— Бах!
Столешница, сработанная из столетнего железного дерева, приняла на себя удар. Ножка стола сдвинулась на полдюйма, чайная чашка подпрыгнула, и кипяток залил всю поверхность.
— Совсем страх потеряли!
Шэнь У, второй наследный князь из Поместья Владыки Севера, всё еще был в доспехах из черного железа. На его плечах еще не успел растаять снег, а из щелей в пластинах исходил запах крови.
Он швырнул официальную бумагу на пол и дважды прошелся по ней сапогом.
— Эти мягкотелые бездельники из Министерства финансов! Зима на пороге! Мы запросили триста тысяч мер зерна на зимовку, а они одобрили только семьдесят процентов? Остальные тридцать – чтобы братья с голоду померли?
В генеральской палатке царила тишина, два ряда военачальников в тяжелых доспехах молчали.
Северный ветер со снегом бился о полог, отчего огонь в масляных лампах дрожал и мерцал.
Слева от главного места Шэнь Лун, старший наследный князь, опустил глаза. В его руках был сломанный пополам кнут.
— Брат, ну скажи хоть что-нибудь!
Шэнь У расхаживал по палатке взад-вперед. — Без провизии как воевать? Северные варвары стоят прямо за Иньшанем, высматривают нас. Что ответить братьям, если они будут сражаться на пустой желудок? Думаю, нам стоит...
Он запнулся.
Шэнь Лун поднял голову:
— Стоит что?
— Нам стоит самим выступить и разграбить их обоз!
Шэнь У схватил лежавшую на столе карту и ткнул пальцем в сторону перевала Хэйфэнкоу.
— По пути сюда я слышал, что караван с подарками для того бездельника, князя с востока, находится всего в трехстах лилях отсюда. Там полно золота, драгоценностей, лучшего вина и мяса. Переоденемся в разбойников, возьмем груз – и будет чем купить зерно!
Как только эти слова прозвучали, несколько помощников генерала вскочили со своих мест.
— Второй князь прав! Если двор не дает, возьмем сами!
— Всё равно это добро Великого Лян. Лучше накормить Северную Армию, чем тратить всё на празднества членов императорской семьи!
— В Хэйфэнкоу удобное место. Налетим ночью – и через полчаса всё будет кончено!
Шэнь Лун не стал их останавливать, лишь положил сломанный кнут на стол.
В этот момент из глубины палатки донесся кашель.
— Кхм... кх-кх-кх...
Звук был тихим, но в палатке тут же воцарилась тишина.
На мягкой кушетке, обитой шкурой белого тигра, лежал Шэнь Ань. Укутанный в лисьи меха, с бледным лицом, он сжимал в руках тепловую грелку из пурпурной меди.
Прокашлявшись, он поднял руку и прижал её к груди.
Пыл Шэнь У сразу угас, он подошел ближе, стараясь ступать тише.
— Третий, я тебя разбудил? Черт возьми, язык мой – враг мой!
Шэнь Лун тоже подошел:
— Ань, мы же просили тебя отдыхать во внутреннем дворе. В генеральской палатке слишком холодно.
Шэнь Ань немного перевел дыхание и покрепче прижал к себе грелку.
— Если я не приду, вы так и будете сидеть и ждать, пока старший и второй брат станут разбойниками?
Шэнь У почесал затылок:
— Третий, ты не понимаешь, это дело государственной важности. У нас же выхода другого нет.
— Значит, из-за безысходности сразу нужно идти грабить?
Голос Шэнь Аня был хриплым, но слова следовали одно за другим без запинки.
— По Кодексу Великого Лян, разграбление императорских подношений карается смертью и истреблением трех поколений рода. Второй брат, неужели ты считаешь, что в Поместье Владыки Севера слишком много людей и хочешь отправить императору несколько голов?
Шэнь У набычился:
— Небо высокое, император далеко. Спрячем лица, кто узнает, что это Северная Армия?
Шэнь Ань взглянул на него.
— Перевал Хэйфэнкоу узок, там может пройти только легкая кавалерия. А у Северной Армии тяжелые лошади породы ваньма, их следы копыт в полтора раза больше обычных. Вы тренируетесь с мечами для прорыва строя – при ударе вы сначала давите левым плечом, поэтому раны всегда глубже с левой стороны. Судмедэксперту Министерства Юстиции достаточно будет осмотреть два трупа, чтобы составить отчет.
Он поднял палец и указал в пустоту.
— А если еще проверят следы копыт, то уже на следующий день императорский указ будет лежать на столе у нашего отца.
В палатке стало тихо.
Тот самый помощник, кричавший громче всех, опустил голову и убрал руку с рукояти меча.
Шэнь У открыл рот, но долго молчал, наконец выдохнув:
— Ну и что делать? Не давать же братьям передохнуть с голоду?
Шэнь Лун смотрел на своего болезненного младшего брата.
Шэнь Ань с детства был слаб здоровьем, не мог поднять ничего тяжелее чашки, задыхался при ходьбе. Но Шэнь Лун знал: ум его брата острее, чем у всех присутствующих, вместе взятых.
