***
Люди испытывают дискомфорт, сталкиваясь с реальностью, которая противоречит их здравому смыслу, — это называется когнитивным диссонансом.
Такой диссонанс приводит к защитным механизмам, вроде замешательства, отрицания реальности и самооправдания...
В этот самый момент войска Второго принца, столпившиеся перед Королевской сокровищницей, стали живым воплощением этого когнитивного диссонанса и самооправдания.
— Макфарлейн уже проиграл? Этого не может быть...
— Не паникуйте! Скорее всего, это иллюзия Красной звезды!
И дело было вовсе не в американских агентах, которые упорно отказывались принимать суровую реальность.
— Т-точно! Маркграф был «красным»!
— Не бойтесь! Правда и справедливость на нашей стороне!
— Всем приготовиться к бою! Будьте готовы к столкновению!!
Но и рыцарей Второго принца, которые игнорировали колоссальную разницу в силе.
В любом случае, это была не самая подходящая реакция на ситуацию, когда Красная звезда стремительно приближалась, источая убийственную ауру.
И в этой ситуации решение, свободное от когнитивного диссонанса и защитных механизмов, неожиданно принял сам Второй принц.
Это произошло благодаря озарению, в котором соединились воедино императорский указ, связь Маркграфа с Красной звездой и печальная улыбка сестры, смотревшей на Маркграфа...
«Красный, выживший в ядерном пламени, и Герой, сотворивший чудо в Париже — это один и тот же человек.»
Приняв наконец реальность, Второй принц закричал громче всех:
— Всем внутрь сокровищницы! Будем держать оборону там!
Это был лучший выбор, который можно было сделать в сложившейся ситуации.
Однако лучший выбор не всегда приводит к лучшему результату.
Прежде чем Второй принц успел открыть дверь Королевской сокровищницы, Ёмён приземлился на землю... нет, на плечи несчастного рыцаря.
!
Сразу после того, как удар Чингак, усиленный гравитационным ускорением, раздробил доспехи рыцаря.
— А-а-а!
— Защитите принца!!
— В окружение!!!
Вместе с криками, похожими на вопли, хлынула красная божественная сила, окрашивая пространство перед сокровищницей в багровый цвет.
Густая, плотная, словно дымовая завеса, божественная сила заволокла всё вокруг, и в её пелене замелькали слепящие вспышки битвы.
Результат был односторонним и подавляющим.
Ёмён, излучавший концентрированную божественную силу, не выказывал ни тени колебаний, а элитные рыцари Второго принца валились замертво, не выдерживая и двух-трех ударов.
— Не отступать!
— За Золотой клан!!
И всё же благодаря отчаянному сопротивлению верных рыцарей, не щадивших жизней, примерно половине войск Второго принца вместе с американскими агентами удалось благополучно ускользнуть в сокровищницу.
И в тот момент, когда они попытались закрыть дверь сокровищницы...
Скрип-!
Молот народа, сотканный из Боевой сыворотки, вклинился в узкую щель между закрывающимися створками!
Этот молот, размером едва ли превосходивший предплечья взрослого человека, не только помешал массивным дверям захлопнуться, но и раздвинул их шире. В панике агенты США выхватили пистолеты с магическими пулями и открыли огонь на поражение.
К счастью, магические пули подействовали: молот не продержался долго и рассыпался сухими брызгами крови. И — Бах!
Двери сокровищницы со щелчком захлопнулись, и автоматически сработал замок. Переведя дыхание, Второй принц яростно заскжетал зубами:
— Да даже Красной звезде потребуется немало времени, чтобы проломить эту дверь! Все внутрь! Захватите императора и вооружитесь реликвиями из сокровищницы. Если в наших руках окажутся легендарные артефакты империи, то этот Маркграф...
В этот момент — вспышка! Снаружи двери пробился свет. Настолько густой золотой свет, что казалось, явился сам символ императора.
Прежде чем Второй принц успел осведомиться, что это за свет, Скарлетт О'Хара глухо бросила:
—...Нефритовая печать.
Сокровище королевской семьи дворфов, обладающее силой снимать любые замки в этом мире. Второй принц не стал спрашивать, как Маркграф заполучил такую вещь.
Потому что из двери, озаренной светом, послышались щелчки открывающегося замка: щелк, щелк-!
— Бегом вглубь сокровищницы! Захватите императора и закройте внутреннюю дверь!
Второй принц снова принял верное решение, и его свита бросилась вглубь сокровищницы еще до того, как дверь открылась.
Отчаянно и судорожно, словно жертвы, убегающие от маньяка в фильме ужасов.
