Глава 24. Династический брак
Глава 24. Династический брак
Когда Наваки увёл Кушину, а юный Хьюга попрощался и вышел, в палату наконец вернулся твой брат, Като Дан.
Когда Наваки увёл Кушину, а юный Хьюга попрощался и вышел, в палату наконец вернулся твой брат, Като Дан.
В тыльную сторону твоей ладони всё ещё была вставлена игла капельницы, так что держать палочки ты не могла. Дан присел на край койки и стал терпеливо, ложка за ложкой, кормить тебя горячим раменом.
В тыльную сторону твоей ладони всё ещё была вставлена игла капельницы, так что держать палочки ты не могла. Дан присел на край койки и стал терпеливо, ложка за ложкой, кормить тебя горячим раменом.
Ранее ты спрашивала у Хируко, не вызовет ли твоё пребывание в отдельной VIP-палате лишних вопросов, на что тот лишь сочувственно улыбнулся.
Ранее ты спрашивала у Хируко, не вызовет ли твоё пребывание в отдельной VIP-палате лишних вопросов, на что тот лишь сочувственно улыбнулся.
— С чего бы? — пожал плечами он. — Достаточно пустить слух, что это знак внимания к девочке, которая нравится молодому господину Наваки, или же дань уважения возлюбленному принцессы Цунаде... И все посчитают это вполне естественным.
— С чего бы? — пожал плечами он. — Достаточно пустить слух, что это знак внимания к девочке, которая нравится молодому господину Наваки, или же дань уважения возлюбленному принцессы Цунаде... И все посчитают это вполне естественным.
Ну да, ну да. Куда уж тебе, простой смертной, до понимания привилегий высшего сословия Конохи!
Ну да, ну да. Куда уж тебе, простой смертной, до понимания привилегий высшего сословия Конохи!
Проглотив пару лакомых кусочков, ты посмотрела на уставшее лицо брата и тихо спросила:
Проглотив пару лакомых кусочков, ты посмотрела на уставшее лицо брата и тихо спросила:
— Брат, чем ты был занят все эти дни?
— Брат, чем ты был занят все эти дни?
— Да ничем особым, — улыбнулся Дан. — Всё как обычно: задания, отчёты, снова задания, снова отчёты.
— Да ничем особым, — улыбнулся Дан. — Всё как обычно: задания, отчёты, снова задания, снова отчёты.
— Очень много работы?
— Очень много работы?
— Есть немного. В деревне сейчас... беспокойно. Никто не сидит без дела. Кагами сейчас при Хокаге, крутится как белка в колесе. Сакумо тоже. Они, кстати, приходили навестить тебя, но господин Хируко сказал, что ты ещё не очнулась, и не пустил их. Они оба очень за тебя переживают.
— Есть немного. В деревне сейчас... беспокойно. Никто не сидит без дела. Кагами сейчас при Хокаге, крутится как белка в колесе. Сакумо тоже. Они, кстати, приходили навестить тебя, но господин Хируко сказал, что ты ещё не очнулась, и не пустил их. Они оба очень за тебя переживают.
Тебе, конечно, приятно было узнать, что о тебе помнят, но интересовало совсем другое.
Тебе, конечно, приятно было узнать, что о тебе помнят, но интересовало совсем другое.
Сделав наивное лицо, ты спросила так, как спросил бы обычный десятилетний ребёнок:
Сделав наивное лицо, ты спросила так, как спросил бы обычный десятилетний ребёнок:
— Брат, а мы будем воевать с Деревней Скрытого Облака?
— Брат, а мы будем воевать с Деревней Скрытого Облака?
— Ю, откуда ты знаешь? — слегка удивился Дан.
— Ю, откуда ты знаешь? — слегка удивился Дан.
— Доктор Хируко немного рассказал мне о том, что происходит снаружи.
— Доктор Хируко немного рассказал мне о том, что происходит снаружи.
— Война... Пока ничего не решено. Всё зависит от того, какую позицию займёт новый Райкаге. Если у власти окажутся люди Гинкаку или те, кто жаждет крови, господин Хокаге не станет уступать.
— Война... Пока ничего не решено. Всё зависит от того, какую позицию займёт новый Райкаге. Если у власти окажутся люди Гинкаку или те, кто жаждет крови, господин Хокаге не станет уступать.
— Но разве Хокаге не стремился к миру?
— Но разве Хокаге не стремился к миру?
— Настоящий мир возможен лишь тогда, когда Коноха способна победить. Если после такого предательства со стороны Облака мы просто подставим другую щеку, нас перестанут уважать и сочтут слабаками. Какими бы тяжелыми ни были времена, мы не имеем права сдаваться без боя.