— Ань, раз ты пришел, значит, есть решение?
Шэнь Ань откинулся на спинку кушетки.
— Брат, такое искусство, как грабеж, тоже требует соблюдения основных законов. То, что вы придумали – не грабеж, а попытка засунуть шею под гильотину.
Шэнь У дернул щекой, но возразить не посмел.
Шэнь Ань продолжал:
— К тому же, нашу провизию не урезали. Её просто украли.
— Украли? — Шэнь У замер. — Кто? Эти подлецы из Министерства финансов?
— Принесите книгу учета военного снабжения.
Ведающий тылом писарь Ван, стоявший в углу, услышав это, поспешно поклонился:
— Третий наследный князь, та книга в ужасном состоянии, отчеты за полгода свалены в одну кучу, вы...
Шэнь Ань протянул руку.
— Принеси.
Писарь Ван посмотрел на Шэнь Луна.
Шэнь Лун кивнул:
— Дай ему.
Вскоре адъютанты принесли два ящика с документами и поставили их перед кушеткой. Углы страниц потемнели, масляные пятна, кляксы и печати перемешались. Когда Шэнь Ань открыл их, то увидел небрежный почерк и множество непонятных знаков.
Шэнь Ань взял одну книгу, пролистал пару страниц.
— Эти каракули еще более наглые, чем ругань второго брата.
Шэнь У промолчал.
Шэнь Ань достал из рукава угольный карандаш и попросил разложить перед ним белый лист бумаги. Он не стал пользоваться счетами, просто быстро листал страницы одну за другой. Каждые несколько страниц он записывал число или проводил черту.
В палатке слышалось лишь шуршание бумаги и поскрипывание карандаша.
Через полчаса он закрыл последнюю книгу.
Писарь Ван не выдержал:
— Третий наследный князь, это отчеты за полгода, вы правда всё просмотрели?
Шэнь Ань развернул лист к Шэнь Луну.
— Брат, смотри сюда. Министерство финансов заявляет, что при транспортировке провизии из столицы к северным границам тридцать процентов теряется в пути – так они отчитываются каждый год. Но после того, как эта партия прошла через Хуанхэ, потери составили всего девятнадцать процентов. По логике, дорога через горы Тайхан тяжелее, потери должны были возрасти, но в книге указано лишь четырнадцать.
Шэнь Лун внимательно вгляделся в линии на бумаге:
— И что это значит?
— Это значит, что зерно даже не доходило до гор Тайхан.
Несколько военачальников в палатке одновременно подняли головы.
Шэнь У шагнул вперед:
— Не доходило? Тогда зерно с неба упало?
— Его подменили к югу от Тайхана. Качественное зерно заменили на прелое, а в него подмешали песок и землю. По весу всё сходится, но по объему и уровню потерь выходит нестыковка, поэтому в книге им пришлось занизить цифры потерь на горных перевалах.
Шэнь Ань указал на другое место:
— И еще снаряжение. В прошлом месяце подали заявку на ремонт трех тысяч мечей, Министерство выделило средства по цене высококачественной стали. После того как деньги дошли до Управления вооружения, сумма уменьшилась на сорок процентов, а на склад пришла партия заготовок с добавлением чугуна.
Он сделал паузу, его взгляд скользнул по зазубренным клинкам в палатке.
— Теперь понятно, почему в недавнем бою мечи у наших ребят так быстро затупились.
Шэнь У схватил свой меч, ножны ударились о край стола с глухим стуком.
— Я же говорил, что с этой партией что-то не так!
Помощники генерала больше не могли сидеть спокойно: кто-то проклинал Министерство финансов, кто-то – Управление вооружения, а кто-то требовал отправить отряд в столицу, чтобы схватить виновных.
Шэнь Лун поднял руку, призывая к тишине, и произнес приглушенным голосом:
— Ань, всё это ты вывел из книг учета?
Шэнь Ань снова взял грелку.
— Книги можно вести как угодно, но цифры не умеют лгать. Стоит сопоставить даты, перевозчиков, потери и приемку на складах – и станет видно, кто приложил руку, сколько раз, и как глубоко он залез.
Он написал внизу листа имя.
— Ван Дэфа, помощник чиновника Министерства финансов.
Шэнь Лун вслух прочитал это имя:
— Ван Дэфа.
— Перевозка провизии и распределение оружия – на всё стоит его подпись. И ту смену конвоя к югу от Тайхана тоже он организовал.
Шэнь Ань отложил карандаш.
— Он не единственный, но он первый, кого мы можем прижать к ногтю.
Шэнь У, уже не слушая, схватил лист бумаги и развернулся, собираясь уйти.
— Ван Дэфа, значит? Я сейчас же пойду и сверну ему голову!
— Второй брат.
Шэнь Ань окликнул его.
Шэнь У даже не притормозил.
Шэнь Ань вздохнул, отложил грелку, сбросил с плеч лисью накидку и встал с кушетки.

Комментарии

Загрузка...