Лето, прекраснейшее из всех воспоминаний в памяти. Часть 1
Наконец-то они начали встречаться со старшекурсником Цзян Бэем.
Сидя в аудитории, Цень Нянь обнимала учебник английского, не в силах сдержать улыбку. От неё так и везло абсолютным счастьем, из-за чего она казалась совершенно оторванной от окружающих.
Тан Инь, сидевшая рядом, больше не могла на это смотреть. Она ткнула подругу в локоть и брезгливо протянула:
— Большая сестрица, я знаю, что ты влюблена, но вообще-то сейчас идёт пара. Можешь перестать ухмыляться?
Цень Нянь потрогала своё лицо и с абсолютно дурацким видом переспросила:
— Разве улыбка такая заметная?
Тан Инь закатила глаза и ответила:
— Очень заметная!
Цень Нянь смутилась, её нежная кожа покрылась румянцем. Она виновато улыбнулась:
— Хе-хе, Цзян Бэй сказал, что после пары придёт за мной, и мы пойдём обедать.
Тан Инь потёрла выступившие мурашки. И сколько они уже вместе? Всего ничего! Раньше звала его исключительно старшекурсником, а теперь даже обращение сменила. Она заметила:
— Вы же и до того, как начали встречаться, каждый день вместе обедали!
Тан Инь знала: за полгода ухаживаний, если не случалось ничего экстраординарного, к каждому приёму пищи Цень Нянь старалась оказаться рядом с Цзян Бэем, чтобы лишний раз напомнить о себе.
— Ой, всё совсем по-другому, теперь это его инициатива. — Цень Нянь проигнорировала выражение лица подруги, изогнула губы в улыбке и добавила: — Он ведь впервые позвал меня куда-то сам.
И хотя, говоря об этом, она выглядела невероятно счастливой, Тан Инь почему-то чувствовала горечь. Пусть сейчас Цень Нянь и добилась своего счастья, заплатить за него пришлось огромным трудом. Тан Инь похлопала подругу по плечу и спросила:
— Кстати, а что насчёт той Цзоу Юйцин?
Цень Нянь замерла, её прекрасные глаза широко раскрылись. Прошло немало времени, прежде чем она опомнилась и произнесла:
— Если бы ты не напомнила, я бы вообще забыла о её существовании.
И правда, а где же Цзоу Юйцин? В тот день она тоже присутствовала при признании. Её отношение к Цзян Бэю раньше было столь очевидным... Теперь, когда Цзян Бэй и Цень Нянь вместе, что станет с Цзоу Юйцин?
Сдастся? Или будет выжидать удобного момента, чтобы их разлучить?
— Говорю тебе... Ты что, совсем потеряла голову от любви?! Перед лицом такой серьёзной соперницы, как Цзоу Юйцин, нельзя расслабляться ни на секунду до самого конца! — с удрученным видом заявила Тан Инь.
Цень Нянь закивала с самым солидарным видом. Посмотрев на Тан Инь, она спросила:
— И что же мне теперь делать?
Тан Инь немного подумала и ответила:
— Судя по всему, Цзоу Юйцин — человек крайне гордый, поэтому я считаю, что прямо сейчас она предпринимать ничего не станет, но и отступаться она точно не намерена.
Услышав, что Цзоу Юйцин не собирается сдаваться, Цень Нянь забеспокоилась. Она с надеждой уставилась на Тан Инь, чуть не выдав безответственную фразу вроде вся надежда на тебя.
Тан Инь всегда играла роль её советчицы, и Цень Нянь привыкла полагаться на неё во всём. Поскольку они были хорошими подругами, стоило Цень Нянь попросить, как Тан Инь никогда не отказывала. Поразмыслив пару мгновений, та произнесла:
— Прежде всего нужно, чтобы вся школа узнала о том, что вы с Цзян Бэем вместе. Тогда, даже если Цзоу Юйцин захочет вмешаться, она станет колебаться — в конце концов, она дорожит своей репутацией и гордостью и вряд ли захочет, чтобы её называли разлучницей.
Пропустив мимо ушей всю последующую тираду, Цень Нянь уловила лишь первую фразу: сделать так, чтобы вся школа узнала об их отношениях с Цзян Бэем... От одной этой мысли бросало в краску.
— Обязательно всем рассказывать? — Подобное желание поделиться радостью, словно сладостью с чужими людьми, вызвало у Цень Нянь чистую, наивную улыбку.
Тан Инь скривилась, но всё же кивнула в ответ:
— Да.
Повторять во второй раз причины такого шага ей не хотелось.
