Правда, которую Мириэль предстояло услышать, была слишком жестокой для её возраста.
Нужно сказать ей, что человек, который, возможно, приходится ей братом, возглавляет мятежников и обречён на смерть.
Кариэль не знал, сможет ли ещё совсем юная Мириэль это вынести, но выбора не было.
Он вымылся, а потом на всякий случай даже надушился — вдруг запах крови всё ещё остался — и отправился к ней.
Мириэль, давно не видевшая брата, радостно побежала навстречу, но, заметив его непривычно серьёзное лицо, недоумённо наклонила голову.
— ...Мириэль.
Кариэль с трудом произнёс её имя и велел всем выйти.
Оставшись вдвоём, они сели, и Кариэль не сразу решился заговорить.
— Я должен рассказать тебе правду, которую тебе нужно знать. Слушать будет тяжело. Поэтому... если станет слишком трудно, обязательно скажи мне остановиться. Хорошо?
Мириэль с дрожью в глазах тихо кивнула.
Кариэль вздохнул, помедлил ещё немного и начал рассказывать.
Слухи уже разошлись так широко, что рано или поздно всё дошло бы до неё. Он решил, что лучше услышать это от него.
Но чем дальше он говорил и чем сильнее дрожали губы Мириэль, тем мучительнее становилось продолжать.
— ...Может, хватит?
Мириэль решительно покачала головой.
Она едва сдерживала слёзы, но хотела знать всё.
Закончив рассказ, Кариэль тревожно посмотрел на её опустевшее лицо.
— Ты в порядке?
Мириэль едва заметно кивнула, а затем твёрдо сказала:
— Он мне не брат.
— ...Что?
— У меня три брата.
Кариэль удивлённо распахнул глаза, а потом улыбнулся.
— Верно. Он тебе не брат.
***
Её руки всё ещё дрожали, и Кариэль надолго остался во дворце Мириэль, стараясь успокоить её. Лишь ночью, убедившись, что она уснула, тихо вышел.
— А Её Высочество принцесса?..
— Спит.
Тарион с облегчением выдохнул и кивнул.
Даже ради Мириэль, которая выдержала настолько страшную правду, дело нужно было довести до конца.
— Передай, чтобы служанок во дворце принцессы держали под строгим присмотром.
— Да.
Перед Кариэлем Мириэль изо всех сил держалась, но по лицу было видно, насколько сильно она потрясена.
Поэтому он уже велел слугам не спускать с неё глаз.
В этот момент подошла одна из Теней и что-то прошептала ему на ухо.
Лицо Кариэля потяжелело.
Он кивнул и сразу направился во дворец императора.
— Его Величество спит?
— Ещё нет.
Кариэль кивнул старому управляющему дворцом и попросил оставить его с императором наедине.
Он поклонился лежавшему на постели императору, подвинул стул и сел рядом.
— ...Мириэль?
— Держится.
— Хорошо.
Император горько усмехнулся, вспоминая собственные поступки.
Тогда ему казалось, что другого выхода нет.
Стоило хоть немного дать слабину — он мог лишиться трона и закончить так же, как другие братья: умереть от яда или пасть от тайного убийцы.
Особенно он, старший сын.
Император был уверен, что, окажись на троне кто-то из его младших братьев, его обязательно убьют.
Поэтому он не хотел оставлять им ни малейшего шанса.
А теперь тот выбор вернулся к нему ядом.
— Мы переломили общественное мнение. Теперь осталось только, чтобы карательная армия подавила мятеж.
Император слабо кивнул.
Человек, который даже к браку и рождению детей всегда относился исключительно как к политике, тихо вздохнул.
— Мне осталось недолго.
Кариэль промолчал.
Глядя на сына, император тихо усмехнулся.
Тот вроде бы должен был радоваться близкому трону, но выглядел так, словно его собирались казнить.
И этим был полной противоположностью отцу.
Удивительно, как у него вообще родился настолько иной по характеру сын.
