Мой отец — антигерой из романа в 70-е — Глава 14 читать онлайн

Тан Кэсинь тут же присела на корточки перед сумкой, достала из неё пачку печенья, протянула вперёд и сказала:

— Вот тебе, бери. Теперь поможешь?

Ван Ичэн, чуть помедлив для приличия, ответил:

— Неудобно как-то... с незнакомых людей...

Однако рука его молниеносно приняла угощение, и он тут же добавил:

— Можете не ходить лишний раз. Я вам двоим зерно позже сам привезу прямо к дому.

Остальные остолбенели от такой проворности.

Так быстро сменить пластинку и передумать? Вот это поворот!

Тянь Цзяньго издалека погрозил Ван Ичэну пальцем, но так и не нашёлся, что сказать. Однако раз дело добровольное и обоюдное, он не стал вмешиваться. Кто же не поддержит своего? Новички вместе с председателем бригады отправились получать зерно. «Старички»-чжицины были заняты каждый своим делом. Хотя с приездом новеньких стоило бы устроить небольшое приветствие, но — ещё раз — не до веселья, когда на носу страда.

Все слишком устали. Не до того.

Тан Кэсинь с гордым видом закинула ногу на ногу и уселась, сказав:

— Ну и уморилась же я.

Они шли почти четыре часа и вымотались до предела.

Чэнь Вэньли кивнула и добавила — в её голосе чувствовалось желание посеять раздор:

— Вот именно. Всё из-за этого Ван Ичэна. По дороге ни капли заботы о женщинах. Он не дал нам сесть в повозку, а сам развалился — все удобства ему. Деревенщина из глухомани, ни капли такта!

Тан Кэсинь тоже была полна недовольства от долгой дороги:

— Вот именно.

Чэнь Вэньли продолжала сеять раздор:

— Взрослый мужчина, а его можно купить за пачку печенья. Грош ему цена.

Тан Кэсинь слушала и чувствовала, что подруга права, и всё чаще кивала.

Они открыто, никого не стесняясь, обсуждали недостатки других. Несколько старожилов среди городских, глядя на них, едва заметно качали головами. Не то чтобы они были знакомы с Ван Ичэном. Просто, глядя на этих двоих, которые едва приехали и уже беззастенчиво злословят, они понимали: умом парочка не блещет.

Всё-таки это чужая земля. Ведя себя столь вызывающе, чужаки легко могут навлечь на себя неприятности.

Между тем, пока Чэнь Вэньли и Тан Кэсинь обсуждали недостатки Ван Ичэна, он уже быстрым шагом добрался до дома и подозвал двух своих племянников — Шаовэня и Шаоу. Он помахал перед ними пачкой печенья:

— По пять штук печенья каждому. Поможете мне перенести зерно. Идёт?

У Шаовэня и Шаоу глаза на лоб полезли, слюнки потекли. Они быстро-быстро закивали:

— Идёт!

Кто же откажется от такого счастья? Откажется только дурак.

Ван Ичэн наказал им:

— Идите в правление бригады...

Он дал им поручение, и мальчишки стремительно унеслись прочь.

Ван Ичэн, засунув руки в карманы, с насвистыванием вошёл во двор — настроение было прекрасное. Пусть девушки-чжицины и казались странноватыми, какое ему до них дело? Если есть пожива — значит, товарищи хорошие.

Чэнь Дунмэй как раз накрывала на стол. Она заметила, что Ван Ичэн о чём-то шептался с сыновьями старшей ветви. Она перевела глаза и с притворной заботой спросила:

— Сяоу, а куда это ты Шаовэня с Шаоу послал? Если что хорошее есть — почему бы и нашего Шаоюна не взять?

Она впилась взглядом в карман Ван Ичэна, готовая прожечь в нём дыру.

Ван Ичэн с беззаботной улыбкой ответил:

— Вторая невестка, я позвал Шаовэня и Шаоу помочь мне с работой. Если бы я попросил Шаоюна, ты бы меня живьём загрызла! Ради мира в семье я и не думал звать Шаоюна. А то ведь ты начнёшь царапаться, а мне придётся защищаться. Если я тебя поцарапаю и лицо испорчу — второму брату как потом на людях показываться?