Но Ёмён был страшнее любого киношного маньяка. Как только замок двери наполовину открылся, он просунул руку в щель и, скрежетнув металлом, начал силой распахивать дверь.
***
Биков, добравшись до разрушенной крепостной стены, выскочил из бронемашины и помчался прямо к Имперской столице.
Ничто не могло остановить его, применившего технику Джугашвили.
Обезумевшие коммунистические войска и имперская армия, Мейкер и вороны, оглашающие небо столицы, нежить против нежити...
Никто не замечал Бикова. Даже если бы заметили, остановить его было бы невозможно.
Поэтому Биков без каких-либо препятствий пересек вторую крепостную стену столицы и добрался до окрестностей императорского дворца.
Стоя на здании, разрушенном артиллерийским огнем коммунистических войск — то есть по его собственному приказу, — Биков молча смотрел на Имперскую столицу.
Поле битвы, залитое багровой божественной силой, и в то же время поле боя, где не умирал ни один человек.
Таков был ответ Чхон Ёмёна на революцию. Это была диктатура в том смысле, что он навязывал массам собственное видение, и одновременно демократия, поскольку он полностью удовлетворял стремление низов к переменам.
Как бы это назвать... это было зрелище, похожее на извращенную диктатуру пролетариата...
Додумав до этого моменты, Биков невольно усмехнулся. Было забавно: Ёмён, яростно отрицавший свою причастность к коммунистам, творил подобные вещи, а он сам пытался философски осмыслить это зрелище.
Наверное, как и все, кто сталкивается с великим делом, он стал излишне сентиментальным.
«Ёмён.»
Успокоив чувства, Биков позвал Ёмёна, ставшего его соперником. Не из ненависти или гнева. Бикову было любопытно.
Как ты смог это сделать?
Он не знал. И, вероятно, никогда не узнает. Поэтому Биков выбрал путь, отличный от пути Чхон Ёмёна.
Подавив регенерацию Джугашвили, он выпрямил ладонь правой руки и ударил по своей левой кисти.
Плюх! Совершенно не обращая внимания на то, что окровавленная кисть рухнула в грязь, Биков извлек из-за пазухи Руку Джоатера.
Костяная рука, от которой исходил бледный дымок.
Он без колебаний приложил костяную руку к своему обрубку.
!
В тот самый момент, когда Рука Джоатера соединилась с костями Бикова, заменив настоящую руку...
На небесах улыбнулась какая-то звезда.
Это была кошмарная звезда, покрытая кожей, сшитой из трупов.
***
Заметив, что дверь поддается быстрее, чем планировалось, Второй принц рявкнул на рыцаря, тащившего имперскую принцессу:
— Эй, ты! Используй жизнь сестры, чтобы выиграть время!!
Пускай приказ отдавал душком дешевого предательства, рыцарь мгновенно замер на месте и грубо опустил принцессу на каменный пол.
Заслонив собой проход в коридоре, он с показной вежливостью приставил клинок к горлу принцессы:
— Прошу прощения, Ваше Высочество.
— ...Если извиняетесь, то остановитесь прямо сейчас.
— Еще раз прошу прощения. Я присягнул на верность Второму принцу.
Мгновение спустя, как только Ёмён со скрежетом распахнул створки, удерживавший имперскую принцессу рыцарь истошно завопил:
— Ни с места, Ёмён! Еще шаг — и жизни имперской принцессы придет конец!
Ёмён не удостоил его ответом и даже не моргнул, уверенно переступая порог сокровищницы. Рыцарь, вдавив лезвие в нежную кожу принцессы так сильно, что вот-вот должна была брызнуть кровь, взвизгнул вновь:
— Я сказал, стой... Кх!
Но закончить фразу ему не удалось. Невидимый телекинез схватил его за корпус и швырнул прямо в стену.
Бах! Нисколько не заботясь грохотом отлетевшего в стену рыцаря, Ёмён в одно мгновение оказался возле принцессы, вытащил из инвентаря целебное зелье и протянул ей.
— Сможешь идти?
— ...Да.
Стоило Ёмёну вновь устремиться в погоню за Вторым принцем, как имперская Имперская принцесса, торопливо оросив зельем рану от кинжала брата, припустила следом за ним.
На ходу Имперская принцесса бросила:
— Наш план увенчался успехом. Заявление о том, что Красная звезда и Маркграф — одно лицо, равно как и запись того, как принц наносит мне удар, уже транслируются на Землю.
— ...Тебя ранил принц?
— Да, всё ради того магического артефакта, который кратно увеличивает силу, если напоить его кровью Героя. Похоже, он уверовал, что с этой реликвией одолеет вас, даже столкнувшись с Макфарлейном или Мейкером.
— ....