— Управляющий дворцом.
— Да, Ваше Величество.
Старик подошёл и достал из-за пазухи золотой конверт.
— Быстро сообразил. Да. Это моё завещание.
Заметив, что Кариэль всё понял с первого взгляда, император улыбнулся.
— Я уже получил согласие четырёх великих маркграфов.
Всё было подготовлено, чтобы передать следующий трон Кариэлю.
На завещании стояли печати всех четырёх маркграфов, охранявших границы Империи. Одного этого почти хватало, чтобы обеспечить законность следующего престолонаследия.
Там была и печать Акелио, командира Дворцового рыцарского корпуса.
Оставалось заручиться согласием министров, канцлера и Совета знати.
Кариэль уже поручил Уинстону подготовиться к чрезвычайной смене власти, так что фактически оставались только аристократы. Похоже, император собирался обратиться к ним лично в последний момент.
— Боюсь, моё тело не продержится до возвращения двух герцогов.
Кариэль посмотрел на старого управляющего дворцом.
Тот молча покачал головой.
Кариэль крепко зажмурился.
— Я думал, у вас больше месяца...
— Состояние Его Величества ухудшилось слишком резко.
Кариэль снова посмотрел на императора.
Лицо императора было почти таким же, каким Кариэль запомнил его незадолго до смерти в прошлой жизни.
Ни румянца на щеках, ни цвета в губах.
Только глаза казались яснее, чем когда-либо за последнее время.
Но Кариэль лучше многих знал, что это не признак выздоровления.
«Действительно осталось совсем немного».
Император собирал последние силы.
Кариэль тяжело выдохнул.
— Вероятно, сейчас последний раз, когда я могу говорить с тобой в здравом уме.
Император взял его за руку.
— С сегодняшнего дня передаю тебе все мои полномочия.
— Что вы...
Пока Кариэль растерянно смотрел на него, в ладони оказался перстень.
Ключ от ларца с императорской печатью в Большом зале.
До сих пор этот перстень лишь ненадолго передавали Кариэлю через управляющего дворцом.
Теперь же он официально становился его.
Едва император произнёс слова о передаче власти, как от перстня, ещё хранившего его кровь, потёк красный свет.
В тот же миг из тела Кариэля вырвалась огненная энергия и устремилась в кольцо.
— Кх!
Увидев, как Кариэль скривился от боли, император посмотрел на управляющего дворцом.
— Это оно?
— Да, Ваше Величество.
Тот, кого тайные хранители императорского дома ждали столько лет.
Человек, обладавший правом, которого не было ни у нынешнего императора, ни у нескольких поколений его предшественников, наконец получил официальное признание перстня первого императора.
— ...Жаль. Будь у меня здоровье хоть немного крепче...
Император всю жизнь хотел увидеть тайны, скрытые во дворце.
Но так и не смог.
Его сознание очистили от наркотика и тёмной магии, однако полностью избавиться от скверны не удалось.
Он надеялся хотя бы последовать за Кариэлем, когда тот, обладающий правом, откроет тайны. Но загрязнённого императора так и не признали.
Поэтому теперь ему оставалось лишь наблюдать со стороны.
— Это... первый император?
— Да, Ваше Величество.
Над Кариэлем возник красный силуэт.
Фигура первого императора, знакомая по портретам, холодно посмотрела на нынешнего государя.
Его взгляд был суров, словно он укорял потомка за все совершённые грехи.
Затем он перевёл глаза на Кариэля, положил ладонь ему на голову и создал вокруг неё алое сияние.
Один раз кивнув, будто признавая его, первый император растворился в теле Кариэля.
Красная энергия всколыхнулась.
Сурт, осколок Короля духов и Сколль приняли зримую форму и закружили вокруг Кариэля.
— Любопытно.
Всё, что Кариэль обрёл, спасая Империю от кризисов, теперь высвобождало силу, будто защищая его.
Красные волны ещё долго заполняли комнату.
