Порой Сюй Шань и сам был вынужден признать, что его оптимистичный Дух был поистине силён: когда давление достигало предела, нервное напряжение, наоборот, легко спадало, и даже сейчас у него находилось время для подобных размышлений... Он утер лицо, успокоил Дух и попытался вспомнить. Анализ... нужен анализ ситуации, во внутреннем дворе осталось много неясного, нельзя всё так оставлять. На горе проблема Лу Сянцзюня была не самой страшной, главная проблема заключалась в нём самом. Во время готовки его настроение было на редкость великолепным. Но после этого его духовная сила истощилась, а физическая сила почти полностью иссякла.
С самого своего появления в этом мире он ещё никогда не доходил до такого предела, и если всё дело лишь в контакте с ядовитыми ингредиентами, это звучало бы слишком абсурдно. Если он сам дошёл до такого состояния лишь от прикосновения, то как Лу Сянцзюнь мог съесть это и, возможно, не проявить никакой негативной реакции? К тому же вряд ли возможно, чтобы секта стала заготавливать ядовитые продукты.
А ещё он говорил, что на его рукаве был какой-то Цинлун. Культиватор на стадии заложения основ не мог, возможно, настолько обмишуриться, чтобы увидеть Цинлуна на белой ткани — это уж слишком нелепо. Неужели у того изначально были какие-то проблемы и у него начались галлюцинации?
Сюй Шань повернул голову и взглянул на правую руку: кровь глубоко в ране немного потемнела. Сюй Шань прищурился, погрузившись в раздумья.
Лу Сянцзюнь ясно указал, что Цинлун появился именно на том месте, которое было обмотано полотенцем из Лазурной Печати. Это полотенце казалось обыденным предметом, но явно таило в себе нечто особенное. Такое совпадение... Повинуясь мысленному приказу, Сюй Шань вытащил из пустоты полотенце, обмотал его вокруг правой руки и тут же сорвал.
В тот миг, когда его взгляд упал на правую руку, в голове Сюй Шаня загудело, а зрачки резко расширились! Дракон! На руке и правда был дракон?! На его правом предплечье отчётливо проступил Цинлун, обвившийся вокруг красного иероглифа «особый».
— Это... это...
Губы Сюй Шаня дрогнули, а глаза неотрывно уставились на рисунок на руке.
«Мастер кулинарии... Разве это не штука из того мультика? Знак отличия Шеф-повара высшего разряда», — Каждый раз, когда главный герой срывал полотенце с руки, он раскрывал свою истинную личность, уподобляясь Святым и вызывая всеобщие возгласы изумления.
— Шеф-повар высшего разряда... — пробормотал Сюй Шань, и его глаза внезапно вспыхнули пониманием.
Шеф-повар высшего разряда! Лу Сянцзюнь тогда так неожиданно выкрикнул эту фразу. И хотя Сюй Шаню выбор слов показался странным, он не придал этому значения, решив, что его просто так подбадривают. Но теперь выходило, что дело вовсе не в этом... Неужели всё из-за этого полотенца? Точно! То, как старший брат Лу вкушал еду и какие пафосные речи толкал, точь-в-точь повторяло сцены из мультфильма. Сюй Шань сглотнул подступивший ком в горле и резко сел.
Выходит, его необычные ощущения во время готовки тоже были вызваны этим полотенцем? Получается... предметы, созданные Лазурной Печатью, требуют особых способов активации. Неудивительно, что за несколько месяцев разные эксперименты не дали никаких результатов. В конечном счёте, в еде не было никакого яда. Всё это лишь особый эффект от полотенца, так что нельзя назвать это чем-то плохим...
Однако лицо Сюй Шаня в следующее мгновение вновь стало смертельно белым. Погодите-ка... В таком случае, люди в главном зале, которые отведали его блюда...?! О нет, это ничем не отличается от отравления, и даже хуже... Пусть даже культиваторы, заполнившие зал, обладают высокими уровнями совершенствования и с ними не случится ничего непредвиденного, их восприятие наверняка уловит аномалию. Сюй Шань схватился за сердце и немного перевёл дух, пока его состояние не вернулось в норму.
Он снова покосился на свой рукав: эмблема Цинлуна и Шеф-повара высшего разряда уже начала медленно бледнеть. Как бы то ни было, похоже, наметился сдвиг в лучшую сторону. По крайней мере, не всё так скверно. Предмет из Лазурной Печати, который он так долго изучал, наконец-то обрёл и другие подтверждённые свойства. В общих чертах он понял, как работает полотенце, но всё ещё требовались дальнейшие испытания.