— Настоящий мир возможен лишь тогда, когда Коноха способна победить. Если после такого предательства со стороны Облака мы просто подставим другую щеку, нас перестанут уважать и сочтут слабаками. Какими бы тяжелыми ни были времена, мы не имеем права сдаваться без боя.
Ты понимающе кивнула, с уважением подумав: «Так вот ты какой, Сенджу Тобирама».
Ты понимающе кивнула, с уважением подумав: «Так вот ты какой, Сенджу Тобирама».
И то верно: человек, прошедший сквозь ад Эпохи Воюющих Царств, просто не умеет быть тряпкой.
И то верно: человек, прошедший сквозь ад Эпохи Воюющих Царств, просто не умеет быть тряпкой.
Ты вспомнила, что в оригинале Третий Хокаге славился как заядлый «голубь мира» и убеждённый пацифист. В сравнении с ним Сенджу Тобирама выглядел настоящим ястребом. Хотя, пожалуй, дело не в этом. Он просто понимал главную истину: «Хочешь мира — будь готов к войне; уступки агрессору ведут лишь к гибели». Случись при его жизни история с похищением Хинаты, когда Хиаши убил посланника Облака, Тобирама ни за что не заставил бы главу клана Хьюга совершать самоубийство ради умиротворения врага.
Ты вспомнила, что в оригинале Третий Хокаге славился как заядлый «голубь мира» и убеждённый пацифист. В сравнении с ним Сенджу Тобирама выглядел настоящим ястребом. Хотя, пожалуй, дело не в этом. Он просто понимал главную истину: «Хочешь мира — будь готов к войне; уступки агрессору ведут лишь к гибели». Случись при его жизни история с похищением Хинаты, когда Хиаши убил посланника Облака, Тобирама ни за что не заставил бы главу клана Хьюга совершать самоубийство ради умиротворения врага.
— Как же хорошо, что господин Хокаге вернулся живым и невредимым... — с искренним облегчением выдохнула ты.
— Как же хорошо, что господин Хокаге вернулся живым и невредимым... — с искренним облегчением выдохнула ты.
— Это уж точно, — вздохнул Дан. — Говорят, один из зачинщиков мятежа, Кинкаку, мёртв, хотя подробности того боя до сих пор покрыты тайной. В Кумогакуре сейчас бушует гражданская война — у Гинкаку хватает врагов внутри деревни.
— Это уж точно, — вздохнул Дан. — Говорят, один из зачинщиков мятежа, Кинкаку, мёртв, хотя подробности того боя до сих пор покрыты тайной. В Кумогакуре сейчас бушует гражданская война — у Гинкаку хватает врагов внутри деревни.
— А сейчас уже решается вопрос о кандидатуре Третьего Хокаге?
— А сейчас уже решается вопрос о кандидатуре Третьего Хокаге?
— Ну...
— Ну...
— Я за госпожу Цунаде!
— Я за госпожу Цунаде!
— Э? — Дан удивлённо моргнул.
— Э? — Дан удивлённо моргнул.
— Второй Хокаге продержится ещё лет десять-пятнадцать, и к тому времени госпожа Цунаде будет в самом расцвете сил! Она невероятно способная, я всей душой за неё! А ты, брат?
— Второй Хокаге продержится ещё лет десять-пятнадцать, и к тому времени госпожа Цунаде будет в самом расцвете сил! Она невероятно способная, я всей душой за неё! А ты, брат?
— Ну-у, — рассмеялся Дан, — вообще-то твой брат и сам мечтает стать Хокаге. Как быть?
— Ну-у, — рассмеялся Дан, — вообще-то твой брат и сам мечтает стать Хокаге. Как быть?
— Даже если ты мой брат, выбирая между тобой и госпожой Цунаде, я без колебаний выберу госпожу Цунаде!
— Даже если ты мой брат, выбирая между тобой и госпожой Цунаде, я без колебаний выберу госпожу Цунаде!
— Эх, Ю, из твоих уст это звучит так обидно... — посмеялся Дан над твоей детской непосредственностью.
— Эх, Ю, из твоих уст это звучит так обидно... — посмеялся Дан над твоей детской непосредственностью.
Ты же мысленно перебрала кадры из оригинальной истории. В филлерах показывали мечту Цунаде: она искренне желала стать опорой своему любимому человеку, помочь ему взойти на пост Хокаге и быть рядом. Но если трезво оценивать шансы, Цунаде в роли правителя выглядела куда надежнее и убедительнее Като Дана.
Ты же мысленно перебрала кадры из оригинальной истории. В филлерах показывали мечту Цунаде: она искренне желала стать опорой своему любимому человеку, помочь ему взойти на пост Хокаге и быть рядом. Но если трезво оценивать шансы, Цунаде в роли правителя выглядела куда надежнее и убедительнее Като Дана.
— Кстати, только что приходил Наваки, — перевела тему ты.
