Мой господин, пощадите его жизнь! — Глава 42 читать онлайн

Чжан Ян бросила на Фань Ю долгий, полный значения взгляд. Фань Ю знал, что поступает самоуправно, но упускать такой случай было бы жаль. Позже, когда всё уладится, он сам придёт с повинной — пусть даже он не до конца признал Чжан Ян своей госпожой, формально он всё ещё оставался её подчинённым, а значит, за самоуправство полагалось наказание.

В голове у него кружился целый рой мыслей. Он и не подозревал, что в этом взгляде Чжан Ян не было ни тени недовольства — только удивление: «Какой же у него тяжёлый вкус».

— Она — твой звездный господин?

— Если захочешь — станет и твоим.

Взрослый младенец перевёл взгляд на Чжан Ян. Та нетерпеливо поторопила:

— Не тяни.

Взрослый младенец и подумать не мог, что эта докучливая чертовка и есть главная среди троих. Времени на раздумья не было. Закусив губу от боли, он выдавил из себя каплю сердечной крови. Алая капля выплыла наружу, и лицо его вмиг стало пепельно-серым. Дыша неровно, через силу он произнёс:

— Примите.

В тот же миг в системном журнале вспыхнуло уведомление. У Чжан Ян уже был опыт, она привычно приняла дар. Капля крови, колыхаясь, подплыла к её межбровью и скрылась под кожей.

В её духовном поле — там, где уже теплилась слабая, чужая искра Фань Ю, — зажглась ещё одна. Точно две едва заметные звёздочки в бездонной чёрной ночи.

Под влиянием этой новой искры Чжан Ян стала смотреть на взрослого младенца чуть благосклоннее. Она ухватилась за узел кораллового пледа, в который он был закутан:

— На Шу Яня его проклятие действует — на меня действует. А ты? Тоже будешь действовать?

Взрослый младенец на миг заколебался, но ответил:

— ...Да.

Его разновидность проклятия имела один недостаток: периодическое возвращение в младенчество, за которым следовал период полной беспомощности. Длился этот период ровно столько дней, сколько лет было его обладателю. Каждый день этого периода равнялся одному году взросления. При проклятии первой степени оно случалось раз в год, второй степени — дважды в год, третьей — трижды, и так далее.

Если проклятие Фань Ю толкало человека в пропасть разврата, где он погибал в собственных страстях, то это проклятие отмеряло предел жизни — верхнюю границу, за которую переступить нельзя. Властители такими подчинёнными дорожили, но и боялись их. Дорожили — потому что трудно устоять перед искушением вернуть себе молодость, пусть даже ненадолго, отбросить дряхлое, сгнившее тело и вновь ощутить сладость весны. Боялись — из-за оборотной стороны, из-за уязвимости. Именно поэтому обладателей такого проклятия легко принимали на службу, но ещё легче использовали и выбрасывали, как ненужный инструмент.

— Значит, я тоже буду возвращаться в детство?

— Да, госпожа. Но с вами будут люди — нечего бояться.

Чжан Ян пропустила его слова мимо ушей. Она была почти уверена: проклятие взрослого младенца на неё не повлияет. Рождение, старение, болезни, смерть — это привилегия настоящих людей. NPC — другое дело. У них нет настоящего рождения, нет настоящей смерти. А старение? Для этого разработчику пришлось бы пересоздать модель персонажа, нарисовать новую оболочку. Единственное, что им доступно, — это «болезнь», если под «болезнью» понимать заражение вирусом или баг. Разве это не своего рода «кибер-болезнь»? Так как же проклятие взрослого младенца способно «вернуть её в детство»?

— Поехали искать твою сестру, — сказала Чжан Ян.

Судя по рассказам, от начала приступа до превращения в младенца проходило всего полдня. Сестра постигла та же участь, что и он, — разница в сроках минимальна. Должно быть, она ушла недалеко: или в самой деревне, или где-то поблизости.

Чжан Ян поднесла свёрток с младенцем к носу Дами:

— Дами, понюхай хорошенько, запомни запах. Потом поищешь рядом похожий.

Из всей её компании нюх у Дами был самый чуткий. Дами: «...»

Его использовали как собаку. Он кипел от возмущения, но не смел и пикнуть. Добросовестно обнюхав младенца несколько раз, он зашагал искать — с Чжан Ян на спине и свёртком в зубах.