Но оставаться для этого в Секте Синлань было нельзя; нужно было отправиться во внешний мир и найти там место, чтобы проверить свои догадки на практике. Главной задачей сейчас было преодолеть возникшее препятствие и поскорее вернуться в общежитие Внешних учеников, чтобы разведать обстановку. Подумав об этом, Сюй Шань быстро сел со скрещенными ногами, закрыл глаза и начал поглощать духовную энергию для восстановления сил.
Базовая техника совершенствования для Внешних учеников была ему прекрасно знакома, ведь это были лишь азы. Как только духовная энергия проникла в его тело, Сюй Шань тут же прекратил циркуляцию, нахмурился и медленно открыл глаза: что-то было не так. Процесс поглощения духовной энергии и её преобразования в духовную силу, равно как и скорость течения духовной силы в самом теле, стали невообразимо медленными.
У него от природы были Духовные корни низшего ранга, отчего совершенствование давалось с трудом, но сейчас казалось, будто его талант стал значительно хуже даже низшего качества. Если Духовные корни высшего класса можно было сравнить с диареей, а Духовные корни среднего класса были нормой, то Духовные корни низшего ранга походили на запор.
Но в его нынешнем состоянии казалось, что вдобавок к запору у него ещё выскочил огромный геморрой. Снова нечто небывалое... Неужели это последствия от активации эффекта полотенца? У Сюй Шаня голова шла кругом. Его обуревали смешанные чувства и одолевали тяжкие сомнения. Поразмыслив довольно долго, он всё же снова закрыл глаза и продолжил восстанавливаться.
....
Вечерело. Сюй Шань с тяжёлым выражением лица вернулся в общежитие, обмотав подбородок случайным куском ткани.
Комната в общежитии Внешних учеников была небольшой и весьма спартанской, рассчитанной на четырёх человек. Сюй Шань открыл дверь, и трое находившихся внутри парней одарили его странными взглядами.
— Эй, приятель, ты кто?
— Мы так долго живём вместе, а вы меня не узнаёте? Кто ещё это может быть, кроме меня, Сюй Шаня? — спокойно ответил он, садясь на свою кровать.
— Да ладно! Твою мать, Шань-гэ, так вот ты какой!
— Шань-гэ, да ты же типичный смазливый красавчик...
— Ничего себе, получается, с таким лицом ты в жизни не пропадёшь!
Трое парней один за другим уселись на кроватях, и один из них, с подозрением оглядывая Сюй Шаня, спросил: — А где твоя борода? С чего вдруг сбрил? И что с подбородком?
Сюй Шань снял намотанную на голову повязку, болезненно зашипев. Взорам троих предстала огромная кровоточащая рана на его подбородке. Он сделал её сам: просто разбил себе лицо камнем перед уходом с берега реки.
— Тренировался и случайно поранился. Борода мешалась, вот и сбрил.
Парни продолжали пялиться на него, а другой сказал: — А ты в курсе, что сегодня Старейшина Цао вместе со старшим братом из внутреннего двора повсюду искал какого-то бородача. Уж не тебя ли?
— Старший брат Лу? — скосив глаза, спросил Сюй Шань, — Я с ним уже виделся. Он действительно кое-кого искал, но не меня.
— Эх... ты так подозрительно вошёл, да ещё и с новым лицом, мы уж подумали, что искали именно тебя, — тут же потеряли интерес парни.
— Тебя сегодня не было, ты бы видел, что творилось! Похоже, стряслось что-то серьёзное. Этот старший брат из внутреннего двора переполошил всех бородачей и вывел их наружу. Первым он позвал Тянь Сюаня, тот парень чуть в штаны не наложил от страха.
— А потом что? — спросил Сюй Шань.
— А потом он начал осматривать каждого по очереди, приговаривая, что ищет повара с драконом на руке, но так никого и не нашёл. Ах да, он ещё спросил, кого не хватает, и только тебя не было.
— Вы же не подумали на меня и не выдали, а? — Сюй Шань обвёл троих парней взглядом.
— Да как ты мог подумать, Шань-гэ, — замахал руками собрат по школе с кровати напротив, — Я, конечно, чуть было не заподозрил тебя, и дело не в том, что мне плевать на братские узы, но когда он ляпнул про какого-то повара и Цинлуна, стало очевидно, что это точно не ты.
— К тому же, старший брат из внутреннего двора был мрачнее тучи. Даже если бы кто-то и знал, всё равно побоялся бы пикнуть: кому охота навлекать на себя беду?
......
(Конец главы)

Комментарии

Загрузка...