Потом постепенно втянулись в Кариэля и исчезли без следа.
— Ха... ха...
— Знак появился.
На лбу Кариэля проступил знак императорского рода — тот самый, что исчез много поколений назад.
Увидев его, старый управляющий дворцом немедленно опустился на одно колено.
— Приветствую истинного владыку Империи.
Кариэль распахнул глаза.
По лбу всё ещё стекал холодный пот, но он первым делом покосился на императора.
Тот лишь улыбался, будто всё происходящее было совершенно естественно.
Истинная сила императорского рода, которую считали утраченной, возродилась.
Одного этого хватило, чтобы император был готов простить что угодно.
— Это я её возродил. Я!
Пусть тайные хранители так его и не признали — неважно.
Даже с заражённым сознанием и телом, от которого разило гнилью, он всё-таки сумел вернуть истинную силу императорского рода.
Этого, казалось ему, достаточно, чтобы большая часть его грехов однажды была забыта.
— Вот и всё... Теперь достаточно.
С этими словами император закрыл глаза и потерял сознание.
— Ваше Величество!
— Всё в порядке. Он только лишился сознания.
Кариэль облегчённо выдохнул, но тут же повернулся к старому управляющему дворцом и нахмурился.
— Как ты посмел так поступить, когда здесь находится Его Величество?
— Тайные хранители императорского дома служат лишь тому императору, который получил признание.
— Ты...
— Его Величество это знает. Именно поэтому он так рад.
Возродился истинный император.
Нынешний государь понимал это лучше всех.
Кариэль стоял с мрачным лицом, а управляющий дворцом передал ему последний приказ императора, подготовленный заранее.
— Это последнее повеление Его Величества.
Последняя просьба следующему императору — почти завещание.
По обычаям Империи следующий государь обязан был исполнить её.
Даже если трон доставался узурпатору, последнее повеление предшественника старались исполнить, если только оно не было совсем невозможным.
Кариэль тихо вздохнул и опустился на колено.
— Объяви всей Империи, что наследный принц получил признание первого императора. Это мой последний приказ перед смертью... Прошу, исполни его.
В этих словах было столько отчаянного желания, что Кариэль помрачнел.
Если приказ будет исполнен, его право на трон станет практически абсолютным.
Но тогда отказаться от престола в будущем будет ещё труднее.
Возродился давно исчезнувший знак императорского рода — кто после этого посмеет усомниться в власти Кариэля?
Лучше всего было бы ничего не объявлять...
— К слову, Его Величество заранее предусмотрел и возможность того, что вы откажетесь.
Кариэль молча стиснул зубы.
Император слишком хорошо знал характер сына и до самого конца подстраховался.
Оставалось надеяться на младших. Кариэль отчаянно хотел верить, что у них тоже проявится такая же сила.
«Вот и всё. Теперь только вы. Я на вас рассчитываю».
Кариэль склонил голову.
— Повинуюсь последней воле Его Величества.
Управляющий дворцом достал официальный приказ, передал Кариэлю и поклонился.
***
С перстнем императора и последним приказом в руках Кариэль вышел из дворца и устало опустился прямо на ступени.
— Ваше Высочество.
— ...Немедленно передай министрам и канцлеру, что я хочу их видеть.
— Его Величество...?
Тарион побледнел.
Кариэль покачал головой и показал перстень.
— А...
Тарион лучше многих понимал, что означает перстень императора в руке Кариэля.
Он поспешно опустился на оба колена.
— Поздравляю вас!
Слуги, мгновенно понявшие происходящее, один за другим преклонили колени и повторили поздравление.
Следом опустились рыцари и служанки.
С каждым новым возгласом, будто возвещавшим рождение нового императора, лицо Кариэля становилось всё мрачнее.
Он столько сил потратил, чтобы избежать этого места, и всё равно вернулся к нему.
Стиснув зубы, Кариэль поднял глаза к ночному небу.
— Ну и ×...

Комментарии

Загрузка...