Глава 121

Когда они ввалились в прохладный зал супермаркета, Юки Аой и Тояма Нана тут же схватили по огромной металлической тележке.— Вам точно нужны две? — Мураками скептически окинул взглядом девушек. — Мы столько не унесем.— В эту мы сложим нормальную еду! — гордо заявила Нана, похлопав по ручке своей тележки.— А в эту — сладости и снеки! — вторила ей Юки, глаза которой уже загорелись азартом.Тояма многозначительно посмотрела на подругу:— Верно мыслишь.Юки ответила ей таким же серьёзным взглядом:— Ещё бы.Затем они синхронно наклонили головы друг к другу и с невинным видом уставились на Мураками:— А что, что-то не так?Бровь юноши едва заметно дернулась.— Развлекайтесь, — обреченно вздохнул он.— Ао-тян! Спорим, я наберу больше вкусняшек?!— Вызов принят! Великая Яцудзаки Би никогда не проигрывает!— В этот раз я тебе не уступлю!В итоге, когда они наконец добрались до касс, пробивание их гор продуктов заняло долгих и мучительных восемь минут.Целая тележка, забитая под завязку чипсами, шоколадом и газировкой — и это был лишь трехдневный запас для этих сладкоежек. Вторая, доверху наполненная мясом, овощами и рыбой — провизия для всей пятерки на половину недели.За кассу расплатилась Юки Аой, с условием, что в конце месяца все скинутся поровну.— Мураками, ты будешь есть наши снеки? — деловито поинтересовалась она, постукивая пальцем по экрану смартфона.— Боже упаси. Нет, конечно.— Вот и славно. Тогда за сладости с тебя ни копейки, я вышлю тебе счет только за нормальные продукты в конце месяца, — Юки сохранила заметку и убрала телефон в карман.Ю находил подобный формат отношений крайне комфортным. Они отлично ладили, но при этом соблюдали четкие финансовые границы, как и подобает хорошим соседям по квартире.— Без проблем. Переведу всё до копейки, — кивнул он.После плотного обеда, который потянул бы на крепкие 4.9 балла из 5, Накано Ай и Тояма Нана отвалились на спинки стульев, дружно заявив, что они не могут пошевелить ни единой конечностью и посуда подождет до вечера.Мураками же съел совсем немного. Он никогда не страдал культом еды. Во времена своего одинокого проживания он без проблем мог давиться сухими свиными котлетами или лапшой из забегаловок, чьи оценки в интернете едва дотягивали до жалких 2.6 баллов.Устроившись за своим письменным столом, он достал чистую бумагу и ручки, которые любезно приобрела для него Сакура Судзунэ, и решил посвятить освободившееся время наброскам для своей будущей новеллы.В прошлой жизни он проглотил немыслимое количество книг, так что теоретическая база для написания у него имелась весьма солидная. Но чтобы произведение по-настоящему выстрелило и принесло хорошие деньги, начинать тренировать перо нужно было прямо сейчас.Если он будет ждать того момента, когда Накано Ай станет суперзвездой, а Китагава Тамако превратится в независимого мастера, его драгоценное время на «спокойную жизнь» утечет сквозь пальцы.Кроме того, это в корне противоречило его главному жизненному кредо: «Всё необходимое должно быть сделано в кратчайшие сроки» и «Закону кипячения воды Хуа Логэна» об оптимальном планировании.— А чем это ты тут занят? — над ухом раздался мелодичный голос. Накано Ай принесла из кухни стакан свежей воды, поставила его рядом с Мураками и с любопытством уставилась на исчерканный листок.— Пишу книгу.— Книгу?!Это волшебное слово сработало как магнит. Остальные девушки моментально оживились и слетелись к его столу, словно пчелы на мёд.— Ого! А про что?!— А можно меня туда добавить?! Чур я буду главной героиней!Их звонкое щебетание слилось в невыносимую какофонию, от которой у Мураками моментально заложило уши.— Стоп! — он поднял руки, сдаваясь. — Я еще даже не начал писать. Это пока просто концепт, черновик.— Ну так о чем она будет-то? — не унимались соседки.— Думаю, это будет ранобэ.У него пока не было такого раздутого самомнения, чтобы замахиваться на серьёзную, классическую литературу.— Ранобэ — это круто! Если она станет хитом и по ней снимут аниме, мы сможем сами её озвучить!