Уголки губ Чэнь Дунмэй дёрнулись.

Увидев, как Чэнь Дунмэй осадили, Лю Лайди беззвучно усмехнулась. Чэнь Дунмэй вечно хвасталась при ней, что у неё есть сын, помыкала её дочками. Больше всего на свете она не выносила эту Чэнь Дунмэй, противную бабу.

Лю Лайди покосилась на Ван Ичэна. Этого деверя она тоже не жаловала: лентяй и хитрюга, всех умеет обвести вокруг пальца, а уж Ван Ихун он особенно сумел охмурить. Лю Лайди отлично знала, что Ван Ихун тайком подкармливает Ван Ичэна — подкидывает ему деньжат.

Будь эти деньги у неё, она бы купила еды, отъелась бы и давно родила сына.

Брат с сестрой та ещё парочка.

Но, как говорится, ворон ворону глаз не выклюет.

На душе у Лю Лайди стало весело, хотя на лице она ничего не показала — она всегда носила маску покорной и бессловесной тихони. Она навострила уши и мысленно подбадривала Чэнь Дунмэй: «Давай, подеритесь! Деритесь же!»

Чэнь Дунмэй, понятия не имела, что творилось у той в голове. После того как Ван Ичэн осадил её, она с недовольством заметила:

— В народе говорят: «Старшая невестка — что мать». Я хоть и не старшая, но всё равно тебе невестка. Ты что за слова говоришь? Деверю полагается уважать жену старшего брата, а ты ссориться собрался? Не стыдно тебе будет перед людьми?

Ван Ичэн усмехнулся:

— Стыд — не еда, сыт не будешь. К тому же, вторая невестка, в твоих словах ошибка. Моя мать жива и здорова, зачем мне признавать другого человека матерью? Если я назову тебя так, ты отзовёшься? Не боишься век укоротить? Впрочем, если ты согласна — я не против. Я бы и рад, чтобы меня кто-то кормил. Так уж повелось: мать не может не кормить своё дитя. А я тогда и работать перестану...

Чэнь Дунмэй остолбенела.

Она вытаращила глаза, словно корова. Чёрт возьми, как же она забыла, что у деверя нет ни капли стыда?

Ван Ихай, видя, что его жену уделали, поспешил вмешаться:

— Ладно тебе. Зачем ты к Сяоу привязалась? — Он с детства знал, что Сяоу — это вам не кто-нибудь. Можно говорить о нём гадости — он и ухом не поведёт. Но попробуй его надуть — лучше не пытайся.

Он поспешно перевёл тему:

— Мам, будем есть?

Тянь Цяохуа отрезала:

— Есть, есть, есть! Только о еде и думаешь! А работать — почему никто не рвётся?

Ван Ихай: «...»

Это ж вы, мамаша, сами никому не доверяете кухню — боитесь, что невестки что-нибудь стащат?

Но вслух этого никто не сказал. Все сидели тише воды, ниже травы.

Ван Ичэн, насвистывая, спросил:

— А где моя дочка?

Взглянув вокруг, он заметил, что и племянниц нет.

Ван Ихай ответил:

— Они на речку пошли — волосы мыть. Мама сказала, что солнце сегодня тёплое, вода в реке прогрелась, велела им идти. — Он добавил довольным тоном: — Так мы хотя бы дров сэкономим на одну варку. Мама у нас умница!

Тянь Цяохуа самодовольно заметила:

— Разоряют ни еда и тряпки, разоряет — бесхозяйственность. В жизни вам у меня ещё учиться и учиться.

Ван Ичэн с восхищением подумал: «Это наша мать!»

А вслух он сказал:

— Пойду посмотрю на этих егоз. Они...

Не успел договорить, как снаружи раздался шум, а затем отчаянные крики:

— Девочка в реку упала!!!

Ван Ичэн в лице переменился и стрелой вылетел со двора.

Комментарии