Чжан Цинфэн шел вперед, а спотыкавшиеся и бледные от страха Ма Сяофэн с остальными еле поспевали следом.
В самом сердце сада возвышалась восьмиугольная беседка. За ее каменным столом восседал чиновник в алых одеяниях, выписывая что-то нефритовой кистью в золоченой конторской книге.
Его фигуру окутывало едва заметное золотое сияние, и даже с расстояния в десяток шагов ощущалось такое давление, от которого перехватывало дыхание.
Ма Сяофэн, снедаемый любопытством, вытянул шею, намереваясь заглянуть в беседку, но не успел он и руку поднять, как Лю Шо яростно дернул его назад.
─ Не пялься куда не просят! ─ прошипел Лю Шо побелевшими губами. ─ Отец сказывал, что истинные божества Подземного мира находятся под защитой Небесного Пути, и простому смертному смотреть на них – лишиться глаз в лучшем случае, а то и сократить себе жизнь.
Начальник Лю неподалеку выглядел предельно собранным: он поправил воротник и издалека отвесил глубокий поклон, согнувшись едва ли не пополам и боясь поднять голову.
Сэ Сыюй, Линь Чжися и прочие и вовсе не смели поднять взор.
Чжан Цинфэн церемониться не стал. Он подошел к каменному столу, бесцеремонно опустился на каменный стул и взял со стола чайник из пурпурной глины, наполняя чашку.
Глоток оказался освежающим, с легким сладковатым послевкусием и едва уловимым шлейфом сандала.
─ Вытащить меня в сон явно не ради чаепития, ─ подняв глаза на чиновника в красном, произнес он. ─ Дело касается ритуала пяти бесов?
Кончик кисти вывел последнюю черту на страницах Книги Жизни и Смерти, после чего фолиант захлопнулся.
─ Народ вокруг тебя подобрался пестрый.
Цуй Цзюэ даже не поднял головы, бросив всего пять сухих слов.
У Хао окаменел, и исходившая от него аура призрака мгновенно схлынула до нуля.
Мэнянь же побелела лицом и инстинктивно спряталась за спину юноши, не смея поднять глаз.
Цуй Цзюэ щелкнул пальцем, и на каменный стол упала пластина из фиолетового нефрита. Она отливала матовым блеском, а ее поверхность была испещрена сложнейшими узорами в виде облаков.
Заметив гравировку, начальник Лю шумно втянул воздух, и голос его задрожал:
─ Указ Великого Императора...
─ Владыка велел передать тебе, что в Подземном мире грядут великие перемены, ─ постучав пальцем по столу, изрек лишь половину фразы Цуй Цзюэ. ─ Владыка ушел в затворничество, половина Десяти Владык исчезла, а все четыре судьи покинули свои места.
─ Куда их перевели? ─ тут же потребовал ответа Чжан Цинфэн.
Цуй Цзюэ окинул его быстрым взглядом и загадочно улыбнулся.
Пальцы Чжан Цинфэна замерли, в голове мгновенно сложилась общая картина: ─ Рубеж Иньшань?
Цуй Цзюэ промолчал.
Видя молчаливое подтверждение, Чжан Цинфэн нахмурился еще сильнее:
─ Это место дальше прочих. Стоит вам уйти, как при моем непрерывном нажиме противники не усидят на месте. Вы же просто поджариваете меня на костре!
Судья легонько постучал по столешнице и снова промолчал.
Юноша скривил губы:
─ Небось, и среди высших эшелонов смертных не обошлось без предателей?
─ Верно, ─ кивнул Цуй Цзюэ, и лицо его стало еще суровее.
─ Кое-кто из владык мира сего вошел в сговор со скверными практиками, используя ритуал пяти бесов для перекачки национальной удачи на нужды определенных сил в Подземном мире взамен на прикрытие со стороны тех чинов.
─ Северная школа – лишь пешка на переднем крае, а те, кто стоит за ними, занимают куда более высокие посты. Всё, что может сделать Владыка – это приглядывать за телодвижениями ортодоксальных духов, а всю явную работу придется вывозить тебе.
─ Каковы границы дозволенного? ─ поднял на него взгляд Чжан Цинфэн.
─ Границы прежние: не сметь вредить простым смертным мира сего, ─ Цуй Цзюэ отпил чаю.
─ Соблюдение правил сулит свои выгоды, а их нарушение упрощает жизнь. Победишь – получишь куда больше, чем они.
Чжан Цинфэн холодно хмыкнул:
─ А проиграю?
Судья посмотрел на него, покачал головой, и в его ровном тоне прозвучала железобетонная уверенность:
─ Ты же сам судья, как можно задавать столь ребячливые вопросы?
Сделав паузу, он отчекангал каждое слово:
─ Добьешься успеха – я выложу тебе всю правду о Цинли. И как тебе такое?
Зрачки Чжан Цинфэна сузились, пальцы впились в ладони до побелевших костяшек.
Несколько секунд царила абсолютная тишина. Наконец он протянул руку и поднял со стола фиолетовую нефритовую бирку. Та оказалась теплой на ощупь и источала слабое золотое сияние.
─ По рукам.
Стоило ему произнести это, как цветы софоры в саду мгновенно опали, а павильоны и беседки пошли трещинами, точно разбитое зеркало.
Голос Цуй Цзюэ донесся издалека, растворяясь в зыбком эхе:
─ Помни, пять бесов – это отнюдь не пять простых духов.
Не успел он договорить, как мир вокруг погрузился в непроглядную тьму.
─ Ай-яй-яй! Больно, больно, больно!