— Пусть про меня или брата забудут... но вы сможете извлечь из этого максимальную выгоду. Явите всему миру подлинную кровь Героя.
Ёмён искоса взглянул на имперскую принцессу и без лишних слов извлек из инвентаря миниатюрную видеокамеру размером с ладонь.
— Если хочешь показать людям мира, нужно начать со съёмки.
— ...Вы собираетесь эксплуатировать раненого?
— Мои возлюбленные тоже проливают кровь на передовой, так что пустяковое ранение — вовсе не повод для поблажек.
— Э-э... это... верно.
Не найдя что возразить, имперская Имперская принцесса послушно приняла камеру. Убедившись, что батарея заряжена, она засеменила за спиной Ёмёна:
— Мой братец и его прихвостни намерены вооружиться артефактами из сокровищницы. Даже вам будет опасно вступать в открытое боестолкновение с целой армией, вооруженной древними реликвиями. Тем более если их прикрывают американские агенты со смертоносными пулями.
«...»
— Так что нам нужно подготовиться как следует...
— Думаешь, пара новых вещиц поможет мне помешать?
Это было не самоуверенностью или высокомерием, а простой констатацией факта. У имперской принцессы снова не нашлось возражений, и она принялась снимать спину Ёмёна на камкордер.
Вскоре в конце коридора показались спешно затворяющие стальные двери рыцари. Это были массивные круглые створки, ведущие в самую глубь сокровищницы, к главному хранилищу.
Мана ощущалась даже с такого расстояния — судя по всему, дверь целиком состояла из сплава мана-металла.
Эту дверь невозможно было легко взломать даже с помощью тяжелой техники, но для Ёмёна она ничего не значила. Доставая на ходу Золотую императорскую печать, он уверенно зашагал вперед.
Эту дверь невозможно было легко взломать даже с помощью тяжелой техники, но для Ёмёна она ничего не значила. Доставая на ходу Нефритовую печать, он уверенно зашагал вперед.
И тут — вспышка!
Стоило силе Золотой императорской печати активироваться, как с трудом закрытая дверь снова начала распахиваться. Из образовавшейся щели донеслись ругательства второго принца, а бонусом послышался звук разбитой стеклянной витрины и спешно переносимых предметов.
Наконец Ёмён добрался до распахнутых дверей хранилища.
— Огонь!
Его накрыл град магических пуль, выпущенных американскими агентами. Поставив защитный барьер, Ёмён лишь прикрыл голову свободной рукой, принимая весь обстрел на себя.
Словно ожидая этого, в образовавшуюся после прекращения стрельбы брешь ринулись рыцари.
Рыцари, вооруженные источающими разряды тока мечами, прозрачными хлыстами, кольцами с телекинетическим эффектом, поднимающими ветер копьями и бесчисленными другими артефактами, каких Ёмён никогда раньше не видел.
Однако среди всех этих артефактов не было ни одного противогаза. Поэтому Ёмён извлек из инвентаря эльфийскую дымовую шашку со специальным снотворным газом и подорвал её.
Бум —!
Рыцари, никак не ожидавшие, что Ёмён вот так просто применит газ, растерялись. Они попытались защитить дыхательные пути с помощью маны, сжечь газ пламенем из артефактов или сдуть его потоками ветра.
Однако смешавшийся с дымкой техники Джугашвили газ, в отличие от обычного дыма, неумолимо и плотно заполнял всё пространство хранилища.
— Гребаный ублюдок!
— И ты после этого рыцарствуешь?!
— Здесь же находится сам император!
Словно в ответ на их полные гнева крики, Ёмён активировал еще одну газовую гранату, попутно разогнав облако с помощью телекинеза.
Сколько времени прошло?
Не успел Ёмён сделать и нескольких шагов, как шедший в авангарде рыцарь с электрическим мечом закашлялся и рухнул на пол. Следом за ним один за другим стали валиться без чувств и остальные рыцари с американскими агентами.
“....”
Ёмён уже собирался шагнуть вперед, прямо по телам поверженных врагов, но, вспомнив об имперской принцессе, вытащил противогаз и бросил его за дверь.
«Сама догадается надеть.»id: s00250
Ну, в любом случае.
Убедившись, что сопротивление в хранилище полностью подавлено, Ёмён с помощью истинной воли втянул газ обратно и оглядел помещение. Разумеется, нашлись те, кто сумел пережить газовую атаку — причем ровно четверо.
Второй принц, вокруг лица которого бушевали завихрения воздуха, Скарлетт О'Хара в маске, защищенный золотистой аурой император и прикрывающий его представитель из Десяти сильнейших Империи.