— Ой, да ладно губы раскатывать. Пусть этот писака для начала хотя бы найдет издателя, который согласится это опубликовать.— Ии-и-и-и! — Тояма Нана, словно провинившийся щенок, положила подбородок прямо на стол перед Мураками и уставилась на него огромными, полными слезливой мольбы глазами. — Ну пожа-а-а-алуйста, добавь меня в историю!Мураками тяжело вздохнул, посмотрев на её смешные пучки волос, торчащие в разные стороны. Он задумчиво постучал кончиком ручки по столу:— Ладно. Но использовать твоё настоящее имя нельзя. Придумай себе какой-нибудь псевдоним.— Нао! Пусть будет Тояма Нао! Точно! Слушай, а сделай так, чтобы моя героиня была настолько крутой сэйю, что давала бы сольные концерты прямо в Будокане! Заметано?Мураками смерил её долгим, скептическим взглядом:— ...Юки Аой тоже не собиралась оставаться в стороне:— Я тоже хочу! Запиши меня как Яцудзаки Би! Кстати, а в каком жанре пишешь? Там будут жестокие убийства и реки крови?!Над этим вопросом Мураками действительно думал. Учитывая его скудный жизненный опыт в Японии, логичнее всего было писать о том, в чем он хорошо разбирался.Выбирая между закулисьем кофейни и индустрией звукозаписи, он всё же склонился ко второму варианту — мир сэйю казался ему более богатым на интересные конфликты и забавные ситуации.— Это будет история про актеров озвучивания.— Э-э-э... — Юки Аой разочарованно протянула гласную, явно расстроившись, что её альтер-эго с кровожадным именем Яцудзаки Би не сможет никого зарезать. Всякий интерес к книге моментально улетучился. — Ну, тогда просто напиши Юки Аой, только иероглиф «Юки» поменяй на тот, который означает «дерево».Сакура Судзунэ тоже решила вставить свои пять копеек:— Запиши и меня. Имя оставь почти таким же, только иероглиф «Судзу» поменяй на «Ая». Пусть будет Сакура Аянэ.— Так, а мне... Накано Ай... Хм-м-м, — девушка приложила палец к губам. — О, придумала! Как насчет Каяно Ай?— Звучит супер миленько!Мураками в очередной раз потерял дар речи:— ...Она изменила всего один иероглиф, и это вдруг стало звучать «супер миленько»? В каком месте?Накано Ай перевела взгляд на юношу:— Мураками, а как будут звать главного героя? Может, тоже возьмешь своё имя и просто добавишь к нему слог или поменяешь иероглиф?— Мураками Сора?— Мураками Ною?— Нет, — категорично отрезал Ю.В конце концов, имя Мураками Ю даже не принадлежало ему по-настоящему. Зачем плодить сущности?— И как же тогда его будут звать? — поинтересовалась Нана.Ю задумался. В своей прошлой жизни в его имени присутствовал иероглиф «Мацу» (сосна).— Как насчет Мацуока Ёсицугу? — предложил он, скорее проверяя звучание.Затем он вдруг вспомнил Сато Рёму, и в голове молнией вспыхнула идея для сюжета:— Главный герой — простой парень с Хоккайдо, который сбегает из дома в шумный Токио. У него есть мечта — стать первоклассным сэйю. И если он не добьется успеха до двадцати трех лет, ему придется вернуться в родную глушь и до конца жизни сажать картошку.Он поднял глаза на четырёх заинтригованных девушек:— Ну как вам завязка?— Мацуока Ёсицугу? Звучит как-то пресно. В любом случае, до великолепия Тоямы Нао этому имени далеко.— А мне нравится! Прямо классический канон для героя ранобэ!— По-моему, это самое отстойное имя из всех, что мы сегодня придумали. Но для сюжета сойдет.Пока девушки продолжали бурно обсуждать его черновик, Мураками быстро накидал на бумаге краткий синопсис:«Главный герой: Мацуока Ёсицугу.Второстепенные персонажи: Каяно Ай, Сакура Аянэ, Тояма Нао (с концертом в Будокане), Юки Аой.Сюжет: Родился на Хоккайдо. Сбежал из дома. Условие: не станет знаменитым сэйю до 23 лет — вернется в деревню выращивать картофель».Хотя, если так подумать... не будет ли упоминание «выращивания картошки» скрытой издевкой в адрес настоящего Сато Рёмы?Ладно, к черту. Потом переделаю.Сегодня был слишком долгий и эмоциональный день. Сил на творчество больше не осталось.Мураками сладко потянулся, разминая затекшие плечи, и бросил взгляд на всё ещё спорящих девушек:— Не забудьте перемыть гору посуды на кухне. А я пойду посплю пару часов. Вечером у меня еще смена в кофейне.