Фань Ю и глава Пуяна тоже не сидели сложа руки. Они велели собрать всех выживших в деревне, развести для них костёр и отдали им большую часть своих сухарей. Трупы замёрзших селян вытаскивали один за другим — к концу их набралось девяносто три человека. Пустырь у околицы покрылся рядами жутких силуэтов.

Телохранитель главы Пуяна доложил:

— Господин, мы пересчитали тела. Девяносто три человека. Среди них — четверо девочек подходящего возраста, но ни на одном из тел нет «сохранившегося взрослого органа», который бывает при этом проклятии. Среди них нашей цели нет.

— Обыщите окрестности деревни, — приказал глава Пуяна.

Сбой погоды случился так внезапно, а снег выпал такой обильный, что крупные хищники ещё не успели спуститься с гор. Тела должны быть целы. Ещё пара дней — и неизвестно.

— Слушаюсь.

Телохранитель отдал честь и ушёл.

Глава Пуяна разобрался со всеми делами и только тогда заметил Фань Ю: тот сидел с отсутствующим взглядом, сложив пальцы в какую-то мудру, а вокруг него пульсировали, вздымались волны звездной силы. Он не стал мешать. Дождавшись, пока Фань Ю закончит, спросил:

— Зачем ты принял к ней на службу человека, о котором ничего не известно?

Этот взрослый младенец не назвал ни имени, ни происхождения. Глава Пуяна не знал, каков у него нрав, и тем более не мог поручиться, что его рассказ — не хитрость, чтобы выманить сочувствие.

— Не страшно, — коротко ответил Фань Ю.

— Что значит «не страшно»?

— У господина нет за душой ни гроша. Откуда же быть привередливости? — Фань Ю усмехнулся. — Пока не выяснится, что с ним что-то не так, можно пользоваться его услугами. Бесплатная рабочая сила — она и есть бесплатная. Такая удача выпадает не каждый день. К тому же он, судя по всему, не из слабых.

— У ястреба и охота ястребиная, — хмыкнул глава Пуяна. — И ты, и твоя госпожа — два сапога пара. Оба всегда готовы «убить осла, когда он перестанет возить».

Его позабавило это сходство.

— А с чего ты взял, что он не слаб?

— Он старый, — ответил Фань Ю. — На лицо он стар.

Глава Пуяна: «...»

Против этого довода и не попрёшь. На свете, конечно, встречаются гении, рождённые с талантом, но куда больше обычных людей, которые карабкаются вверх по лестнице чинов и званий благодаря годам и житейскому опыту. Взрослый младенец — либо первый, либо второй. Скорее второй. Но даже его «второсортной» силы для их жалкой, наспех сколоченной команды из нескольких человек вполне достаточно.

— И ещё, — голос Фань Ю продолжал звучать в ушах главы Пуяна, — этот человек — не из Тяньюэ.

— И откуда такая уверенность?

— Если бы он был из Тяньюэ, то знал бы, что здешний катаклизм с погодой может случиться в любой момент. И зачем бы он пришёл сюда именно сейчас, в свой слабый период, когда он беспомощен, как младенец?

Значит, он не здешний. А раз не здешний — нечего с ним церемониться. Фань Ю хорошо представлял себе характер Чжан Ян: столкнись она с местными силами Тяньюэ — никакая сила в мире не удержит её от кровавой бани. И тогда в её свите хоть один человек, не связанный с местными кланами, будет очень кстати — никто не сможет влиять на неё через него.

— И всё? — Глава Пуяна дёрнул уголком губ.

— И всё, — кивнул Фань Ю.

Теперь его интересы и интересы госпожи слились воедино. Даже если он не желает ей добра, он не станет желать ей зла.

Глава Пуяна хотел ещё что-то спросить, но краем глаза заметил возвращающегося на тигре всадника. Лицо взрослого младенца было мрачнее тучи, второго свёртка у Чжан Ян не прибавилось. Похоже, они ничего не нашли.

— Не нашли тела — это уже хорошо, — опустил взгляд глава Пуяна, пытаясь утешить нового временного соратника. — Возможно, она жива. Может быть, кто-то подобрал её, приняв за подкидыша.

— Бродяга знает, — бледное лицо взрослого младенца чуть смягчилось. — Теперь только на это и остаётся надеяться.

Хоть какая-то надежда — и то ладно.

Комментарии