62
— Ввести новые правила ради зрелищности?
— Я прекрасно понимаю, что риск для жизни придаёт игре особый шарм. Но не кажется ли вам, что ей всё же не хватает развлекательного элемента?
— Вы хотите сказать, что нужно добавить больше драматизма?
— Именно так.
Секретарь взглянул на скрытого в полумраке управляющего, словно испрашивая дозволения, и спустя мгновение обратился к Фридриху:
— Господин управляющий желает услышать подробности.
— Рулетка Эпифон по своей сути является разновидностью русской рулетки. Но что, если выстрел сделать не самоцелью, а лишь средством?
— А конкретнее?
— Например, заключить пари.
— Имеете в виду сделать отдельную ставку, помимо главного приза?
— Верно. К примеру, каждый загадывает по одной загадке и пытается понять, о чём думает соперник.
— Хм.
— Для игры берут десять пистолетов. Но девять из них заряжены холостыми, и лишь в одном остаётся боевой патрон.
Рука в чёрной перчатке взяла один из лежавших на столе пистолетов. Щёлкнул предохранитель, и дуло направилось прямо на управляющего.
— Однако на этот раз целиться придётся не в себя, а в противника. Если выстрел окажется холостым, тот, кто стрелял, обязан ответить на вопрос оппонента. Вариантов ответа всего три: «да», «нет» и «ни то, ни другое».
— О-о.
— Условие победы: либо выстрелить в оппонента боевым патроном и вывести его из строя, либо раньше этого отгадать загадку соперника. Что скажете?
— Определённо, правила весьма занятные.
Секретарь вновь наклонился к управляющему. Некоторое время они о чём-то перешёптывались, после чего секретарь вернулся под свет ламп и кивнул:
— Управляющий согласен. Однако он человек немногословный, поэтому право отвечать на вопросы викторины делегирует мне.
— Противник меняется?
— Нет, стрелять по-прежнему будет сам управляющий. Во всём остальном мы будем следовать только что озвученным правилам.
— Договорились.
Поднос унесли. Вскоре перед игроками снова выложили десять пистолетов в том же порядке, что и прежде.
— Как вы и просили, оружие заменили. Девять пистолетов снаряжены холостыми, и лишь в одном - боевой патрон.
— Благодарю за подтверждение.
Соперникам снова подали стаканчики с костями. На этот раз у Фридриха выпало 10, а у управляющего - 2.
Фридрих, в отличие от прошлого раза, не колеблясь взял второй пистолет и спустил курок. Щёлк. Осечка.
— Тогда я спрошу от имени управляющего. То, о чём вы думаете, живое?
— Может быть живым, а может и нет.
Белая перчатка потянулась к четвёртому пистолету. Медленное движение пальцев отчётливо видел даже Раймонд.
Щёлк.
— Очередь вернулась ко мне. То, о чём думаете вы, обладает разумом?
— Да, это так.
На этот раз Фридрих выбрал пятый пистолет, и вновь последовала осечка.
— Хм... У него только один цвет?
— Нет.
Белая перчатка подняла шестой пистолет. Снова осечка.
Теперь очередь задавать вопрос перешла к секретарю:
— То, о чём думаете вы, способно двигаться?
— Да.
Фридрих взял третий пистолет. Его выразительные голубые глаза сузились, словно он оценивал вес оружия. И затем... с оглушительным грохотом грянул выстрел. Белая перчатка отлетела в темноту. Все присутствующие подумали, что управляющий опрокинулся назад.
Однако вскоре в свете ламп вновь показался его силуэт - он лишь слегка качнулся вперёд от отдачи. На его груди костюм пропитало нечто тёмное, напоминающее чернила.
Двое служащих бросились на помощь: один помог ему сесть ровно, другой принялся вытирать сочащуюся жидкость. Остальные деловито наводили порядок: убирали разбросанное оружие и уносили серебряный поднос, забрызганный чёрным.
Несмотря на то, что в его господина выстрелили, секретарь сохранял всё то же весёлое выражение лица.
Опустив дымящийся ствол, Фридрих с сочувствием произнёс:
— Удачный выдался денёк.
— И правда. Было бы лучше, если бы боевой патрон появился чуть позже, когда зацепок стало бы больше.
— С господином управляющим всё в порядке?
— Всё хорошо, свинцовые пули не способны причинить ему никакого вреда. Он весьма крепкий.
— Завидую. А вот мою голову разнесло бы с одного выстрела.
Секретарь, похоже, пропустил этот сарказм мимо ушей.
Раймонд перевёл взгляд с Фридриха на разгромленный стол, затем на управляющего, которого поддерживали слуги, и стиснул кулаки.