— Кстати, только что приходил Наваки, — перевела тему ты.
— Хм?
— Хм?
— Он привёл с собой гостью. Девочку по имени Узумаки Кушина. У неё такие яркие красные волосы, очаровашка!
— Он привёл с собой гостью. Девочку по имени Узумаки Кушина. У неё такие яркие красные волосы, очаровашка!
Выражение лица Дана сделалось немного странным:
Выражение лица Дана сделалось немного странным:
— А-а...
— А-а...
— У неё та же фамилия, что и у госпожи Мито. Она тоже из Страны Водоворотов?
— У неё та же фамилия, что и у госпожи Мито. Она тоже из Страны Водоворотов?
— Да, — подтвердил Дан. — Если ничего не изменится, она, скорее всего, станет невестой Наваки.
— Да, — подтвердил Дан. — Если ничего не изменится, она, скорее всего, станет невестой Наваки.
— ...
— ...
Ты застыла с открытым ртом.
Ты застыла с открытым ртом.
— А?
— А?
Кто чьей невестой станет?!
Кто чьей невестой станет?!
Погоди-ка. Стоп!
Погоди-ка. Стоп!
Ты была шокирована до глубины души.
Ты была шокирована до глубины души.
Узумаки Кушина... и Наваки?!
Узумаки Кушина... и Наваки?!
Что за бред?!
Что за бред?!
А как же Намиказе Минато?! Он-то где вообще шлялся?!
А как же Намиказе Минато?! Он-то где вообще шлялся?!
В каноне Кушина и Наваки вроде даже толком не пересекались! Ни о какой помолвке или династическом браке речи никогда не шло!
В каноне Кушина и Наваки вроде даже толком не пересекались! Ни о какой помолвке или династическом браке речи никогда не шло!
Неужели...
Неужели...
В твоей голове словно вспыхнула молния.
В твоей голове словно вспыхнула молния.
В оригинальной истории Наваки погиб совсем юным. Наследник клана Сенджу мёртв, Цунаде не проявляет интереса к руководству кланом... И тогда верхушка Сенджу решила поддержать Намиказе Минато, взявшего в жёны Кушину! Именно поэтому бесклановый гений смог триумфально взойти на престол Хокаге!
В оригинальной истории Наваки погиб совсем юным. Наследник клана Сенджу мёртв, Цунаде не проявляет интереса к руководству кланом... И тогда верхушка Сенджу решила поддержать Намиказе Минато, взявшего в жёны Кушину! Именно поэтому бесклановый гений смог триумфально взойти на престол Хокаге!
Каким бы светлым и дружным ни казался мир подросткового сёнэна, настоящая реальность подчинялась суровым законам политики.
Каким бы светлым и дружным ни казался мир подросткового сёнэна, настоящая реальность подчинялась суровым законам политики.
Като Дан... Пусть у него и была фамилия, семья Като никогда не входила в элиту. Сила Дана соответствовала уровню элитного джонина, но мог ли он пробиться в высшую лигу Конохи, где гениев было хоть пруд пруди? Смог бы он победить Цунаде в честном бою? Вряд ли.
Като Дан... Пусть у него и была фамилия, семья Като никогда не входила в элиту. Сила Дана соответствовала уровню элитного джонина, но мог ли он пробиться в высшую лигу Конохи, где гениев было хоть пруд пруди? Смог бы он победить Цунаде в честном бою? Вряд ли.
Мог ли он стать Хокаге исключительно своими силами?
Мог ли он стать Хокаге исключительно своими силами?
Или же Минато опирался на статус Кушины, а Дану требовался авторитет Цунаде?
Или же Минато опирался на статус Кушины, а Дану требовался авторитет Цунаде?
За Цунаде стоял прямой род Сенджу, и её муж получил бы куда большую поддержку, чем супруг девочки из клана Узумаки.
За Цунаде стоял прямой род Сенджу, и её муж получил бы куда большую поддержку, чем супруг девочки из клана Узумаки.
Вот только... Като Дан тоже погиб.
Вот только... Като Дан тоже погиб.
А это значит, что будь Наваки и Като Дан живы, пост Хокаге мог вообще никогда не достаться Намиказе Минато! Даже несмотря на то, что Минато был гением, «в лучах славы которого меркли все остальные»!
А это значит, что будь Наваки и Като Дан живы, пост Хокаге мог вообще никогда не достаться Намиказе Минато! Даже несмотря на то, что Минато был гением, «в лучах славы которого меркли все остальные»!
«Стань сильным и трудолюбивым — и ты станешь Хокаге» — главная ложь вселенной Наруто.
«Стань сильным и трудолюбивым — и ты станешь Хокаге» — главная ложь вселенной Наруто.
В конце концов, всё решала только кровь! Сын Хокаге становится Хокаге, а сын козла отпущения — козлом отпущения.