Когда они ввалились в прохладный зал супермаркета, Юки Аой и Тояма Нана тут же схватили по огромной металлической тележке.

— Вам точно нужны две? — Мураками скептически окинул взглядом девушек. — Мы столько не унесем.

— В эту мы сложим нормальную еду! — гордо заявила Нана, похлопав по ручке своей тележки.

— А в эту — сладости и снеки! — вторила ей Юки, глаза которой уже загорелись азартом.

Тояма многозначительно посмотрела на подругу:

— Верно мыслишь.

Юки ответила ей таким же серьёзным взглядом:

— Ещё бы.

Затем они синхронно наклонили головы друг к другу и с невинным видом уставились на Мураками:

— А что, что-то не так?

Бровь юноши едва заметно дернулась.

— Развлекайтесь, — обреченно вздохнул он.

— Ао-тян! Спорим, я наберу больше вкусняшек?!

— Вызов принят! Великая Яцудзаки Би никогда не проигрывает!

— В этот раз я тебе не уступлю!

В итоге, когда они наконец добрались до касс, пробивание их гор продуктов заняло долгих и мучительных восемь минут.

Целая тележка, забитая под завязку чипсами, шоколадом и газировкой — и это был лишь трехдневный запас для этих сладкоежек. Вторая, доверху наполненная мясом, овощами и рыбой — провизия для всей пятерки на половину недели.

За кассу расплатилась Юки Аой, с условием, что в конце месяца все скинутся поровну.

— Мураками, ты будешь есть наши снеки? — деловито поинтересовалась она, постукивая пальцем по экрану смартфона.

— Боже упаси. Нет, конечно.

— Вот и славно. Тогда за сладости с тебя ни копейки, я вышлю тебе счет только за нормальные продукты в конце месяца, — Юки сохранила заметку и убрала телефон в карман.

Ю находил подобный формат отношений крайне комфортным. Они отлично ладили, но при этом соблюдали четкие финансовые границы, как и подобает хорошим соседям по квартире.

— Без проблем. Переведу всё до копейки, — кивнул он.

После плотного обеда, который потянул бы на крепкие 4.9 балла из 5, Накано Ай и Тояма Нана отвалились на спинки стульев, дружно заявив, что они не могут пошевелить ни единой конечностью и посуда подождет до вечера.

Мураками же съел совсем немного. Он никогда не страдал культом еды. Во времена своего одинокого проживания он без проблем мог давиться сухими свиными котлетами или лапшой из забегаловок, чьи оценки в интернете едва дотягивали до жалких 2.6 баллов.

Устроившись за своим письменным столом, он достал чистую бумагу и ручки, которые любезно приобрела для него Сакура Судзунэ, и решил посвятить освободившееся время наброскам для своей будущей новеллы.

В прошлой жизни он проглотил немыслимое количество книг, так что теоретическая база для написания у него имелась весьма солидная. Но чтобы произведение по-настоящему выстрелило и принесло хорошие деньги, начинать тренировать перо нужно было прямо сейчас.

Если он будет ждать того момента, когда Накано Ай станет суперзвездой, а Китагава Тамако превратится в независимого мастера, его драгоценное время на «спокойную жизнь» утечет сквозь пальцы.

Кроме того, это в корне противоречило его главному жизненному кредо: «Всё необходимое должно быть сделано в кратчайшие сроки» и «Закону кипячения воды Хуа Логэна» об оптимальном планировании.

— А чем это ты тут занят? — над ухом раздался мелодичный голос. Накано Ай принесла из кухни стакан свежей воды, поставила его рядом с Мураками и с любопытством уставилась на исчерканный листок.

— Пишу книгу.

— Книгу?!

Это волшебное слово сработало как магнит. Остальные девушки моментально оживились и слетелись к его столу, словно пчелы на мёд.

— Ого! А про что?!

— А можно меня туда добавить?! Чур я буду главной героиней!

Их звонкое щебетание слилось в невыносимую какофонию, от которой у Мураками моментально заложило уши.

— Стоп! — он поднял руки, сдаваясь. — Я еще даже не начал писать. Это пока просто концепт, черновик.

— Ну так о чем она будет-то? — не унимались соседки.

— Думаю, это будет ранобэ.

У него пока не было такого раздутого самомнения, чтобы замахиваться на серьёзную, классическую литературу.

— Ранобэ — это круто! Если она станет хитом и по ней снимут аниме, мы сможем сами её озвучить!

— Ой, да ладно губы раскатывать. Пусть этот писака для начала хотя бы найдет издателя, который согласится это опубликовать.

— Ии-и-и-и! — Тояма Нана, словно провинившийся щенок, положила подбородок прямо на стол перед Мураками и уставилась на него огромными, полными слезливой мольбы глазами. — Ну пожа-а-а-алуйста, добавь меня в историю!

