эльфы.
, ....
Додумав до этого места, Ёмён подкрепил свои прежние подозрения железной уверенностью.
«Судьба провела чистку по всему миру. Лишь для того, чтобы оставить одни Штаты.» Уголок рта Ёмёна скривился в холодной улыбке.
Внушая себе эту мысль, уборщик сжал кулаки.
На мгновение глянув на северо-запад от Академии Лорд-Хау — туда, где лежал американский континент, — Ёмён тихо промолвил:
— Расскажи поподробнее о концовке игры. Особенно о воцарении Культа конца света... с этого момента.
***
Закончив разговор с Баоником, Ёмён немедленно направился в академический порт.
Ким Филби советовал ему слетать в Москву на самолете и продемонстрировать свою власть, но он вежливо отказался.
Если заявиться в Москву в такой момент, чиновники и военные, желающие выслужиться перед ним, наверняка устроили бы сплошное лизоблюдство и начали творить безумства?
Конечно, отчасти дело было и в этом. Раз уж даже Ким Филби, которому не было нужды подлизываться к Ёмёну, заводил речи о Легионе Джугашвили.
Однако главными проблемами оставались секретность и время.
На рыбалке нужно действовать тихо — ровно настолько, чтобы привлечь ту рыбу, которую собираешься поймать. Тем более, если эта рыба — акула.
Ведь даже капли крови, стекающей с лодки посреди Гольфстрима, было достаточно, чтобы приманить акулу.
Ёмён взял небольшую парусную лодку в порту академии и вышел в открытое море.
Включив маломощный мотор, он повел суденышко не на север к Австралии, а на юг.
Туда, где не было ни магических кругов подавления порталов, ни поисковой магии, туда, где простиралось настолько безлюдное море, что до него не было дела даже искусственным спутникам.
Сколько он так плыл? Остановив лодку, Ёмён задремал, устроившись словно неторопливый рыболов. Это был поверхностный сон, ровно настолько глубокий, чтобы видеть сны, и вскоре он проснулся.
И в тот самый момент, когда Ёмён открыл глаза,
Вжух-и-и-к!
над его головой открылся красный портал. Совсем крошечный, ровно такого размера, чтобы Ёмён мог с трудом в него пролезть.
Бегло оглядевшись, Ёмён просунул руку в портал и вложил силу в ногу, стоявшую на палубе парусника.
А затем — Бабах!
Применив «Чингак», высшую технику Искусства летающих ног, он обрушил удар на парусную лодку и за счет отдачи проскочил сквозь портал.
Расколотая надвое лодка пошла ко дну. Море молча поглотило обломки, а портал, затянувший Ёмёна, тихо закрылся.
В масштабах всей планеты это было ничтожно малым, пустяковым событием, а Пророк, обязанный следить за подобным, хранил безмолвие.
Поэтому никто так и не узнал, что генеральный секретарь перемахнул на другой конец света.
***
Несколько часов спустя. Валетта, столица Мальта.
Переулки Валетты походили на настоящий лабиринт.
Построенные рыцарями XVI века здания из медового известняка теснились вдоль узких улочек, и меж ними палящее средиземноморское солнце отбрасывало причудливые пятнистые тени.
Этот город, внесенный в список Всемирного наследия ЮНЕСКО, был прекрасен, но в то же время служил убежищем для бесчисленных беглецов.
Каранлор, агент Революционного фронта Мирового древа... нет, Эльфийской республики, — глядел сверху вниз на огромный порт с террасы на крыше, служившей одним из таких убежищ.
Гранд-Харбор.
Естественная гавань Мальта, также известная как порт Марса, кишела кораблями, связанными с США.
Традиционные мальтийские лодки луццу были оттеснены на обочину, словно потерявшие хозяина щенки, а заполонившие порт деляги в деловых костюмах помыкали рыбаками и торговцами так, будто те были какими-то назойливыми захватчиками.
— Подготовка ведется на совесть.
Прежде чем встретиться взглядом с американским агентом внизу, Каранлор отвернулся и произнес это вслух.
Вскоре эльф, куривший у него за спиной под табличкой с надписью [Курить запрещено], ответил:
— Все-таки соперник — Америка.
В этих словах таился глубокий смысл. Каранлор кивнул в ответ:
— Хотя наш настоящий противник — вовсе не Америка.
— Генеральному секретарю не нужна прямая поддержка. Мы всего лишь подстраховка.
Подстраховка. Посмотрев на курящего эльфа, Каранлор хмыкнул:
— Признаешь, что из-за зятя превратился в опавший лист уходящей эпохи? Демеронд.
“....”
Куривший эльф Демеронд затушил окурок о табличку [Курить запрещено] и ответил:
“.”
— Какая еще просьба. Разве просьба — это «сразитесь с Хосе, если он объявится»? Так, пустые слова для приличия.
“....”
“, 10.”
Хосе — это же не ты. Каранлор уже собирался добавить это, как вдруг...
Демеронд нахмурился.
— Появился.
“....”
Каранлор не стал спорить. Он украдкой повернул голову и снова посмотрел на балкон. Там, внизу в порту, швартовалась совершенно неуместная здесь роскошная яхта.
А исходившая от этой яхты едва уловимая мана... принадлежала кому-то из Десяти сильнейших.
Пусть он и скрывал ее, но мана была настолько мощной, что терзала эльфийские чувства.
Зачем так демонстративно расточать ману? Ответ был прост. Сопротивление тоже было обнаружено.
— ...Хитрый ублюдок.
Сразу после того, как Демеронд бросил эту фразу, Каранлор спрыгнул с балкона. И в тот же миг — бац-ц!
В то место, где он только что стоял, вонзилась снайперская пуля. Их обнаружили. Демеронд и Каранлор почти одновременно бросились в противоположные стороны, и всего 28 секунд спустя в укрытие, где они находились, ворвались два десятка сверхчеловек.
Это стало событием, ознаменовавшим начало встречи генерального секретаря и президента.

Комментарии

Загрузка...