Выражения лиц четырех человек, выстоявших против газа каждый своим способом, различались так же сильно, как и сами эти способы. Скарлетт и боец из Десяти сильнейших смотрели на Ёмёна с ужасом, император сохранял невозмутимость, а второй принц от бешенства едва заметно тряс подбородком.
Шаг.
Когда Ёмён подошел настолько близко, что в его глазах отразились их лица, начался разговор. Как ни странно, первым голос подал император.
— А как же договор? Где мой сын?
— К этому часу он, должно быть, в безопасности грызет коммунистов где-нибудь в центре города.
— ...Судя по характеру этого ребенка, скорее это его там грызут, разве нет?
Ёмён не ответил. Причина была в том, что второй принц, до этого зажимавший нос, внезапно кинулся к императору.
— Отец! Ты заключил сделку с этим предателем? Как ты мог?!id: s00271
“....”
— Мы — золото, унаследовавшее кровь самого Героя! Как ты посмел объединиться с этой дешевой земной позолотой?! Отец, умоляю, обагри этот кинжал кровью прямо сейчас! С силой Десяти сильнейших и этим клинком мы сможем продержаться до прибытия подкрепления!
Комедия это была или трагедия?
Наблюдая за жалкими потугами второго принца, Ёмён молчал. Тот же, не оставляя попыток, срывал артефакты со стула, на котором восседал император, и вопил:
— О клинок Героя! Щит двенадцатого императора! Да что угодно, умоляю, отзовись на мою кровь!
— Сын мой.
— Ответь же нашей крови!!
— Сын мой, прекрати.
Несмотря на уговоры императора, второй принц не останавливался. В конце концов император тяжело вздохнул и бросил Ёмёну кинжал Джоатера, который до этого протягивал принц.
Вжух — хлоп!
Поймав клинок Джоатера, Ёмён безмолвно оцарапал им кончик пальца. Стоило капле крови упасть на лезвие и пропитать его...
Вспышка!
По клинку заструилась бурная мана. Чем-то она напоминала Чхондомучин, но в этом усилении таилось нечто зловещее.
Покрутив кинжал туда-сюда, Ёмён перевел взгляд на принца, чье лицо выражало такое изумление, словно его огрели по голове тяжелым молотом.
Принц с неверием в голосе выдавил из себя:
— Ка... как...?
— Потому что у меня кровь Героя.
— Но ведь он активируется только если в жилах императора...
Ёмён оборвал его на полуслове:
— Выходит, император здесь я.
“....”
Ёмён не чувствовал ни малейшего желания продолжать объяснения. С этим парнем куда лучше работал язык силы, чем слова.
Он не планировал убивать сына на глазах у отца, но врезать ему от души было вполне можно.
Сократив дистанцию между ними, Ёмён в тот же миг — хрусь! — съездил принцу в челюсть.
Тот кубарем покатился по полу. Зрелище было настолько убогим, что наблюдавшая за этим Скарлетт О'Хара инстинктивно зажмурилась.
Однако, даже валяясь на полу и не имея сил подняться, второй принц взвизгнул:
— Ах ты, ничтожество...! Как смеешь! Как ты, земной отребье, посмел поднять руку на священную кровь?!
Ёмён сжал и разжал кулак. И правда, одного раза оказалось мало.
Прошлой порции тумаков явно не хватило, поэтому на этот раз он собирался отделать ублюдка так, чтобы тот уже не смог подняться.
Но... последовавшие за этим слова принца прозвучали как-то странно.
— Мы — род, унаследовавший кровь Первого героя, породивший самого Бога!
— Бога?
— Ха! Сам самозванно именуешь себя императором, а истории золотого рода не знаешь? И это сотворенным им кинжалом в руке!
“....”
Ёмён украдкой глянул на зажатый в руке клинок. А второй принц тем временем продолжил, сгорая от интеллектуального тщеславия:
— Джоатер — это имя, которое император Вегатан, изучавший бессмертие, давал своим собственным творениям!
— ...Чего?
В тот же миг в голове Ёмёна пронеслись обрывки мыслей.
Бог, изгнанный на небеса после поражения от Героя, смертный, ставший богом, некромант, изучающий бессмертие, и божеству которому поклоняются некроманты.
Король бессмертных.
«Король бессмертных был из Императорской семьи?»
В тот самый момент, когда Ёмён вспомнил Короля бессмертных, с которым лицом к лицу столкнулся в Корее,
!
окружающий его воздух изменился.
Знакомая, но зловещая атмосфера — точно такая же, какую он ощутил давным-давно, при первой встрече с Диллой.
Это была та самая аура, исходившая из внутреннего мира Короля бессмертных, переполненного трупами и смертью.

Комментарии

Загрузка...