Наблюдая за удаляющимся кортежем полицейских машин, Чжоу Чаоян, сидевший в своем Рендж Ровере, довольно улыбался.
— Хотите, чтобы я работал бесплатно? Размечтались.
Куда бы отправиться сегодня? Наведаться в Седьмую среднюю школу города, чтобы нанести визит Янь Цзяню и преподнести ему большой сюрприз? Или сразу махнуть в глушь, в его логово, и умыкнуть оттуда огромного черного пса? А может, сходить поклониться величайшей загадке Мистического пробуждения — Одноглазому Королю из Храма Хунфа?
— Хм, хм-хм-хм-хм-хм... — фальшиво напевая марш Мендельсона, Чжоу Чаоян в отличном расположении духа развернул машину, готовясь к сегодняшнему экскурсионному туру.
Вообще-то, он приехал сюда не по своей воле, а уступив уговорам матушки — нужно было присмотреть за дядей и помочь ему поправить здоровье. Ну, и помочь поймать второго призрака для поддержания баланса сил. Но дядя сегодня явно был занят, ему было совершенно не до племянника. А значит, нет ничего предосудительного в том, чтобы тайком отправиться в паломничество.
***
Улица Вэньхун.
Это знаменитая прогулочная улица в городе Дачан, где бок о бок соседствуют храмы, ночной рынок, пешеходные зоны и уютные чайные. Каждый год она привлекает множество туристов, желающих поглазеть на достопримечательности, совершить покупки и попробовать местную еду.
Хотя на часах было всего девять утра, здесь уже было не протолкнуться. Воздух пропитался аппетитными ароматами, пробуждающими спящий в глубине души голод. Найти парковочное место оказалось непростой задачей, а конечная цель — Храм Хунфа — была бережно спрятана где-то в недрах этих улочек, ожидая своего часа, чтобы предстать перед взором очередного попаданца.
С чашкой молочного чая в одной руке и порцией свежих такояки в другой, Чжоу Чаоян, сверяясь с картой, шагнул под своды древнего храма. Внутри было немного монахов, зато полным-полно туристов: толпа теснилась, возжигая благовония и вознося молитвы Будде, Гуань-юю, Бодхисаттве Гуаньинь... Такое разнообразие божеств сбивало с толку — даже сложно было понять, кому именно поклоняются обитатели этого храма.
Если в двух словах — здесь царила полная вседозволенность.
Чжоу Чаоян с искренним интересом слонялся по храму добрую половину дня, но так ничего и не обнаружил. Напротив, он лишь лишился десятка с лишним монет, оставив их в качестве пожертвований. Никаких потайных дверей, никаких скрытых пространств. Если бы он не знал сюжета оригинальной истории, то решил бы, что пришел не в тот храм.
Впрочем, с подобной ситуацией Чжоу Чаоян сталкивался не впервые: Парк долголетия и счастья в Морском городе — живой тому пример. Тот объект вообще не находился в реальности. Но в конечном счете он все равно умудрился получить свою выгоду. Главное — найти правильный подход.
Согласно описанию в оригинале, у настоятеля имелась передаваемая из поколения в поколение тайная комната, где был запечатан ужасающий демон или призрак. В конце концов, Янь Цзянь открыл её и подобрал алый Призрачный глаз. С тех пор он прославился, несколько раз был на волоске от смерти, прошел через ад, превратился в странное существо — полуживое, полумертвое, — и едва не лишился мужской силы. В отличие от главных героев других историй, его судьба была поистине жалкой.
Слезы наворачивались на глаза. Хотелось надеяться, что автор напишет хороший финал и не станет доводить всё до такой безнадеги, когда весь мир погибнет, вынуждая Янь Цзяня перезапускать время.
Потирая ноющую голову, Чжоу Чаоян снова погрузился в раздумья. Самый простой способ на данный момент — просто найти настоятеля и попросить его провести внутрь. Ведь в книге, когда Янь Цзянь внезапно появился в его сокровищнице, настоятель вел себя очень дружелюбно. Он ни капли не рассердился, был готов помочь и без лишних слов сам вывел гостя наружу, объяснив, что к чему. Его без преувеличения можно было назвать святым.
