Мы пробудились ото сна, дабы спастись от кошмара.
Но реальность оказалась адом почище любого кошмара, и ныне мы жаждем пробудиться от самой реальности.
«Тот, кто источает Сны»
***
— О... А подготовились-то на славу.
Пробормотал Пасун, наблюдая, как извивается черная мана, застилающая небеса.
Ёмён, проследив за его взглядом, тоже прищурился, глядя на небо, которое извивалось, словно пасть змеи.
Вскоре мана, окутывавшая остров, начала капать вниз. Липкие черные капли, похожие на неочищенную нефть.
Это было совсем не похоже на дождь или ливень. Капли падали с частотой, напоминающей слюну, стекающую с пасти монстра.
Да и последствия были иными. Там, куда падали капли, с шипением поднимался дымок, и земля мгновенно чернела.
Увидев это, Ёмён произнес:
— Не пройдет и нескольких часов... как весь этот искусственный остров утонет в этой зловонной жиже.
Пасун лишь пожал плечами:
— Если ублюдки-наемники и гарнизон пространственных врат постараются, этот срок немного увеличится.
Как он и сказал, сражавшиеся с Ёмёном наемники толпой сбегались к ярко сияющим вратам. Водитель грузовика и гарнизон, попавшие в этот переплет безо всякого понимания происходящего, уже сбились в плотную кучу вокруг врат, тревожно озираясь по сторонам.
Некоторое время понаблюдав за ними, Ёмён отвернулся и снова уставился на главное здание корпорации «Дунган Хэви Индастриз»:
— Пасун, я поступлю так, как мы договаривались.
— Хе-хе, значит, теперь мы вместе разнесем то здание в щепки? Как тогда, в битве с драконом?
Пасун с предвкушающим выражением размял руки, но Ёмён покачал головой:
— Нет, я не собираюсь ни шляться с таким ублюдком, как ты, ни прикрывать твою спину.
— А?
— Наша сделка заключалась в том, чтобы не трогать друг друга до конца дела, а не в том, чтобы сражаться вместе.
Сказав это, Ёмён направился прямо к главному зданию «Дунган Хэви Индастриз» — зданию, которое теперь превратилось в гигантский кусок Камня разложения.
Пасун некоторое время смотрел на удаляющуюся спину Ёмёна, а затем, что-то сообразив, ухмыльнулся:
— Мы не союзники, но мне никто не мешает сражаться рядом с тобой по собственному волеизъявлению, верно?
—...
Ёмён, который уже отдалился, ничего не ответил. Пасун шустро пристроился следом:
— Ох, ну и мастер же ты крутить хвостом... Неужели и Святую так охмурял?
Ёмён ответил, даже не оглянувшись:
— Если выкинешь еще хоть один подобный фокус, сделка будет аннулирована.
—...
Пасун уже было хотел отпустить еще какую-то шуточку, но, увидев донельзя серьезное лицо Ёмёна, захлопнул рот.
И не прошло и мгновения, как в наступившей короткой тишине оба шагающих силуэта исчезли с острова.
Вернее, не исчезли окончательно. Спустя мгновение после того, как они скрылись, Пасун просунул голову сквозь полупрозрачную преграду и заорал:
— Эй, Токхва! Ты что, не идешь?
—...
Токхва, который до этого лежал на земле, тупо пялился на то, как двое шептались друг с другом и уходили, теперь с ошеломленным видом повернул голову.
— Пасун, ты в своем уме?
— В своем, а ты думал, я спятил?
—...
Токхва мысленно глубоко вздохнул, поднимаясь на ноги и отряхиваясь:
— Если лидер узнает об этом деле... нам не поздоровится.
— Так сделай так, чтобы не узнал. Хватит ломаться, тащись за мной, я и тебе выбью долю.
Услышав про долю, плечи Токхвы чуть заметно дрогнули, но он покачал головой:
— И всё же тащиться вместе с врагом, с которым только что дрался...
— Какая разница? Меня он вообще убивал.
—...?
— Ты что, не знал?
...Да откуда мне знать такую херню, психопат ты этакий.
Мысленно задавив рвущиеся наружу ругательства, Токхва запахнул пальто с оторванными рукавами и полами:
—...Я пойду.
***
В тот самый момент, когда они пересекли некую «преграду» вокруг главного здания, превратившегося в монолитную глыбу Камня разложения, чувства Ёмёна резко изменились, и его перенесло в совершенно иное место.
Город, постигнутый концом света.
Вместо входа в главное здание, который должен был быть прямо перед ним, его встретил пейзаж из обветшалых высоток, дорог и усыпанных облупившимися машинами улиц.
«Это что-то вроде того барьера, что был в канализации Академии?..»