Мураками тяжело вздохнул, посмотрев на её смешные пучки волос, торчащие в разные стороны. Он задумчиво постучал кончиком ручки по столу:

— Ладно. Но использовать твоё настоящее имя нельзя. Придумай себе какой-нибудь псевдоним.

— Нао! Пусть будет Тояма Нао! Точно! Слушай, а сделай так, чтобы моя героиня была настолько крутой сэйю, что давала бы сольные концерты прямо в Будокане! Заметано?

Мураками смерил её долгим, скептическим взглядом:

— ...

Юки Аой тоже не собиралась оставаться в стороне:

— Я тоже хочу! Запиши меня как Яцудзаки Би! Кстати, а в каком жанре пишешь? Там будут жестокие убийства и реки крови?!

Над этим вопросом Мураками действительно думал. Учитывая его скудный жизненный опыт в Японии, логичнее всего было писать о том, в чем он хорошо разбирался.

Выбирая между закулисьем кофейни и индустрией звукозаписи, он всё же склонился ко второму варианту — мир сэйю казался ему более богатым на интересные конфликты и забавные ситуации.

— Это будет история про актеров озвучивания.

— Э-э-э... — Юки Аой разочарованно протянула гласную, явно расстроившись, что её альтер-эго с кровожадным именем Яцудзаки Би не сможет никого зарезать. Всякий интерес к книге моментально улетучился. — Ну, тогда просто напиши Юки Аой, только иероглиф «Юки» поменяй на тот, который означает «дерево».

Сакура Судзунэ тоже решила вставить свои пять копеек:

— Запиши и меня. Имя оставь почти таким же, только иероглиф «Судзу» поменяй на «Ая». Пусть будет Сакура Аянэ.

— Так, а мне... Накано Ай... Хм-м-м, — девушка приложила палец к губам. — О, придумала! Как насчет Каяно Ай?

— Звучит супер миленько!

Мураками в очередной раз потерял дар речи:

— ...

Она изменила всего один иероглиф, и это вдруг стало звучать «супер миленько»? В каком месте?

Накано Ай перевела взгляд на юношу:

— Мураками, а как будут звать главного героя? Может, тоже возьмешь своё имя и просто добавишь к нему слог или поменяешь иероглиф?

— Мураками Сора?

— Мураками Ною?

— Нет, — категорично отрезал Ю.

В конце концов, имя Мураками Ю даже не принадлежало ему по-настоящему. Зачем плодить сущности?

— И как же тогда его будут звать? — поинтересовалась Нана.

Ю задумался. В своей прошлой жизни в его имени присутствовал иероглиф «Мацу» (сосна).

— Как насчет Мацуока Ёсицугу? — предложил он, скорее проверяя звучание.

Затем он вдруг вспомнил Сато Рёму, и в голове молнией вспыхнула идея для сюжета:

— Главный герой — простой парень с Хоккайдо, который сбегает из дома в шумный Токио. У него есть мечта — стать первоклассным сэйю. И если он не добьется успеха до двадцати трех лет, ему придется вернуться в родную глушь и до конца жизни сажать картошку.

Он поднял глаза на четырёх заинтригованных девушек:

— Ну как вам завязка?

— Мацуока Ёсицугу? Звучит как-то пресно. В любом случае, до великолепия Тоямы Нао этому имени далеко.

— А мне нравится! Прямо классический канон для героя ранобэ!

— По-моему, это самое отстойное имя из всех, что мы сегодня придумали. Но для сюжета сойдет.

Пока девушки продолжали бурно обсуждать его черновик, Мураками быстро накидал на бумаге краткий синопсис:

«Главный герой: Мацуока Ёсицугу».

Второстепенные персонажи: Каяно Ай, Сакура Аянэ, Тояма Нао (с концертом в Будокане), Юки Аой.

Сюжет: Родился на Хоккайдо. Сбежал из дома. Условие: не станет знаменитым сэйю до 23 лет — вернется в деревню выращивать картофель.

Хотя, если так подумать... не будет ли упоминание «выращивания картошки» скрытой издевкой в адрес настоящего Сато Рёмы?

Ладно, к черту. Потом переделаю.

Сегодня был слишком долгий и эмоциональный день. Сил на творчество больше не осталось.

Мураками сладко потянулся, разминая затекшие плечи, и бросил взгляд на всё ещё спорящих девушек:

— Не забудьте перемыть гору посуды на кухне. А я пойду посплю пару часов. Вечером у меня еще смена в кофейне.