Типичный персонаж-святоша, которых так любят критиковать хейтеры. Хотя автор уделил ему всего пару строчек, он оставил у Чжоу Чаояна глубокое впечатление. В конце концов, это же абсурд: какой-то незнакомый вор вламывается в твой сейф, все там перерывает, а ты с ним крайне обходителен и ничуть не злишься. Едва ли не чаем приглашаешь напоить.
О, милосердный Будда! Надеюсь, настоятель будет так же добр и ко мне, и мне не придется использовать жесткие методы, чтобы принудить его к сотрудничеству.
Дальнейшее развивалось неожиданно гладко. Чжоу Чаоян через молодого послушника успешно разыскал настоятеля, который как раз читал сутры. Услышав просьбу, настоятель без лишних слов растопырил пять пальцев, давая понять: плати пятьдесят тысяч, и я отведу тебя в комнату с запечатанным демоном.
Чжоу Чаоян лишился дара речи. Такого реалистичного и при этом невероятно спокойного мастера он еще не видел. Неужели он на полном серьезе вытащил из-под стола QR-код для оплаты через Алипей?
— ...
[Динь! Оплата в размере пятидесяти тысяч юаней получена.]
Смирившись с абсурдностью ситуации, Чжоу Чаоян перевел деньги. Получив оплату, спокойный и невозмутимый настоятель сдержал слово и немедленно поднялся. Он проводил Чжоу Чаояна в заднюю часть Храма Хунфа, в глухой переулок, где в ряд стояли комнаты. В одной из них находилась запертая золотая дверь, в точности как описывалось в оригинале.
Все оказалось до смешного просто.
Даже сорвав золотую печать, Чжоу Чаоян продолжал сомневаться, но, стоило ему шагнуть внутрь, как он ощутил леденящую ауру, исходящую от самого призрака. Хотя внутри было темно, а того самого засохшего дерева-склепа, поверженного Одноглазого Короля и огромного Гвоздя Гроба он пока не видел, Чжоу Чаоян был уверен: призрак здесь, и это Призрачная Территория колоссальной глубины.
Как только он вошел в эту комнату, его охватило опасное чувство искажения пространства. Оно не отпускало, словно подсознание кричало: беги отсюда немедленно! Ноги подкашивались, казалось, что он вот-вот провалится в бездонную пучину темного ада. Это было похоже на хождение по натянутой проволоке над пропастью: мозг перестал подчиняться, подавая панические сигналы к бегству.
— Посетитель? Посетитель, что с вами? — из-за двери донесся голос настоятеля, в котором слышалась тревога.
Это вывело Чжоу Чаояна из оцепенения. Ощущение выхода души из тела было отвратительным — его затошнило, он едва стоял на ногах. Он пребывал в смятении. Стоит ли прорываться в такое жуткое место? А если он активирует механизм защиты, которого не было в книге? Тогда дело плохо. Это, конечно, не страх. Просто нет необходимости рисковать.
В конечном счете Чжоу Чаоян решил прислушаться к инстинкту самосохранения. Он попятился назад, вышел из темной комнаты и запер золотую дверь и засовы в точности так, как было до него. В конце концов, Янь Цзянь скоро сам сюда явится, спешить нет нужды. Торопливость до добра не доводит.
Вот только Чжоу Чаоян не заметил, что, как только он покинул комнату, на потолке и на стенах по углам появились густо налепленные алые глаза. Они словно ожили: вращались, внимательно наблюдая за ним. Сцена выглядела жутко, напоминая шествие сотни призраков, — настоящий рай для страдающего трипофобией.
Единственная досада заключалась в том, что этот незваный гость оказался слишком осторожным: стоило ему почувствовать неладное, как он тут же дал дёру, не попавшись в ловушку. Иначе Призрачный глаз мог бы прикрепиться к этому человеку и в один миг освободиться.
Глубоко в алой Призрачной Территории, на дереве-склепе из белых костей, покоился черный призрачный силуэт высотой пять метров. На его лбу, словно нехотя, зловеще вращался единственный красный глаз, который затем медленно закрылся. Призрак выжидал, ожидая следующего шанса, следующего гостя — или жертвы, которую можно заманить и поглотить. Или же он накапливал силы, чтобы пробить печать и вырваться наружу.
Скоро. Это случится очень скоро.
А Гвоздь Гроба, пригвоздивший Одноглазого Короля к костяному дереву, начал невидимым образом осыпаться мельчайшей крошкой, издавая тихий жалобный стон.

Комментарии

Загрузка...