...Моему бедному, милому младшему коллеге оставляю запас желудочных таблеток на 100 лет и один прототип пистолета на случай чрезвычайной ситуации.
Надеюсь, из нее получится хороший декан.
(пропущено)
...Моему уважаемому другу оставляю мой любимый красный Ford Mustang Boss 429 1969 года выпуска.
(пропущено)
...Ей, пугающей, безжалостной и до тошноты талантливой актрисе, жертвую 54 270 980 долларов с моего банковского счета.
Эта сумма складывается из её первого неоплаченного счёта за лечение с учётом инфляции, международных ставок рефинансирования и официальных налоговых ставок Налогового управления США.
Пусть это послужит уроком, чтобы ни один землянин больше не позволял обдирать себя жрецам по ту сторону портала.
(пропущено)
...И последнее: я жертвую средства на ежегодную покупку Академией новейших фильмов, сериалов и другого видеоконтента.
Все расходы, включая сопутствующие, будут покрываться из моих личных авторских отчислений и гонораров, а нотариально заверенные документы об этом будут переданы преемнику на посту декана...
«Выдержка из завещания Куини Коуэн.»
***
Когда была разрушена Северо-Маньчжурская база, охранявшая Сибирский барьер...
Мигниум показала Ёмёну странный сон.
Сон, в котором он смотрел на Землю с такой высоты, что весь американский континент был виден как на ладони.
На Земле в том сне сияли девять ярких сфер.
Две в Маньчжурии, шесть в Академии и одна в Вашингтоне.
Когда он спросил, что это за сферы, Мигниум произнесла нечто непостижимое.
«Судьба пробудилась.»
«Ибо все Властелины судьбы также пробудились.»
«Ты должен по праву отобрать их судьбы.»
Хотя это воспоминание до сих пор отчетливо стояло у него перед глазами, Ёмён не придавал ему значения. Точнее, у него просто не было времени об этом думать.
А спустя некоторое время, уже в Дрейтериале, Мигниум снова упомянула Властелина судьбы.
«Властелин судьбы, владевший тремя силами богов. Лучшая жертва.»
Этим Властелином судьбы оказался Игрок — враг, лишивший Ёмёна семьи и поплатившийся за это головой.
Только получив намек, что тот парень был Властелином судьбы, Ёмён задумался об этом титуле.
Если Игрок был Властелином судьбы, значит ли это, что в Академии есть еще пятеро таких же, как он?
Если вспомнить его соседа по комнате, «Писателя», то это не казалось невозможным... но ответа он не нашел.
Честно говоря, он и не собирался его искать. Кем бы ни был Властелин судьбы и что бы это ни значило, у Ёмёна было полно других, более важных дел.
Пока они не вставали у него на пути, ему не было нужды делать то, что понравилось бы Мигниум...
...Так он думал.
Но, как и всякая судьба, с которой он сталкивался до сих пор, эта выскочила из самого неожиданного места.
[Как ты поглотил судьбу? Ты убил Властелинов судьбы? Или они приняли это добровольно? А? Что из этого?]
Зеленовато-желтый водяной дракон выпалил это как из пулемета.
Она так быстро ворочала языком, что успевала перескакивать на другие темы, прежде чем Ёмён успевал хоть что-то ответить.
[Нет, погоди. Чью именно ты съел? Главного героя? Эй, ну не может быть. Тогда, может, Пришельцев извне? Или случайно сгенерированную сущность? А! Если подумать о возрасте, скорее всего, ты съел случайно сгенерированную сущность. Ты ведь их съел, да? Ну же!]
Ёмён лихорадочно соображал, как ответить на вопросы дракона. Главный герой, Пришельцы извне, случайно сгенерированные сущности?
Но дракон не стал ждать ответа, а принялся кружить вокруг Ёмёна, словно щенок, сама же отвечая на свои вопросы.
[Но ты правда пришел. Как такое возможно?]
[Куини была права. Я ведь верила, правда?]
[Ха-ха-ха, на самом деле вру! Я ни капли не верила словам этой невоспитанной старухи.]
[Ну а как иначе? Я приняла слишком много обезболивающего, чтобы заболеть болезнью под названием «надежда.» А, «обезболивающее» здесь — это метафора смирения!]
[Но ты правда появился! Это что, то самое: «Лишь освободив разум, можно достичь желаемого»? Но разве отказ от желаний и опустошение разума — не разные вещи? Ну да ладно, главное, результат хороший!]
Утомленный потоком болтовни, Ёмён украдкой взглянул на своих спутниц.
Даже Святую, которую редко удавалось выбить из колеи, вид болтливой рептилии утомил. Сети же задумчиво крутила в руке молот, оценивая дистанцию — судя по всему, она прикидывала, куда лучше огреть дракона по макушке.