Роман Цень Нянь получил огласку через радиостанцию. Когда-то давно она по нелепой случайности призналась в своих чувствах к Цзян Бэю прямо в эфире, поэтому теперь решила объявить о начале их отношений именно там.
Ради успешного осуществления этого плана Тан Инь принялась бегать туда-сюда, помогая подруге с подготовкой.
Каждую субботу во время обеденного перерыва школьное радио транслировало музыку для всеобщего удовольствия. Цень Нянь решила воспользоваться этой возможностью, чтобы поведать всему миру: она и Цзян Бэй теперь вместе.
В качестве фоновой музыки играла песня Держи меня за руку в исполнении Фиш Леонг — свежая, живая, наполненная теплом. Надев наушники, она мысленно вернулась к тем дням, когда сама добивалась Цзян Бэя. Именно он научил её чувствовать все оттенки любви — и сладкие, и горькие.
— Всем привет, сегодня для вас заказываю музыку я — Цень Нянь. — Говоря это, она невольно замедлила темп речи, отчего голос звучал невероятно мягко.
Сидя в студии звукозаписи, Цень Нянь, словно погрузившись в воспоминания, плавно повествовала:
— Мне понравился один человек. У него прекрасная внешность, блестящие успехи в учебе, для многих девочек он — настоящий принц из сказки. Но изначально меня покорил его голос — нежный и чарующий, заставивший поверить, что и сам он человек добрый. И теперь этот человек ответил мне взаимностью. Старшекурсник Цзян Бэй, здесь я хочу сказать тебе: спасибо за то, что смог полюбить меня. А в завершение я желаю всем влюбленным на земле обрести друг друга.
Цзян Бэй, который сидел в классе и обсуждал учебную задачу с Цзоу Юйцин, поднял голову и посмотрел на динамик на стене. Сидевшая рядом с ним Цзоу Юйцин замерла с занесённой ручкой, глядя на лицо парня, в то время как её сердце наполнилось едкой кислиной.
От избытка силы пальцы, сжимавшие ручку, побелели до боли в суставах. В этот момент Цзян Бэй поднялся со словами:
— Мне нужно отлучиться по делу, давай вернемся к этому вопросу в следующий раз.
Его тон не допускал возражений. Цзоу Юйцин закусила губу, провожая его взглядом.
Она знала, что Цзян Бэй направляется к Цень Нянь. Девушка глубоко вздохнула, но тяжесть, скопившаяся в груди, никак не желала рассеиваться. Она не понимала, почему Цзян Бэй выбрал именно Цень Нянь — в конце концов, по сравнению с ней, они с Цзян Бэем подходили друг другу куда больше.
Огорченная Цзоу Юйцин захлопнула учебники. Голос Цень Нянь в радиоэфире звучал исключительно мягко, неторопливо рассказывая историю их любви. Чувствуя раздражение, Цзоу Юйцин поднялась на ноги.
Одноклассники в классе то и дело бросали на неё странные, полные скрытого смысла взгляды. Цзоу Юйцин терпеть не могла такое внимание — казалось, все вокруг насмехаются над её поражением.
Она тоже вышла из класса. Её упрямая спина казалась хрупкой, словно мыльный пузырь, готовый лопнуть от малейшего прикосновения.
Когда Цзян Бэй добрался до радиостудии, внутри находились три человека: Тао Юань, Тан Инь и Цень Нянь.
— Цзян Бэй... — Появление парня явно застало Цень Нянь врасплох.
Цзян Бэй бросил на неё мимолетный взгляд, а затем перевёл глаза на Тао Юаня. В тот самый миг, когда взгляды двух мужчин встретились, воздух в комнате словно заледенел.
Цень Нянь знала, что Цзян Бэй до сих пор держит обиду на Тао Юаня. Хоть вслух он ничего не говорил, стоило им трём оказаться в одном помещении, как атмосфера тут же сгущалась.
Тан Инь переводила взгляд с Тао Юаня на Цзян Бэя. Зажатая вместе с Цень Нянь посреди этой перепалки, она не находила слов.
Незадолго до этого Цень Нянь прислала ей СМС с просьбой прийти в радиостудию по срочному делу. По дороге Тан Инь случайно встретила Тао Юаня — тот тоже заявил, что Цень Нянь вызывает и его, так что они пришли вместе.
И что в итоге... Какая это сцена?
Тао Юань проигнорировал взгляд Цзян Бэя и с улыбкой обратился к Цень Нянь:
— Зачем звала? Что-то случилось?