Вопль Ма Сяофэна разорвал тишину.
Распахнув глаза, Чжан Цинфэн обнаружил себя лежащим на полу всё той же трехсотой комнаты общежития.
Ма Сяофэн катался по полу, зажимая глаза руками; слезы смешивались с холодным потом, а сам он непрерывно всхлипывал:
─ Мои глаза будто иголками колют! Спаси меня, братец!
Чжан Цинфэн поднялся, подошел к нему и, зажав между пальцами два желтых бумажных талисмана, шлепнул их парню прямо на веки.
Слабое золотистое сияние просочилось сквозь бумагу внутрь, и тонкая струйка черного дыма медленно вытянулась наружу, растворяясь в воздухе.
Ма Сяофэн пару раз всхлипнул, и его мучения наконец стихли.
─ Кто просил тебя пялиться на истинное божество? ─ нахмурился Чжан Цинфэн. ─ Чиновники Подземного мира находятся под защитой Небесного Пути, и глазеть на них простому человеку – значит проявлять дерзость. В лучшем случае отделаешься болью в глазах, в худшем – сократишь себе век.
─ Но ты же тоже пялился на него черт знает сколько времени, и хоть бы хны! ─ возмущенно потирая глаза, уселся Ма Сяофэн.
Начальник Лю помрачнел и посмотрел на Чжан Цинфэна с еще большим уважением:
─ Небесный Наставник Чжан возведен в ранг Подземным миром и является земным судьей, он равен по статусу самому судье Цую, потому-то на него это и не распространяется. Или вы думали, что этот министерский оклад дают просто за красивые глаза?
─ Совмещение постов, не более, ─ холодно бросил Чжан Цинфэн. ─ На Земле таких всего десяток, они следят, чтобы подземная нечисть не переходила дозволенные границы.
─ Охренеть! ─ вытаращил глаза Ма Сяофэн. ─ Братец, ты еще не помер, а уже в бессмертные выбился?!
─ Иди к черту! ─ последовал незамедлительный ответ.
Шутки шутками, но атмосфера в комнате быстро вновь стала тягостной.
Начальник Лю опустился по-турецки на пол, и лицо его окаменело:
─ Если здесь действительно замешаны верхи человеческого мира, то отдать приказ о расформировании Бюро 749 мог кто-то как минимум уровня заместителя председателя госсовета. Я всегда чувствовал, что с ликвидацией нашего древнего отделения что-то не так, а теперь ясно: во всем замешан именно этот человек.
─ Кто бы он ни был, ступив на этот корабль, пути назад уже нет, ─ шагнул вперед У Хао, и его голос звучал твердо. ─ Мы с сестрой пойдем за старшим братом до конца: уничтожим нечисть и докопаемся до кукловода.
─ Испугались? Если так, еще не поздно найти какую-нибудь кривую корягу и повеситься...
Голос Сяо Лю донесся от окна. Неизвестно когда вернувшаяся лисица запрыгнула на подоконник и, скрестив руки на груди, принялась подкалывать Ма Сяофэна.
─ Кто испугался?! ─ задиристо выпятил подбородок парень. ─ Я просто... просто считаю задачку... больно уж масштабной!
Все невольно усмехнулись, и давящая атмосфера чуточку рассеялась.
Пи-пи-пи...
Резкий трезвон мобильного телефона прорезал тишину.
Сэ Сыюй вытащила трубку, выслушала чей-то доклад, и брови ее сошлись на переносице.
Завершив вызов, она перевела тяжелый взгляд на остальных:
─ В дежурную часть районного отдела поступило сообщение: в заброшенном бомбоубежище в тылу старого медицинского института нашли три трупа. Картина жуткая: вся кровь высосана, на шеях следы укусов, точь-в-точь как... будто их вампир загрыз.
─ Не вампир, ─ резко поднялся на ноги Чжан Цинфэн. ─ Бомбоубежище расположено как раз на западном фланге печати Четырех Зверей. Погибшие родились в иньский год, иньский месяц и иньский день?
Сэ Сыюй замерла, тут же связалась с кем-то по телефону для уточнения, после чего кивнула:
─ Да, дни рождения всех троих приходятся на иньский месяц.
─ Это жертвы для ритуала пяти бесов, ─ в глазах Чжан Цинфэна мелькнул холод. ─ Кто-то решил форсировать события.
Не теряя времени, группа выдвинулась на место, и уже через пятнадцать минут они стояли у входа в горное бомбоубежище.
Охраны здесь почти не было – всего трое человек, а вход оказался заложен мешками с песком.
Изнутри несло могильным холодом, густой смрад гниения смешивался с тошнотворным запахом тухлой крови, отчего Ма Сяофэн скривился и зажал нос рукой.
Стоило ему податься вперед, пытаясь заглянуть внутрь, как периферическим зрением он уловил нечто синевато-черное, показавшееся из-за мешков: длинные, загнутые когти отливали зловещим матовым блеском, словно смазанные ядом, и парень с испуга отпрыгнул назад.
Из глубин убежища послышались тяжелые шаги: бух, бух, бух. Они гулко отдавались о сырой бетон, заставляя мелкие камешки под ногами подпрыгивать в такт.
Вместе с хриплым, сиплым рычанием из темноты к выходу стала приближаться сгорбленная фигура.
Она была окутана клубами черной зловонной ци, обтянутая кожей иссохшего тела синела трупными пятнами, а два длинных клыка торчали поверх губ, зловеще сверкая в лунном свете.

Комментарии

Загрузка...