В конце концов, всё решала только кровь! Сын Хокаге становится Хокаге, а сын козла отпущения — козлом отпущения.
Кстати о козлах отпущения... Ты снова вспомнила того юного сухаря из Хьюга.
Кстати о козлах отпущения... Ты снова вспомнила того юного сухаря из Хьюга.
— Союз кланов Сенджу и Узумаки — старая традиция, — продолжал Дан, не замечая твоей бури в душе. — Супруга Первого Хокаге, госпожа Узумаки Мито, была принцессой Узумаки.
— Союз кланов Сенджу и Узумаки — старая традиция, — продолжал Дан, не замечая твоей бури в душе. — Супруга Первого Хокаге, госпожа Узумаки Мито, была принцессой Узумаки.
Видя твоё молчание, Дан, похоже, неправильно всё понял и мягко пояснил:
Видя твоё молчание, Дан, похоже, неправильно всё понял и мягко пояснил:
— Наваки — единственный внук господина Хаширамы, и на него естественно возложили обязанность чтить традицию. Цунаде говорила, что госпожа Мито уже готовила помолвку, но из-за нападения на господина Тобираму всё пришлось временно отложить.
— Наваки — единственный внук господина Хаширамы, и на него естественно возложили обязанность чтить традицию. Цунаде говорила, что госпожа Мито уже готовила помолвку, но из-за нападения на господина Тобираму всё пришлось временно отложить.
— ...Но ведь отец Наваки не женился на девушке из клана Узумаки?
— ...Но ведь отец Наваки не женился на девушке из клана Узумаки?
К тому же, судя по тому, как Наваки привёл Кушину к тебе, они оба даже не догадывались о матримониальных планах взрослых. Наваки относился к ней просто как к милой дальней родственнице.
К тому же, судя по тому, как Наваки привёл Кушину к тебе, они оба даже не догадывались о матримониальных планах взрослых. Наваки относился к ней просто как к милой дальней родственнице.
— Верно, — согласился Дан. — В то время в клане Узумаки просто не нашлось подходящей по возрасту девушки.
— Верно, — согласился Дан. — В то время в клане Узумаки просто не нашлось подходящей по возрасту девушки.
«Потому что тогда не требовалось передавать Девятихвостого и не было нужды в новом джинчуурики», — мрачно подумала ты.
«Потому что тогда не требовалось передавать Девятихвостого и не было нужды в новом джинчуурики», — мрачно подумала ты.
— Но... — ты даже запнулась от возмущения, — но что, если Наваки и Кушина не полюбят друг друга? Что, если им понравится кто-то другой?!
— Но... — ты даже запнулась от возмущения, — но что, если Наваки и Кушина не полюбят друг друга? Что, если им понравится кто-то другой?!
— Пользоваться благами и защитой клана — значит брать на себя ответственность за его будущее, — тихо произнёс Дан.
— Пользоваться благами и защитой клана — значит брать на себя ответственность за его будущее, — тихо произнёс Дан.
— Это чистейшей воды моральное вымогательство! — отрезала ты. — Феодальный пережиток! Люди — не вещи! У каждого есть своя воля, а подобный контроль — прямое попрание человеческого достоинства! Вырастить ребёнка, дать ему всё лучшее — это обязанность родителей, а не великая милость! Если родил ребёнка и не заботишься о нём — это преступление и брошенный на произвол судьбы человек! Как можно выдавать долг за благодетель и на этом основании требовать беспрекословного повиновения?!
— Это чистейшей воды моральное вымогательство! — отрезала ты. — Феодальный пережиток! Люди — не вещи! У каждого есть своя воля, а подобный контроль — прямое попрание человеческого достоинства! Вырастить ребёнка, дать ему всё лучшее — это обязанность родителей, а не великая милость! Если родил ребёнка и не заботишься о нём — это преступление и брошенный на произвол судьбы человек! Как можно выдавать долг за благодетель и на этом основании требовать беспрекословного повиновения?!
— Ю... — Дан посмотрел на тебя с осторожным удивлением. — Ты... неужели тебе нравится Наваки?
— Ю... — Дан посмотрел на тебя с осторожным удивлением. — Ты... неужели тебе нравится Наваки?
— ...
— ...
Чёрт.
Чёрт.
Из-за того, что чувства Наваки к тебе были видны невооружённым глазом, твоя пылкая речь прозвучала крайне двусмысленно и двулико.
Из-за того, что чувства Наваки к тебе были видны невооружённым глазом, твоя пылкая речь прозвучала крайне двусмысленно и двулико.
«А где вообще Намиказе Минато?! Минато, ты чем там занимаешься, черт тебя дери?!»
«А где вообще Намиказе Минато?! Минато, ты чем там занимаешься, черт тебя дери?!»

Комментарии

Загрузка...