Не успел Тао Юань договорить, как Цзян Бэй нахмурился и, глядя на девушку сверху вниз, бросил:
— Это ты его позвала? — Его тон был полон недовольства, а если прислушаться, то можно было уловить и нотки ревности.
Цень Нянь внезапно почувствовала, как по спине пробежал холодок. Втянув голову в плечи, она пробормотала:
— Да уж... Я позвала не только Тао Юаня, но и Тан Инь.
Глаза Цзян Бэя стали ещё темнее. Он потребовал:
— Ближе к делу.
Зачем Цень Нянь понадобилось звать Тао Юаня — вот что было главным.
— Видите ли, завтра всё равно выходной, и я подумала, что мы все могли бы вместе сходить в горы встретить рассвет. Говорят, рассвет на горе за нашей школой невероятно красив.
Тан Инь знала Цень Нянь лучше всех остальных участников этой сцены. Посмотрев на подругу, она невольно задалась вопросом, что же на этот раз у той на уме.
Избегая взгляда Тан Инь, Цень Нянь перевела глаза на Цзян Бэя и Тао Юаня.
— Раз уж младшекурсница нас приглашает, я обязательно пойду. — Хотя Тао Юань отвечал Цень Нянь, его взгляд ни на секунду не отрывался от Цзян Бэя.
Будто поймав сигнал вызова на дуэль, Цзян Бэй резким движением притянул к себе Цень Нянь, заключая её в кольцо рук, и чеканным шагом произнес:
— Пойдем.
Посреди этой зыбкой атмосферы Цень Нянь умудрилась украдкой показать жест победы из двух пальцев.
Когда парни ушли, Тан Инь перегородила Цень Нянь дорогу, скрестив руки на груди, и потребовала:
— С каких это пор тебе вдруг приспичило встречать рассвет?
— Хе-хе, я так и знала, что ты раскусила мой подвох. — Цень Нянь сложила ладони перед грудью и улыбглась: — Из-за всей этой истории со мной старшекурсник Тао и Цзян Бэй в последнее время немного в ссоре. Вот я и хочу воспользоваться случаем, чтобы они помирились.
Как помириться? Неужели просто глядя на рассвет? Мысленно фыркнула Тан Инь.
— Я не хочу, чтобы из-за меня Цзян Бэй неправильно понял старшекурсника Тао, — объяснила Цень Нянь.
Неправильно понял? Внимание Тан Инь мгновенно переключилось:
— Какое ещё недоразумение?
— На самом деле в тот раз старшекурсник Тао нарочно задевал Цзян Бэя, он вовсе не испытывает ко мне чувств. — Цень Нянь продолжала: — Позже старшекурсник Тао специально разыскал меня, чтобы объясниться. Так что тот поцелуй был просто недоразумением, Тао Юань меня не любит.
Тан Инь поджала губы. Сама не зная почему, услышав эту новость, она почувствовала, как её сердце сделало резкий скачок.
Цень Нянь кивнула и добавила:
— В моих глазах Цзян Бэй и старшекурсник Тао — лучшие кореша, и я хочу защитить их дружбу.
— Понятно. Завтра я тоже постараюсь помочь тебе по ситуации.
Услышав это, Цень Нянь в порыве восторга крепко обняла подругу и завопила:
— Тан Инь, ты просто прелесть!
В воскресенье ранним утром все четверо в назначенный час собрались у подножия задней горы университета А. Цень Нянь уперла руки в боки, снизу вверх оглядывая высокую вершину, и пафосно изрекла:
— Наша сегодняшняя цель — забраться на самую макушку, вперед!
Остальные трое демонстративно сделали вид, что совершенно с ней не знакомы, и двинулись по склону вверх.
— Эй, подождите меня! — Цень Нянь вдруг заметила, что все трое уже далеко впереди, и поспешила следом.
Горная тропа оказалась длинной, да к тому же все несли с собой вещи, из-за чего путь казался ещё более бесконечным, а атмосфера — тяжёлой и гнетущей. Тем не менее Цень Нянь была счастлива. Она утирала со лба пот и то и дело оборачивалась, чтобы полюбоваться пейзажем позади. Это её первое свидание с Цзян Бэем вне стен университета, к тому же... Цень Нянь украдкой потрогала рюкзак: им предстояло провести на горе всю ночь! А это значило, что они смогут любоваться звёздами прямо как в романах, и даже держаться за руки в ожидании рассвета... От подобных мыслей Цень Нянь так возбудилась, что совсем забыла о неровности тропы. Вдобавок ко всему её чрезмерное воодушевление сыграло с ней злую шутку: потеряв равновесие и громко взвизгнув, она растянулась на земле.