Теперь счёт сравнялся. Остался всего один шанс. Сможет ли Фридрих победить? Есть ли надежда?
— Тогда начнём финальный раунд. Но прежде позвольте спросить: не желаете ли вы изменить загаданное?
— Нет. Оставим всё как есть.
— В таком случае я тоже ничего менять не стану.
На стол вновь положили десять новых пистолетов. На костях у Фридриха выпало 8, а у управляющего - 14. Право первого хода безоговорочно досталось управляющему. Его выбор пал на седьмой пистолет - осечка.
— То, о чём вы думаете, находится в этом казино?
— Да.
Фридрих без колебаний выбрал второй пистолет. И вновь - осечка.
— То, о чём вы думаете, человек? — спросил секретарь.
— Да.
Раймонд с замиранием сердца посмотрел на напарника. Если он верно всё понял, разгадать замысел Фридриха не составит большого труда. Прежде чем это произойдёт, Фридриху нужно либо найти пистолет с боевым патроном, либо первым озвучить правильный ответ. Но удастся ли ему это?
Управляющий выбрал первый пистолет. Осечка.
— Можно ли оценить стоимость того, о чём вы думаете, в фишках?
— Нет, нельзя.
Звякнул серебряный поднос. Фридрих поднял четвёртый пистолет и спустил курок. Последовал лишь металлический щелчок.
— То, о чём вы думаете, кто-то из предков? — спросил секретарь.
— Нет.
Казалось, противники подобрались вплотную к разгадке. Хватило бы ещё двух вопросов, нет, пожалуй, всего одного, чтобы найти ответ.
Управляющий выбрал шестой пистолет. Осечка.
— То, о чём вы думаете, посетитель казино?
— Нет.
Фридрих выбрал десятый пистолет. Осечка.
— То, о чём вы думаете, член семьи?
— Нет.
Секретарь подобрался к разгадке почти вплотную. На столе оставалось всего пять пистолетов. Управляющий выбрал третий пистолет, и, к счастью, произошла осечка.
Прикрыв рукой выпуклую плюшевую медвежью морду, Фридрих задумался. И как раз в тот миг, когда Раймонд мысленно взмолился всем богам, из-под маски глухо прозвучал вопрос:
— Вы дорожите тем, о чём думаете?
— Нет.
«Мне одному показалось, что он ответил с заминкой?»
Пока Раймонд пребывал в замешательстве, Фридрих выбрал восьмой пистолет. Осечка.
Секретарь улыбнулся, на этот раз зловещей улыбкой:
— Похоже, пришло время дать ответ.
— Уже? Не хотите собрать ещё немного подсказок?
— Ни к чему, теперь всё предельно ясно. Кажется, господин управляющий получил достаточно удовольствия. Разве вовремя поставить точку - не главная добродетель секретаря?
— Что ж, прошу.
Фридрих скрестил руки на груди. Огромная плюшевая голова совершенно не соответствовала его худощавому телу, но вся его поза будто говорила: «Ну давай, попробуй».
Секретарь слегка склонил голову в сторону управляющего и подошёл к Раймонду.
— То, о чём думает претендент, это шедевр Красной Ведьмы.
Голова плюшевого медведя ничего не ответила.
Секретарь протянул руку меж расступившихся служащих, коснулся волос Раймонда и медленно пропустил золотистые пряди сквозь пальцы.
— То, что одновременно и живо, и мертво. Человек, сочетающий в себе множество цветов. Не родственник и даже не усопший предок. Этот «товар», выставленный претендентом, идеально подходит под каждое из условий. Неужели вы думали, что я не догадаюсь? Что ж, весьма забавное заблуждение.
Раймонду нечем было возразить. Секретарь попал в самую точку. И жив, и мёртв одновременно. Его клетки прямо сейчас разрушались и тут же регенерировали, словно гусеница перед окукливанием. Этот цикл лишь замедлялся успокоительным. Не будь его, он бы уже пару раз умер и вновь восстановился. Уклончивый ответ Фридриха «может быть живым, а может и нет» послужил прямой наводкой.
«Неужели это конец?»
В тот момент, когда Раймонд уже приготовился оказаться внутри витрины безумного коллекционера, Фридрих небрежно бросил:
— Нет.
— Вы говорите «нет»? Вы утверждаете, что загадали не этого человека? Жульничать нельзя. Смена ответа тоже считается мошенничеством.
— Я говорю «нет», потому что вы не угадали. Если вам кажется, что я лгу, можете хоть детектор лжи принести. Мне скрывать нечего, я чист.
«Правда это или ложь?»
Его уверенный тон сбил с толку даже самого Раймонда.
Секретарь в замешательстве переводил взгляд с юноши на Фридриха, однако правила рулетки требовали продолжения: управляющий поднял пятый пистолет. Осечка.