В любом случае, осознав необходимость диалога, Ёмён открыл рот.
— Эй, дракон...
[А? А!]
К счастью, дракон тут же замолчала и уставилась на Ёмёна.
— У меня есть вопрос. Почему ты охраняешь это место?
[Тебе озвучить официальный сценарий или правду?]
— ...Расскажи и то, и другое.
[По сценарию я охраняю дверь, ведущую к подводному туннелю! Пока не убьешь меня, дверь не откроется. А правда в том... что я ждала людей. Главного героя и тебя.]
— ...Меня?
[Ага! Тебя! И вообще, меня зовут не «Эй, дракон.» Я Ранал.]
Как только прозвучало имя Ранал, Сети, словно что-то вспомнив, переспросила:
— Ранал? Орсе Ранал?
[Оу, ты даже знаешь мою фамилию? Это что... гайд по прохождению? Вы что, по нему пришли?]
На этот раз ответил Ёмён:
— Нет. Мы слышали, как о тебе говорили Демеронд и Орсе Табул.
[Ого, вы знаете имена моего брата и этого гуляки! Значит, вы из одного поколения с Куини?! Ох уж эти люди, вечно путаюсь в их возрасте!]
Дракон была искренне удивлена: она вытянула шею и захлопала крыльями. Ёмён склонил голову, пытаясь понять, о чем она.
— Если ты говоришь о Куини... ты имеешь в виду первого ректора Академии, Куини Коуэн?
[Ну да, а ты разве не ровесник Куини? Чтобы увидеть моего брата живым, нужно быть как минимум такого возраста.]
— Э... конечно, нет. Если бы первый ректор была жива, я бы называл ее бабушкой.
[Бабушкой? Куини это ненавидела. Она до самой смерти любила, когда ее называли «старшей сестрой.»]
— ...
Странные предпочтения первого ректора были любопытны, но не более того. Сообразив, в чем заблуждается Ранал, Ёмён продолжил:
— Я услышал о тебе совсем недавно.
[А? Правда?]
— Да.
[Не может быть? Мой брат ведь должен был уже умереть? А, погоди... ты что, некромант?]
— ...
Хотя никто ему этого не объяснял, Ёмён понял, что дракон перед ним говорит об изначальной судьбе Маньчжурии и Орсе Табула, в которую не вмешивалась Святая.
— Долгая история...
Он медленно, но четко объяснил, как изменил судьбу.
Все: от того, как Святая предвидела будущее и предотвратила катастрофу в Маньчжурии, до того, как он вместе с наемниками остановил безумие Орсе Табула.
Как только история — долгая или короткая — закончилась, шея Орсе Ранал изогнулась, образуя вопросительный знак.
Какое... погоди, неужели она не рада спасению брата? Ёмён озадаченно посмотрел на дракона, а та выпалила:
[Почему не убили?]
— ...?
[Сердце не съел, на костях и чешуе не нажился, навлек гнев Тэхана... зачем совершать столь глупые поступки?]
Она только что назвала спасение своего брата глупостью? Ёмён сглотнул ошеломление и ответил:
— Повторяю, мы заключили сделку, поставив на кон душу короля дворфов и Нефритовую печать...
Дракон перебила его:
[Да какая разница, можно было и не соблюдать. Нефритовую печать вы уже получили. И что бы сделала душа, которая уже десятки лет как мертва, даже если бы вы убили моего брата?]
— ...
Что эта сумасшедшая несет? Ёмён, не в силах скрыть недоумение, смотрел на лицо дракона. Дракон смотрела на него с таким же ошарашенным видом.
Короткое молчание.
Пока в этой тишине Сети бормотала: «Разве недостаточно просто его не пощадить?», направляясь за спину дракону, та заговорила:
[Странно.]
— ...
[Куини была уверена, что вы злобные и коварные существа... но ты выглядишь как полный простак. И вроде не притворяешься?]
Сказав это, дракон украдкой повернула голову и посмотрела на Святую. В ее вертикальных зрачках отразилась Святая, которая уже положила руку на пистолет.
Но дракона пистолет Святой ничуть не заинтересовал, и она вновь посмотрела на Ёмёна:
[Может, ты притворяешься хорошим лишь потому, что она рядом?]
— ...
[Стоит ли оно того? Святая, конечно, привлекательна, но не настолько, чтобы ради нее жертвовать будущей выгодой. К тому же, вы даже заняться любовью не можете.]
Тут же Святая взвизгнула:
— Ч-что ты несешь?! Мы занимались! А?! У нас всё было!