Шедший впереди Цзян Бэй услышал шум, обернулся и застал Цень Нянь в крайне жалком виде. Он молча смотрел на неё.
Цень Нянь смущенно опустила голову. Она попыталась подняться, но нога отозвалась острой болью. Ощущение было точь-в-точь как во время той злополучной истории с высокими каблуками в Циндао.
— Неужели я снова подвернула ногу?!
С этой мыслью Цень Нянь готова была расплакаться и уставилась на Цзян Бэя взглядом побитой собаки.
Тот с тяжёлым вздохом помассировал виски, подошел, присел перед ней на корточки спиной и бросил:
— Залезай!
— Цзян Бэй... — ошеломленно выдохнула она.
— По тебе сразу видно, что ты опять подвернула ногу. Довезу тебя наверх. — С этими словами Цзян Бэй подхватил её своими крепкими руками, закинул себе на спину и, надежно придерживая, выпрямился во весь рост.
Лицо Цень Нянь мгновенно вспыхнуло. Она уткнулась носом ему в спину и виновато пробормотала:
— Я ведь тяжёлая!
— Угу, — честно подтвердил он, заставив Цень Нянь испытать непреодолимое желание провалиться сквозь землю.
Шедшие впереди Тан Инь и Тао Юань, заметив эту картину, невольно остановились.
Из-за того, что Цзян Бэй нёс на себе спутницу, его темп заметно снизился. Тан Инь обратила внимание, что Тао Юань тоже сбавил шаг. Замыкавшая шествие Тан Инь не стала ничего комментировать и просто приотстала.
По всем этим причинам они добрались до вершины лишь около семи часов вечера, так что даже закат пропустили.
Оглядев окутанное сумерками небо, Тан Инь предложила:
— Давайте разобьем палатки и как следует отдохнем!
В конце концов, главной целью был рассвет, а чтобы встать спозаранку, нужно хорошенько выспаться.
Поскольку передвигаться нормально Цень Нянь не могла, а Тан Инь была в этом деле полным ноль, установка палаток легла на плечи Цзян Бэя и Тао Юаня.
Девушки уселись в сторонке, наблюдая, как те в полном молчании возводят лагерь.
— Тан Инь... — Цень Нянь умоляюще посмотрела на подругу.
Но та лишь превентивно взмахнула рукой, останавливая любые слова. Окинув Цень Нянь изнуренным взглядом, Тан Инь без сил протянула:
— Сестрица, я безумно устала и сейчас не способна придумать ни единой идеи. К тому же ночью мы будем спать в одной палатке, а они вдвоем — в другой. Кто знает, может, поболтают по душам, и все недоразумения наконец-ро развеются.
Цень Нянь согласно закивала.
Четверо выбившихся из сил людей пораньше забрались в спальные мешки.
Среди ночи, после долгих и безуспешных попыток прихлопнуть назойливых комаров, Тан Инь окончательно потеряла сон.
Она приподнялась на локте и взглянула на часы: всего половина двенадцатого. Спавшая рядом Цень Нянь посапывала вовсю, даже не подозревая, что подруга давно не спит.
Тан Инь отодвинула полог палатки. Снаружи царила непроглядная тьма, а свет экрана телефона казался невыносимо ярким.
— Старшекурсник Тао тоже не спит? — тихо произнесла она, выбираясь наружу и подходя к Тао Юаню.
Тот сидел со смартфоном в руках и, услышав её голос, поднял голову с мягкой улыбкой:
— Младшекурсница тоже не может уснуть?
— Ты зовешь Цень Нянь младшекурсницей и меня так же, — заметила она. — Давай для разнообразия ты будешь называть меня просто Тан Инь.
Тао Юань кивнул.
Ночной лес дышал прохладой и одиночеством, порождая смутную тревогу.
— Старшекурсник Тао, Цень Нянь говорит, что ты к ней равнодушен, — усаживаясь рядом с ним по собственной воле и глядя в звездное небо, пробормотала Тан Инь. — Она утверждает, что поцеловал ты её лишь для того, чтобы позлить вице-председателя Цзян Бэя.
Тао Юань на секунду замер, а затем тихо рассмеялся. Его голос прозвучал удивительно нежно:
— Всё так!
Сказано это было с такой непоколебимой уверенностью, что не оставляло никаких сомнений.
— Надо же, какая у тебя потрясающая актерская игра, — повернувшись к нему с улыбкой, произнесла Тан Инь. — Я ведь тоже тогда присутствовала, и в тот момент мне показалось, будто ты действительно влюбился в Цень Нянь.