Разумеется, судя по размерам Камня разложения, масштаб кардинально отличался от барьера в Академии.
Это была не просто съемочная площадка, казалось, будто сюда целиком перенесли целый город.
Будет ли всё выглядеть именно так, если жители города исчезнут в одночасье и его бросят на произвол судьбы на несколько десятилетий?
Осматривая город, само слово «апокалипсис» для которого напрашивалось на язык, Ёмён внезапно почувствовал, что это место кажется ему знакомым.
Потрепанные вывески и внешний вид зданий едва ли можно было разобрать, но общие очертания...
—...Лос-Анджелес?
Почему Лос-Анджелес, а не Чикаго? Вопрос Ёмёна не успел задержаться в голове надолго, так как в следующий миг, стоило ему сделать шаг вперед для более детального осмотра, вдали проступили чьи-то смутные очертания.
Ёмён мгновенно сконцентрировал ману в глазах. Его усиленное зрение преодолело расстояние и пелену маны, насквозь пробив то, что скрывалось за расплывчатой дымкой.
[Дунган Коммерческий Банк]
Здание с незнакомой вывеской, наполовину слившееся с Камнем разложения.
Ёмён поморщился. И дело было даже не в его слиянии с Камнем разложения, а в названии компании на вывеске.
Дворфы до болезненности избегали финансовой сферы, не желая ассоциироваться с евреями. И вдруг — коммерческий банк?
Для пейзажа, созданного барьером внутри Камня разложения, детализация была слишком высокой.
«Лосанджелес вместо Чикаго, коммерческий банк вместо тяжелой промышленности... Это же...»
В тот момент, когда у Ёмёна зачесалось в затылке и в голове попыталось всплыть нечто жуткое...
— Похоже, вон то здание и есть ядро барьера? — прервал его размышления вернувшийся Пасун.
Повернув голову, он увидел следовавшего за ним Токхву, который неловко склонил голову.
Ёмён нахмурился, а Пасун ухмыльнулся и бросил:
— Стоит нам разнести его в щепки, как всё внутри этого барьера станет нашим.
***
Проигнорировав обоих, Ёмён зашагал вглубь города. Выяснять истинную природу этого места можно было и позже, после проверки состояния Сети и Дарулмы.
И вид города, открывшийся ему по мере продвижения внутрь, показался еще более жутковатым.
Столы с расставленными на них тарелками и вилками, на которых засохла еда, стеклянные стаканы и пластиковые бутылки с наполовину высохшими напитками, брошенные на заправке автомобили с подсоединенными заправочными шлангами.
Каждая попадающаяся на глаза деталь живо свидетельствовала о моменте, когда жизнь в городе оборвалась.
«Люди исчезли в единый миг...?»
В этот момент среди брошенных на дороге машин кто-то робко высунул голову.
Ёмён и оба Древних правителя остановились, встретившись с ним взглядом. Пасун склонил голову набок:
— Это еще что за хрен?
Не успел Пасун договорить, как Ёмён уже вытащил оружие и сорвался с места.
— Ну и нрав у паренька.
Токхва и Пасун бросились вслед за Ёмёном. Когда они сократили дистанцию, внешность противника прояснилась.
Тот, кто прятался за брошенным автомобилем, оказался человеком в маске. Судя по старомодным парадным одеждам, присущим Культу конца света, это был поджидавший их здесь адепт культа...
Он обратился к приближающемуся Ёмёну:
— Непрошеные гости, глупцы, не ведающие Истины, вы все станете жертвами конца света, присоединитесь же к славной Пустоте...
Увы, договорить ему не дали. На полуслове его шея с хрустом свернулась.
— Эй! Ты зачем его прикончил?! Сначала хоть допросить надо было!
Пасун высунул язык и возмущенно уставился на мертвеца. Ёмён, свернувший тому шею телекинезом, ответил, даже не взглянув на Пасуна:
— У нас нет времени играть в игры в правду.
— Да погоди, надо было хоть вступительную речь красивую...
— Хватит нести чушь, лучше готовься к бою. Этот ублюдок — не единственный.
— Да нет же, дело в принципе! Самое начало! Самое первое впечатление же! Ты что, даже Единорога не знаешь?
Пока Пасун нес бред, из переулков и из-за машин один за другим робко выглядывали люди.
Словно по команде облаченные в белые маски культа люди медленно приближались, беря их в кольцо.
— Непрошеные гости, глупцы, не ведающие Истины, вы все станете жертвами конца света, присоединитесь же к славной Пустоте.
Голоса у всех были разные, но произносили они те же самые слова. Пасун отреагировал без особого энтузиазма:
— Вы что, магнитофоны?
— Мы суть единое целое в Пустоте.
И на этот раз они ответили синхронно. Пасун поморщился и уже хотел что-то добавить, как Ёмён стремительно взмыл в небо.