— Теперь спрошу я. То, о чём вы думаете, живое?
— И да, и нет.
Осталось всего два пистолета. Шансы ровно пятьдесят на пятьдесят, а подсказок собрано недостаточно.
Фридрих взял оружие. Некоторое время поглаживая гладкий ствол, он произнёс:
— Этим пистолетом положено целиться в противника, но для начала я хотел бы внести ещё одно предложение.
— Какое предложение?
— Если я выстрелю из выбранного пистолета не в управляющего, а в самого себя, дайте мне сперва шанс дать ответ.
«Безумец!» — с ужасом подумал Раймонд.
Если в оружии боевой патрон, Фридрих мог бы просто выстрелить в управляющего и одержать чистую победу. Зачем снова ставить всё на кон и рисковать разнести себе голову?
Конечно, пистолет мог оказаться и холостым. Но даже в этом случае, ошибись он с ответом, ход тут же перейдёт к управляющему, и тогда с таким трудом добытая голова плюшевого медведя гарантированно разлетится на куски.
С какой стороны ни глянь, условия были крайне невыгодными. Секретарь, тоже это понимая, поколебался и отступил в полумрак, спрашивая мнения управляющего.
Вскоре он вернулся и кивнул:
— Управляющий согласен.
Даже сложив воедино абсолютно все подсказки секретаря, можно было понять лишь одно: это нечто разумное, находится в казино, не является посетителем, его ценность нельзя измерить фишками, оно безразлично секретарю и при этом ни живо, ни мертво. Разве из этого можно сделать правильный вывод? Неужели Фридрих настолько уверен в себе?
Прижав дуло к виску, набитому плотным хлопком, Фридрих произнёс:
— Мой ответ - то, что сидит напротив.
Щёлк. Холостой.
Напротив сидел управляющий Оксфордшир Эпифон. Существо в изодранной, покрытой чёрными потёками рубашке, чинно сцепившее пальцы в белоснежных перчатках.
Фридрих пододвинул через стол пистолет, в котором теперь точно оставался боевой патрон.
— Вы уверены, что это правильный ответ? — спросил секретарь.
— Да.
На мгновение повисла тишина. Секретарь, молча глядя на единственный оставшийся пистолет, слегка кивнул:
— Поздравляю. Вы угадали.
«Что? Правда?»
Раймонд ошеломлённо вскочил:
— То есть вы загадали управляющего?!
— Нет. Мой ответ - то, что сидит передо мной.
— Так это же и есть управляющий казино! Тот, с кем вы только что играли...
— Взгляните сами.
Фридрих слегка приподнялся и потянулся рукой к низко висевшему над столом светильнику. Светильник, очерчивавший чёткий круг, словно выделяя главное действующее лицо на сцене, сдвинулся, и световой круг последовал за ним. Фридрих погрузился во тьму, а место управляющего, напротив, ярко осветилось.
Фридрих приподнялся и толкнул низко висевший абажур. Световой круг, словно луч театрального прожектора, качнулся следом. Фридрих погрузился во тьму, а место управляющего, напротив, ярко озарилось.
Раймонд машинально перевёл туда взгляд и коротко вскрикнул. Будто ведущий актёр на залитой софитами сцене, в кресле сидел обезглавленный труп, облачённый в безупречный фрак. Рука в белой перчатке медленно потянулась вперёд и сжала лежащий на столе пистолет.
Бах!
Свинцовая пуля рассекла пустоту, где изначально должна была быть голова.
В воздухе повис едкий дым и отчётливый запах гниения. Сыграв свою роль, безглавое тело тем же размеренным движением вернулось в прежнюю позу, сцепив пальцы в замок.
Фридрих холодно произнёс:
— Вот какова правда об управляющем Оксфордшир Эпифон.
— Т-тогда... настоящего управляющего не существовало вовсе? С кем же мы вели игру?!
— А об этом знает лишь тот, кто всё это время находился рядом с тем, кто сидит на месте управляющего.
Фридрих повернулся к секретарю. Чёрные пластиковые бусины медвежьих глаз блеснули абсолютной уверенностью:
— Что скажете, господин секретарь? Или... мне лучше называть вас управляющим, решившим поиграть в секретаря?
Прим. Пер. Мне кажется, Фридрих менял правила, когда ситуация начинала складываться не в его пользу в надежде на то, что, ему повезёт. Ибо правило с загадкой совершенно абсурдно. Ни Фридрих, ни секретарь не знают друг друга. Загадать можно, что угодно. А цель секретаря – явно не победа, особенно учитывая, что он загадал настолько очевидное. По сути, он им позволил выиграть.

Комментарии

Загрузка...