Мысленно же она с облегчением повторяла: слава богу... что не влюбился.
Она лишь не знала, что в этот самый миг Тао Юань отвернулся, и на его лице промелькнуло выражение глубокой скорби, а уголки губ искривились в горькой, бесцветной усмешке.
В половине пятого утра будильник на телефоне Цзян Бэя прозвенел с абсолютной точностью. Он поднялся, вылез из палатки и с легким удивлением посмотрел на сидевших плечом к плечу Тао Юаня и Тан Инь, в его глазах читался немой вопрос.
— Мы оба проворочались всю ночь, — с улыбкой пояснил Тао Юань.
Цзян Бэй кивнул, подошел к палатке Цень Нянь, откинул полог и заглянул внутрь. Увидев спящую девушку, он невольно смягчил голос:
— Вставай.
Цень Нянь поморщилась, перевернулась на другой бок и засобиралась спать дальше. Тогда Цзян Бэй ухватил её за кончик носа и легонько сжал — как раз настолько, чтобы не причинить боли, но сделать дальнейший сон невыносимым.
Такое издевательство заставило её резко распахнуть глаза. Поморгав спросонья, она с изумлением обнаружила перед собой Цзян Бэя. Сцена, прежде являвшаяся ей лишь во сне, воплотилась в реальности столь внезапно.
— Разве ты не хотела встретить рассвет? — Произнеся это, Цзян Бэй слегка подался в сторону, и даже через узкую щель в палатку хлынул мягкий свет — предвестник восхода.
Выбравшись из спального мешка, Цень Нянь тут же скомандовала:
— Угу. Цзян Бэй, иди разбуди старшекурсника Тао!
Она сделала это намеренно: стремясь помирить его с Тао Юанем, Цень Нянь не упускала ни единого шанса.
— Дурочка. — Раскусив её замысел, бросил Цзян Бэй и тут же добавил: — Он уже ждет снаружи.
Его голос звучал совершенно буднично, так, будто они никогда и не ссорились вовсе.
— Вы что, помирились? — не выдержав любопытства, выпалила она.
Цзян Бэй приподнял бровь и бросил напоследок:
— Мы и не ссорились.
Выходит, прежде были лишь разногласия, а они как были, так и оставались лучшими друзьями.
Непонятно почему, но в этот момент Цень Нянь почувствовала себя так, будто её надули. Проводив взглядом уходящего Цзян Бэя, она выбралась следом наружу и в тот самый миг, когда откинула полог палатки, увидела восход.
В секунду, когда солнце оторвалось от линии горизонта, небо мгновенно окрасилось в багрянец, а облака, словно по сговору, накинули ярко-красные одежды.
Схватив Цзян Бэя за руку, Цень Нянь замерла от восторга. Когда первые лучи коснулись её лица, она зажмурилась и глубоко вдохнула свежий воздух.
— Очень красиво, — не удержался от похвалы даже Цзян Бэй.
Каждый рассвет казался подарком небес человечеству, от которого невозможно отвести глаз.
Тан Инь сладко потянулась. Хотя открывшийся вид и впрямь был великолеплен, восхищаться им она была не в силах — вместо этого девушка украдкой посмотрела на Тао Юаня. Тот целиком растворился в зрелище пробуждающегося дня, а на его губах играла легкая улыбка.
Озаренный первыми лучами солнца Тао Юань казался сошедшим с полотна маслом. Пусть это мгновение длилось всего секунду, Тан Инь запечатлела его в памяти навсегда.
Встретив рассвет, компания быстро собрала вещи и начала спуск — впереди ждал понедельник и дневные пары.
Спускаться оказалось гораздо легче, чем подниматься. Впереди, неся на спине Цень Нянь, шел Цзян Бэй, за ним — Тао Юань, а замыкала шествие Тан Инь. Подниматься в гору было трудно, но направление угадывалось интуитивно, со спусками же всё обстояло иначе: идти просто, а вот дорогу разобрать сложно.
И всё же атмосфера царила куда лучше прежней.
— Цзян Бэй, ты что, специально рассчитал время? — Стоило ей покинуть палатку, как тут же начался восход, что заставило её заподозрить парня в точном планировании.
Поскольку он нёс её на спине, разглядеть его выражение лица она не могла, но в ответ услышала:
— Угу. Ты подвернула ногу, тебе требовалось побольше отдохнуть.
Выходит, он намеренно рассчитал время подъема ровно так, чтобы подарить ей лишние десять-пятнадцать минут сна?

Комментарии

Загрузка...