Добравшись довышины, Ёмён окинул взглядом другую сторону дороги, которая уже плотно заполнилась сектантами, и нахмурился.
Спустившись мгновение спустя обратно на землю, он услышал вопрос Пасуна:
— Ну и сколько их там?
Ёмён прикинул расстояние до здания Дунган... нет, коммерческого банка, и ответил:
— Навскидку — десяток тысяч.
Ответом на слова Ёмёна стали не слова Пасуна, а реплика сектантов. Окружавшие отряд культисты заговорили одновременно так громко, что в ушах зазвенело:
— Наше число бесконечно. Мы — легион.
— Какая к черту бесконечность... совсем мозги расплавились.
Стоило Пасуну издевательски ухмыльнуться, как первый убитый сектант со сломанной шеей резко вскочил на ноги. Он вернул свернутую шею в исходное положение и произнес:
— Мое число бесконечно. Мы — легион.
—...Они что, зомби?
— Мы превзошли смерть.
С этими словами культисты начали смыкать кольцо вокруг отряда. Среди них попадались те, кто держал в руках оружие или был обмотан взрывчаткой.
Зомби они были или нет, но противники явно были надоедливыми. В тот момент, когда Пасун собрался поднять ману, чтобы размяться,
Ёмён произнес:
— Не трать время.
В его руке материализовался незнакомый Пасуну костяной посох. Нацелив его в скопление сектантов, Ёмён зачитал заклинание:
— Погодите-ка, с чего это некроманту...
Голоса осознавших суть заклинания культистов сорвались на визг. Как бы то ни было, Ёмён мгновенно завершил заклинание.
— Взрыв трупа.
***
Странное было ощущение, но всё, что Токхва смог вспомнить при виде взрыва, — это сцена из какого-то дешевого B-муви.
Вслед за окрашенными кровью взрывами в воздух взлетели машины, а культистов разметало ударной волной.
Бах, бах, бах — один за другим!
И когда взрывы немного отступили, в эпицентр начали попадать уже не гуманоидные сектанты, а совершенно иные существа.
Громадные туши, сшитые из человеческих трупов, зверолюди, чудища с человеческими головами на телах монстров и прочее...
Видимо, они планировали сначала истощить врага гуманоидными силами, а напоследок добить разношерстными монстрами, прятавшимися позади.
Но планы на то и существуют, чтобы рушиться. Тем более, если нашелся некромант, способный десятки раз подряд применять «Взрыв трупа» столь масштабного уровня.
— Ого, а ты быстро освоил забавные фокусы.
Взрывы прекратились лишь тогда, когда дорога, ведущая к Дунган Коммерческому Банку, стала относительно «чистой.»
Пасун захлопал в ладоши, словно увидев нечто увлекательное, а создавший это зрелище Ёмён смахнул кровь, ручьями течащую из носа и рта.
Разумеется, для него, освоившего Джугашвили, подобные пустяковые ранения ничего не стоили. Мгновенно регенерировав повреждения, он сглотнул кровь.
Ошеломленный этой сценой Токхва спросил:
— Красная звезда, какого черта ты такое?! КГБ просто физически не мог вырастить такого монстра, как ты. Как ты умудряешься одновременно использовать и боевые искусства, и магию столь высокого...
Ёмён ничего не ответил и побежал по очищенной улице. Глядя на его удаляющуюся спину, Токхва против воли вспомнил Кахала Магду. Эту подавляющую мощь, которую мог проявить разве что дракон...
...Стой, дракон?
— Неужели этот гад — тот самый хрен, что сожрал сердце Кахала Магду...?
— О, а соображалка-то у тебя работает лучше.
Когда Пасун прервал его размышления, Токхва растерянным взглядом перевел глаза с Пасуна на спину Ёмёна и обратно.
Спустя мгновение Токхва взял себя в руки, провел ладонью по лицу и произнес:
— О чем ты вообще думаешь? Если так пойдет, мы своими руками можем призвать здесь Короля демонов...
— Ничего подобного не случится, просто расслабься и получай удовольствие.
Уверенный ответ. Токхва очень хотел узнать, с чего это этот псих так уверен в себе, но раздумывать над этим долго ему не дали.
Потому что вдалеке к Ёмёну приближалось нечто грандиозное, с чем культисты не шли ни в какое сравнение.
Красивый молодой человек, чья спина была усыпана сияющим оружием.
Тот, кого Святой Престол прятал в строжайшем секрете, ни в коем случае не должен был появиться в таком месте...
— О, отец Святой!
—...
Оставив Пасуна болтать всякую чушь про невинность Святой, Токхва бросился вслед за Ёмёном.

Комментарии

Загрузка...