[А, ну конечно. Держались за ручки, целовались. Но знаешь что? Жрецы тебе солгали. Люди не могут забеременеть от поцелуев.]
Дракон с жалостью посмотрела на Святую и Ёмёна. Ёмён пресек попытку Святой завопить: «Да мы в постели столько...» — и закрыл ей рот рукой:
— Ранал, зачем ты провоцируешь? Мы сделали что-то не так?
[Просто хочу наговориться перед смертью. Честно говоря, вы меня бесите.]
— ...Перед смертью?
[...?]
— Не знаю, что ты там себе напридумывала, но мы не пришли тебя убивать.
[????]
Орсе Ранал поковыряла в ухе, будто услышала что-то немыслимое. Но Ёмён не стал брать свои слова назад.
[Ты что... из этих, «драконолюбов», которые твердят, что драконы тоже живые существа?]
— ...Нет.
[Тогда ты богат? Типа, можешь позволить себе сердце дракона, просто сэкономив на месячной зарплате?]
— О чем ты вообще говоришь?
Когда Ёмён так отрезал, дракон выглядела по-настоящему растерянной.
[Нет... тогда зачем вы пришли? Поболтать со мной о жизни?]
— ...
Ёмён покачал головой. Посмотрев на железную дверь человеческого размера в другом конце огромного зала, он продолжил:
— Мы пришли попросить тебя открыть путь к подводному туннелю.
[Попросить? Не убивая меня?]
— Да. Перед тем как прийти сюда, мы заключили сделку с Манбакпультоном. Он сказал, что ты суждена погибнуть от рук главного героя, поэтому мы не должны тебя убивать.
[Э... Пультон? Этот недоумок не мог распознать Сферу судьбы... кто ты такой на самом деле?]
— Меня зовут Ёмён.
[О, красивое имя. Но ты же знаешь, что я спрашивала не об этом?]
— ...
[Как мне тебя называть... хм... ладно, Похититель судьбы? Разрушитель? «Разрушитель» звучит круче. Разрушитель судьбы! Ёмён, ты ведь и правда не пришел меня убить?]
— С чего бы мне тебя убивать?
[Чтобы открыть подводный туннель, заполучить сокровища Куини и, главное, не позволить главному герою стать сильнее за счет моей смерти? Разве не логично мешать врагу набирать мощь?]
— ...
Она говорила так, словно Ёмён по определению должен быть врагом главного героя. Ёмён жестом велел Сети, целившейся в голову дракона молотом, опустить оружие и снова спросил:
— Не знаю, кто этот главный герой, но я не собираюсь с ним сражаться.
[Правда? Но твое мнение не важно. Важно мнение главного героя.]
— Тогда я тем более не понимаю. Что я ему сделал?
[Ты всё испортил! Ты что, поглощая две Сферы судьбы, не понял, что вся уготованная судьба перекраивалась исключительно ради главного героя?]
Ранал перевела взгляд на Святую и добавила:
[Ты использовал Святую, чтобы уничтожить маньчжурские угодья, предназначенные для главного героя, и к тому же... украл саму Святую.]
Святая, возмущенная до глубины души, выхватила пистолет:
— Я что, вещь? Чтобы меня красть?
[Святая этого поколения какая-то туповатая. Как она вообще стала Святой, если не понимает метафор?]
— Что?! Ах ты, паршивая ящерица...
[Ха-ха, ладно, теперь я вижу, что ты притворяешься хорошим не из-за Святой. Как бы ты ни был помешан на женском полу, из-за одной девицы ты бы не стал терпеть убытки. Верно?]
— Эй! Почему ты постоянно цепляешься?!
[Цепляюсь? Я просто констатирую факты.]
В тот момент, когда дракон и Святая уже готовы были вцепиться друг другу в глотки, вмешался Ёмён:
— Погоди, хватит болтать, теперь я задам вопрос.
[Вопрос? Ладно, времени у нас полно. Валяй.]
— Властелин судьбы... нет, откуда ты знаешь, что я поглотил две Сферы судьбы? Объясни это для начала.
[А разве не видно?]
— ...Хватит дурачиться, объясни нормально.
Ёмён, окончательно потеряв терпение, перестал церемониться. Дракон закрыла пасть и приблизилась к нему.
Под сенью ее исполинского тела, заслонившего свет ламп, фигура Ёмёна погрузилась во мрак, а вертикальные зрачки дракона наложились на его золотистые глаза.
[Я не шучу. Если увидишь мир моими глазами, ты сам всё поймешь.]
Орсе Ранал, та самая жертва, которую судьба приготовила для главного героя, произнесла это и протянула руку к Ёмёну. Ее чешуйчатый коготь точно ткнул его в переносицу — прямо меж глаз.

Комментарии

Загрузка...